Дневник моей королевы

Открыв глаза, Свон потянулась и посмотрела на часы, что висели под самым потолком в её маленькой комнате, выделенной Мэри-Маргарет. Комнатка была обставлена не богато. Кровать не самая удобная, конечно, но всё-таки. Стол, поживший уже своё, и стул с ним в придачу. Под ножку стола приходилось подкладывать деревяшку, чтобы он не шатался и не падал, а на стул Эмма вообще побаивалась садиться. Дом всё-таки был старым и обои отсутствовали даже в комнате самой хозяйки. Только обшарпанные стены с отлетающими кусками краски. В комнате Эммы она была розового цвета. - Боже, дайте мне сил подняться… - произнесла Спаситель и рывком поднялась, так как работа не ждала. Да и Мэри-Маргарет уже вовсю шумела на кухне, напевая что-то себе под нос. Вероятно, у женщины опять перемирие с Дэвидом, если у неё такое настроение. В последнее время его стало легко отслеживать, ведь стоит Дэвиду выкинуть что-то из ряда вон выходящее, женщина тут же тускнела, и узнать у неё что-то большее, чем «Что сегодня на ужин?» было не возможно. Свон быстро привыкла к такому положению вещей, да ей и некогда особо расспрашивать Мэри-Маргарет о том, что у неё случилось. Своих проблем было выше крыши. Голд посоветовал ей поискать слабое место Регины, чтобы ударить по нему и, тем самым, забрать из цепких лапок мэра Генри. - Доброе утро, Эмма. - просияла в улыбке брюнетка, потягивая кофе, слушая прогноз погоды по телевизору. Её чёрные, словно уголь, короткие волосы сейчас жутко петушились и, похоже, немного отрасли. - Доброе. - буркнула шериф и, взяв свой кофе, который хозяйка великодушно сделала на завтрак сожительнице, стала тоже пялиться в телевизор, но её мысли всё ещё не покидал вопрос. « Кто та бедняга, в которую влюбилась Регина?» И, вообще, логики во всём этом не было. Может быть, Регина специально положила его туда, чтобы сбить её со следа и, когда Эмма будет полностью уверена в том, что имеет все возможные компроматы на Миллс, мэр опять оставит её в дураках? - Мэри-Маргарет, как ты думаешь, способна ли Регина полюбить… женщину? - вкрадчиво спросила Эмма, допивая свой кофе и уже ища глазами свою куртку. Она, как и обычно, не посмотрела куда её кинула после ночной вылазки. Пора бы с ними завязывать, а то круги под глазами и сонный вид никого не делают краше. - Мэр Миллс - женщину? - недоумённо спросила учительница и, чуть не выплюнув кофе, засмеялась. - Не уверена. Эмма, ты не ударялась не обо что головой сегодня или вчера там? Протянув руку, брюнетка коснулась лба подруги и растеряно улыбнулась. - Вроде температуры нет. С чего такие мысли? Шериф пожала плечами и, взяв всю грязную посуду, скинула её в раковину, думая, что помоет всё вечером, когда придет с работы. Если придёт. - Я просто спросила. Кстати, семь пятнадцать. - напомнила Эмма, показав на часы, от чего её домовладелица тут же схватила своё пальто с сумкой и, пожелав удачного дня Эмме на работе, убежала. - Как дети малые… - покачала головой Спасительница и, взглянув на часы, прикинула, простят ли ей маленькое опоздание, если она сейчас упадёт лицом в подушку на ближайшие пару часов. Спать по три часа в сутки плюс пара перекуров на работе, что с ней же практически и невозможно - это самоубийство. Выходные. Она обязательно дождётся выходных и не вылезет из кровати, пока ей не станет тошно.

*****

- Генри, собирайся, ты опоздаешь в школу! - Регина подгоняла свое любимое чадо, чтобы оно хоть чуть-чуть поторопилось. «Совсем распоясался после появления Эммы», - проскользнуло в голове у женщины. Он не единственный, кого всколыхнул приезд Свон в Сторибрук. Уже месяц, а то и больше. Да, определенно, это длится куда больше. Миллс не могла спокойно есть, спокойно спать… просто не могла жить. Эта женщина отбирала у неё всё: любимого, сына, а теперь и её сердце. Больше уже просто нечего забирать. Разве что жизнь, хотя если бы представилась возможность, она бы с радостью распрощалась с ней ради этой блондинки, но увы. Шанса пока не было. - Генри, не спи. - мягко улыбнулась мэр, завязывая шарф на сыне. - Я не сплю, мама, не сплю… - мальчик сонно зевнул и попытался развязать шарф, но Регина вновь потуже завязала его. - На улице холодно, дорогой. Не развязывай его, пока идёшь в школу. - Хорошо, мам.- пожал плечами школьник и уже собирался выходить, когда почувствовал мягкое прикосновение губ к своей щеке. Регина легко поцеловала сына и добавила: - Будь хорошим мальчиком. И ещё сегодня ты можешь провести вечер с Эммой, но в восемь будь дома. Восторг в глазах сына был лучшим подарком на это утро для мэра. Закрыв за радостным Генри дверь, женщина взглянула в зеркало, висевшее напротив неё. Миллс ужаснулась, понимая, что не может на себя смотреть. Уставшая женщина лет сорока, с кругами под глазами, шелушащейся сероватой кожей, и совсем неухоженная. Почему? Из-за чего так происходит? Подбежав к зеркалу, Регина ещё раз взглянула в него. В кофейных глазах читалось отчаянье и усталость. Неужели она довела себя до этого сама? Впрочем, не удивительно: работа, попытки отобрать Генри у Эммы и эти вечные перепалки с Голдом в «прикуску» с сердечными делами Ноланов и Мэри-Маргарет. А кто? Кто же поможет самому мэру, когда ему так нужна была помощь и поддержка? Она увядает, как увяла её любимая яблоня. А ведь на ней росли такие вкусные и сладкие яблоки. Раньше и она была соблазнительна, могла окрутить любого лишь одним взглядом, полным чёртиков и дьявольщины, а теперь? Она, как школьница, влюблена в собственного заклятого врага. Она, как ужасная мать, теряет своего любимого сына. Она, как просто глупый человек, одинокий и до боли несчастный, рушит чужие жизни и чужое счастье. - Регина? Быстро обернувшись, мэр облегчённо выдохнула. Её тело напряглось, словно у дикой кошки, когда дверь открылась. На пороге стоял Сидни, сняв шляпу и немного удивлённо смотря на свою начальницу. - Чего тебе? Мне сейчас нет дела до твоих глупых статей. - грубо ответила женщина, убрав с лица отросшую чёлку. От одного дуновения ветра вся её причёска и её шарм просто-напросто испарились. - Но, Регина, я добыл интересные материалы. Они могут быть тебе полезны. - неуверенно произнёс журналист, понимая, что мадам мэр сейчас его пошлёт к чертям, если не дальше. В последнее время он часто замечал, в каком дурном настроении была мэр, и побаивался и за неё, и за себя. - Не сейчас Сидни! - рявкнула Миллс и, потерев переносицу, простонала. - Оставь их потом в моём кабинете и ступай прочь. Сейчас я не в настроении. Мужчина лишь пожал плечами, попрощался, и, надев шляпу, вышел из дома королевы. Слишком велика ставка злить её ещё раз после такого сложного восстановления. Эмма всё равно ему плохо верила и пользы от него в этом плане для Регины было мало, а так, он хотя бы работал и доставал снимки, не привлекая лишнего к себе внимания. - Надо что-то делать... - заключила Королева и, взглянув ещё раз в зеркало, достала из тумбочки косметичку. Ей обязательно надо окрутить этого шерифа, ведь даже на такую неподкупную особу, как Эмма Свон, обязательно найдётся оружие. Кому как не ей знать об этом?

*****

- Доброе утро, шериф Свон! - пропела мэр, проходя в кабинет женщины. Эмма не отреагировала и даже не подняла головы. Она мирно спала на какой-то папке с бумагами, посапывая, словно ребёнок, и пуская слюни. - Чудесно. - скептически пробубнила Миллс, состроив гримасу лёгкого отвращения. Не каждый день узнаёшь, что предмет твоего обожания пускает слюни во сне. Сразу пересматривается куча разных ситуаций, и задумываешься волей не волей: « А готов ли ты принять это убогое миру создание, поделившись чувствами?» Регина же была готова любить Спасительницу, даже если та будет курить как паровоз, пить как Лерой и не иметь мозгов как Мэри-Маргарет. Притом, если сравнивать мать и чадо, у чада есть хоть капля логики, в отличие от обоих родителей. Впрочем, Снежка стоит своего избранника. - Шериф Свон, если вы сейчас не откроете свои чудные, серо-зелёные глазки, поверьте мне, вы не откроете их уже никогда! - начала мэр приятным, сладким тоном, а закончила уже диким рыком и, не пощадив собственную любовь, выбила стул из-под блондинки, отчего та рухнула с грохотом на пол, ошарашено осматриваясь по сторонам. - Надеюсь, ваш сон был сладок, потому что реальность не сулит вам ничего хорошего. Эмма закатила глаза, лениво поднимаясь и всё ещё обещая себе когда-нибудь отправить эту женщину в Ад за всё хорошее и плохое. Правда, обычно хорошее с ней редко приходило. Чаще с мэром приходила полная...