Дневник моей королевы

21 декабря .Ну, вот на носу и Рождество, а я всё ещё не знаю, что подарить Генри. Как жаль, что он вырос уже из того возраста, когда можно подарить плюшевого льва, и этому будут рады. Может быть, поступить, как советовал Дэвид? Подарить ему бейсбольную биту с перчаткой и отправить в секцию по бейсболу? Мальчику, по его мнению, нужна твёрдая рука, и раз у него только одна мать, то вполне возможно спорт даст ему шанс проявить себя и не стать слюнтяем, лишь читающим книжки. Конечно, я рада, что мой дорогой Генри читает и достаточно много, но, чёрт! лучше бы он читал какую-нибудь более подходящую литературу, а не сказки, ибо меня немного смущает, когда он зовёт меня Королевой. Самое ужасное, что он прав. Но в любом случае, это не меняет дела, и мне надо в срочном порядке решить, что же подарить собственному сыну на Рождество. Может быть видео приставку? Нет, не лучший вариант. Эта вселенная его либо засосёт, либо наоборот он не станет в неё играть, и подарок окажется ненужным. Но не дарить же ему свитер! Это унизительно. Эмма усмехнулась. Похоже, у них с Региной одинаковые мысли на счёт подарка. По крайней мере, бейсбольная бита тоже была в списке того, что бы можно было подарить сыну на Рождество, но лишать Регину такой радости, как подарить сыну что-то полезное на праздник? Нет, Свон не столь бесчувственная, и подарит Генри что-нибудь более актуальное, чем бита. Потерев переносицу, она выдохнула. Глаза её слезились из-за того, что шериф не взяла сегодня с собой фонарик и поэтому читала при свете пробивавшегося через окно уличного фонаря. Она была рада, что за два месяца всё-таки заявилась сюда почитать дневник этой женщины, ведь так она могла предотвратить, как минимум, два одинаковых подарка на рождество любимого сына. Как максимум, знать что ещё задумала Миллс. Пролистав несколько страничек, она принялась вновь читать записи, которые были сделаны ранее 21 декабря. 18 декабря. Кажется, я начинаю понимать беременных. Вечная тошнота действительно худшее, что может быть. Особенно если она по утрам, обедам и вечерам. В общем круглосуточно. Хорошо, что в больнице мне посоветовали пить апельсиновый или грейпфрутовый сок. Оказывается, цитрусовые снимают симптомы токсикоза. Потом то же самое мне сказала Руби. Чёртова девица решила меня подколоть, когда мне плохо! Да, мэра тошнило в парке. Да, чёрт возьми, она заляпала лавочку, но мэру плохо! Мэр - брошенная одинокая женщина с десятилетним непослушным мальчиком на руках и вдобавок на втором месяце беременности! Эмма, слегка потрясенная или скорее оглушённая новостью о беременности Регины, потёрла глаз и перечитала последнюю строчку. Потом ещё раз и ещё. «На втором месяце беременности…чёрт как это возможно!?Грем мёртв уже почти четыре месяца! Это не логично!» Покачав головой, блондинка продолжила чтение. Нужно было разобраться во всём и как можно скорее, ведь на часах было уже четыре утра. Это утро было ужасным. Уже третий раз я не успеваю добежать до ванной. Наверное, стоит купить тазик или ведёрко, чтобы не оттирать потом пол от всего того, что я съела ночью. Это унизительно, чувствовать насколько ты беспомощна, особенно если ещё и одинока. Бедный Генри. Сегодня он застал меня в ванной, пока меня тошнило. Он так беспокоится обо мне, несмотря на то, что в его жизни появилась Эмма. Он всё ещё любит меня, и я до сих пор его мамочка. Это так трогательно! Кажется, беременность меняет женщин. Чёрт! Почему мне никто не сказал, как это ужасно - просыпаться в половину третьего ночи и есть из холодильника всё, что попадется под руку, не разбирая вкусовых сочетаний?! Я ещё могу понять мёд с мясом, но шоколад с майонезом - это уже перебор. Самое ужасное, что узнаю я о том, что ела, уже утром, когда оттираю пол от очередного неудачного «забега» до ванной. Я даже приблизительно знаю, во сколько это происходит. Заведу- ка я сегодня будильник на шесть тридцать. Список дел и покупок: -три литра апельсинового сока. -хлеба и килограмм жареного мяса. -пару плиток шоколада (можно и пять) -яиц и литр молока. -тазик/ведро -завести будильник на 6:30 Тяжело выдохнув, шериф в какой-то степени прониклась проблемами Регины, вспоминая, как сама была беременна Генри, и как ужасно было первые три месяца. В начале её подмывало подписать в дневнике Регины или на нём, чтобы она держалась и не вешала нос, но потом в ней вскипела ревность. Все факты указывали на то, что это случилось после того, как они переспали, если Эмма ещё не разучилась считать. Прошло почти два месяца с той ночи, которую Свон было немного стыдно вспоминать, так как впоследствии она вспомнила, что именно она вытворяла с мэром Миллс. От этих воспоминаний щёки блондинки вспыхнули огнём смущения. Она ведь с одной стороны желала Регину, притом достаточно сильно, но с другой понимала, что Миллс - её враг, и не может идти речи о том, чтобы быть вместе и уж тем более создавать семью. Более того это просто нереально, ведь физиологически они обе женщины. Эмму, как и Регину смущало то, что её он звал Спасителем, а мэра Злой Королевой. Может быть, брюнетка и была злой, но что бы Королевой. Увольте. Но кто же тогда зачал ребёнка в этой злобной женщине, которая скорее всего не знает даже что такое настоящая любовь? Кто может полюбить столь жестокого тирана, который разрушает счастье других людей в то время, как сам не имеет своего? Ревность Свон тут же взяла верх всех её мыслей, размышлений и здравого ума, поэтому блондинка уже с большей яростью и злостью пропустила несколько страниц, но уже вперёд. Она видела там ещё одну запись мэра, которая была сделана вчера. 23 декабря. До сих пор сижу в раздумьях. Вроде бы решила подарить Генри новый горный велосипед. Заодно и себе подарок сделаю, купив второй. Может так будет больше возможностей проводить с ним время? Не откажет же он родной матери в поезде по лесу? Конечно, нет, ну, а я буду сбрасывать таким образом лишний вес, который уже начала набирать. Но что подарить Эмме? Что подарить шерифу, который меня ненавидит и не хочет видеть, избегая при каждой удобной встречи после той ночи. Стыдно мне в глаза посмотреть? Нет, это мало вероятно. Что же подарить ей символичное, что бы было знаком и внимания, и примирения, и чтобы она это приняла. От новой куртки она определённо откажется, да и размера её я не знаю…Может быть подарить ей цветок в горшочке? В её офисе можно хоть орду держать. Обставлено всё по-мужски и без вкуса. Даже Грем, когда работал, пытался внести уют в это захолустье, но похоже шерифу Свон не до этого. Ах, если бы я ещё видела результат её работы. Ну, хотя смотря какой результат я имею в виду. Если как шериф, то она никчёмна, как и собственно никчёмен был Грем, но вот как любовница она опережает этого простофилю в сотни раз. Интересно, были ли у неё женщины до меня? С виду я бы не сказала, хотя если присмотреться. Она такая сильная, накаченная, мужественная... Кажется, я всё ещё влюблена в неё, как школьница. И всё-таки о подарке? Цветок? Но какой? А если у неё аллергия, как у меня, будет? Оо, я не думаю, что она дождётся от меня того, что я побегу ей за лекарством в аптеку. Хотя кого я обманываю? Конечно же, я побегу в аптеку за лекарством для неё! Что ж, это будет неплохой подарок, и он не травмирует её психику, ибо сильно сомневаюсь, что шериф будет рада ребёнку, которого она с точки зрения науки зачать со мной не могла. А вот с точки зрения волшебства-вполне. Жаль, что она всё равно не поверит в это, но может быть когда-нибудь… -Твою мать!- выругалась Эмма уже в голос, резко поднявшись и уронив дневник на пол. Она явно была ошарашена вестями, которыми Регина даже не собиралась делиться с ней. Хотя в чём-то она была права. Не стоило бы мучить шерифа тем, во что она не верит, не видит и даже не подумает верить. «Какое к дьяволу волшебство? Она определённо знает, что я читаю её дневник! Иначе быть не может! Всё это её грязные задумки и попытки поиграть на моих чувствах! Коварная женщина, а ведь я уже подумывала извиниться перед ней на Рождество, но теперь нет!»- вспыхнув как пламя от ревности и обиды, Эмма кинула ежедневник в ящик и быстро пошла прочь из кабинета мэра. Это утро Регина Миллс запомнит на очень и очень долго. Впрочем, Эмма и не ошиблась. Это утро Регина действительно запомнит на очень долго. Проснувшись от очередного приступа тошноты, мадам Мэр достаточно быстро сориентировалась, достав из-под кровати пластмассовое ведёрко для мытья пола. Его приходилось прятать под кровать, чтобы Генри не заметил. Мальчик сильно расстроится, узнав что его мамочка болеет, и Регина это знала, учитывая, что болела она крайне редко, если не повезёт и её продует на работе. Вот и сейчас, тяжело выдохнув, она склонилась опять над ведром и простонала. Миллс пока не поняла что сильнее, желание иметь ребёнка или эта ужасная тошнота и головокружение. Наконец когда приступы тошноты ушли на второй план, Регина достаточно быстро убрала все «улики», умылась, оделась и спустилась вниз готовить завтрак. У Генри уже были Рождественские каникулы, но это ничего не меняло, и мальчик всё равно с самого утра куда-то убегал. Миллс же всё ещё приходилось ходить на работу. Сегодня у неё была назначена встреча с Сидни, у которого, по его словам,были очень важные новости. От этой мысли, к которой Регина вернулась, в животе образовался липкий и холодный комок страха. Ей казалось, что он сообщит что-то из ряда вон выходящее и очень страшное. Например, что Эмма нашла способ отобрать Генри. Да, наверное это было единственным, чего Регина боялась на самом деле. Разбив яйцо, женщина принялась готовить яичницу с беконом для сына. Сама она редко завтракала. Чаще всего её первым приёмом пищи был уже ланч, на котором она поедала всё, что брала с собой, а иногда и посылала кого-нибудь принести еще поесть из кафе «У бабушки». -Доброе утро, мам! - улыбнулся мальчик, севший за стол и наблюдающий за тем, как мэр готовила ему завтрак. -Доброе утро, малыш! - улыбнулась брюнетка, положив завтрак на тарелку и поставив её перед сыном.- Тебе приготовить чай? Генри согласно кивнул, принявшись уплетать бекон за обе щеки. Он часто замечал изменения в Злой Королеве. Например, он заметил, как часто она стала улыбаться по-настоящему искренне. Заметил он так же, что женщина стала куда добрее и мягче к людям. Не только к нему. Мальчик в силу своего возраста не понимал с чем связаны перемены, но они ему нравились, хоть была и обратная сторона медали. Регина всегда была бледной и очень ослабленной. Он уже не раз задумывался над тем, как бы попросить помощи у Эммы, ведь она единственная, кто не боится противостоять мэру Сторибрука. -Мам, а чем ты болеешь?- тихо и совсем наивно спросил мальчик, подняв глаза на Королеву, которая явно была в замешательстве. Она, в общем-то, уже столкнулась с проблемой, как объяснить собственному сыну, что у него будет братик и сестричка, да так, чтобы Эмма об этом не узнала из его уст. Шерифу было ещё слишком рано об этом знать. -С чего ты взял, что я болею, Генри?- улыбнулась Регина и погладила сына по волосам, убрав чёлку с его глаз. -Потому что я видел, как тебя тошнило, и ты нечего не ешь. -Ооо, Генри, не волнуйся, всё будет хорошо, - взглянув на часы, Регина закатила глаза. Была уже половина девятого, и через полчаса придёт Сидни. -Малыш, прости, мне надо убегать. Я постараюсь прийти пораньше, чтобы мы начали наряжать Рождественскую ёлку,- виновато улыбнулась мэр и, поднявшись, убежала в прихожую одеваться. Она уже катастрофически опаздывала на встречу, так как Сидни был чертовски пунктуален. На счастье Миллс, она не опоздала и, влетев в кабинет, рухнула прямо в пальто, сапожках и с шарфом на шее в своё кресло, тяжело дыша. Ей были противопоказаны такие «пробежки». Врач строго-настрого попросила, чтобы мэр постаралась оградить себя от переживаний и физических нагрузок. Мог просто случиться выкидыш, а ещё раз затащить Эмму в постель было уже нереально. -Доброе утро, мадам мэр! - тихо произнёс журналист, проходя в кабинет Регины. -Угу, - простонала женщина, вытянув отёкшие ноги. Сидни, как и все остальные в Сторибруке, за исключением врачей, не знал о положении Миллс, и она это старалась тщательно скрывать, хотя ещё месяц - и это будет сделать уже куда сложнее. -Надеюсь, сегодня мы сможем поговорить?- вновь спросил мужчина, садясь напротив Регины и доставая какую-то папку из своей сумки. -Угу, - вновь угукнула Миллс и наконец подняла голову.- О чём только?- её вновь затошнило, и сейчас мэр старалась просто сдерживать эти приступы. Так происходило всегда, когда она нервничала, даже до беременности, но с ней этот процесс казался ещё более жутким и ужасным. -Вот. Я уже почти два месяца наблюдаю за этим, - с усмешкой произнёс журналист, протянув пачку фотографий своей начальнице. - Уверен, вас заинтересует это. Увидев фотографии, Регина достаточно быстро взяла их из рук, начав листать. Через минуту её шоку не было предела. Брюнетка просто молчала, пытаясь переварить всю информацию и понять, правда ли это. Она никогда не могла бы подумать, что Эмма станет наведываться в её кабинет по лазейке, о которой мэр сама не подозревала. -Почему не работала сигнализация?- зарычала Королева, резко поднявшись и кинув снимки Сидни.- Почему ты не оповестил меня раньше?! -Я…я пытался, мадам мэр…- промямлил мужчина и, поднявшись, попятился назад. В гневе Миллс была куда страшнее, чем можно было себе представить. Гормоны и злость быстро нахлынули на женщину, и сейчас она была готова собственными руками «обнять» шею шерифа, даже несмотря на то, что она была «отцом» её ребёнка. Это сейчас не играло никакой роли. Регина поняла, что это случалось не раз и не два, но что могло привлечь шерифа в её кабинет? Поиск компромата? Или может быть какие-нибудь грязные деньги? Ооо, это в духе Свон, но…Регина даже не догадывалась об истинной причине всего этого балагана. Пока не догадывалась. Тем временем Эмма, тоже пылая злостью, обидой и гневом на мэра, неслась к ней в кабинет, что было на руку и самой Регине. Она пока даже не знала, какой подарок судьба ей преподнесет. Не предполагала и того, что судьба решила сыграть с ней в очень злую и жестокую игру, которая только начиналась.