"Улыбнись"

После того, как Кассандра разгрузила пакеты, убралась в доме и нарисовала лошадку с кривыми ногами в любимом блокнотике, она пошла в гостиную, дабы поговорить с Питчем. - Итак, давай-ка во всём разберемся, - сказала Кэсси, с наслаждением плюхаясь в мягкое кресло. – Почему ты сказал ему, что я тебя звала? - Потому, что это - правда, - пожал плечами Кромешник. По его лицу было видно, что он ожидал этого вопроса, но надеялся не услышать. От нечего делать Бугимен стал барабанить пальцами по подлокотнику кресла, но его священное занятие прервал следующий вопрос: - И как, по-твоему, я могла тебя позвать?! Того, кого до смерти боялась! Позвать! – повторяя слова, как для умственно-отсталого, выкрикнула девчонка. – Стоп… Неужели я опять разговариваю во сне?! - Не знаю, - недовольно буркнул Питч. – Я слышал зов, вот и пришёл. А в каком там состоянии ты это говорила, я не в курсе. - А что именно я говорила? – осторожно спросила Кассандра, с силой давя на виски. Она не понимала, как такое могло произойти, ведь успокоительные должны были действовать… По крайней мере, так сказал школьный психолог. Выходит, соврал. - «Бугимен, приходи, пожалуйста, докажи им, что ты есть...» - процитировал Кромешник, кривляясь. - Слушай, прости, это произошло случайно, - тихо промямлила Кэсси, опуская взгляд. – Я и не думала тебя звать… - Ну конечно! – не выдержав, психанул Питч и вскочил со своего места. – Хранителей зовут все, я никому не нужен… Вот знал, что зря иду, и всё равно пошёл! Глупец… - зло выпалил он и направился к окну, намереваясь уйти, правда был остановлен Кассандрой, налетевшей на него сзади. Девочка крепко обнимала Кромешника, утыкаясь тому носом в спину, а лицо Бугимена исказилось в удивлении. Правда, удивленное выражение быстро сменилось на тёплую улыбку – так как, прижавшись к нему еще сильней, Кэсси произнесла: - Не уходи, пожалуйста, ты в сто раз лучше, чем Хранители… Прости за то, как я себя повела. И на тот факт, что Питч ни с того ни с сего стал осязаем, было просто неуместно обращать внимание. *** - Не уйду, - тихо прошептал Кромешник, и, развернувшись в объятиях девочки, погладил ту по голове. Она не солгала, когда сказала, что для неё он лучше, чем Хранители. Питч это чувствовал. Она сказала то, что было на душе, без прикрас. За это Питч и любил детей… За искренность. Если бы Хранители простили Бугимена и разрешили остаться, он бы всё равно чувствовал неприязнь с их стороны. А всё потому, что взрослые врут, цепляя на себя разные маски каждый день. И это так заметно. Люди врут по разным причинам, но большинство делают это из страха. Кому как не Кромешнику это знать… Страхи тоже разные. Кто-то боится потерять близких, кто-то боится наказания за оплошности… Когда дети подрастают, они тоже начинают врать. Потому что мир взрослых соткан из лжи и лицемерия, в отличие от детского, что создан из чудес. И чтобы выжить во взрослом мире, необходимо стать твёрдыми, сильными, стойкими, жестокими и твёрдыми, как камень, не привязанными ни к кому и ни к чему людьми. А еще надо научиться отлично лгать. Что, дети, собственно говоря, и делают. Сначала они врут неумело, но учатся на своих ошибках и постепенно превращаются в бесчувственных тварей, коими до краёв наполнена Земля. Питчу не хотелось, чтобы Кэсси стала такой. Однако если он уйдёт, этого уж точно не избежать… Поэтому Кромешник решил остаться. - Бугимен? - Что? – вопрос, заданный девочкой, вывел Питча из оцепенения. - Я могу до тебя дотронуться, что! Ты осязаем! – ошеломлённо воскликнула Кассандра, выпуская Кромешника из объятий. Девчонка радостно засмеялась и захлопала в ладоши. Питч буквально сразу-же заразился весельем Кэсси, и, лукаво подмигнув девочке, предложил: - Может, пойдём прогуляемся? - Уже пол девятого, - боязливо заметила девочка и указала на окно. – Темно на улице… - Не забывай, кто с тобой! К тому же, я обещал не пугать, - напомнил Бугимен и вновь подмигнул. – И кстати, зови меня Кромешник. А то всё Бугимен, да Бугимен… Кэсси на минуту задумалась. А ведь действительно, чего бояться Тьмы, если рядом с тобой её Властитель? - Хорошо, - сказала она наконец, и неуверенно улыбнулась. – Пошли. Когда они вышли из дома, на небе уже горели звёзды. От дома к дому потихоньку плыла золотая ниточка, заглядывая в окна и одаривая детей прекрасными снами. «Нужно вернуться пораньше, чтобы успеть поймать для неё хороший сон… - подумал Кромешник. – А то еще будет мучиться в кошмарах… Не этого я ей желаю». Лёгкий ветерок трепал волосы девочки, как бы успокаивая и заверяя, что всё хорошо. Жизнь на улицах стихла… Изредка можно было различить в темноте запоздалых прохожих, но они быстро исчезали из виду. Неожиданно пошёл снег. Чистый, белый, приносящий радость и новую надежду. Утром мир будет казаться чище и светлее, много детей будут лепить снеговиков и кататься на санках, весело хохоча и радуясь зиме. Представив картину завтрашнего утра, Кассандра подумала о том, что неплохо было бы навестить своих маленьких друзей, что живут возле её школы. А еще зайти в магазин подарков и купить Труди что-нибудь на Рождество… И Кромешнику тоже. «Что бы ему подарить? – размышляла девчонка, любуясь снегопадом. – Интересно, что бы ему понравилось? Наверное, что-нибудь тёмное… Как он сам… Да? Эх, жаль, не с кем посоветоваться…» В отличие от Кэсси которая просто радовалась снегу, Питч заподозрил что-то неладное. Он чувствовал неподалёку присутствие чужого духа и ошибочно полагал, что это Джек. Но всё прояснилось, как только Кромешник услышал над ухом змеиный шёпот: - Вышел… Выбрался, но мне не сказал… А я просила… Плохой, плохой мальчик… « Что за детский сад?!» - мысленно рявкнул Питч, осознав, что это Смерть. Только вот какого чёрта она здесь?! – не понимал Бугимен. - Детский сад? Ха, насмешил… Сколько бы ты не убеждал себя, что я над тобой не властна, сколько бы себя не успокаивал – ты всё равно от меня не отделаешься. Ты неуважительно со мной разговариваешь. Плохой мальчик… Ну ничего, ты еще пожалеешь обо всех своих опрометчивых высказываниях… Кто кричал, что ему надоело прятаться под кроватями, что он хочет большего? Так вот за помощь Тьмы приходится дорого платить… Смотри, не окажись в непосильных долгах… - шепнула Смерть напоследок, и испарилась, рассыпавшись на чёрные песчинки. Кассандра, казалось, даже не заметила, что кроме Питча здесь был еще кто-либо. Она так же шла вперёд, рассматривая всё, до чего мог достать свет уличных фонарей. Бугимен вдруг почувствовал… Что боится. А страх мог грозить ему очень суровым наказанием… - Кромешник, а, Кромешник, - зевнув, сказала Кэсси. – Пойдём домой, а? - Ладно, - устало ответил Питч, и повернул в сторону дома. Голову Бугимена будоражили не самые приятные мысли. Нужно было как-то отвлечься, дабы не привлечь к себе голодных Кошмаров. Да и сам Питч был, если подумать, ужасно ослаблен и истощён. Никто его не боялся, а значит, и энергии не поступало… «Что же делать? - подумал Кромешник, заходя в дом. – Десять вечера… Есть время на раздумья.»