Глава 2
21 февраля 2018 г., 07:45
Только оказавшись поздно ночью в своих покоях, принц осознал, что произошло за ужином. Практически все слуги убирались в саду, поэтому сейчас в комнате находился только мальчик-слуга, которого Александр сразу же отослал, не желая, чтобы кто-то видел его состояние. Руки буквально тряслись, а ноги отказывались держать его. И принц опустился на кровать, ежась от ночной прохлады.
Он так и сидел, пока дверь в покои не отворилась, пропуская его старого Саеда, а за ним того самого юношу с притягательными медовыми глазами. Саед улыбнулся своему господину, но не подошел, как делал это ранее, чтобы помочь ему приготовиться ко сну. Александру было немного жаль расставаться с ним. Все же старик был рядом с самого детства, и принц привык к его присутствию. Но зная, что того оставят в доме, он не переживал за своего бывшего камердинера.
— Принц Александр, я оставлю тебя на попечении Магнуса, — сказал тихим голосом Саед, а кронпринц смог только кивнуть от волнения и приятной сладости, растекшейся по внутренностям при упоминании имени его нового слуги.
Как только за стариком закрылась дверь, принц обнаружил, что его камердинер уже не смотрит в пол, а разглядывает его самого. Александра пробила дрожь, прокатившись по позвоночнику, а потом отправившись в пальцы, будто уколы шипов. Он и сам не отрываясь смотрел на слугу, будто взгляд этих красивых глаз завораживал. Но все же принц смог взять себя в руки. Он встряхнул головой, прогоняя наваждение и осознавая, что на самом деле очень сильно устал за этот длинный день.
— Магнус? — немного хриплым от сдерживаемых эмоций голосом произнес Александр.
— Да, мой принц, — от звука голоса смуглого юноши по телу кронпринца вновь прокатилось возбуждение. А то, что Магнус называл его «мой принц», вопреки обычным обращениям, принятым в Ломбардии, заставляло сдерживаться, чтобы не сказать или не сделать чего-то лишнего.
— Надеюсь, мне не нужно объяснять твои обязанности, — пытаясь скрыть свои истинные эмоции за раздражением, сглотнув, проговорил он.
— Позволь помочь тебе одеться ко сну, — похоже, слугу не обманул тон его господина. И тот факт, что он упустил то, что переодевание ко сну предполагало прежде всего раздевание, говорил о том, что парень прекрасно видел замешательство и смущение принца.
— Да, — кивнул Александр, ругая свой голос за дрожь. — И оставь свои вещи в гардеробной, — заметив небольшой дорожный мешок в руках слуги, добавил он.
— Как прикажешь, мой принц, — кивнул тот, снова заставляя своего господина тяжело дышать.
Принц почувствовал, будто на него накатывает сильнейшая усталость, как только Магнус исчез из виду. Если каждый день рядом с ним будет таким сложным, то Александра ожидает такое испытание, с которым он еще не сталкивался в жизни. Как же ему сосредоточиться, если его сердце сбивается с ритма каждый раз, когда тот находится близко? Хорошо, что Саед все объяснил юноше, и принцу не пришлось сейчас самому рассказывать слуге его обязанности.
Александр так глубоко ушел в свои мысли, что не заметил, как его мучитель снова появился в комнате. А тот, беззвучно ступая босыми ногами по полу, подошел так близко, что принц услышал запах сандала, исходящий от его тела и приятно будоражащий кровь. Он глубоко втянул воздух в легкие и поднял взгляд, сталкиваясь с медовыми глазами и уже не в силах скрыть своей реакции.
— Позволь помочь тебе, мой принц, — потянувшись к пуговицам на его жилете, сказал Магнус.
Принц понимал, что его тело выдает его с головой, но ничего не мог с собой поделать. Он прикрыл глаза, дрожа под каждым невольным прикосновением пальцев к его телу. Это казалось приятно-сладкой, но самой жестокой пыткой одновременно. Но его слуга не проронил ни слова, пока занимался своим делом. Он снял жилет и сорочку, а потом приступил к сапогам.
Кронпринц распахнул глаза и посмотрел вниз. Магнус сидел на коленях перед ним, опустившись на пятки, и стягивал обувь. Когда с сапогами было покончено, он, не поднимая взгляда к лицу принца, перешел к шнуровке на штанах. Александр никак не мог решить, что было бы лучше: чтобы юноша увидел, как румянец залил его щеки, или вот такой неотрывный взгляд на его промежность. Но принц не мог вымолвить ни слова, чувствуя себя целиком и полностью под властью этих пальцев.
Он приподнялся, помогая слуге избавить его от штанов, и оказался абсолютно нагим. Скрыть тот факт, что одна часть его тела слишком бурно отреагировала на присутствие Магнуса, у него бы не вышло. Но тот, похоже, не обратил внимания на это, или сделал вид. В любом случае, юноша принялся надевать на принца легкую ночную рубаху, чему тот был не рад. Александр думал только о том, что не хочет, чтобы прикосновения к его телу прекращались.
— Я разожгу огонь, — вставая и подходя к камину, сказал слуга. — Ты весь дрожишь, мой принц.
Александр неотрывно следил за действиями Магнуса, даже не делая попыток забраться под одеяло, чтобы стало теплее. Он понимал прекрасно, что дрожит не от холода, а от присутствия этого юноши. Принц сидел и смотрел на него немигающим взглядом. Парень наклонился, чтобы поднять несколько поленьев, сложенных рядом с камином, и Александр втянул воздух, засмотревшись на изгиб его тела.
— Что же ты не ложишься? — развернувшись к нему, спросил Магнус. — Здесь совсем холодно. Я укрою тебя.
Не в состоянии спорить, принц подвинулся на кровати, позволяя уложить себя на подушки и закутать в теплое одеяло. В этот момент он ощутил, что действительно продрог до костей. А слуга отправился к окну, чтобы закрыть плотные занавеси, не давая ночному воздуху проникать в помещение. Александр почувствовал, что начинает отогреваться.
— Магнус, — позвал он, когда глаза уже начали закрываться от усталости.
— Да, мой принц, — камердинер тут же оказался рядом с постелью, в руках у него была небольшая грелка с несколькими горячими углями из камина, которую он подложил в ноги господину.
— У тебя есть другая одежда? — Александр с трудом разлепил глаза, чтобы посмотреть на Магнуса. — Ты не можешь ходить здесь в цветах дома Тамариндо.
— Я надену другую одежду, — кивнул слуга.
— Хорошо, — кивнул принц, снова закрывая веки. — А завтра я прикажу пошить тебе новую. Ты будешь в черно-голубом, как мой оруженосец, — бормотал он. — Серебряный — цвет правителя Ломбардии, — и уже уткнувшись в подушку, принц пробормотал. — А у вашего принца есть цвета?
— Черный с золотом, — тихо прошептал Магнус, но кронпринц этого уже не услышал, как и не увидел полного боли и желания взгляда, брошенного на него слугой.
***
Следующее утро встретило Александра ярким солнечным светом, льющимся в открытые окна. Видимо, Магнус уже давно встал и убрал занавеси, закрывающие их. Принц потянулся и тут же услышал тихие шаги, приближающиеся к его кровати. Повернувшись, он увидел своего слугу и замер, оглядывая того с ног до головы. На нем была новая одежда цветов принца Ломбардии: черные штаны, заправленные в сапоги на полголени, и бледно-василькового цвета туника, застегнутая по самый ворот и не дававшая никакого обзора. В этот момент молодой принц пожалел, что слуги в их доме носят такие одежды. Как хотелось увидеть больше смуглой кожи цвета карамели. — Прости меня, мой принц, я разбудил тебя, — склонив голову в поклоне, произнес камердинер. — В этой обуви я совершенно неуклюж. — Ты привык ходить босиком, не так ли? — спросил Александр, присаживаясь на кровати. — В Гуанакасте очень жарко, — согласно кивнул слуга. — Прикажешь подавать завтрак? — В доме Бергамо даже принц должен спускаться на общий завтрак, — покачал головой его господин. — Так что просто приготовь воду, чтобы я умылся. И одежду. — Все уже позавтракали, мой принц, — Магнус пошел выполнять просьбу, забирая небольшой серебряный кувшин с теплой водой с каминной полки и таз для умывания. — Я передал твоему отцу, что ты вчера был очень возбужден приездом гостей, и он согласился, что лучше дать тебе выспаться. Наследник престола поднялся с кровати, намереваясь отругать своего слугу за его вольность. Но тот смотрел на него с такой искренней заботой, что слова застряли в горле. Он только стоял и смотрел на смуглого юношу, что держал в руках все необходимое для умывания. А потом шагнул вперед и, сам не осознавая, что делает, дотронулся до его щеки, проведя пальцем от уха к подбородку. Магнус вздрогнул под его прикосновением, и это немного отрезвило принца. — Отец еще в доме? — пытаясь совладать с хриплым голосом, спросил принц. — Он поехал лично проводить гостей до границы, — не отрывая взгляда от его глаз, ответил слуга. И Александр уже практически сделал шаг ближе, когда он продолжил. — Но приехали твои брат и сестра. Они давно ждут тебя в саду. — Почему ты молчал?! — резко вскричал кронпринц, понимая, что срывается на нем без причины. Точнее, причиной этому был он сам и его неподобающие мысли про красивого юношу. — Прости меня, — снова склонив голову, произнес тот и поставил таз на столик, чтобы помочь своему господину привести себя в порядок. Принц закусил губу, чтобы самому не начать извиняться перед юношей. Он прекрасно понимал, что не должен был срывать гнев из-за своих чувств на камердинере. Тот был совершенно не виноват, что принц Ломбардии желал его так сильно, как никого прежде. И чтобы не сделать чего-то еще более странного или непозволительного, Александр принялся умываться, надеясь поскорее оказаться рядом с братом и сестрой, общение с которыми, как он надеялся, снимет это странное напряжение. Выйдя во двор, Александр обнаружил своих родных, сидящих на креслах вокруг небольшого столика на веранде. Оба были одеты в простые, но красивые наряды цветов дома Бергамо — серебристо-черные. Джонатан курил трубку, и принц покачал головой, снова увидев эту привычку брата, которую не понимал. Изабель, его младшая сестра, как настоящая воительница Ломбардии, начищала свое оружие. Кинжал блестел в ее руках, сверкая дорогими камнями на рукоятке. — Уже вернулись? — спросил кронпринц, подходя ближе. — Алек! — вскрикнула сестра, вскакивая с места и кидаясь ему на шею. — Здравствуй, брат, — Джонатан только махнул рукой. — Из, веди себя нормально. — Я веду себя как любящая младшая сестра, — ответила та, скривившись, но все же отпустила старшего брата. — Садись, рассказывай, как прошла встреча с королем Гуанакасте. Принц обернулся, посмотрев в сторону небольшой летней кухни, на которой находились слуги, в том числе и его новый камердинер, а потом присел рядом с братом и сестрой. От Изабель не укрылся этот взгляд. Она с улыбкой посмотрела на Джонатана, и тот тоже обратил внимание на старшего брата. — Значит, тебе подарили нового оруженосца? — спросил он принца. — Не боишься? — Чего бы мне бояться? — удивился Александр. — Может быть, он убьет тебя во сне? — лукаво улыбаясь и продолжая чистить свой кинжал, спросила Изабель, а потом выкрикнула. — Магнус, подойди! Кронпринц покачал головой, понимая, что сладить с братом и сестрой у него никогда не получалось, и что бы он сейчас ни сказал, они все равно продолжат развивать свою мысль. Лучше пусть наиграются сразу и забудут про эту шутку. Но ожидая, пока его камердинер окажется рядом, он чувствовал, как сердце выбивает неровный ритм. Александр сразу вспомнил свое неловкое прикосновение к щеке Магнуса и даже слегка покраснел, когда тот подошел, склонившись в поклоне перед господами. — Магнус, скажи нам, — невозмутимо начала Изабель. — Не собираешься ли ты убить моего старшего брата, пока он будет спать? Слуга обернулся к Александру и взглянул на него немного удивленно. Но принц встретил его взгляд спокойно, ожидая, как тот справится с такими выпадами. Возможно, ему еще не один раз придется сталкиваться с недовольством, завистью и злобой. Как по отношению к принцу лично, ведь не все военачальники рады тому факту, что недавно ставший совершеннолетним наследник престола теперь является одним из генералов в армии своего отца. Так и по отношению к нему самому, потому что очень многие слуги будут завидовать тому, что именно он, чужестранец, занял такое почетное место. — Нет, госпожа, — ответил Магнус, но так и не отвернулся от принца. — Что ты ожидала услышать, Изабель? — спросил Александр, сам отворачиваясь, чтобы посмотреть на сестру, и улыбаясь. — Принеси нам вина, Магнус, — махнула рукой девушка, отчего ее старший брат немного скривился. Отчего-то ему было неприятно то пренебрежение, с которым она обращалась к его камердинеру. Никогда раньше он не замечал, что девушка так обращается к слугам. Может быть, действительно просто не замечал. Или Магнус для него не просто слуга? — Брат! — окликнул его Джонатан. — Ты еще спишь? — в его голосе слышалась ирония. — Ты что-то спросил? — принц постарался отогнать ненужные мысли, хотя выходило это не очень хорошо, учитывая тот факт, что его слуга как раз вернулся и принес вина. — Собираешься ли ты тренировать своего оруженосца? — переспросил его брат уже заданный ранее вопрос. — Естественно, — Александр нахмурился, поглощенный мелькнувшей в голове мыслью, а потом обратился к слуге. — Магнус, ты умеешь сражаться на мечах? — Да, мой принц, — немедленно ответил тот. — И без мечей тоже. — Я наслышан про боевые искусства Гуанакасте, — вдруг оживился Джонатан. — Ты должен показать нам! — Я тоже хочу научиться! — тут же вскинулась Изабель. — Алек, давай устроим тренировку сегодня! — она уставилась на брата умоляющим взглядом, будто от его решения зависела ее жизнь. — Ты сможешь показать нам? — спросил кронпринц у камердинера. — Когда прикажешь, мой принц, — юноша стоял рядом, ожидая дальнейших указаний от господ. — Тогда сегодня, — хлопая в ладоши будто маленькая девочка и вскакивая с места, сказала Изабель. — Я буду ждать вас в зале, — и не ожидая ответа, отправилась во дворец. Александр переоделся в более удобную одежду и отправился в тренировочную залу, чтобы разогреться перед началом общей тренировки. Магнусу он приказал быть готовым через полчаса, но сначала убрать на веранде, где они сидели. Зайдя в залу, принц сразу отправился к стойке с его любимым оружием. С самого детства ему полюбилась стрельба из лука. Это успокаивало, давало возможность и время обдумать важные решения. Вот и сейчас, вставая в стойку напротив мишеней, он погрузился в собственные мысли. А в них был только смуглый юноша, за секунду забравшийся в его душу. Принц понимал, что не должен испытывать таких чувств к своему камердинеру, но ничего не мог поделать. Только его взгляд выхватывал слугу, тело тут же реагировало. И как подавить эти желания, он не знал. Выпустив три стрелы, каждая из которых попала в центр своей мишени, Александр шагнул влево, чтобы выстрелить в четвертый раз, и в этот момент боковым зрением он заметил, что в дверях кто-то стоит. Он обернулся и увидел Магнуса, наблюдающего за ним. Повинуясь какому-то внутреннему желанию быть оцененным по достоинству, принц повернулся и, натянув тетиву, выпустил еще одну стрелу прямо в «яблочко». — Хвастаешься? — услышал он за спиной насмешливый голос сестры, а потом и смех младшего брата. Обернувшись, Александр увидел, как те раскладывают на полу тюки с соломой для тренировочных боев. Оба явно были в хорошем расположении духа и, как обычно, потешались над сдержанностью и собранностью старшего брата. Но столкнувшись взглядом с медовыми глазами, он увидел только восхищение и уважение. В груди разлилось приятное тепло — значит, ему удалось произвести впечатление. — Ну, что же, Магнус, покажи нам, как сражаются в Гуанакасте, — провозгласил Джонатан и слегка склонил голову, приглашая оруженосца принца к поединку. В этом жесте не было насмешки, только интерес и желание увидеть нечто новое. С самого детства наследники короля Ломбардии тренировались вместе со всеми воинами, составлявшими дружину дома Бергамо, чтобы как можно лучше быть готовыми к реалиям войны. Поэтому ни принц, ни его брат и сестра не делали различий между противниками на поле боя. Довольно долгое время Александр наблюдал за тем, как тренируются его брат и сестра, сам не вступая на поле. Но следил он в основном за Магнусом. Тот действительно оказался очень умелым воином, хорошо знающим технику и умело применяющим эти знания на практике. Он легко переходил от одного стиля к другому, поэтому ни Джонатану, ни Изабель не удалось его победить. Принц испытывал странную гордость от этого факта. Хоть Магнус и был тем, кто лучше разбирался в син-эспадас — стиле рукопашного боя Гуанакасте — но брата и сестру Александра нельзя было назвать плохими учениками, как нельзя было и сказать, что они дали бы ему победить без настоящего боя. Потому Александр и не захотел выйти на поле. — Нет смысла в бое с соперником, изможденным предыдущими поединками, — сказал он, когда Джонатан предложил ему самому попробовать свои силы. — Мы сразимся с Магнусом завтра, когда оба будем в полной готовности. Слуга лишь поклонился ему, не споря с мнением господина. — Я поставлю на него, — выходя из залы и кивнув в сторону оруженосца принца, сказал Джонатан. — Магнус, приготовь ванну, — не обратив внимания на брата, приказал кронпринц, а потом снова взял лук и стрелы, намереваясь еще немного потренировать руку.
