Пленные не сдаются

      — Я это не надену! — Гир отшвырнул от себя хлопковый костюм, больше похожий на форму, — пусть сам носит!       Надзиратель неустанно находился в комнате и держал под контролем любой каприз нового раба, и несколько раз Гир уже получил электрическим кнутом. 716 принес коробку с полухалатом, который надевался на форму сверху. От изобилия красок на этой непонятной Гиру вещи заслезились глаза. Когда парень был одет, все облегченно вздохнули. В парадной его терпеливо ждали Асон с секретарем и охрана. Секретарь, стоя за спиной капитана, нервничал, слишком часто смотрел на часы и безустанно отдавал кучу распоряжений метавшимся вокруг рабам. При появлении мальчишки, капитан остался холодным и безразличным. Последний неприятный разговор между ними все еще свеж в памяти. А Гир был зол за цветастый халат, серьги, браслеты, и какие-то побрякушки в волосах, которые позвякивали при каждом шаге.       До посадочной площадки на аэролет, они ехали молча. Капитан курил и читал газету, Гир жался к стеклу, жадно разглядывая улицу и прохожих, но сквозь затемненные окна это оказалось непросто. Кабина аэролета была настолько шикарной, что у Гира перехватило дыхание. Подняться в воздух, да еще в таком комфорте! Об этом он и мечтать раньше не мог. Позабыв на несколько минут обо всех недовольствах, он подбежал к окну посмотреть на город. Высокие здания, красивые сады, мелкие передвигающиеся точки, которые были народом мощной Таурии. С востока возвышались две легендарные горы, а с запада выстроилась высокая стена, отделявшая Таурию от части Архии и территории отколотых. Вся страна лежала перед ним, а он возвышался над ней. Капитан удобно устроился в кресле и с интересом наблюдал за мальчиком. Ровно, как и в детстве, он любит полеты.       Асон принял переданный ему бокал вина от подчиненного и расслаблено смотрел на мальчишку. Если бы он всегда был таким покладистым, как сейчас.       — Гир, — позвал капитан, и парень обернулся. Мимолетный восторг медленно растворился, и Гир, напустив на себя хмурый вид, приблизился к капитану. Асон взял неприметную серую коробочку со столика и извлек из нее тонкий браслет из золота, похожий на обруч.       — Еще одна побрякушка? Я и так выгляжу, как наряженное дерево в день нового летоисчисления! — фыркнул парень.       — Это браслет моей собственности с радиусом в 10 метров, — капитан защелкнул браслет на запястье парня, — так что если надумаешь бежать дальше 10 метров — не испытывай судьбу.       — Твой любовник тоже браслет носит? — Гир недовольно плюхнулся на второе кресло под звяканье украшений, — с радиусом в сотни километров?       — Он передал его тебе в знак особого статуса.       Гир недовольно скривился и отвернулся. Капитан укоризненно покачал головой и вновь принялся за изучение газеты.       Их встретили в Крепости Данитии достойно. Райнодаль был невероятно счастлив, увидев Асона в своих владениях. Довольно редко ему удается вызволить красавца-капитана из непробиваемого таурского Замка. Когда счастливый взгляд правителя скользнул по неприметному парню в цветастой форме, он удивленно заголосил:       — О, я слышал, что ты завел себе нового раболожца! Это он?!       Райнодаль подошел ближе к Гиру и принялся пристально его рассматривать, как новую диковинную вещь. Парню это явно не нравилось, но дать пинка смазливому любовнику капитана при посторонних не решился. Слишком много вокруг было охраны, и собственный надзиратель наблюдал за ним не отрываясь. Он буквально чувствовал на себе его тяжелый взгляд.       — Прекрасно, просто прекрасно! — правитель взял парня за подбородок и повернул голову сначала в одну сторону, потом в другую, и Гир невольно вырвался. Зукар слегка поднял кнут и пригрозил своевольному раболожцу.       — Как жаль, что ни один из моих рабов на аукционе не идет в сравнение с твоим приобретением! Ты меня просто расстраиваешь, Асон! — обиженно проговорил Райдональ.       — Ты знаешь, что ни за один праздник я не приобрел на твоем аукционе ни одного раба.       — Знаю, знаю! Но вдруг сегодня бы удача мне улыбнулась! — вздохнул данитиец, — Ты опробовал его?       Нисколько не стесняясь такого деликатного вопроса, Асон расхохотался. Гир густо покраснел. Этот вопрос ему не понравился.       — Хочешь попробовать первым? — уточнил капитан, посматривая на пунцового раболожца.       — А можно? — в глазах Райнодаля загорелось возбуждение. Опробовать биологичного раболожца довольно редкий шанс. К своему стыду, Райнодаль никак не мог добыть себе такую диковинную вещь и теперь страшно завидовал капитану. «Где ты берешь такие занятные вещи, Асон Каса?» — размышлял Райдональ, пока капитан думал над ответом. Парень вовсе не ожидал, что ублюдок с такой легкостью отдаст его кому-то другому, не спросив его мнения. Рабов не спрашивают, их просто трахают, и мириться с новой ипостасью довольно непросто. Гир нисколько не собирался уступать!       — Как-нибудь в другой раз. Он еще слишком больно кусается, — улыбнулся Асон, — как укоротим зубы, так посмотрим.       Данитиец воспринял ответ в буквальном смысле. Пальцами Райнодаль проник в рот Гира и плавно провел по зубам парня, обнаружив пару прорех.       — У него нет пары зубов! — Райнодаль был удивлен, что Асон взял раболожца с таким изъяном.       — У него нет не только зубов, но и яйца тоже, — усмехнулся капитан. На лице правителя отобразился непередаваемый ужас.       — Да, да, я слышал, что биологичные рабы очень хрупкие, но Асон, неужели стоило приобретать раба, пусть и биологичного, с такими уронами? Одно яичко!       — Может хватит обсуждать мои яйца?! — закричал Гир, и навлек на себя гневный взгляд капитана. Райнодаль был уже не только в ужасе, но и в шоке от своеволия маленького раба. Это определенно абсурд — терпеть такое неуважение! Капитан молча кивнул надзирателю, и Гир получил новый удар электрическим хлыстом. Острая боль заставила мальчишку закрыть рот и недовольно зашипеть от боли.       — Асон, это невероятно! Он, конечно, интересная вещь, но думаю очень хлопотная.       — Я не признаю трудностей и с ним справлюсь.       Правитель и капитан шли впереди, позади Гир с надзирателем. Парня нервировал тот факт, что он здесь абсолютно чужой. При самом удачном случае ему некуда бежать. Он невесело подумал, что все прелести Данитии, о которых он немало наслышан, не для него. Отсутствие белья еще больше добавило раздражения.       Зала, в которой собрались многие чиновники, министры и просто важные жители Таурии и Динатии, сияла блеском и была довольно уютной. Все гости по очередности приветствовали капитана и отдавали дань своего уважения, пожимая руку. Гир стоял в сторонке, охраняемый надзирателем, и разглядывал богачей и их раболожцев. Оказалось, что такая форма была у всех раболожцев богатых людей, и не ему одному пришлось смириться с ней. Интересно, они тоже не носят белья? Каждый хозяин стремился одевать своего любовника как можно богаче, чтобы показать свой денежный статус. Внимание Гира привлек раболожец, который неотрывно таскался по зале вслед за Райдоналем; был одет почти так же, как и он. Парень фыркнул. Само собой разумеется, что рабы двух глав будут красивее и милее всех остальных присутствующих, только вот сам Гир раболожцем себя по-прежнему не считал!       Оглядев залу, он убедился, что надзирателей, кроме Зукара, не было. Спустя какое-то время в зале подали обед. Длинный стол ломился от количества тарелок, выпивки и кулинарных блюд. Важные гости вальяжной походкой двинулись к столу, а для раболожцев приготовили стол попроще и немного подальше от господ, дабы не мешать им обсуждать дела. Руководствуясь правилом 10 метров, все раболожцы обязаны находиться в пределах залы и при острой нужде должны подозвать прислуживающего раба и сказать ему об этом. В специальном углу, за шторкой, сквозь все стеснения и неудобства, раболожцы справляли мелкую нужду в специальный контейнер. Но Гир не знал всех тонкостей местной элиты, и мочевой пузырь стал тихонько напоминать о себе. Ему досталось место по статусу рядом с молчаливым раболожцем Райдоналя. Стройный брюнет постоянно отводил глаза и, видимо, считал себя среди присутствующих самым лучшим. Гир почему-то решил, что видит он этих идиотов в первый и последний раз, поэтому без всяких стеснений спросил:       — Тебя как зовут? — Гир отхлебнул вина из бокала, слегка морщась от его кислоты. Вино достаточно крепкое и не сладкое.       — Самия, — прошептал раболожец, смущенно опуская взгляд в свою тарелку.       — Я Гир. Ты раболожец Райдоналя? — вяло поинтересовался Гир.       Самия молча кивнул и, словно птичка, принялся копаться в тарелке с салатом. Парню так и не удалось выудить из молчаливого раболожца ничего важного и информативного. Другие сидящие за столом явно не расположены к общению. Скучным взглядом он обвел скудную еду на столе раболожцев, сравнивая ее со столом господ. Гир есть не хотел. Он хотел жрать, но уже с другого стола. Тишина в обществе раболожцев разбавлялась отдаленными разговорами и смехом господ, и Гиру показалось, что ни один из рабов не смеет говорить без разрешения хозяина. «Может, им всем отрезали языки?» — подумал он и еще больше помрачнел. Совсем другая обстановка была за столом элиты. Хозяева оживленно вели беседу, шутили, смеялись и не обращали никакого внимания на свое притихшее имущество в зале.       Парень видел, как развлекается Асон; видел, как Райдональ пытается коснуться его руки, и запивал свою скуку вином. Что вообще он делает здесь? Почему его притащили в это общество, где он, как выпадающий элемент, совсем не похож на этих раболожцев? Они по-прежнему молчали, искоса разглядывали друг друга и хвастливо украдкой показывали украшения, подаренные хозяином.       Тем временем живот постепенно сдавливало спазмами, напомнив парню о нужде, и Гир встал в надежде отправиться в туалет, как все нормальные люди. Зукар, откуда-то из-за угла, немедленно появился рядом и тихо приказал сесть, но парень оттолкнул его руку, тогда надзиратель с силой усадил его на стул.       — Да пусти ты меня, я ссать хочу! — заорал Гир, и в зале повисла тишина.       Многочисленные взгляды обратились в его сторону и с любопытством ожидали продолжения. Капитан неотрывно смотрел на него холодным взглядом голубых глаз, пока господа вокруг перешёптывались и тихо подхихикивали. Раболожцы за столом слегка им уступали, давя в себе смех. Только парню совсем не до смеха. К скорчившемуся Гиру подбежали двое прислуживающих рабов и немедленно оттащили его в угол, прикрытый шторкой. Один раб поддерживал парня, другой быстро стягивал брюки, но Гир слышал всеобщее осуждение его и назревшей проблемы. Спокойный голос капитана что-то им ответил, произнося его имя, что не дало парню расслабиться и облегчиться. Он не смог облегчиться, пока они там говорили о нем, обсуждали его естественную потребность, будто сами никогда ее не испытывали, и когда ублюдок что-то им отвечал. Их голоса эхом отдавались у него в ушах, и ему казалось, что все сейчас на него смотрят, словно между ним и теми людьми в зале нет никакой шторки. Уже всхлипнув от боли и бессилия, он осел на пол и скорчился от новой волны пульсирующих спазмов, а они продолжали говорить о нем или ему казалось, что его имя произносят постоянно.       Один из рабов поспешно выскользнул из-за шторки, торопливо подбежал к капитану и что-то прошептал ему на ухо. Капитан напустил на себя невозмутимый вид и кивнул в ответ. Дабы удовлетворить любопытство присутствующих, он обратился к ним:       — Прошу извинить меня, господа, я вынужден ненадолго покинуть вас.       — Что-то случилось? — Райдональ с беспокойством посмотрел на капитана, — я определил вам спальню, 815 проводит вас.       815 проводил капитана в покои, а 511 принес плачущего парня через черный ход, избегая всеобщего внимания. Гир судорожно хватался за пах и поскуливал. Не дожидаясь, пока рабы покинут их, капитан резко стянул брюки с парня и отнес в туалетную комнату, где усадил его на унитаз.       — Эти сволочи говорили обо мне, будто я мусор! — заорал Гир на капитана, — они думают, что это смешно просто хотеть поссать!       — Тебе нужно было спокойно сказать об этом мне или прислуживающему и не устраивать очередной спектакль.       — Зукар не дает мне шага сделать, я даже со стула подняться не мог! — застонал Гир, и тонкая струя зажурчала.       — Потому что ты плохо себя ведешь, он смотрит за тобой.       — Аааах… а как мне себя вести….аааах… как эти тупые раболожцы, которые слова сказать не могут, только хвастаются побрякушками!       — Они стеснялись тебя, потому и молчали.       Гир слегка надавил на живот, напор внизу увеличился, но боль не проходила.       — Не дави!       — Ты даже поссать мне спокойно не дашь!        — Гир, теперь ты ссать, опорожняться, есть, мыться и трахаться будешь под моим наблюдением всегда, поэтому советую привыкать, — отрезал Асон и шлепнул парня по руке. Гир нехотя убрал ее и нахмурился:       — Извращенная тварь! Ты не оставляешь мне никакой свободы! — на глазах Гира выступили две крошечные слезинки, которые парень списал на напряжение в животе и тут же стер рукавом красивого халата.       — Ты свою свободу продал.       — Кому? Тебе что ли? — в глубинах унитаза снова зажурчало, — думаешь я сломлюсь перед тобой только потому, что ты капитан Таура?       — А разве ты уже не надломлен?       — Пошел к черту! Ты и твой Таур!       Обессиленный и облегченный Гир плавно скользнул с унитаза на холодный кафельный пол. Колени дрожали, а низ живота немного тянуло, отдавая в пах; сердце билось в такт пульсу в животе, словно сейчас выскочит наружу.       — Не сиди голой задницей на полу, яйцо застудишь! — капитан поднял мальчишку, как куклу.       — Отрежешь, — зло пробурчал парень и шаткой походкой вышел в спальню.       Растерзанные брюки комком лежали на огромной кровати и казались такими маленькими, но парень не спешил их одевать. Он не хочет возвращаться в общество высокомерных идиотов и плевать ему на ублюдка со своими приличиями! Он лег на край кровати, обиженно повернулся спиной к мужчине, прикрывшись халатом и четко дал понять, что никуда он не пойдет. Сквозь тонкий халат ему было так холодно, но он очень устал, чтобы натягивать на себя одеяло, его клонило в сон. Кто-то осторожно снял с него оставшуюся одежду и накрыл теплым одеялом. В этот краткий миг сквозь сон он слышал голоса капитана и еще кого-то. Другой голос ему не знаком, но и он скоро пропал во тьме.       Капитан бережно накрывал парня одеялом, а Райдональ стоял рядом. Наблюдая за сжавшимся на большой кровати мальчишкой, в душе правителя зародилась тоска. Теперь все непременно изменится. Капитан мягко поцеловал спящего в макушку, и данитийца посетило другое, более важное чувство.       — Я даже завидую тебе, — тихо вздохнул Райдональ, — в нем действительно что-то есть необычное, что выделяет его из всех. Мой Самия слишком тихий и покорный.       — Разве это плохо, когда тебе подчиняются?       — Нет, но я пришел не политику обсуждать, — Райдональ неожиданно подался вперед, прижался всем телом к капитану, — ты знаешь, я ждал тебя, чтобы провести с тобой время в более близкой беседе.       Капитан провел пальцем по губам Райдоналя, будто раздумывая над столь откровенным предложением. В глазах данитийца горело нетерпение, да и сам Асон был к нему расположен. Правитель с жадностью впился в губы Асона, вторгаясь в него языком. Капитан позволил нетерпеливому языку обшарить все уголки его рта, а проворным рукам скользнуть под рубашку. Вкус Райдоналя показался Асону таким знакомым, что неожиданно для самого капитана, из него вырвался тихий стон. Данитиец прервал поцелуй и прошептал:       — Я знал, что ты тоже этого хочешь…       Капитан не дал ему договорить и снова прильнул к его горячим губам, будто хотел выпить этот вкус до дна и удовлетворить давно накопленную жажду. Сколько же он не совокуплялся? Два языка переплетались в нетерпении обладать друг другом, пока не стало туго и жарко в паху у обоих. Райдональ скользнул к двери и жестом поманил за собой капитана в свои покои, где они смогут полностью насладиться друг другом.       Торопливо освобождая член капитана от тонкого дорогого белья, Райдональ жадно облизнул набухшую головку члена, сочившуюся желанным нектаром, и со слабым стоном удовольствия заглотил член Асона. Он так долго ждал его! Сколько раз он пытался представить, что он снова здесь!       В наслаждении, куда уносил его проворный и мягкий язык Райдоналя, Асон чуть запрокинул голову и запустил пальцы в шевелюру правителя. Огонь желания зарождался в паху и разгорался с огромной силой, разливаясь по телу. Капитану не хватало сил, чтобы управиться с ним, а нужно ли? Толчки Асона стали настойчивее, требовательнее. Райдональ понял намек капитана и ускорил темп, пока Асон со стоном не излился семенем в рот правителю и замер. Едва отдышавшись, он начинал осознавать, что что-то, чего он почти достигнул, он так и не получил. Некого душевного удовлетворения, например. Все как всегда, услужливый Радонональ, искусно владеющий всеми премудростями любовных утех, но этого ему уже мало. Разочарование спустилось на капитана так внезапно, что удовольствие значительно смазалось. Райдональ пальцем стер с губ сперму Асона и прошептал:       — Если ты промедлишь еще хоть минуту, я сам тебя изнасилую.       — Так подставляй свою попку, кто тебе мешает?       С довольной улыбкой и предвкушением Райдональ повернулся, оперевшись на спинку кровати. Перед капитаном раскрылись упругие ягодицы, обнажая расслабленный анус правителя, и он медленно провел по нему пальцем. Как бы это выглядело, если вместо данитийца представить мальчишку? От прикосновения Райдональ застонал.       — Скорее! — дрожащим голосом потребовал он.       — Как всегда нетерпелив, — капитан ввел один палец и мягко погладил заветную точку внутри. Он знал, что Райдональ обожал это больше всех других ласк. Может, именно по этой причине он так сильно желает его, Асона. Раболожец не имел права доставлять удовольствие господину таким способом.       — Ммм….еще…ммм.       Второй палец капитана вошел внутрь горячего туннеля, и Райдональ зашипел.       — Как часто ты совокупляешься, Райни? — глумливо поинтересовался капитан, — Разве твой раболожец тебе мало дает?       Правитель прогнулся в спине, как ласковый кот, охотно насаживаясь на пальцы Асона.       — Ты же знаешь, что я не могу позволить Самии делать это со мной…аххах…       — Значит ждал меня?       Капитан вынул пальцы из правителя, и тот разочарованно выдохнул.       — Да что с тобой такое, Асон? Сегодня ты много говоришь…       — Это верно, — капитан провел рукой по своему восставшему члену и одним толчком вошел в Райдоналя.