Ты был предупрежден

Уилл оказался в баре, где назначила ему встречу едва знакомая девушка-омега, на пару часов раньше, чем обещал. Сидеть и дальше в гостях у Гарри не было ни малейшего желания – все-таки он был порядочным засранцем, хоть и считал себя другом Уилла. Только какой он друг, после того, как свалил из страны, оставляя Уильяма одного расхлебывать все то, что они вместе заварили. Теперь-то он говорил: «Спасибо, Вилли, что остался прикрывать мои тылы», да только хрен бы Уилл это сделал, знай он заранее, что Гарри собирается свалить. Конечно, стоило в его оправдание заметить, что потом он дружески позвонил и сказал: «Прилетай ко мне, чувак, альфам тут живется просто зашибись. Гражданство можно за год получить, и никакой экстрадиции, в случае чего. Тут вообще как в раю!». Только вот о том, что представления о рае у всех разные, Уиллу пришлось убедиться на собственном опыте. Лично он представлял себе рай вовсе не как место, где ему, чтобы прочно осесть, нужно было оплодотворить как можно больше омег. По натуре он был однолюбом, да и дети ему нравились не особо. Только вот условия получения гражданства детей предусматривали – в стране, как ему объяснили в отделе по вопросам миграции, в последние годы резко сократилось число рождаемости альф и иностранцев привлекали, как могли, но ставили условие – давали гражданство только, если в семье рождался хотя бы один ребенок-альфа. Иначе – депортация. И, если будешь долго искать нужного омегу для производства потомства, депортация ждала уже через три месяца. А в остальном-то да, в остальном – рай. Например, Уилл не успел и с самолета сойти, как уже получил с полдюжины предложений поужинать от одиноких омег разных полов. Которые он, впрочем, отклонял, вплоть до последнего – от милой невысокой брюнетки. Правду сказали в миграционной службе напоследок: «Какой там три месяца, у нас и три дня не пройдет, как найдете себе омегу». Но мысли о миловидной брюнетке сразу улетучились, стоило альфе в кисло-алкогольном и горько-табачном запахе бара учуять аромат, напоминавший ювелирно-ограненный алмаз, сладкий, опьяняющий, сводящий с ума. А, самое главное, принадлежал он тому, кто и выглядел, с точки зрения Уилла, идеально – весь этот надменный, аристократический профиль, отрешенный взгляд. Наверняка, этот омега был идеален и на вкус – альфе тут же захотелось попробовать. Какой там три дня, чтобы найти в огромном городе, населенном преимущественно бетами и омегами, свой идеал хватило и трех часов. - Угостить чем-нибудь? – Уилл сел рядом и позволил отсутствующему, ленивому взгляду ярко-голубых глаз изучить его с ног до головы. - Повтори, - обратился омега к лысоватому бармену глухим, чуть надтреснутым голосом, минуя посредника в лице Уилла, - за счет этого парня. Бармен выразил что-то вроде сомнительного согласия, одновременно пожав плечами и кивнув, и потянулся за бутылкой. - Что пьешь? – уточнил Уилл у омеги, желая одновременно завязать разговор и определиться с тем, что бы выбрать самому. - Виски со льдом. - Мне тоже самое, - кинул Уилл бармену и вновь перевел взгляд на парня. Таких отчужденных в присутствии альфы омег он не видел даже в своей стране, а уж в этом проклятом местечке, где за каждого альфу приходилось, судя по всему, драться, и подавно. Но у этого экземпляра он вызывал ноль реакции, даже, казалось, меньше, чем ноль – равнодушие напополам с отвращением – она уходила в минус. - Как тебя зовут? Меня – Уилл, - но альфа не собирался сдаваться просто так. - Ну, допустим… Мэтт, - омега получил свой виски со льдом, делая из бокала неторопливый глоток. - Приятно познакомиться. Я, знаешь, вроде как, турист. Вернее, не турист, - Уилл неловко хмыкнул. – Хочу получить здесь гражданство и все такое. Омега молчал, глядя вперед, на ряд стоящих перед ними на полках бутылок, и продолжал медленно цедить виски. - Хочу обосноваться в этой стране, вроде здесь мило, - продолжал Уилл, сам не зная зачем, слова звучали глупо и фальшиво. Он также получил свой виски и, в отличие от омеги, опрокинул его в себя залпом, сразу делая бармену знак «повтори», а затем добавил совсем уж глупое. – Вот, хотелось бы познакомиться с тобой поближе. На последние слова Мэтт отреагировал неожиданно бурно – развернулся к Уильяму всем корпусом, горячо задевая своим коленом его, и уставился на него из-за длинных черных, падающих на лицо, прядей волос, как на полного придурка. - Слушай, сразу видно, что ты здесь не больше дня, раз пытаешься подкатить ко мне, и ты явно еще не понял, как здесь все устроено. Поэтому дам тебе совет, который ты, считай, уже оплатил, заказав мне виски. Если ты действительно хочешь «обосноваться в этой милой стране», - слова Уилла он передразнил весьма похоже и от этого довольно мерзко, – от меня держись подальше! – и он демонстративно встал, вновь задевая коленом ногу Уилла, от чего через тело альфы словно заряд тока пустили. А потом пересел от него на другой край барной стойки. Посетители, бывшие в баре, обменялись негромкими смешками - омега, который не боится динамить альфу - не каждый день такое встретишь. Но если Мэтт думал, что своей строптивостью отобьет у альфы всяческое желание общаться, то он знатно просчитался. Это несвойственное омегам высокомерие и непокорность только еще больше подогревали в Уилле интерес. И он, дождавшись от бармена второго бокала, пошел вслед за Мэттом, вновь усаживаясь по соседству. Тот, даже не повернувшись, лишь презрительно фыркнул. - Но я же могу не следовать твоему совету? – поинтересовался Уилл, словно не было несколько десятков секунд назад всей этой демонстративной сцены. - Если ты такой идиот, - омега пожал плечами, вроде как равнодушно, но от Уилла не укрылось, что он бросил на него короткий смеющийся взгляд. - Ну и почему же мне стоит держаться от тебя подальше? В ответ омега разразился тявкающим смехом, перешедшим в кашель. - Серьезно? – выдавил он хрипло, пытаясь запить кашель виски, что, впрочем, делало только хуже. – А ты посмотри на меня внимательно. Кто я, по-твоему? Отвечать: «парень с самым крышесносным запахом и внешностью, от которых я почти кончаю в штаны» было, пожалуй, рановато для первых двадцати минут знакомства, и Уилл выдал очевидное: - Омега, - и потом добавил то, что для него было тоже немаловажным. – Одинокий омега. Парень наставил на него палец, словно говоря «в точку», а потом, вновь глотнув виски, спросил: - А сколько, по-твоему, мне лет? Этот вопрос был еще более непонятно к чему ведущий: - Двадцать с лишним? Мэтт фыркнул: - С лишним. Мне тридцать. А теперь подумай, почему у тридцатилетнего омеги все еще нет семьи в лице альфы и кучи наследников? На тридцать Мэтт выглядел с большой натяжкой (старше Уилла на три года, серьезно?), может, из-за худощавого телосложения, а, может, потому что рассмотреть его лицо было сложновато, так как его то и дело скрывали непослушные волосы. Но, даже если и тридцать, в любом случае, ответа на его вопрос у альфы не было. - Не знаю, - пожал плечами он. – Это странно, ведь выглядишь ты охрененно, - вот и признался. Омега вновь зашелся тявкающим хохотом, а потом жестко отрезал: - Потому что я бесплодный, ясно? Ни один альфа в мою сторону даже не смотрит. Вернее, смотрят, конечно, - следующий его смешок был похож на всхлип, - и трахают все, кому не лень. Только брать меня в семью никто не станет. Даже из жалости вторым или третьим супругом, потому что, за каждого, рожденного в семье альфу государство дает денег достаточно, чтобы жалости ни у кого не осталось. Уилл вспомнил, как Гарри в разговоре отзывался о второй жене (а с ним жило трое омег - государство давало добро на неограниченное количество браков), что она никак не может забеременеть и что, пожалуй, пришла пора заменить ее кем-то более пригодным к деторождению. Собственно, где-то после этих слов Уильям и уехал раньше времени, ему претило такое пренебрежительное отношение к кому-либо. Мэтт, замолчав, уставился на альфу с вызовом, мол «Ну и что ты теперь скажешь?», а потом добавил: - Мне было пятнадцать, когда объявили эту «чрезвычайную» демографическую ситуацию, двадцать – когда за детей-альф стали платить. До этого я даже с парнем встречался, но он меня бросил, потому что для всех альф я теперь бесполезен, просто лишний рот в семье, который надо кормить. Поэтому со мной тебе ловить нечего, – он фыркнул и отвернулся, допивая одним глотком все то, что оставалось в бокале. Уилл и ответить то ничего не успел, потому что в этот момент в бар ввалилась шумная компания и один альфа, оглядев посетителей, ухмыльнулся, направляясь прямиком к ним. - Здравствуй, Олли. Тебя-то я и ожидал здесь застать, - говорил он, издевательски растягивая гласные, к тому же собственнически положил руку Мэтту на плечо. – Пойдем в сортир, перепихнемся по-быстрому. Уилл аж обалдел на пару мгновений от такой наглости незнакомца, он решительно был настроен поставить зарвавшегося альфу на место, но Мэтт справился и сам: - Отвали, Стив. Не видишь, я разговариваю? Ответом на это послужил толчок в спину, от которого омега бы точно разбил нос о стойку, не успей он вовремя подставить руки. Тут Уилл уже не мог промолчать: - Э, ты что, охренел? – он встал и ткнул Стива кулаком в плечо, обращая на себя внимание. – Тебе же ясно сказали «отвали»! Он был готов драться, но незнакомый альфа посмотрел на него мягко, даже с каким-то нежным сочувствием, как на умственно отсталого. - Брат, чего он тебе такого наговорил? – Стив фамильярно положил красную, скорее всего, обгоревшую на солнце, руку Уиллу на плечо. – Он же шлюха, бесплодный. Да его весь район перетрахал – дает и с узлом, и кончать в себя. Если ты клиент и забил его первым, ты только скажи, я подожду. - Все, я пошел, - Мэтт стремительно поднялся со стула и, не дав Стиву себя сцапать, направился развязной походкой к выходу. – Все, что я выпил, запиши на его счет, - бросил он на ходу бармену и показал на Уилла. - С тебя полторы штуки баксов, приятель, - стоявший за стойкой мужчина усмехнулся. – Он ведрами виски хлещет. - Куда это ты собрался? – тут же зажали омегу в круг остальные альфы из новоприбывших, и Уильям понял, что без его помощи Мэтту из бара не выбраться. - Он – мой, ясно? – коротко бросил он краснокожему Стиву, а потом, оставив на стойке две тысячные купюры, также пошел по направлению к входной двери. При его приближении альфы расступились, посмеиваясь и давая Уиллу напутствия вроде «оттрахай его тогда за всех нас, если он твой» или «будешь должен, раз мы уступаем», зато Мэтт смог выйти. - Прости, - Уилл поспешил выйти вслед за ним. – Я должен был сразу вступиться, когда этот горелый окорок подошел. Мэтт дернул плечом, продолжая довольно быстро и уверенно идти, не смотря на выпитое, по словам бармена, «ведро» виски. Хотя, возможно, тот просто решил поживиться, понимая, что разбираться кто сколько выпил в сложившийся ситуации никто не будет. - Тебе не за что извиняться. Он не сказал ничего такого, что бы не было правдой. - Если что, я тебя не осуждаю, - тут же поспешил заверить Уилл. - По-твоему, мне нужно твое одобрение? – на миг Мэтт повернулся, чтобы одарить альфу презрением. - Хочешь, сходим в другое место? – Уильям уже чувствовал на себе насмешливые взгляды прохожих, пока тащился за омегой как собачка на поводке. И сдался он ему? Как будто других омег мало. – Выпить? Потанцевать? - Я иду домой. – Отрезал омега холодно. - Тогда я тебя провожу. - Слушай, - Мэтт остановился резко, так что Уилл по инерции прошел еще пару шагов, прежде чем понять это. – Ты чего добиваешься? Я тебе еще когда сказал – держись от меня подальше. Вернись в бар и найди себе кого-нибудь более подходящего. На миг Уилл вспомнил, как вообще очутился в том баре – по приглашению невысокой брюнетки, но забыть об этом далось в два счета, когда перед ним стоял Мэтт. - Ты мне вполне подходишь, - возразил он упрямо. - Не думай, что я из благодарности буду с тобой трахаться, - Мэтт вновь пошел вниз по улице. Уилл промолчал. - Даже на порог тебя не пущу, - продолжал омега грозно. - Ладно. Просто провожу тебя, чтобы убедиться, что по дороге с тобой ничего не случилось, - честно говоря, до боли в яйцах хотелось засадить этому упрямцу, но Уилл решил не переть, как все альфы в этом вопросе, напрямую, а пойти в обход. - Да ты, видать, полнейший кретин! – произнес Мэтт едва ли не с восхищением. – Ты это из жалости? Или только и ждешь, чтобы тебя депортировали? Уилл только отмахнулся: - Это только через три месяца, если что, случится, там и думать буду. Скажи лучше, почему этот мерзкий тип в баре назвал тебя «Олли»? Мэтт вновь неопределенно дернул плечом: - Я для них каждый раз разными именами называюсь, мне так спокойнее. - А как тебя на самом деле зовут? - Сказал же тебе, Мэтт, - и, предвосхищая дальнейшие расспросы, добавил. – Провожать ты меня можешь и молча. Они прошли еще пару улиц в тишине, когда Мэтт завернул к одному из домов, комментируя: - Мне сюда, - а потом остановился, скрестив руки на груди. – Ты номер то в гостинице уже снял, турист? - Нет, - Уилл легкомысленно пожал плечами, наблюдая, как омега красочно и театрально закатывает глаза: - Вот и не снимешь уже сегодня – не успеешь к ближайшей гостинице до десяти. А потом – типа комендантский час, и лучше вообще по улицам не шляться. Уилл уже чуть было не ляпнул: «Да, не страшно, поеду к Гарри», когда Мэтт, горестно вздохнув, махнул рукой: - Ладно уж. У меня переночуешь. Альфа мысленно поблагодарил себя за то, что всегда долго думал, прежде, чем что-то сказать.