Смерть-Сэтл. Трахайся, чтобы выжить

Четвертая пара (валькирия/суккуб) и доброе знакомство — Есть хоть что-то, от чего я не умру — ты, урод? — выкрикнула на выступление Анонима мускулистая воительница, выслушав правила. Сильная, прославившаяся своими нечестными приемами войны Гейрскегюль прекрасно осознавала ситуацию и позу, в которую ее загнула судьба. В то же время она благодарила Жребий, поставивший ее в паре с существом, питающимся сексуальной энергетикой и жидкостями, покидающими тело при половом акте. Правда, эту особь нужно было держать в ежовых рукавицах. — Нечисть, ты можешь угомониться? Потерпи до начала игры, — обратилась Гейрс к напарнице. Но суккуб низшего сословия плохо понимала речь. Это была самка суккуба, каких большинство. Она ползала на четвереньках по залу, иногда присаживаясь, как лягушка, иногда передвигаясь, как орангутанг, мяла рукой промежность, скулила, умоляюще глядя на валькирию. Она изнывала лишь от недостатка близости, но была довольно хрупка, как заметила Гейрс. Порой их знакомство напоминало хвалебную мессу, где нечисть несколько раз обползала воительницу по кругу, временами подтягиваясь по полу, словно тюлень, или переворачиваясь на спину, как игривая псина, демонстрируя крупные половые губы, обильно увлажненные, поблескивающие и натертые. — Да-да, я вижу, что с тобой мы победим, — иронично приподнимала брови Гейрс. Миниатюрная суккубиха садилась на колени перед ней, пальцами одной руки оттопыривая нижнюю губу, роняя слюну изо рта на упругие мячики грудок, облизывая пальцы и томно взывая взглядом к Гейрскегюль. Пальцы второй руки находились на стыке ее половых губ, тревожа пипетку клитора, время от времени вползая в лоно и растирая смазку по бедрам и низу живота. Она дотрагивалась влажными подушечками пальцев, только что побывавших в скважине между ног, до стопы воительницы, скользя к лодыжке и выше к голени. — Нетерпячка! — укорила валькирия и отошла подальше. Никакого эффекта возмущение на суккубшу не произвело, и та моментально принялась вновь осаждать другую ногу Гейрс. — Ты хоть как-нибудь говорить умеешь? — отшвырнула Гейрскегуль несносно озабоченное создание, лягнув ступней в плечо. Суккуб непонимающе уставилась снизу вверх. — О, конечно, нет. Если будешь так себя вести, мы первые сдохнем! Нас затрахают до смерти, понимэ? Нечисть усмехнулась, расслышав, по всей видимости, знакомое слово. «Затрахают» — это очевидно упало, как зерно в плодородную почву. Лунный камень ее пустых зрачков не содержал никакой эмоции, кроме желания поскорее слиться в экстазе с кем угодно. На красной коже выступили блестинки горячего пота. Молодая особь, — подумала Гейрс. Красные волосы длиной до плеч — обычно, чем опытней совратительница, тем они длиннее, потому что растут по дюйму за каждую эпоху. И еще… Если верить легендам… — Посиди смирно, а ну! — скомандовала воевода в юбке, схватив похотливую самочку и жестко развернув ее спиной, осмотрела холку. Почти свежая. Родственные особи помечают шею при спаривании, а у этой отметин совсем мало. Да, легенды не врут — иногда суккубы пополняют поголовье себе подобных и, все же, вступают в интим друг с другом. Информация для Гейрс оказалась бесполезная, зато от прикосновения чужих рук нечисть извертелась ужом; обвив ляжками икроножную мышцу валькирии, принялась натирать свою липкую промежность. Суккубка втиралась отчаянно, кружась на одном месте около сгиба ступни, а затем и вовсе прокатываясь раскрытыми гениталиями по берцовой кости, пока наконец клитор ее не достиг коленной чашечки женщины-воина. — Вот же неугомонная… Призадумавшись о некоем тренировочном разогреве перед Секс-Сэтлом, Гейрскегюль оперлась на выгодно образовавшуюся рядом часть руин, предоставив колено в качестве насадки. Вскоре суккуб творила с ногой все, что заблагорассудится: облизывала, покусывала, сосала пальцы, теребила ими складки своего бордового бутона, шире раскрывая его, терлась сосками, грудью, да и в общей сложности всем своим божественным телом (как недавно заметила Гейрс, оно было таковым). Незачем отказываться! — вдруг решила валькирия. За бесконечными войнами и завоевательными кампаниями, где ей доводилось полководить, об утехах амурных думать было недосуг. …недосуг, не до сук. Надо бы исправить, хуже не будет, — присела наземь Гейрс. Суккубиха заметно тряслась, возможно, испытывая какие-то множественные оргазмы от раскачивания и тактильных ласк — своими несметными рецепторами, делающими каждую клетку кожного покрова сверхчувствительной. Из нее, не прекращаясь, сочилась ленивая, прозрачная, густоватая жидкость. И нечисть не прекратит жаркое лакомство женским телом, пока любыми средствами не заставит напарницу кончить. Такова суть их вида. Гейрс не сталкивалась с суккубами напрямую, однако она слышала рассказы сослуживцев. — Да-а… нечисть… я знаю о некоторых твоих особенностях, — лукаво прищурилась Гейрс, когда существо провело ладонью по внутренней стороне ее бедра. Ладонь суккуба шмыгнула под повязку шкуры, что была вместо юбки на деве-полководце, свободная ладонь легла на мускулистую грудь и гладила накачанные мышцы Гейрскегюль по кожаному ремешку, утягивающему бюст. Рот прилип засосом к бедру. Нечисть активно лапала, одновременно целуя и в итоге проникая губами в нежную плоть, добравшись ртом по бедру под повязку. Валькирия шире расставляет ноги: «ну, что в этом плохого-то?» Знакомство удалось. Внезапно воздух сбился в ком, и будто образовывая шипящую воронку в случайном месте, начал преобразовываться в экран как раз напротив участниц, занятых разминкой перед битвой. Место все расширялось вибрациями, пока Гейрс не ощутила прилив тех же самых вибраций и расширений у себя между ног, только от более приятных воронок, нежели рождение экрана. Широкого экрана с ведущим внутри. — Итак, мы познакомились, — вещал мистер Ви, — добро пожаловать! Вы поладили с напарниками? Надеюсь! Потому что вместе вам придется пройти длинный путь в Порнокубе, а после вернуться, совершенно обновившись. Ваши напарники будут с вами не навсегда, но многое в игре зависит от вашего доброго расположения в паре. В этот момент валькирия сильней притянула голову суккуба к своей вагине. Врезавшись в разъем половых губ, рот нечисти открывался по-рыбьи, грубо целуя и маневрируя языком. — Итак! На данном этапе вам представится возможность познакомиться с парами соперников. Посмотрите на них и улыбнитесь. Кто-то из вас умрет! Точнее, умрут все, кто проиграет! И возможно, вы! Лишь одному из вас посчастливится взять главный приз. Гейрскегюль вытащила из подколенных ножен короткий кинжал и метнула его в мистера Ви, тот прошил экран, улетая глубоко в помехи, а прореха от улетевшего кинжала быстро затянулась в целое неповрежденное изображение. Воительница перекинула ногу на спину суккубке, запрокинула голову и, зажмурившись, прорычала сквозь зубы: — Кончаю! В этот неловкий момент экран размножился и на каждом из его фрагментов стали появляться лица других участников: чьи-то удивленные и пылающие от гнева, чьи-то скорбящие, рыдающие, молящие о помощи или, удивительно, безразлично-полупрозрачные. — Доброго времени суток, — произнес в один из экранов один такой безразлично-полупрозрачный лик с тюрбаносной головой. — Тебе пизда, мразь! — оскалилась вампирша, выдавая свое происхождение клыками. — Зачем так грубо? — возмутилось драконоподобное существо в чешуе, сложенное по типу человека. — Эй, смотри, баба с бицепсами, как у бодибилдеров! А то что, красное, у нее между ногами? — а это сказал уже определенно человек, и по всей вероятности, он разглядывал через экран Гейрс и ее суккубшу. — Ох, какая вульгарщина! Прелесть просто! — манерно порадовался за валькирию некто вроде эльфа, фея, муза или сатира… эти иерархии слабо различались и драться с ними не доводилось. — Получи, пиявка! — огромный вервольф нападал на коллегу, оставив без внимания соперников по ту сторону экранов. — Как вы, может быть, знаете, всего тринадцать пар игроков. Все бессмертные, могущественные и непобедимые. Вроде, — замолчал ведущий, словно вспоминая текст. — Ах, нет. Не все. Ну да ладно. При желании, у всех есть шанс, верно? Давайте же начинать!