Будь моей... соседкой.

Лекса сидела в своей шевроле камаро, которая резко контрастировала с окружающим её миром, каждая более менее горизонтальная поверхность которого была покрыта мягкой шапкой пушистого снега, продолжающего засыпать собой серый бетон и асфальт. В такт играющей в машине музыке, стеклоочистители неприятно скрипели, убирая с ветрового стекла каждую упавшую на него снежинку. Дверца машины открылась и на пассажирское сидение со вздохом облегчения уселась Октавия, запустив в машину порцию ледяного воздуха вперемешку с парой дерзких снежинок-самоубийц. — Надеюсь, у тебя была веская причина так задержаться, — глядя в зеркало заднего вида и выезжая с парковки возле дома подруги, спросила Лекса. — Вполне, — ответила Октавия, пытающаяся отогреть покрасневшие от холода руки. — Так может, и причину твою надо до университета подбросить, чтобы не опоздала? — усмехнулась Лекса и получила в ответ укоризненный взгляд серых глаз. — Во-первых, Рейвен ко второй паре, во-вторых, я просто проспала, потому что мы всю ночь украшали ёлку… — Теперь это так называется, да? — В-третьих, гопсподи, переспи уже с кем-то, твой юмор невыносим, — Октавия скрестила руки на груди и уставилась в окно. — Да ладно тебе, прости, если обидела. Я правда не хотела, — Лекса повернула голову в сторону подруги. В этот момент перед капотом машины появилось нечто, абсолютно наплевавшее на правила дорожнего движения и перебегающее дорогу в неположенном месте. Вудс ударила по тормозам с такой силой, что моментально втопила педаль в пол, одновременно с этим выворачивая руль в сторону. — Чёрт, — выругалась шатенка, открывая дверь и выходя из машины, чтобы сказать пару ласковых этому бешенному камикадзе. — Ты в своём уме? — начала было Лекса, но тут же столкнулась с виноватым взглядом голубых глаз. — Ебать… Гриффин, какого хера?! — Прости, — еле слышно ответила Кларк, собирая книги, которые выпали из рук и поднимаясь на ноги. — Лекса… У тебя кровь. Шатенка дотронулась холодными пальцами к участку кожи над бровью, который пульсировал и неприятно покалывал и почувствовала на кончиках что-то тёплое и вязкое. — У вас тут всё в порядке? — из машины вышла Октавия, потирая ушибленное плечо, — ух ты, Кларк, это ты нас подрезала? — Простите, — промямлила Гриффин, которая готова была сейчас сквозь землю провалиться от стыда, — я опаздываю на курсы по пейзажу и я просто… мне казалось, что я успею… но… — Кларк, успокойся. Все живы и почти здоровы, — тепло улыбнувшись, заметила Октавия, — а чтобы ты не опоздала ещё больше, мы тебя подвезём. Так ведь, Вудс? Шатенка не сводила пристального взгляда зелёных глаз с блондинки. Она сама не знала, зачем она это делает. Чтобы окончательно убедиться, что с девушкой всё в порядке? Чтобы унять бешенно-колотящееся сердце? А может, потому что после разлуки, Кларк казалась ещё прекраснее, чем раньше? — Вудс, небо вызывает землю, — пытаясь вывести подругу из ступора, вопила Блейк, — садись уже, поехали. Кларк всё ещё не поднимала взгляда, рассматривая свои ботинки, на которых таял снег. — Садись, — прохрипела Лекса, пугаясь собственного голоса, — пожалуйста. Шатенка открыла дверцу и Кларк заняла место на заднем сидении, наслаждаясь теплом машины. Шевроле мягко тронулась, на пару секунд забуксовав задними колесами на снегу. — Куда тебя подвезти? К университету? — не отрывая взгляда от дороги, уточнила Лекса и посильнее сжала руль, пытаясь унять дрожь в руках. — Да, если можно, — тихо ответила девушка, — Тебе надо обработать рассечение. — Успокойся, это просто царапина. Октавия следила за девушками, буквально задыхаясь в напряжении, которое они создали своими короткими фразами. Слишком упрямые, чтобы заметить очевидное притяжение, слишком. — Интересно, почему это Рейвен не ходит на эти курсы? — задумчиво поджав губы, произнесла брюнетка. — Неужели изменяет? — Мы приехали, — останавливая машину, оповестила Вудс. — Не переживай, О. Рейв тебе ни за что не изменит, у неё просто пейзажи получаются гораздо лучше, чем у меня, — вылезая из машины, ответила Кларк, — спасибо, что подвезла, Лекса, и, пожалуйста, обработай рану. — Пока, Кларк, — за двоих ответила Октавия, глядя на подругу, которая снова впала в ступор.

***

— Боже, это невыносимо, — Лекса запустила пальцы в волосы, — я с ней встречаюсь каждый день. Каждый, чёртов день. На улице, в магазине, в кафе и даже однажды в аптеке. Мы, когда жили в одной квартире, пересекались меньше, чем за эту неделю. То я её сбиваю на машине, то она столкнувшись со мной, обливает меня краской. Это пиздец какой-то. — Ты не рада? — Октавия удивлённо подняла брови, стоя на четвереньках и раскладывая под ёлкой подарки по какому-то своеобразному плану. — Я рада. Не тому, что сбиваю Кларк на машине и не тому, что пришлось весь вечер куртку отстирывать. Встречам рада, — делая глоток пива из бутылки, заметила Вудс, — но всё происходит слишком быстро… я даже не успеваю предложить ей… — Сходить на свидание? — путаясь в мишуре, уточнила Блейк, — Кто бы мог подумать? Великая Александрия Вудс не может пригласить девушку на свидание. Ну хоть, слава богу, до тебя дошло, что это надо сделать, а не сбегать от Кларк в другой штат. Лекса нахмурила брови и закусила нижнюю губу так сильно, что почувствовала неприятный вкус металла во рту. — Ты же знаешь, как для меня это всё тяжело. Все эти отношения, которые не несут ничего, кроме боли и разрушения. Эти чувства… Любовь, симпатия, привязанность. Слишком трудно. — Отставить эти ненужные и наводящие тоску и уныние рассуждения. Лекс, я знаю, что жизнь изрядно полупила тебя кнутом, но может, Кларк предназначенный тебе свыше пряник? — довольная собой Октавия вычеркнула из списка дел несколько пунктов. — Боже, не говори больше подобных вещей, от них хочется блевать. Но ты права, я не могу без Кларк. Не только эмоционально, но и физически. Ни черта не получалось в этом Куантико, потому что мысли были заняты ею и тело отказывалось подчиняться. Я никогда ни к кому такого не испытывала. Поэтому я хочу сделать всё красиво, а не снова испортить всё к чертям собачьим. — Я хотела на выходных встретиться с тобой, Рейв и Кларк. Отличный повод предложить своей Джульетте сходить на свидание, — усмехнулась Октавия, уворачиваясь от запущенной в неё диванной подушки.

***

В маленьком уютном кафе играла рождественнская музыка и всё вокруг буквально было увешано праздничными украшениями. Лекса невольно поёжилась. Нельзя сказать, что она не любила Рождество, просто то, что она видела вокруг и то, как сходила с ума Блейк, слегка пугало её. — Привет, — напротив Лексы села Кларк, всё ещё покрасневшая от мороза. — Мы первые, как я понимаю? — Привет, — улыбнулась Вудс, — да, Октавия звонила и сказала, что они задержаться, потому что на праздничной ярмарке скидка на венки из остролиста. Они стоят в очереди. — Бедная Рейвен, — рассмеявшись, констатитровала Кларк, — извини, я тоже опоздала. Тебе, наверное, очень скучно было? — Не то чтобы очень, я просто боялась, что еще немного среди этих праздничных украшений и я, как Гринч, уйду жить в горы. — Не любишь Рождество? — удивилась Гриффин. — Люблю, но когда оно не становится чем-то ужасно фанатичным. Октавия так вообще помешалась на своём воображаемом идеальном празднике. — Сейчас договоришься и это волшебный венок будет украшать твою могилу, Вудс, — донеслось до Лексы. Возле неё стояли: улыбающаяся настолько широко и зловеще, что ей можно спокойно было предложить роль в следующем фильме про Джокера, Октавия и абсолютно несчастная Рейвен, которая держала в руках три рождественских венка. — И тебе привет. Объясни, нахера тебе три венка? — Тебе, Кларк и нам, — опускаясь на стул, оповестила подруга, — я не такое дерьмо, как можно предположить. Я обо всех позаботилась. — Я даже квартиру не украшала, — в один голос заметили Кларк с Лексой и рассмеялись, ловя на себе ошеломлённый взгляд Октавии. — Чума на оба ваши дома! Ещё скажите, что вы отмечать не собираетесь! — Ну вообще-то так и есть, — спокойно заметила Лекса, — может, так уж и быть оставлю печенье и молоко для Санты. — Блин, точно. Я забыла про старого доброго Николаса и это учитывая, что он на каждом углу, — также, как и Лекса, съязвила Кларк. — Вы огорчаете тётю Октавию, — произнесла наконец-то отогревшаяся Рейвен, — а она и так на грани суицида. — Что случилось? — поинтересовалась Кларк. — Ко мне на Рождество приезжают родители, чтобы провести праздник в кругу семьи и познакомиться с Рейвен. Вы тоже можете прийти, если хотите. — Боже, О, что мы забыли на семейных смотринах? — закатив глаза, спросила Лекса. — Ну, вы же часть моей семьи. Не по крови. А по духу и по… — Октавия, успокойся. У тебя руки трясутся уже, — приобнимая девушку, прервала её Рейвен, — все всё поняли. А нам надо через пятнадцать минут забрать у миссис Браун индейку. — Вот черт, Кларк, Лекс, простите. Нам надо ехать, — Октавия вскочила со стула и пулей вылетела из кафе. — Простите за это. Она очень волнуется. Если вы хотите, то, правда, приходите на ужин, — Рейвен с грустью посмотрела на подруг. — Не переживай, Рейес, мы всё понимаем. И нам не по пять лет, мы найдем чем занять себя, — с улыбкой ответила Лекса. Брюнетка хотела ещё что-то сказать, но с улицы послышался нетерпеливый звук клаксона. Девушка попрощалась и поспешила к Октавии. — Кларк, — начала было Лекса, но блондинка перебила её тем же вопросом, который Лекса собиралась сейчас задать: — Ну так что? Проведём Рождество вместе?