Ненависть - признак любви

      Большие часы на стене в пустой, наполненной горами всевозможных вещей комнате пробили шесть, когда Даня перевернул последнюю страницу. Книга его, однако, надолго завлекла — и недаром, книга была интересной. Легенды о вампирах, оборотнях, магах и тех, кто с ними сражается, причём в современном мире… Всё написано в таком ключе, будто всё это происходило на самом деле. Но, к сожалению, книга быстро исчезла у Дани прямо из-под носа — её забрала Эля.       Она молча переложила её на стол, к остальным книгам. У Дани мысленно потекли слюни на такие богатства — на столе лежали десятки потрясающих книг в самых разных жанрах: фентази, фантастика, детективы и триллеры, хорроры, русская и не очень классика, — другими словами художественная литература, — боевики, графические романы, даже манга была. На длинных полках шкафа, стоявшего рядом, красовались огромные энциклопедии, плотно прижатые друг к другу, пестрили корешки старинных томов в красивых кожаных переплётах, причём, судя по названиям, на разных языках: латинский, — коего больше всего, — испанский, немецкий, норвежский, ирландский, ну и, конечно же, не без английского. Как-то Даня даже брал в руки одну из этих книг — в бархатном переплёте, с окованными медью уголками. Пожелтевшие страницы не внушали доверия — казалось, что они вот-вот развалятся в прах прямо на руках. Конечно, Даня очень хотел прочитать книгу, но Эля решила, что будет лучше, если он оставит эту идею.       — Эля, я вообще не понимаю, зачем ты всё это устроила, — из-под завалов одежды вылез Ваня и, сонно зевнув, припал спиной к стене, медленно сползая вниз. Даня поёжился. Находиться в комнате рядом с ним ему хотелось меньше всего, но делать было нечего — Эля совершенно точно решила, что они все поедут в горы, ибо «Вам надо получше познакомиться, горный воздух вам точно пойдёт на пользу». — Или тебе панически не хватает тёплого чая у камина? Я бы мог с тобой как-нибудь вечерком посидеть и без гор.       Девушка, до сих пор бегающая туда-сюда с руками, полными различных вещей, остановилась. Она повернула голову в сторону Вани.       — Лучше, чем болтать попусту, занялся бы делом! — взъелась девушка. — Нам, вообще-то, отъезжать уже через… — Эля задумчиво стала зажимать пальцы. — Через четыре часа! А у меня ещё не собран чемодан!       — Ты уже полкомнаты в чемодан-то свой запихнула. Тебе столько всего и не пригодится. — Ваня уже осел на пол и спустил себе кепку на глаза.       — Ты это мне в укор ставишь? Да?        Голос у Эли всегда был хорошо поставлен. Как у актрисы. Ей бы в театре играть.       — Если вы быстро собрали свои шмотки, — а сколько их там у вас? Всего ничего! — это не значит, что вы можете — она посмотрела на Даню, который взял в руки очередную книгу, и сразу же отобрала её. — Читать книги… — далее очередь дошла до Вани. Эля резким движением сняла с него кепку. — И спать у стеночки!       — Эй, да чего ты! — подскочила альфа, забирая свой головной убор, — Эля, я вовсе не это имел в виду. Ну, ты же знаешь, что я пришёл сразу после работы. Это ещё повезло, что меня отпустили, хотя у меня даже рабочий день не закончился.       — Твоя работа — не моя забота! — хмыкнув, Эля продолжила сборы. — Рабочий день… — в куче хлама она нашла какой-то кекс и, повертев его в руках, кинула Дане. — Скажи уж лучше — рабочая ночь! Ха, так ещё и неизвестно, чем ты там занимаешься!       — Эля… — взгляд Вани как-то похолодел. Он нахмурился и вновь сел на пол.       Обстановка всё больше и больше накалялась. Всё эта гнетущая атмосфера сильно давила на Даню, поэтому он лишь подальше забился в тёмный угол, только бы его не заметили. А вообще, Эля была права — собрать вещи получилось минут на пятнадцать. А что там собирать-то: несколько старых папиных свитеров, пара маминых джинсов, которые ещё давным-давно сели из-за стирки и ей уже не подходили, книжка, подаренная Дане родителями на Новый Год, причём не просто книжка, а фантастический боевик, таблетки — в основном подавители для омег, — и ещё какие-то вещи. Да уж, это ни в какое сравнение не идёт с тем, сколько всё-таки вещей складывает Эля. Кажется, она рада этой поездке больше всех, поэтому Даня даже и пререкаться не хотел — счастье подруги для него важней всего.       Кстати, родители Дани, как ему показалось, почти и не обратили внимания на всё это, слишком быстро согласились на подозрительную авантюру. У Дани даже мелькали в голове мысли, что Эля их подкупила, но это был уже бред какой-то, так что он всегда пытался поскорее выкинуть из головы эти бредовые мысли. Скорее всего они просто понимали, что сами бы никогда в жизни не смогли бы позволить для сына такое роскошное удовольствие, но ведь так не хочется, чтобы сын всю жизнь в родном городе только и сидел… Даже и без них, но… Да, так оно и было! Даня точно для себя решил, что эта версия больше всего ему нравится и опровергать её совершенно не хотел, хотя в душе понимал, что родители просто рады, что из дома убрали «лишний рот» хоть бы и ненадолго. Обидно, конечно, что родители так легко решились отпустить родного сына непонятно куда и непонятно с кем, но Даня их не винил, ведь сейчас в стране кризис и прокармливать не только себя, но и ребёнка — дорогое удовольствие. Если, конечно, удовольствие вообще…       Впрочем, как бы то ни было, он был даже немного рад, что Эля предложила — хотя скорее заставила, — поехать куда-то вместе. Даже если это «вместе» подразумевает и Ваню, к которому Даня, хотелось бы сказать, что испытывает лишь апатию, но нет! Он его ненавидел! Но даже такой отвратительный альфа, как Ваня, вряд ли мог испортить ему настроение, всё же чувства к Эле сильнее.       — Фуф, всё! — с облегчением вздохнула Эля, присаживаясь на гору из трёх чемоданов словно бы на свой трон. — Теперь мы можем спокойно передохнуть перед отъездом. Всё-таки нам ехать довольно долго. Хм, вы не против перекусить?       — Н-ну… Было бы не плохо. Наверное… — Даня вышел из угла, словно из сумрака, и сел на кровати в «позу могущества» или, как бы сказала мама Дани, занимающаяся йогой на протяжении уже долгих лет, поза Сиддхасана. Если честно, Даня никогда не понимал, зачем придумывать все эти сложности. Все эти названия по типу «сверни ноги трубочкой параллельно меридиану» на какой-нибудь латыни пугали его. Кто это вообще придумывает? — А разве нам не лучше прямо сейчас выехать? Хотя, я, конечно, не имею права спорить… вы в любом случае будете правее меня, я уверен. Просто это моё предположение… Но если вы думаете иначе, то прошу, не обращайте внимания.       Девушка легко улыбнулась и, подойдя ближе, присела рядом.       — Даня, хватить уже извиняться перед всеми, — она взяла руки Дани в свои. — Мы всегда учитываем твоё мнение. Тем более, я понимаю, что ты очень взволнован, всё-таки это твой первый выезд за пределы города, но ты, кажется, даже слишком обеспокоен, ты так не считаешь.       — Ах, эм, прости, я не хотел, чтобы ты волновалась. — Даня смущённо отвёл взгляд.       — Я сказала прекратить извиняться! — возмущённо воскликнула девушка. — Ну ладно, раз тебе так не терпится, то мы выедем раньше. Поесть купим чего-нибудь по пути, ты не против?       Даня покачал головой, давай знак, что он согласен.       — Ну вот и славно! — Эля вскочила с кровати и подошла к альфе. Она присела рядом и сложила руки у рта рупором, — Не спать, рядовой!       — А! да что б тебя! — Ваня вновь подскочил как ошпаренный и отшатнулся на пару метров. — Эля, это уже не смешно! Прекращай будить меня так резко, дай вздремнуть спокойно.       Эля встала вслед за парнем и поправила светло-лаймовую неопреновую юбку.       — Ты всё прослушал… — разочаровано выдохнула девушка. — Мы уже выезжаем вообще-то. Ты, конечно же, пропустил наш с Даней разговор мимо ушей. Впрочем, это уже не важно, пропустил ты его или нет, пора бы уже идти. Ваня, ты тащишь мои чемоданы.       — Что?! — от возмущения у Вани даже перекосило лицо. — Да что ты себе…       — Ну ты же не заставишь несчастную, слабую, беззащитную девушку… нести столь тяжёлые вещи? — она мило похлопала глазками и, развернувшись, радостно вышла из комнаты.       Ваня вздохнул и послушно зашагал по направлению к чемоданам, которые даже своим видом отнюдь не облегчали работу, так как выглядели как бетонные блоки, покрытые блестящим сиреневым лаком. На вес они, наверняка, тоже как бетонные блоки.       — И что тебе дома не сидится?.. — шёпотом сам у себя спросил Ваня и принялся за дело, а Даня тем временем незаметно решил уйти из комнаты за Элей, лишь бы не оставаться наедине с этим агрессивным альфой. ***       В аэропорте, когда ты там появляешься впервые, часто не знаешь что делать. Ты очень волнуешься, но в то же время тебя трясёт от нетерпения.       Даня вышел из машины вслед за Элей. Он тихо поблагодарил водителя, который к тому времени уже уезжал, не обращая внимания на Даню, и нервно вздохнул.       — Даня, ты чего застыл? — поинтересовалась Эля, когда заметила отсутствие Дани рядом с ней.       — Ах, прости, просто это всё так волнительно… — смущённо признался парень, поправляя рюкзак за спиной. — Прямо за моей спиной сейчас взлетают самолёты! Ты даже не представляешь, я весь в оцепенении! Я просто боюсь обернуться и увидеть всё это… Ноги словно бы ватные…       — Ха-ха, нет, Даня, ты ошибаешься… Я прекрасно тебя понимаю! — Эля улыбнулась и повернулась к Дане, стоящему к ней спиной. — Ну, нет ни одного человека, который бы не волновался перед своим первым полётом, так что… мы подождём.       — Вообще-то я… — Ваня не успел договорить, как ему в живот врезался локоть. — Ух!       Даня глубоко вдохнул воздух в лёгкие и, задержав его на секунды, спокойно выдохнул. Он замолчал, рассматривая закатное небо. Спустившееся к горизонту солнце, уже потихоньку теряло свою яркость, так что можно было спокойно его разглядывать.       Вместе с цветом заходящей звезды меняют цвет и неимоверных размеров кучевые облака, медленно проплывающие над землёй. Небо уже приобретает огненно-красный цвет, а от места захода солнца сквозь пушистые облака, похожие на кусочки ваты, протягиваются высоко вверх светло-оранжевые лучи в виде отчетливых радиальных полос, освещающие облака вокруг. Ты смотришь на эти облака, рассматривая их позолоченный солнцем контуры, и понимаешь, что ты жив. Просто жив. И тебе достаточно даже того, что ты дожил до сегодняшнего дня и наслаждаешься закатом. Таким закатом, которого ты больше никогда не увидишь…       Тонкие юношеские руки отпустили лямки портфеля и, как неконтролируемые конечности марионетки, упали по швам.       — Простите, это так сложно…       — Тц, как же ты надоедаешь! — воскликнул Ваня, — Ты сказал, что за твоими плечами взлетают самолёты! За твоими плечами сейчас люди, имеющие возможность воспарить над землёй! За тобой сейчас мы! Просто развернись!       — Ум-м… Я…       Даня осёкся. Он сглотнул вставший в горле ком и начала медленно разворачиваться. В какой-то момент его руки перестали дрожать, а ноги смело удерживали тело. Казалось, словно весь страх просто-напросто исчез. Все переживания испарились, пропали… Ощущалось чувство лёгкости и спокойствия… Словно кто-то держал за руку… и вёл вперёд.       Резкий поворот.       — Ах! — Даня закрыл рот рукой, восторженно глядя на огромное изогнутое здание аэропорта всё из тёмно-синего стекла, освещаемого тёмно-красным светом заходящего солнца. Аэропорт представлял из себя микс геометричности, футуризма и высокотехнологичных материалов — бетона, стекла и металла. — Это… просто потрясающе! — шепчущим голосом восхитился парень. Он развёл руки в стороны и засмеялся.       — Чего расхохотался, дурень? — язвительно возник Ваня, запихивая руки в карманы.       В тот же момент по щекам омеги потекли слёзы. Он стал спешно вытирать их, продолжая улыбаться.       — Чего разревелся?       — Даня, ты в порядке? — с сочувствием в голосе спросила Эля.       — Да, всё в порядке, — всхлипнув, ответил Даня. — Просто… я так благодарен тебе! Всё просто лучше некуда, я на седьмом небе, правда!       — Ну-ну, Дань, попридержи эмоции и на полёт, — девушка подошла к парню и, достав из небольшой сумочки платок, стала вытирать слёзы омежки. Она улыбнулась и продолжила, — Это ведь только начало! Кстати, внутри аэропорт тоже не хуже, — после этих слов Эля подмигнула парню и, приобняв Даню за плечи, повела его прямиком к главному входу.       — Ты права, мне стоит поумерить пыл. — Даня вновь засмеялся. Они с Элей пошли вперёд Вани, которому пришлось тащить чемоданы юной леди. ****       — Ва-ау! — восторженно протянул Даня, разглядывая высокие потолки здания.       Как и говорила Эля, внутри аэропорт ни чуть не хуже — очень уж восхищал необычный интерьер с деревянными элементами-коконами. Главный вход располагался в чуть отделяющемся от здания куполообразном помещении, а когда ты заходил внутрь и оборачивался, перед тобой представала огромная наклонная стена сплошь из окон, отделяющихся друг от друга лакированными деревянными балками светлых цветов. До потолка, поди, считай, примерно двадцать метров. На самом потоке расположены больших размеров окна в виде пчелиных сот и таких же форм лампы, правда, те уже поменьше окон раз в пять, да и по количеству их уж точно было больше.       Также, как только заходишь, можно было увидеть террасы последующих этажей, простирающиеся от самого начала аэропорта до самого конца. Видимо, это было сделано специально для тех, кто по этим этажам и ходит: чтобы могли наслаждаться видом из этой огромной стены, состоящей из окон. Впрочем, это и снизу выглядело очень даже красиво.       Даня проехался по огромным плитам, перламутрового цвета из которых состоял весь пол в аэропорту, и, засмотревшись на потолок, случайно подскользнулся.       — Даня, не стоит так делать. — Эля помогла омеге подняться. — Знаешь, а ведь я тебе должна бы и рассказать об этом аэропорте хоть немного, нет?       — Ну, не знаю…       — Так и быть, — счастливо начала девушка, отпуская руку Дани, — Раз уж ты просишь, расскажу тебе! Аэропорт имеет четыре этажа и просторный холл на входе. На первом этаже обслуживаются отбывающие пассажиры, а также здесь происходит и получение багажа прибывших пассажиров. Второй этаж комплекса предусмотрен для прибывших пассажиров — там расположен пограничный контроль, контроль авиационной безопасности транзитных пассажиров, выдача виз, а также зоны отдыха для прибывших пассажиров. На третьем этаже, предусмотренном уже для отправки пассажиров, — ну, зал ожидания и всё такое, — осуществляются таможенный и пограничный контроль. А ещё на этом этаже действуют магазин «Duty tuty» и пара кафешек. Четыре этажа здания на всех уровнях обвиты изнутри конструкциями своеобразных «коконов», изготовленных из дубового шпона, а кафе, бары, торговые киоски в бизнес-зоне «Malas Lounges» на верхнем этаже архитекторы спрятали в деревянные полусферы! Разве не удивительно?       — Да, это и вправду просто невероятно. — Даня рассматривал «ступеньки из ниоткуда».       — Даня, эскалатор. — Ваня учтиво показал руками на незнакомое Дане устройство, а после перевёл руки и на Даню. — Эскалатор, Даня.       — Хватит баловаться! — Эля стукнула альфу по голове и ступила на одну из ступенек. — Кстати, нам как раз сюда.       Даня аккуратно перешагнул на эскалатор следом за девушкой, чуть пошатываясь от ощущений высоты.       — Так, на чём я остановилась? — Эля задумчиво поглядела куда-то вдаль, но тут же улыбнулась, — Так вот, если хотите зайти в кафе, мы могли бы. Хах, террасы с видом на перрон там, конечно, нет, но зато есть очень красивые панорамные окна. Кстати, в зоне прилета и вылета — ковролин и, соответственно, там тихо и мягко.       Даня перевалился через перила, пытаясь разглядеть какого-то мужчину.       — Я так волнуюсь… А мы тут не заблудимся? Багаж не потеряем? — Даня отстранился от перил. — Ха-ха, а если я запаникую в самолёте?       — Даня, ты ведёшь себя совсем как пятилетний ребёнок! — возмутился альфа, глядя на растерянного омежку.       Даня замолчал, приняв возмущения со стороны альфы.       Если честно, ему до сих пор было как-то неуютно находится рядом с Ваней. Тот день никак не выходил из головы, а объяснений его действиям Даня так и не нашёл… Да и не нужно! Достаточно того, что он альфа — подлое, эгоистичное по своей природе существо. Этой причины достаточно для ненависти.       — А каково это? — внезапно спросил Даня.       — Что именно? — поинтересовалась бета.       — Ну, я имею в виду… — он потянулся рукой к затылку, — Полёт. Как же это, там в небе? Облака, наверное, совсем рядом. Ты будто можешь их коснуться… Не так ли?       — Хах, скоро увидишь… — бета шагнула вперёд, сходя с эскалатора.       Ждать пришлось не так уж и долго — посадка на самолет началась довольно-таки скоро. Этот большой коридор, по которому все переходят в самолет, завораживал Даню не меньше аэропорта — светлое, полностью стеклянное помещение. Идёшь по нему вперёд, к самолёту, и такое ощущение восторга и страха одновременно.       Так получилось, что Даня перегнал своих друзей и вошёл одним из первых. Сначала он растерялся, мечась туда-сюда между сиденьями. В конце концов, он всё же разобрался, но не без помощи — ему помогла некая женщина средних лет. Она заметила Даню и, подойдя поближе, расспросила его. Тот взглянул на даму, что была явно выше него не меньше, чем на голову, и объяснил ситуацию. К счастью, женщина только усмехнулась и после помогла растерявшемуся парню найти своё место. Поблагодарив незнакомку, он запихнул свой рюкзак на багажную полку, — как ему подсказала всё та же женщина, — пристегнулся, только заметив ремень, и вытаращился в окно.       Через некоторое время Ваня и Эля тоже зашли в самолёт. И волею судьбы — ну или Эли, — Дане пришлось сидеть рядом с Ваней…       Даня сконфужено поёжился и отвернулся к окну, пытаясь не обращать внимания на альфу. Тот недовольно фыркнул, но решил конфликтов не затевать — в самолёте всё же неудобно. Вскоре посадка была окончена, и начался запуск двигателей, за которым Даня, совершенно забыв о своём соседе, имел возможность непосредственно наблюдать, поскольку винт был прямо напротив его иллюминатора. Он прилип к стеклу, наблюдая за тем, как части крыла отодвигаются вниз и назад.       После к пассажирам вышла стюардесса, так как было необходимо провести инструктаж. И даже эту лекцию Даня слушал с замиранием сердца, однако, голос этой стюардессы — правда, она скорее походила на буфетчицу в школьной столовой, — сотрясал самолёт баритоном не хуже рёва двигателей. И когда инструктаж, казалось, вечный, закончился, самолёт порулил по полосе.       Развернувшись в торце, пилоты добавили газу двигателям, отпустили тормоза и всех, кто находился в салоне, вжало в кресла. В этот момент Даня приглушённо ойкнул и зажмурил глаза. Сердце застучало быстрей и руки уже были не в силах вжиматься в подлокотники. В этот момент у Дани произошла паническая атака: внезапно пробрало до костей и ощущение внутренней дрожи, стало резко не хватать воздуха, началась отдышка. После короткого и энергичного разбега самолет, наконец, поднялся в воздух. Даня поднял дрожащую руку и прикоснулся кончиками пальцев к окну. Внезапно закружилась голова, появилось чувство беспомощности и ощущение кома в горле. Земля ушла из-под ног и все мышцы в теле напряглись.       — Я не хочу умирать… — Даня судорожно стал оглядывать салон.       — Ты что-то вякнул? — к нему повернулся Ваня, махнув каким-то журналом в его сторону.       — Н-не… — Даня зажал ладонями заложившие уши и согнулся к полу. — А-а-а! Нет, я не хочу умирать! Выпустите меня!!!       Даня схватился за горло и откинулся к спинке кресла. Он стал жадно глотать воздух ртом, постоянно ударяясь головой о кресло. Глаза предательски защипало, и по щекам потекли слёзы.       — Воу-воу! — Ваня отстранился от омеги. — Что с тобой, чёрт возьми?       — Кх-ха… Кх, к-кха… — со стороны казалось, словно он сам себя душит.       — Даня, ты что творишь?! — Ваня стал отдирать Данины руки от шеи, но это лишь усилило панику. Омега стал пинать кресло спереди и громко кричать. — Да стой же ты!       По самолёту пошёл непонятный гул. Похоже, люди забеспокоились столь тяжёлым состоянием одного из пассажиров.       — А-а-а-а, выпустите меня!!! — сил пинаться у парня уже не оставалось, но состояние, казалось, ухудшается с каждой секундой. Даня уже не слышал — и уж тем более не слушал, — Ваню. Всё тело горело и конечности сводило судорогой. Ему уже казалось, что его собственные действия ему видны со стороны, появлялось ощущение невозможности управлять ими. Даже мир вокруг воспринимался как нереальный, отдаленный, лишенный своих красок. Даню прошибло холодным потом и резко затошнило. Он вновь согнулся к полу, крепко закрыв рот обеими руками.       — Так, спокойно! — к ним подбежала молоденькая стюардесса. Ваня очень обрадовался, не увидев ту толстую буфетчицу. — Ах, тяжёлый случай…       — А что с ним происходит? — поинтересовался Ваня. Его голосу вторил громкий крик Дани       — Это паническая атака! — возмущённо воскликнула девушка, видимо, своей интонацией указывая на то, насколько всё-таки Ваня глуп. — Надо срочно оказать первую помощь, правда, я не уверена, что простая терапия тут поможет. Если что, пассажирам мы уже сообщили о сложившейся ситуации, попросили не беспокоится и… реагировать как на плачущего ребёнка. — девушка пожала плечами и посмотрела на несчастного парня, бьющегося в конвульсиях. — Сейчас мы вколем ему этот препарат, он его успокоит.       — Хей, а это не опасно? — Ваня опасливо глядел на шприц в руках стюардессы. — Что это за препарат.       — Не беспокойтесь, это обычный снотворный препарат, он просто уснёт на некоторое время, — начала его успокаивать девушка, — это не опасно ни в коем разе. Так что просто не мешайте. Тем более, всё это вызвало сильное беспокойство среди остальных пассажиров. — она перегнулась через Ваню и, крепко сжав предплечье всё ещё кричащего Дани, вколола ему снотворное. Через какое-то время он стал утихать. — Вот и всё. Есть возможность того, что его начнёт рвать, — побочные эффекты препарата, не бойтесь, в этом нет ничего страшного, — так что просто проследите, чтобы он не подавился рвотой.       — Не самые приятные подробности, — заметил Ваня, придерживая омегу за плечо, чтобы тот на упал. — Однако, спасибо Вам огромное.       — Ну, подробности и правда не из самых приятных, — девушка усмехнулась, — Но это жизнь, чего вы хотели? А вот благодарить не стоит — это наши обязанности, так что… — последующие слова уже Ваня не услышал, так как стюардесса отвернулась и ушла.       Ваня глубоко вздохнул и посмотрел в окно. Солнце уже опустилось за горизонт, и кучевые облака казались огромными снежными вершинами гор, освещаемые снизу неярким пурпурным свечением солнца, лучи которого до сих пор боролись с забвением, едва освещая белоснежные контуры облаков золотистым светом. Внизу едва виднелись сквозь облака улицы ночного города, образующие небольшие микросхемы, а где-то выше самолёта проглядывались тёмно-синие перистые облака, тоже освещаемые охристым свечением последних солнечных лучей.       Внезапно на плечо альфы упала голова спящего омежки. Ваня чуть вздрогнул от неожиданности.       — Тц… А ну отстань! — он откинул голову Дани, но она всё равно вновь упала ему на плечо. Ваня покраснел и, сделав ещё несколько тщетных попыток убрать от себя омегу, всё же сдался. — Ну и ладно! — Через секунды он уже забыл об этом и, достав телефон, включил камеру. Сделав несколько фотографий, он быстро достал из кармана наушники и, вздохнув, включил музыку.       Даня стал тихонько посапывать.       — Ты же так хотел это увидеть… — Ваня посмотрел на омегу и, глубоко вдохнув, воткнул один наушник в ухо Дани. — Так радовался… И что теперь?..       Но ответить Даня, к сожалению, — а может, и к счастью, — не мог. Оставалось только наблюдать за омегой по наставлениям стюардессы.       — Так хотел увидеть это…