Роза с колючками

Жизнь приобрела удивительные краски. До того вечно одинокий омега стал познавать, какого находиться рядом с альфой, узнавать его с новой стороны и проникаться все более очевидной симпатией. Многие замечали, что он расцветал, роза раскрывала свои нежные бутоны. Частая улыбка, легкая мечтательность, все говорило в омеге, что юное сердце наконец влюбилось. Это заметил и король, решивший сделать негласным поводом для бала. И если на то уготовано судьба, дорогой сын сам объявит о своем решении, связать свою жизнь с принцем северных островов. Новость о том, что принц разрывает помолвку с юной Мидлфрд, не утихала в кругах светского общества. Но скандал не развился только из-за того, что была вероятность более выгодной свадьбы. Первый приказ королевы в день бала — сделать из ее сыночка еще больше прекрасного лебедя. Тихие вздохи восхищения, полное внимание, непередаваемое желание оказаться ближе и дотронуться до совершенства — все эти эмоции и ощущения Сиэль смог почувствовать на себе, как только объявили о его приходе. Слуги постарались на славу. Бриллиантовый цветок. Настолько красив, что глаз трудно оторвать. И альфы не отрывали. Не забывали даже подойти, чтобы сказать комплимент. Однако сам Сиэль ждал одного конкретного альфу. Томился ожиданием, когда же сможет поговорить с северным принцем. Весь день и особенно вечер переживал и надеялся, что его красоту оценят искренне, с достоинством. И вот, он дождался. Увидел, как после, примерно двадцатка альф, к нему подходит тот самый. В глазах горело то же восхищение. — Мой принц, — с почтительным поклоном обратился он к омеге, — ваша красота не знает границ. Рад снова вас видеть. — И я рад, что вы согласились прийти сюда. Сиэль, хоть и был счастлив, сохранял официальное обращение. Даже отец с матерью на официальных мероприятиях обращались друг к другу на «вы». — Не мог упустить случая снова вас увидеть, — вполне искренне ответил Себастьян. Оркестр заиграл как никогда вовремя. Идеальная возможность побыть вдвоем. И побыть в довольно близком контакте. — Не подарите ли мне первый танец? — С радостью! Сиэль вложил свою ладонь в ладонь альфы и многие бросили на них завистливые взгляды. Многие пары, решившие закружиться в танце, заметив главного виновника торжества, вместе со своим спутником, расступились, давая возможность стать юношам главной парой, что имела достаточно много пространства и видимость для остальных. С улыбкой, юный принц прижался к сильному телу альфы, чтобы иметь возможность быть еще ближе. А тот бережно, и в тоже время крепко, обнимал за талию и держал нежную ладонь в своей, в какой-то момент переплетая пальцы и имея возможность наблюдать за смущением омеги. Наклонившись, Себастьян заговорил на ухо, чтобы его лучше было слышно: — Сегодня, своим появлением, ты выстрелил мне прямо в сердце. Но вместо боли я ощущаю лишь потребность быть к тебе ближе. — Мама заставила с самого утра собой заняться, — признался омега, да так и покраснел от смущения. Ему было приятно получать подобные жесты внимания от альфы. — И это выше всех ожиданий. Ты похож на ангела, что спустился на грешную нашу землю. — А ты на демона, который завлекает этого ангела к себе. Мелодия подошла к финалу и танец прекратился с последним аккордом. Но только не для главной пары. Два принца, альфа и омега, не замечали ничего, плененные друг другом. И заставить их оторваться друг от друга позволили лишь голоса людей, напрямую к ним обратившиеся. Некоторые позволили себе немного деликатный вопрос о том, собираются ли они становиться парой официально. Сиэль молча покраснел, а вот Себастьян повел себя куда более уверенно, сказав, что первые об этом узнают король и королева. На том от них и отстали, что позволило паре остаться наедине. Себастьян увел неземную красоту подальше от толпы. Минуя лестницу, они зашли в первую попавшуюся гостевую комнату. И лишь только за ними закрылась дверь, альфа обернулся и, не дав толком ничего сказать, сгреб омегу в объятья. Это то, что он желал сделать еще там, в большом зале, наплевав на общество и родителей омеги. И все же сдержался. Сейчас же никто не может помешать ему держать омегу, в которого он, кажется, успел слишком сильно влюбиться, в объятьях и наслаждаться близостью. Ни один танец не сможет этого передать. Сиэль на мгновение впал в ступор. Он совсем не ожидал такого проявления чувств. Но это было приятно, не мог не признать. Руки сами осторожно поспешили обнять своего возлюбленного (пора было уже признать). — Сиэль, — тихо позвал Себастьян и слегка отстранился, только бы иметь возможность заглянуть в прекрасные синие глаза. — Да?.. Без долгой прелюдии, альфа решил сразу перейти к сути дела: — Ты станешь моим омегой? — ... ты хочешь, чтобы я стал твоим женихом? — немало удивился такому повороту юный омега. И все же просьба... она грела сердце. Еще неделю назад он не смог бы поверить такому признанию. Скорее, посчитал бы издевательством, а самого альфу, если бы не обругал, оскорбленный до глубины души, то точно приказал бы страже выпроводить с территории замка. — Очень хочу, — к подтверждению своим словам кивнул Себастьян. И вдруг, неожиданно для юного принца, преклонил перед ним колено, продолжая держать руки. — Я никогда не верил в любовь с первого взгляда, но кажется, именно ее испытал, когда впервые тебя увидел. Только не сразу понял, что это оно. То самое чувство. Я прошу твоей руки и сердца. Прошу стать спутником моей жизни. Прошу стать моим миром. Эти слова... затронули что-то внутри юноши. Он не смог сдержать слез. Слезы счастья покатились по порозовевшим щекам. Сначала подумал, что сон... но нет. Реальность. Альфа попросил его руки. Не надменно, как многие пытались это сделать, а с чувством, с искренностью. И Сиэль не смог ответить ничего, кроме как: — Да. Сердце альфы забилось чаще, получив положительный ответ, и, не теряя больше ни секунды, он стремительно поднялся на ноги. Бережно прижал к себе омегу и насладился их первым поцелуем. Нежным, любящим, со вкусом соленой влаги.

***

Об их свадьбе говорили долго. Настолько прекрасного жениха-омегу еще не видало ни одно королевство. Семья Себастьяна быстро приняла Сиэля, особенно омеги. Они сразу взяли юное прекрасное создание под крыло. Чего только стоил средний брат Себастьяна, Грелль, решивший, что младшенький должен обходиться с доставшимся ему цветком очень и очень бережно. И Сиэль был счастлив. Искренне счастлив, даря лучики света окружающим. А когда прошла новость, что теперь и младший принц ожидает наследника, король, он же отец Сиэля, затребовал, чтобы его сын был эти месяцы в родной стране. И никто не возражал. Конец.