Навигация по звездам

Июль прошел в бесплодных попытках выяснить, чем же таким Пожираетелей одарили орденцы. В том, что виноваты были именно они, никто уже не сомневался. Рабастан же был уверен и в том, что Пожирателей постигло какое-то сложное и древнее проклятие, но вот какое? Этого он не знал. Басти придумывал разные эксперименты, долженствующие выявить природу проклятия, но пока пришел только к выводу, что его действие как-то связано с Темной Меткой. Поэтому оно не затронуло Нарциссу, которая Метки не носила, поэтому же попал под его действие юный Драко. Надежду вселяло только то, что Руквудовы псы вышли на след Лонгботтома и еще двоих бывших орденцев. Беллатриса на этот раз планировала операцию куда тщательнее, за всем троими была установлена слежка, и ведьма рассчитывала накрыть их в один момент. Для этого боевка была разделена на три части, одной из которых командовала сама Беллатриса, второй Антонин Долохов, а третьей хорошо зарекомендовавшая себя в предыдущих боях Ива Берг. Надо же молодому поколению точить зубы! Сама Белла взяла на себя Лонгботтома. Лакомый кусочек, как считала ведьма, мечтая посмотреть, продержится ли он под Круциатусом дольше, чем его родители. И вот настал день операции. Белла и ее боевка ночью аппарировали в небольшой городок под Лондоном, где, по агентурным данным, скрывался Невилл. Под покровом темноты подошли к нужному дому; свет в окнах не горел. Тео пошел первым, проверить дом на сигнальные и охранные заклятия. Таковые и вправду были. Тихо и аккуратно деактивировал первое, а вот второе сработало, и тут Лонгботтому бы и скрыться, но Рабастан уже набросил антиаппарационный щит. Если только у орденца нет еще одного дорогого и сложного в изготовлении портключа, он в ловушке. Осторожно зашли в дом. Тишина и темнота вокруг. Белла включила в прихожей свет – а кого нам бояться? - Невилл, выходи, это мы, кошки! – пропела. Улыбается. Поднялась на второй этаж, остальные за ней, дергает двери комнат, ищет нужную. Нужная, конечно, закрыта и уже забаррикадирована. Выносит дверь бомбардой: «вот мы и встретились, пупсик!». В последний момент успевает крикнуть «Протего!» и режущее Лонгботтома отлетает в стену. Орденцы все еще слишком чистенькие для непростительных? Тем лучше! Трудно совладать с эмоциями. Стоящего перед ней врага хочется размазать, пытать, убить. Но нельзя провалить задание. И она говорит только «Инкарцеро!», и попадает. Слава Мерлину, заклинание сработало с первого раза. Невилл падает на пол, связанный по рукам и ногам. Беллатриса подходит к нему, улыбается шире, достает свой верный серебряный кинжал. «Вот ты и попался, защитник грязнокровок». Наклоняется над ним и проводит лезвием по щеке. Слизывает с кинжала кровь. - Берем Лонгботтома и уходим! – Нотт не настроен на долгие игры с мышью. Левитируют пленника на улицу, а там уже Басти снимает щит и пора. По домам. Невилла теперь снова ждут казематы Малфой-мэнора, сырые и мрачные, и верная псица Темного Лорда Лестрейндж в качестве тюремщика и дознавателя. Если бы он знал, хотел бы он умереть до? Боевка возвращается на базу. Долохов со своими уже тут и тоже с пленным. Ивы еще нет, но с минуты на минуту вернется и она. Все веселы, в хорошем настроении – охота прошла удачно. Дэниэлс только блюет в уголке – цепануло какой-то мерзостью. Ничего, пройдет. Эванеско! --- - Мой Лорд! – голос Беллатрисы звенит от радости. – Ваше задание выполнено. Мы взяли всех троих. - Отлично, Белла. – такой обычно холодный и неприступный Темный лорд улыбается почти тепло. – Доложишь обо всем, что удастся узнать. А после делай с ними что хочешь. Я знаю, у тебя на Лонгботтома зуб. Отдаю тебе его в полное распоряжение, только информацию мне предоставь. И целует ее. Губы холодные, поцелуй холодный и горчит, но Белле так нравится. Ей бы и по-другому понравилось, если бы ее хозяин пожелал. Отвечает страстно, торопясь, хотя время ее не торопит, кажется, останавливается. А Волан-де-Морт запускает руку в черные кудри и с силой оттягивает назад, подставляя своим губам нежную белую шею. Остановись, мгновенье, ты прекрасно! Тем холоднее через минуту слышать спокойное «иди, Белла». Но Белла подчиняется, его верная Белла подчиняется и, зябко передергивая плечами, выходит из комнаты. Так прошел день. На следующее утро Беллатриса просыпается рано, вопреки привычке. Их с Рабастаном снова ждут попытки найти хоть что-нибудь, но, по сравнению с днем еще позавчерашним, у них есть одно неоспоримое преимущество. У них есть пленники. А у пленников есть информация. На это, во всяком случае, надеется Беллатриса. Горячий кофе вприкуску с зефиринкой. Надо бы поесть основательнее, но как-то не хочется. А вот закурить можно. Где-то здесь валялась пачка неплохих магловских сигарет. Где же она… а, вот! Инсендио! Беллатриса закуривает и, глядя на лениво плывущие клубы дыма, пытается мысленно распланировать день. Начать, думает она, стоит с Лонгботтома. Другими займутся Долохов и Ива, но Невилла она оставляет себе. И надо зайти за Веритасерумом к штатному зельевару. После смерти Снейпа, которого Белла всегда недолюбливала, и который оказался-таки предателем, место зельевара занял новичок О‘Бриен. Живет он у дракла на хвосте, так что проще всего наведаться через камин. Ведьма спускается на первый этаж Малфой-мэнора, сыпет в проходной камин щепотку летучего пороха, называет адрес и исчезает в вихре зеленого пламени. Полчаса спустя она с пузырьком Веритасерума в руках спускается в подвал мэнора. Палочку держит наготове – с орденцами всегда есть опасность неприятного сюрприза. Но сюрприза не случается – обезоруженный и связанный Невилл только поднимает голову с фингалом под глазом, услышав ее шаги. Здесь же и остальные двое пленников, но они пока не нужны. - А вот и наш пупсик, - воркует Беллатриса. – Я принесла тебе кое-что, милашка, – берет пузырек двумя пальцами и вертит у юноши перед лицом. – Знаешь, что это? Невилл только угрюмо смотрит, не собираясь отвечать. - Это Веритасерум, - продолжает ведьма. – Ты расскажешь мне все даже без пыток. Впрочем, от пыток тебя это все равно не спасет. – Заливисто хохочет, а потом говорит уже зло и грубо. – открой рот! Разумеется, Лонгботтом не подчиняется. Тогда Беллатриса вытаскивает кинжал и просовывает его между зубов мальчишки, используя лезвие как рычаг. Как только Невилл против воли разжимает зубы, она вливает ему в рот содержимое пузырька. И тут же сжимает ему челюсти, чтобы, не дай Мерлин, не выплюнул. Юноша глотает. Беллатриса ждет несколько минут, пока зелье начнет действовать, а потом начинает допрос. - Сколько ваших осталось еще на свободе? Видно, как парень борется с собой, чтобы не отвечать. Но сыворотка правды делает свое дело. - Больше никого, кроме… кроме Луны Лавгуд. - Где она обретается? - Я не знаю. Где-то в лесах. - И что же она там делает? - Изучает мифических животных и какие-то странные области магии. Я не вникал. - Что ты знаешь о проклятии, которое ваши люди наложили на нас? - Вы все, все ваше проклятое племя, скоро станете сквибами. Пути назад нет. Ваша магия исчезает. - Как оно действует? Как снять его? - Оно было завязано на жизнь нескольких членов Ордена Феникса и сработало после их смерти. Проклятие действует на всех, кто носит Черную Метку. А как снять его, я не знаю. - Сволочь! – взвизгивает Белла, наотмашь ударяя покрашенными в черный ногтями по щеке Невилла, да так, что чуть не выцарапывает ему глаз. – Кто знает? Говори! - Луна знает. Она принимала участие в разработке проклятия. Но вам никогда не найти ее. - Мерзкий выродок! Ты, ты сам поможешь мне ее найти! – в ярости Белла дышит часто и глубоко. - Я же сказал, что не знаю, где она – Невилл находит силы победно улыбнуться. - Ничего… ничего. Мы ее достанем. – Беллатриса берет себя в руки. – А вот тебе моя благодарность за информацию. Круцио! Заклинание срабатывает, хоть и не в полную силу. Но Лонгботтому хватает, чтобы со стоном осесть на пол и сжаться в комок. Не отводя палочку, Беллатриса подходит к нему, берет кинжал и вспарывает вену на его запястье. Темная кровь капает на пол. Ведьма приникает губами к ране, наслаждаясь вкусом. - Ты все же чистокровка, - говорит она, отрываясь от запястья. Губы перемазаны в крови и выглядит Беллатриса как заправской вампир. – Жаль, что ты не с нами. Потом поднимается и покидает подземелье, запечатав дверь Коллопортусом. Еще чашка кофе и пора поделиться сведениями с Рабастаном. Им предстоит выяснить, что за проклятие может быть тем, которое описал пленный. В любом случае, информации слишком мало, и Луну надо найти. Значит, еще и с Руквудом связываться… Антонин и Ива должны допросить своих пленников к вечеру, может быть, от них удастся узнать что-то еще. Пора за дело! Но все уходит в молоко. Ни Рабастан, ни Темный Лорд не знают, о каком проклятии могла бы идти речь, Руквуд не знает о местонахождении Лавгуд, хоть и обещается найти в кратчайшие сроки, пленники не говорят ничего нового, что с ними не делай. Остается последний шанс – связаться с Луной через Невилла и выманить ее из укрытия. На парня, конечно, придется наложить Империус, но что с того? Пусть пошлет Патронуса, скажем, с просьбой о помощи. И условной встрече в заранее известном месте. Так и сделали. Под Империусом Невилл послал Патронуса и получил ответ: деревня Стеттхейм на севере Йоркшира, три мили на запад. Беллатриса тут же начала готовиться к рейду, оставив в казематах готового разрыдаться Невилла. Деревня оказалась маггловской, Мерлином забытым местом с несколькими покосившимися домишками и неухоженными огородами. Возможно, в ней уже никто не жил, во всяком случае боевка на пути мимо не встретила ни одного человека. Только собаки брешут да воют. Прошил деревню и углубились в лес. Беллатрису так и тянуло поджечь какое-нибудь дерево просто ради забавы, но приходилось держать себя в руках. Никакой демаскировки! Пробираться по единственной тропинке было тяжело, под ногами то и дело оказывались камни и коряги, но координат для аппарации не было, и с неудобствами приходилось мириться. В конце концов через час пути между деревьями показалось нечто похожее на хижину. Рядом с ней был участок земли, густо засаженный разнообразными магическими растениями, и загоны для каких-то животных. Насколько неухоженной и хрупкой выглядела сама хижина, настолько же добротно были сделаны загоны. Беллатриса пока никого в них не увидела, но ей стало любопытно. Взяв себе на заметку непременно узнать у Лавгуд, кого же она там держит, Белла позвала Теодора Нотта и Тимоти Эйвери, взяла палочку наизготовку и вошла в хижину. Остальные остались снаружи, спешно набрасывая антиаппарционный щит, и окружили хижину на случай, если у нее найдутся еще выходы. Луну удалось застать врасплох, так, что даже сражаться не пришлось. Она сидела за столом в одной из комнат выглядевшей изнутри куда более вместительной и обжитой хижины и что-то писала. «Инкарцеро» со спины решило дело. - А вот и ты, - почти ласково улыбнулась ей Беллатриса. – Наш заключительный элемент. Луна несмотря ни на что выглядела спокойной. Такая уж это была девушка, ничто ее не брало. - Зачем я вам? - О, ты знаешь, зачем. А если вдруг не знаешь, мы тебя просветим. Правда, Тео? Бери ее и уходим. - Я ничего не знаю. - А вот это мы проверим. - Что вы сделали с Невиллом? Это вы заставили его прислать Патронус? - Скоро ты все узнаешь, детка. – Беллатриса в открытую насмехалась. – И с Лонгботтомом встретишься. Как бы тебе только не пожалеть об этой встрече. Левитируя связанную по рукам и ногам Луну, Пожиратели вышли наружу, чтобы, сняв щит, аппарировать домой. Дэниэлсу пришлось помогать, его заклинания раз за разом не срабатывали. Остальные добрались без приключений. Луну, предварительно отобрав палочку, швырнули в то же подземелье, что и остальных. Теодор отправился за веритасерумом, а Беллатриса пошла доложить об успехе Темному Лорду. Волан-де-Морт выслушал ее благосклонно. Допрашивать Лавгуд собралась целая компания. Белла сама заставила ее выпить веритасерум и начала задавать вопросы. - Что ты знаешь о проклятии? - Каком проклятии? - Не придуривайся. Ты прекрасно понимаешь, о чем я. О проклятии, наложенном на Пожирателей Смерти членами Ордена Феникса. - О, многое! Я ведь разработала его. Однажды мне повстречался особо упорный мозгошмыг. Чем я только не старалась его вывести! Тогда так и не удалось. Но он поведал мне о существах под названием «криоты». Это такие белые трехногие мифические животные, вряд ли вы о них знаете. Они очень любят холод, поэтому здесь, в слишком теплой для них Британии, их почти никто не встречал. Так вот, криоты… Луна лавгуд пустилась в долгие и пространные объяснения природы криотов и их роли в магическом биоценозе. Через пять минут Белла не выдержала: - Говори по существу! Что с проклятием? - Я и говорю. – Луна была сама невинность. – Все, что я говорю, непосредственно относится к проклятию и методам его наложения. - Тогда говори короче. У нас нет ни времени, ни желания, слушать твою болтовню. Луна закрыла на миг глаза и продолжила: - Криоты… - Хватит! Что нужно сделать, чтобы снять проклятие? - О, об этом мне неведомо – радостно улыбнулась Луна. – Я еще не поймала нужного мозгошмыга. Но история жизни каждого отдельного криота могла бы послужить ключом. Все дело в том, что… Тут Лавгуд разлилась соловьем еще на четверть часа пространных рассуждений о роли в ее жизни мифических существ. Выдерживать дольше этот поток никак не связанной с проклятием теории первым дальше не смог Рабастан. Он поднял палочку: - Легиллименс! И через несколько секунд отпрянул, схватившись за виски, старательно тряся головой, словно вытряхивая из нее увиденное. - Что там? – Тед нетерпеливо уставился на Басти. - Лютый бред. – тот сел. – Куча не связанных друг с другом картинок, каких-то странных тварей, а все больше просто цветные пятна. И по голове дает как крепкий табак. Чтоб я еще хоть раз легиллиментил сумасшедших! Разумеется, тут же нашлись любопытные, желающие проверить. Добились они ровно того же – цветных пятен перед глазами и головной боли. Луна сидела с невозмутимым видом, таким, что по ней вообще нельзя было сказать, понимает ли она происходящее. Веритасерум оказался бесполезен, как и легиллименция. Оставались Империус и старый добрый Круциатус. Белла потянулась за палочкой. - Это твой последний шанс избежать пыток, мерзавка. Отвечай по существу, или я поточу об тебя коготки. - Я и отвечаю. – Луна пожимает плечами. – Все, что я говорю, напрямую связано с проклятием. Вот только информации немножко много. Думаю, мне потребовалось бы около недели… или больше… вы ведь еще не слышали несколько очень важных для понимания историй, а они длинные. - Круцио! – голос Беллы против обыкновения холоден и даже скучен. Заклинание выходит сильным. Лавгуд падает со стула и корчится в судорогах на полу. Но когда Белла отводит палочку, Луна только улыбается, слизывая кровь из прокушенной губы: - Я ничего вам не скажу. Беллатриса дрожит от гнева. Она взмахивает палочкой, чтобы наложить очередное проклятие, но ее мягко, но решительно удерживает за руку Рабастан. - Тише, Беллз. А то будет как с Лонгботтомами. Она нужна нам живой и в своем уме. Насколько эта девчонка вообще может быть в своем уме. Беллатриса тяжело дышит от нервного возбуждения, но палочку опускает. Теперь очередь Басти. - Империо! Заклинание срабатывает. Глаза Лавгуд становятся пустыми, но когда Рабастан приказывает ей говорить, она продолжает все тот же бесконечный рассказ о криотах, перемежая его историями из жизни и даже шутками. - По существу! - По существу? Я и говорю, криоты, они… - Так, к драклам… - Рабастан отводит палочку и вытирает пот со лба. Потом накладывает на своих купол, заглушающий звуки. – Что будем делать с этой ненормальной? - Понятия не имею. – Тед мрачен и задумчив. – Ничего-то ее не берет. - Тогда может быть напомним мерзавке, что у нас ее друзья? Если сама она готова сдохнуть под пытками, может, хоть их пожалеет? – Белла скалится. - Попробуй – пожимает плечами Рабастан и снимает купол. Беллатриса поворачивается к Луне: - Ты слишком самонадеянна, девочка. Думаешь, что можешь противостоять нам? Но ты упускаешь из виду один важный момент. Ты не одна находишься у нас в руках. Есть ведь еще твои друзья, грязнокровные и не очень. Кажется, Луну проняло. Во всяком случае ее лицо потеряло безмятежное выражение. - Я знаю, что Невилл у вас. - И не только. Еще эти… как их… Роб Рой и Рон Уизли. Тебе ведь дороги их жизни, не так ли? - Вы не посмеете… - Луна споткнулась на полуслове и уставилась на Беллу теперь уже с откровенным страхом. - Посмеем, детка, еще как посмеем. – Белла снова хищно улыбнулась. – Так что либо ты сотрудничаешь с нами, либо твои друзья умрут в мучениях, уж поверь мне. Беллатрисе верилось. Достаточно было посмотреть на ее лицо. И Луна сдалась. - Вы освободите всех троих, и тогда я подумаю. И я возьму с тебя Непреложный Обет. Белла расхохоталась. Она смеялась громко и заливисто, едва не сгибаясь от хохота пополам. Наконец, отсмеявшись и вмиг посерьезнев, произнесла: - О нет! Невилл – мой. На свободу остальных ты можешь рассчитывать. И это _я_ возьму с тебя Непреложный Обет. Да что там обет, если ты соврешь, нам не составит труда выследить этих двоих и уничтожить их. - Но где гарантия того, что вы не убьете их после того, как я все расскажу вам? - Мое честное слово. Придется тебе довольствоваться им. - Честное слово убийцы? – Луна вздохнула. – Хорошо, у меня, кажется, нет выбора. И она принялась рассказывать, на этот раз по существу. По всему выходило, что без криотов, кем бы они ни были, в этом странном проклятии и правда не обошлось. Луна с ее способностями видеть незримое и выкапывать словно из ниоткуда самых странных магических существ, была идейным вдохновителем. Основным условием приведения проклятия в действие была смерть пяти задействованных в ритуале человек. Так орденцы, не гнушаясь темной магии, решили подстраховаться на случай, если Орден прекратит свое существование. Никто, разумеется, не убивал этих пятерых специально – достаточно было им умереть в бою с Пожирателями. С этого момента магия всех, кто носил Темную Метку, словно замораживалась, медленно, но неотвратимо. «Заморозка» и была произведена благодаря магии криотов. Несмотря на то, что кроме самой Луны, в существование этих тварей верило два-три человека, все прошло без сучка - без задоринки. Чтобы снять проклятие, требовалось противопоставить магии холода магию огня. Идеальным выходом был бы феникс, но где его взять, никто не знал. Выслушав от Лавгуд подробную – но не настолько, чтобы это заняло недели – информацию и вернув пленницу в подземелья, Пожиратели Смерти собрались, чтобы обсудить услышанное. - Не нравится мне все это, - буркнул Долохов, сидя в зале собраний Малфой-мэнора и вертя в руках стакан с огневиски. – Похоже, что эта полоумная девчонка проклятье придумывала сама. И теперь она единственная, кто может помочь нам от него избавиться. - И при всем при этом ничего на нее толком не действует, - подхватил сидевший справа Эйвери. – Того и гляди придется договариваться миром. Но как? - Положим, - заговорил Темный Лорд, до этого молча слушавший своих сторонников, - я смогу изобрести ритуал снятия проклятия. Но провести его должен кто-то из вас. Моя магия… сильно пострадала. - Милорд! – это Яксли подал голос, - мы сделаем все, что только возможно, но одна ошибка в такого рода деле может пустить все насмарку. А ведь никто из нас сегодня не поручится за то, что магия слушается его безукоризненно. Темный Лорд посмотрел на Нарциссу, сидевшую тут же. – Ты, - сказал он, - не отмечена Темной Меткой, а значит, с твоей магией все в порядке. Ты можешь руководить ритуалом, если нам не удастся привлечь Лавгуд. - Есть же еще наше молодое пополнение! – воскликнула Ива Берг. – Те, кто пока не принял Метку. - Они пока не достигли нужной магической силы и не столь опытны, особенно в темной магии. Нет, это плохая идея. Ива потупилась. Думали долго, но так ничего и не придумали кроме того, что Луна Лавгуд, похоже, будет незаменима в ритуале. Всего два человека с исправной магией… этого мало, но попытаться нужно. Беллатриса вовремя вспомнила об отце Луны, Ксенофилиусе Лавгуде. Никто не знал, где он сейчас, но при желании это всегда можно было выяснить. Шантаж Лавгуд отцом, думала она, мог бы заставить упрямую девчонку помогать им. Она озвучила свою мысль. - Хорошо, - ответил Темный Лорд. – Я полагаюсь на тебя, Белла, и на вас, мои дорогие сторонники. Помощь Лавгуд была бы очень кстати.