Второй шанс

      Миновал почти год, с того момента, как Джейк вернулся на корабль, многое изменилось с того момента. Портман потратил два года, чтобы добраться до 1943 года, в котором он обрел семью. Все было ради Эммы, которая покорила его своей немного грустной улыбкой. К сожалению, мисс Блум видела в нем только Абрахама, ее любовь к нему была слишком сильной. Поэтому парень решил порвать с девушкой, пока это не привело к печальным последствиям. Эмма ходила обиженная на весь белый свет, но на удивление быстро пришла в себя. Джейк заметил, что после этого она от него сильно отдалилась, но попытки вернуть хотя бы дружеские отношения, он не предпринимал.       Енох, наконец-то, решился и предложил встречаться Оливии. Девушка была на седьмом небе от счастья, казалось, что для этих двоих перестал существовать весь мир. Они были так поглощены друг другом, что не замечали никого и ничего вокруг. Джейк был искренне раз за них, ведь за это время он сдружился с парой. Оливия стала ему как младшая сестра, а Енох лучшим другом, который никогда не откажет в помощи с чем бы то ни было.       Мисс Перегрин, после происшествия трех летней давности с Бэрроном, стала очень мнительной, и, казалось еще некуда сильнее, внимательной. Старшие дети постоянно ей напоминали о том, что больше нет ни Тварей, ни Пустот, что не о чем больше беспокоиться, пора начать спокойно жить без страха и отчаяния. Женщина была горда за воспитанников и Джейка, которому она должна долг жизни, ведь именно он спас ее от Бэррона.       Сегодня вечером планировалось большое празднество, которое было чудом выпрошено у строгой директрисы. Дети целый день слонялись за Птицей, уговаривая разрешить устроить хоть небольшую вечеринку. Женщина просто не выдержала этого напора и дала слабину, разрешив это сомнительное мероприятие в честь того, что Портман ровно год живет на корабле. Решающим аргументом, которым воспользовалась, как не странно, Эмма, было то, что у Джейка, оказывается, был еще и день рождение. Ему исполнялось девятнадцать лет, выглядел он старше всех детей, но иронично было то, что являлся, по сути, самым младшим.       Эмма и Оливия взяли на себя обязанность подготовить праздничный стол. Никто возражать, конечно, не стал, по одной простой причине, все знали, что спорить с ними бесполезно, да и готовили они очень вкусно. Бронвин и Фиона решили взять на себя ответственность украсить и приготовить одну большую каюту на корабле, где хватит места всем. Енох и Джейк решили вовремя улизнуть в город для того, чтобы раздобыть выпивку, они понимали, что если Перегрин об этом узнает, то не сносить им голов. Ребята планировали распить на четверых, разумеется, после того, как младшие в сопровождении Птицы отправятся спать.       Вечер проходил очень весело, все смеялись и веселились, Джейк принимал поздравления с днем рождения. Дети носились по каюте, играя в догонялки, а старшие сидели за столом, ведя непринужденный разговор.       — Мисс Перегрин, — обратился О’Коннор к директрисе, — мы так и будем жить на корабле?       Женщина обратила свой взгляд на парня.       — Енох, я думала над этим на самом деле, — Алма обвела взглядом каюту. — Прошел целый год, но я не переставала искать место, где мы могли бы чувствовать себя в безопасности и быть как дома.       Все печально вздохнули, было так грустно от осознания того, что приюта больше нет. Столько лет было прожито там, многие счастливые моменты связаны с тем местом.       — Может, стоит покинуть этот город, — спросил Портман, смотря прямо в глаза Перегрин.       — Что ты имеешь в виду, — поинтересовалась Эмма, впервые за долгое время, заговорив с Джейком.       Парень, даже не обратив на девушку внимания, он неотрывно смотрел на женщину, завороженный ее изумрудными глазами.       «Я никогда не замечал, какие у нее красивые глаза, — подумал Джейк. — Безумно красивая женщина, прекрасная и опасная». Из мыслей его вывела Оливия, которая дотронулась до плеча парня, чтобы привлечь его внимание.       — Джейк, объясни, пожалуйста, что ты имеешь в виду…       — Нам стоит поплыть на другой берег, — начал Портман. — Там мы точно найдем, где можно основать новый приют, — он обвел глазами помещение. — Корабль не самое подходящее место для детей.       — Мне кажется, что эта неплохая идея, — размышляла Алма. — Раз ничего подходящего здесь не нашлось, поплывем завтра же, — твердо подвела итоги мисс Перегрин. — А сейчас, малышам пора идти спать, потому что завтра нас ждет тяжелый день. Имбрина поднялась, намереваясь разогнать всех по каютам, но ее остановил Джейк своей неожиданной просьбой.       — Мисс Перегрин, разрешите нам с ребятами посидеть еще немного, мы не будем шуметь.       Женщина внимательно посмотрела на ребят оценивающим взглядом, она считала, что это лишнее, но все же сдалась, под молящим взглядом парня.       — Хорошо, но под твою ответственность, Портман, — серьезно произнесла Перегрин. — Я видела, что вы с О’Коннором протащили не одну бутылку. Мне совсем не хочется завтра собирать вас по частям.       — Мисс Перегрин! Как можно, — с совершенно беззлобной ухмылкой, воскликнул О’Коннор, всплеснув руками, делая вид, что искренне негодует от заявления директрисы. — Мы никогда бы не посмели даже заикнуться за алкоголь, только сок, ничего кроме сока.       — Я должна сейчас сделать вид, что поверила, — выразительно подняла левую бровь Алма, сложив руки на груди.       — Было бы не плохо… — начал Енох, но ему не удалось закончить свою мысль.       — Паршивцы, — Имбрина выразительно закатила глаза и отвесила легкие подзатыльник О’Коннору и Портману. — Девочки, следите за ними и не забудьте, что вам нужно все за собой убрать.       Женщина потянула за собой малышей, которые уже клевали носом. Алма решила, что сегодня разрешит им немного расслабиться, раз уж позволила провести праздник. В душе у нее было не спокойно, но она решила гнать подальше дурные мысли. Что плохого может случиться? ***       Алма сидела в своей маленькой, но уютной каюте, размышляя вроде бы о таком не плохом дне. Мысли, как назло, были почему-то не самые радужные. Женщина залезла на большое кресло с ногами, поежившись от холода, она перевела взгляд на небольшое окошко.       «Что сегодня со мной не так, — подумала Птица, всматриваясь в темноту. — Что за дурные предчувствия …»       Руки опускались от бессилия, ей было чертовски плохо. Алма чувствовала, что сегодня, как бы она не гнала дурные мысли, случится что-то плохое. Голова начала предательски сильно раскалываться, норовив лопнуть от переизбытка страхов и переживаний.       Женщина, рассердившись на саму себя, встала и подошла к кровати. Перегрин провела рукой по гладкой ткани покрывала, она опустилась на ложе и свернулась клубочком, обняв подушку. Через несколько минут, которые казались вечностью, Алма задремала.       Тишину разрезал громкий хлопок дверью, от которого женщина проснулась и резко села на кровати. В центре спальни стояла чёрная фигура.       — Джейк, — удивилась Имбрина. — Что-то случилось? Все в порядке?       Плечи фигуры странно передёрнулись, и Портман медленно повернулся к Перегрин. Алму как будто окатило холодной волной. Это был Джейк, но что-то в его глазах напрягало ее, заставляя испуганно вздрагивать. Они не были теми светлыми, которые она привыкла видеть…. Они были черны, непроницаемы даже для света и голодны…. Холодные как камни, не прогретые солнцем. По исходящему запаху от парня, она поняла, что он пьян.       — Ты пьян, Джейк? — поёжившись, спросила Алма. — Почему ты так странно смотришь? Я же просила не напиваться, ты мне обещал….       По губам парня расползлась дьявольская улыбка, которая вовсе не понравилась женщине и заставила ее сердце испуганно замереть. Портман молча пошёл к ничего не понимающей Перегрин. Алма попятилась на другой конец кровати. Джейк быстро обошёл, но женщина так же быстро перепрыгнула на другую сторону. Всё в ее груди затрепетало в панике.       Парень настолько неожиданно вскочил на кровать и прыгнул на Имбрину, что та не успела среагировать. Они не упали на пол только благодаря ему, он удержался и удержал ее. Его руки сильно, даже грубо держали ее.       — Что ты делаешь? — непонимающе произнесла Алма. — Уходи к себе…       Он ухмыльнулся. Джейк никогда не причинил бы ей боли, но сейчас он был сам не свой. Между мисс Перегрин и Портманом сложились довольно теплые дружеские отношения, которые потихоньку перерастали в симпатию. То, что происходило сейчас, рушило абсолютно все.       Алма пыталась вывернуться из его объятий, но Джейк был так силён, она никогда бы и не подумала, что настолько! Казалось, что парень держит женщину, как ничего не весящую куклу и может сделать с ней, что угодно. От этого открытия Имбрина стала вырываться изо всех сил.       — Нет! Портман! — она сильно ударила его несколько раз кулаками по груди, извиваясь всем телом.       Он, словно не замечая этого, легко поймал ее лицо ладонями и притянул к себе, впившись губами в ее губы. Алма была ошарашена таким поступком, потому ничего не предпринимала, пока Джейк ее целовал.       Женщина хотела отодвинуться от парня, но не могла и шевельнуться, когда чужое тело нависло сверху, прижимая к кровати, не прерывая зрительного контакта. Джейк взял руки за запястья и свел их у Алмы над головой. Одной он рукой держал ее, а второй отстегнул свой ремень, после чего стянул запястья вместе, привязывая руки к спинке кровати, и вот тут Имбрине стало действительно страшно.       — Джейк, что ты делаешь? Прекрати сейчас же! — Алма пыталась вразумить Портмана, но тот лишь хмыкнул на ее слова, нагнувшись вперед, языком проводя по губам. Перегрин передернуло от отвращения.       Дорожки от слез блестели в свете луны, но Алму это заботило в последнюю очередь. Женщина чувствовала омерзение, отвращение к самой себе, что беспомощно лежит и позволяет делать с собой все, что ему захочется. Треск одежды заставляет вернуться из своих мыслей в реальность, видя, как любимое платье лоскутками падает на пол, а вслед за ней и бюстгальтер. Перегрин зажмуривается, а слезы лишь усиливаются. Своей рукой Джейк сжимает одну грудь, а вторую целует, зубами хватает отвердевший сосок. С губ непроизвольно срывается тихий стон, и Алма быстро закусывает губу, чтобы больше не издавать таких звуков. Владелец сегодняшнего кошмара отрывается от своего занятия, поднимая голову и смотря женщине в глаза. В его взгляде Птица прочитала все — страсть, хищное желание завладеть девушкой, вина? Видимо ей показалось, не могло такое быть, просто не могло.       — Хочу услышать это еще раз, мисс, — голос заставляет дрожать тело женщины, а внизу приятно греть. Парень насильно делает все с ее телом, а его «мисс» пробуждает ненависть к одному лишь слову. Он не назовет ее так больше, никогда, она не позволит. Перегрин некому спасать, дети спят, да и что они могли сделать, а Портман явно не смилуется над ней в эту ночь.       Алма держалась, как могла, стоны удовольствия так и рвались наружу, но искусанные губы не давали этому случиться. А Джейк продолжал свою пытку, оставляя засосы по всей шее, ключице, груди, животу. Видимо этого было мало, ибо следующей деталью одежды, с которой он беспощадно разделался, были трусики.       — Я п-прошу… Не надо… Пожалуйста, — получилась едва слышимая просьба, тогда Джейк развел коленки Алмы в стороны, сразу вставая между ними. Женщина не могла смотреть на это и зажмурилась. Она застонала, почувствовав палец внутри, а потом и второй, которые медленными движениями стали двигаться, принося удовольствие.       — Прекрат-ти, — стон вырвался быстрее, чем Имбрина успела подумать, но тут же вскрикнула от невыносимой боли. Перегрин будто разрывали изнутри, отчего выгнулась вперед, а слезы только усилились. Джейк резко вошел в Алму до самого конца и, не давая привыкнуть, начал быстро двигаться в ней.       — Все будет хорошо, мисс. Сейчас все пройдет, — но это не спасало ни капли, боль не уходила, ни душевная, ни физическая. Всхлипы разрывали тишину комнаты, губы были искусаны до крови, ладони расцарапаны длинными ногтями.       Движения стали грубее, набирая темп, постепенно сменяя боль на удовольствие. Джейк прижимал к себе сильнее, наращивая темп, словно скоро все закончится, и как она была права. Нечто горячее заполнило все внутри, заставляя выгнутся и издать протяжный стон.       Парень на мгновение обмяк, падая на женщину, но быстро пришел в себя и встал, аккуратно развязывая ее руки, а после накрыл одеялом.       Перевернувшись на бок, Алма обняла подушку, заглушая в ней свои рыдания. Все тело трясло, а внизу болело. Истерика накрывала ее с головой, женщина не могла поверить в то, что с ней только что произошло.       «Это сон… сон… сон… — мысленно кричала она. — Этого не могло случиться, он не мог так поступить…»       Джейк, пьяно пошатываясь, пошел в свою комнату и упал на кровать. Обдумывать произошедшее сил не было, поэтому он моментально отключился.