jaan-e-man.

Мира не то, чтобы не из этих (эти – танцевать до упаду под так себе ремикс очередной популярной песни; пить бесплатные коктейли по флаерам и по карточкам незнакомых парней). Мира всё ещё любит «секс на пляже» не за свой счет, но пить водку с соком, сидя на диване знакомого знакомого общей подруги, слушать клауд-рэп, смешанный с песнями из вкладки «популярное» и изображать увлеченность в происходящее – это слишком выбивалось из привычной рутины. И, наверное, всё, что остается, - узнать пароль от вай-фая у одного из пьяных тел, дождаться друга с машиной (дверь ритмично стучит; в туалете отвратительная плитка, что обычно бывает в дешевых забегаловках, и чудовищно пахнет). Мира думает, что пора купить себе хотя бы велосипед или скачать наконец-то убер. От неоновой подсветки рябит в глазах. Фёдорова отчаянно хочет вымыть ладони от какой-то липкой дряни и после снять линзы (обычно мир, превратившийся в боке, не такой тошнотворный (семь случаев из десяти)). Диван рядом с ней прогибается. Девушка рядом счастливо улыбается непонятному содержимому своего пластикового стакана, которое чуть не проливает на себя. Мира тихо хмыкает. Незнакомка осматривает Фёдорову полностью (она почти прячет от испытывающего взгляда телефон с открытым твиттером и не выпитый алкоголь), а после поворачивается к ней полностью, подперев голову рукой. И почти кричит: - Ты хочешь шампанского? Мира косится в сторону туалета (дверь, кажется, всё ещё поскрипывает). Мира думает, что шампанское – это самый отвратительный напиток из всех существующих (особенно после водки с соком). Мира нажимает на кнопку блокировки. * Они сидят на заборе в трех метрах от круглосуточного магазина. Мира шуршит фольгой, отламывает кусочек шоколада себе и отдает остальное Ане (она представляется, когда они идут от полок с алкоголем до шоколада). Блондинка (волосы отдают желтым под светом единственного фонаря) запивает клубничную гадость не менее противным шампанским (на этикетке написано «made in France»; Мира не читает мелкие буквы, но вкус явно не похож на что-то, что разливали французы) и выглядит абсолютно счастливой. - А я, вообще, в Питере живу. Аня протягивает «пи», когда пытается удержать равновесие на заборе. Татуироваными пальцами цепляется за прутья – на ладони точно останутся куски слезшей краски; Мира хватает её за предплечье, тянет вперед и отбирает бутылку. - В общем, я тоже. Девушка напротив смеется, еле слышно говорит «угораздило же» и Фёдорова не может не согласиться. Они сидят на заборе в спальном районе чужой Москвы; по венам пузырьками лопается шампанское из круглосуточного, пока Аня показывает фотографии, привезенные из последней поездки, а Мира, прерываясь на смех, пытается зачитать «что-то из своего». - Терпеть не могу шампанское. Аня делает последний глоток и морщится. Мира усмехается: - Отвратительное пойло. И думает: «угораздило уже».