Еврей и психопат

Часть II.

Здесь Некто есть. Здесь рыщет Некто черный — Томится здесь, но не уйдет, упорный; Устал от горя, мощь истощена, И ищет он покоя — нет покою; И хочет он рыдать — не стало чем, И хочет взвыть он бешено — и нем, Захлебываясь жгучею тоскою; И, осеня крылами дом резни, Свое чело под крылья тихо прячет, Скрывает скорбь очей своих, и плачет Без языка… Хаим Нахман Бялик «Сказание о погроме»

…Он очнулся в горизонтальном положении и движении – его несло вперед. Испытав жуткое ощущение расщепления сознания и тела, Морис понял, что лежит на полу. Вокруг поднимались серые металлические стены. Потолок нависал очень низко, само пространство было чрезвычайно ограничено. Совместив чувство своего уплывания с окружающей обстановкой, Морис сделал вывод, что находится в машине. В фургоне. Наверняка в фургоне. «...Я знал, что все это не закончится просто так». Поднявший было голову, чтобы осмотреться, Морис бессильно уронил ее обратно. Он попробовал пошевелиться, но предсказуемо не смог расцепить конечности — руки и лодыжки стягивала жесткая бечевка. Пленник закрыл глаза, желая вернуться в то забытье, из которого только что вынырнул. Пусть все это окажется лишь сном — и пусть второе пробуждение откроет перед ним новую картину, отличную от той, что он воспринимал сейчас. Но старания Мориса были напрасны — сколько он не хлопал глазами, то зажмуриваясь, то снова поднимая веки, ничего не менялось. В фургоне было темно, и он ничего не видел — только ощущал. Запах бензина, затхлости, синтетической обивки. Морис медленно вдохнул и выдохнул. В его голове не было мыслей — ситуация была слишком страшна, чтобы осмыслять ее. Оцепенение прошло только через час, когда на очередном покачивании машины мужчина вдруг проснулся. И закричал. Звук получился сдавленный — рот залеплял лейкопластырь. Тогда Морис приподнял и уронил ноги, стараясь, чтобы получился удар. Еще раз. И еще. Он долбил в пол, как остервенелый, пока не осознал, что удобнее наносить удары, лежа на боку. Морис перевернулся и принялся колошматить ближайшую стенку. А затем перегородку, отделявшую его от водителя. «…Жан… Жан… Ты должен услышать меня… Жан!!!» Морис бил перегородку, как сумасшедший, надеясь услышать окрик, хоть какой-то звук. Он должен был убедиться — сейчас, немедленно — что там сидел Жан. Бледный Жан с его поганенькой усмешечкой, довольный, как никогда. Он практически видел его воочию внутри своей головы. Морис снова завопил, он перекрутился, пытаясь освободить руки, но все было бесполезно. Машина продолжала уносить его вперед, а Жан хранил молчание, как будто его и не было там, на водительском месте. Как будто Морис находился в пустоте, внутри консервной банки, а плескавшийся снаружи ночной мир вовсе не имел к нему никакого отношения. «…Так… Так… Не все еще потеряно… Не все…» Морис перекатился ближе к двойным дверям фургона и принялся молотить уже в них. Он надеялся, что издаваемый им шум будет достаточно громок для того, чтобы кто-нибудь услышал его снаружи. Если бы автомобиль остановился, кто-нибудь мог бы услышать. Кто-нибудь мог бы понять, что внутри малинового фургона находится Кто-то, и этот Кто-то очень хочет наружу. Но минуты тянулись за минутой, час за часом, а машина не останавливала. Жан мчался вперед по эстраде, почти не меняя скорость, и только повороты вносили в маршрут какое-то разнообразие. Мориса швыряло по салону туда-сюда, как шлюпку в диком море. Он отбил себе все плечи, бедра и ноги, но не сдавался, продолжая стучать. Грады пота катились по его лицу, пот холодил его кожу. Сердце билось учащенно и Морис дышал тяжело и часто. Морис был не вполне уверен, что им не владеет паника, и он не мечется туда-сюда просто от того, что не знает, что еще предпринять. Ситуация казалась безвыходной, а главное, все более пугающей. Морис осознавал, что с каждым километром Жан увозит его от города все дальше. Он везет Мориса в Небытие, куда-то туда, откуда Назад дороги уже не будет. «…Я выберусь… Я выберусь… Стоит ему открыть двери — и тогда… Я покажу ему все, на что я способен…» Морис не понял, как впал сначала в оцепенение, затем в забытье, а затем и в сон.