Еврей и психопат

...Когда Морис очнулся в следующий раз, в глаза ему бил яркий электрический свет. Столь яркий, столь ослепляющий, что глаза заслезились. Морис часто заморгал. - Все же - ты непослушный мальчишка... Во что ты превратил мой ковер? А?.. Знакомый голос звучал близко, над самым ухом. Блондин сидел над связанным на корточках и светил ему в лицо настольной лампой. Морис зажмурился и вжал голову в плечи, опасаясь расправы. Но вместо этого ощутил прикосновение к щеке - мужчина коснулся ее внешней стороной ладони. - Ладно... Я не сержусь. Стоило привязать тебя поудобнее... И дать тебе бутылку... С какой-то даже нежностью мучитель перебирал черные волосы, в обилии облеплявшие голову пленника. Он смотрел на свою жертву прямо, дрожа светлыми ресницами. Его серые глаза словно налились цветом и сияли, как драгоценные камни. Морису почудилось, что он видит там умиление, и по его позвоночнику пополз вверх смертельный холод. Мысль о том, что это - конец, всплывала в его голове снова и снова, как бы он ни топил ее. Блондин чуть приподнял уголок рта, улыбаясь. Сейчас, когда на его лице не было застывшего презрения, оно казалось красивым чистой, классической красотой. В нем было даже что-то застенчивое. Мужчина не хотя отнял руку от волос пленника и положив кисть на колено, вздохнул, словно говоря себе - ну полно, пора и честь знать. Взгляд мужчины снова скользнул по Морису, как бы обнимая его фигуру - и остановился на лице, приклеился к нему. "Он смотрит на меня и как будто не видит...", - подумал Морис, совершенно оцепенев. - Мне нравится мучить тебя... - проговорил блондин и в голосе его сиреневые туманы сплелись с шуршанием морского прибоя. Он сказал это как будто с легким сожалением. Как будто жалел, что подвержен подобной слабости. Он словно случайно оговорился - раскрыл то, что следовало сохранять в тайне. Чтобы не предполагал впавший в глубокий ужас Морис, дальше мужчина сдернул с его рта клейкую ленту резким движением. Чем вывел из паралича, заставив завопить. Но Морис быстро опомнился и прикусил язык, боясь, что скотч вернется на место. - Не кричи, - посоветовал мужчина, - Сейчас я освобожу тебя, чтобы ты сходил помыться. Не вздумай шуметь и сопротивляться - а то я живо сверну тебе шею. Понял? Морис кивнул, даже губ не раскрыв. В ванной он не стал тратить время на то, чтобы занавесить зеркало, а просто забрался под душ. Морис смог, наконец, напиться - и это единственное, что вызвало в нем хоть какой-то живой отклик. Морис омывал свое тело, покрытое ранами, вот уже второй раз, и ему казалось, что он совершает погребальный обряд. Руки едва поднимались - все движения тонули точно в вязкой вате. "...Он убьет меня... Он решил убить меня... Он убьет меня..." Прежде чем втолкнуть в ванную, мучитель выдал Морису его одежду. Теперь тот одевался медленно, как во сне, и натягиваемые вещи казались ему чужими. Нижнее белье, брюки, тонкие носки. Темная рубашка из шелка. Неужели все это действительно принадлежало ему?.. Неужели оно олицетворяло собой то, чем Морис был когда-то?.. Сейчас он не чувствовал с этой своей частью никакой связи. Ему казалось, что он пришел в этот мир - голым и израненным изначально. Морис проверил на всякий случай карманы, но разумеется, не нашел в них ни ключей, ни бумажника. Мучитель все забрал. Встав перед зеркалом, пленник рискнул взглянуть на свое отражение. Он поправил ворот рубашки, пригладил волосы, гладкие после мытья. Из глубины зеркальной стороны на него смотрел осунувшийся, с кругами под глазами и синяками, с лопнувшей губой, изможденный молодой мужчина. Он был хоть и не очень здоров - но определенно, жив. Его темные глаза блестели почти также, как прежде. Морис внезапно ощутил прилив вдохновения. Если ему и суждено умереть - он умрет стоя, а не на коленях. - Скажи мне, что ты собираешься сделать со мной? - вот первое, что произнес Морис, стоило ему покинуть ванную комнату. Блондин защелкнул на его запястьях наручники. Он не ответил - просто усмехнулся. - Пожалуйста, скажи мне правду... - повторил Морис как можно спокойнее, хотя это давалось ему ценой невероятных усилий. - Я тут, я не убегаю... Но я должен знать. - Я собираюсь отпустить тебя, - проговорил хозяин, как ни в чем ни бывало - и подтолкнул пленника к прихожей. Ошарашенный, Морис покорно проследовал ко входной двери. Там блондин ткнул в его ботинки: - Обувайся. Сейчас мы вместе выйдем наружу, сядем в машину и я отвезу тебя домой. "Должно быть, это одна из его премилых шуток... Что он задумал?", - в голове Мориса разверзся ад, хотя тот считал, что хуже уже быть не может. Когда Морис разогнулся, блондин накинул на его руки пиджак, чтобы скрыть наручники. А затем приставил к его горлу возникший словно ниоткуда нож. - Будешь кричать или попробуешь бежать - мигом засажу его в тебя... Думаю, это не в твоих интересах - ведь я и так собираюсь отвезти тебя, куда ты скажешь. Так что будь паинькой. Морис молча кивнул - аргумент был доходчивый. Блондин взял пленника под локоть, а руку с ножом спрятал в просторном кармане ветровки. Так они и спускались по лестнице - в обнимку, как близкие друзья. Морис застревал взглядом на каждой новой двери в надежде, что какая-нибудь из них сейчас откроется. Тогда он бросится к проему, и внутрь, он завопит о помощи и перебудит весь подъезд. ...Вполне вероятно, что его захватчик кинется следом и исколет ножом не только Мориса, но и появившегося на пороге случайного жителя. Как бы там ни было, ни одна дверь так и не отворилась и никто не вышел на порог, чтобы выкинуть мусор или покурить. Стояла ночь - подъезд пустовал. Также как и двор. Блондин решительно вел Мориса к одной из припаркованных машин - небольшому фургону с квадратным кузовом едкого малинового цвета. Мориса поразил этот окрас, вызвав в мозгу ряд ассоциаций - от варенья и роз до размазанного в кашу человеческого лица. Это была совсем не та машина, на которой он приехал сюда с компанией. Мужчина отворил дверь сидения по другую сторону от водителя и проследил за тем, чтобы Морис уселся. Затем он захлопнул ее и направился в обход капота машины. Через переднее стекло фургона Мориса наблюдал за тем, как плывет блондин через пространство - своей раскачивающейся, небрежной походкой, разрезая воздух сильными плечами и бедрами. Секунды капали одна за другой. "...Бежать... Надо бежать... Отворяй дверь и беги..." Три... Четыре... "...Можно добежать до подъезда и позвонить в первую попавшуюся дверь..." Пять... Шесть... "А если никто не откроет? Он догонит меня и всадит нож прежде, чем..." Восемь... Девять... "Будет слишком поздно - если кто и отзовется, я уже буду..." ...Десять... Одиннадцать... Морис не успел додумать последнюю мысль - дверь со стороны водителя резко распахнулась и блондин залез внутрь. Захлопнув ее, он завел автомобиль, одновременно кидая на Мориса удовлетворенный взгляд. - Я рад, что ты удержался от глупостей. Не хотелось тебя убивать. Хочу отвезти тебя домой. Морис ни слову не поверил, но машинально улыбнулся в ответ. Он с трудом осознавал, что только что прошляпил свой шанс на побег - возможно, единственный шанс. В то же время, он не валялся на земле в луже собственной крови (под цвет автомобиля...), что, в определенном смысле, было выигрышем. - Где ты живешь?.. Морис назвал адрес - ложный. Риск был велик, но если мучитель обличит его во лжи, это будет означать только одно - Морис не был случайной жертвой. Но мужчина ничего не понял - и повел автомобиль ровно туда, куда ему сказали. Морис не верил в то, что блондин сдержит обещание, до последнего. Но вот один знакомый поворот сменился другим - и они остановились перед проходом в здании, ведущим во внутренний двор. Там, в глубокой темноте, горела теплом и светом дверь, обещавшая спасение. На втором этаже жил друг Мориса, весьма расторопный в криминальных делах. Он бы точно смекнул, что что-то не так, если бы блондин рискнул подняться с Морисом наверх. - Что дальше?.. - прервал пленник тишину, воцарившуюся, когда машина остановилась. Мужчина снял руки с руля и повернулся к нему, заглядывая в глаза. Его напряженный взгляд ожег Мориса даже через темноту. Внезапно захотелось закрыться от него руками. - Я отпущу тебя. Но я буду следить за тобой. Если ты обратишься в полицию - знай, что я найду и убью тебя прежде, чем они отыщут меня. Мне даже не обязательно будет подходить к тебе - у меня есть винтовка, снайперская. Понял ты или нет, но я служил, и кое-что припрятал с тех времен. Веришь мне? - спросил мужчина агрессивно, вновь начав выпускать воздух и слова сквозь сжатые зубы. Мышцы его шеи напряглись. Морис, загипнотизированный речью и клубами сгущающегося гнева, кивнул. - ...Я все же думаю, - продолжил блондин. - ...Что такой слабохарактерный педик, как ты, не станет подвергать опасности свою задницу. Да, мы тебя слегка потрепали - но и только. Жить будешь. Поэтому советую тебе просто вернуться домой и забыть обо всем. "Да он боится. Боится последствий. Ему не хочется разгребать то дерьмо, что он устроил. Может быть, он вовсе не планировал так покалечить меня", - дошло вдруг до Мориса. Какая-то его часть готова была принять условия, предложенные блондином, с охотой. Во-первых, потому, что Морис и так не собирался идти в полицию. О, нет. Полицейский участок - это последнее место, где он готов был появиться. Во-вторых, всего лишь одна автомобильная дверь отделяла Мориса от свободы - а ради нее он был готов согласиться на что угодно. ...Все было бы хорошо, не произнеси блондин следующих слов: - ...Может быть, через время ты будешь вспоминать о том, как тебя славно поимели, с ностальгией. Сказанного оказалось достаточно, чтобы внутри Мориса вспыхнул бурный огонь ярости и отрицания. Он сжал пальцы в кулаки и посмотрел на мучителя - ах, да нет, просто на мужлана - так, как будто собирался дать ему в морду. Если бы не нож, и не всего одна автомобильная дверь, отделяющая от Свободы, Морис бы так и поступил. - Как тебя зовут?.. - спросил Морис, удерживая клокочущий гнев внутри себя, но давая ему возможность вылиться, выплеснуться через глаза, казавшиеся адски темными. - Зачем тебе это знать?.. - спросил блондин равнодушно, отражая направленную на него ненависть, точно он был зеркальной поверхностью. - Я же сказал, если ты пойдешь в полицию... - Да нет! - перебил Морис. - Просто, я хочу знать. Чтобы знать, о ком ностальгировать, как ты и сказал. По лицу парня растеклась знакомая улыбка - один уголок, другой - и он хмыкнул. Он нагнулся к сидящему рядом, так, чтобы их лица оказались на одном уровне. - Жан, - выдохнул блондин Морису прямо в лицо. Тот подался назад инстинктивно, но вовремя остановил себя - сейчас ему не хотелось казаться трусом. "Жан... Какое простое, обыденное, деревенское даже имя!" - Жан... Ты - психопат. Морис произнес это твердо, уверенно - можно сказать, он проявил твердость впервые с того момента, как все только началось. Чем выдал, конечно же, свою полную не осмотрительность. Можно сказать, всякий разум потерял. Даже одна автомобильная дверь не поможет Морису сейчас, если Жан - Жан, Жан, Жан - разозлиться. Тот и впрямь помрачнел, и заходил жевалками, и сжал ладонями руль так, словно собрался его выломать. Морис отстраненно дожидался взрыва - но его не произошло. - Давай сюда свои руки, - проворчал Жан недовольно и вытащил ключ, отмыкающий наручники. ...Морис шагал по улице, под открытым небом. Ночным небом - кажется, там были и звезды. Его грудь вдыхала прохладный воздух полно, вбирая его в себя жадно, до конца. От малинового фургона его отделяло уже десять шагов - и их число постоянно росло. Сначала он оглядывался, боязливо озирался - но картина не менялась. Фургон, открытая со стороны пассажира дверь, и Жан - Жан за рулем. Машина с водителем внутри исчезла из поля его зрения, когда Морис вошел во двор и его со всех сторон обступили каменные стены. Темные узкие окна, подсвеченные двери. Третья по счету от начала - Та Самая, нужная ему дверь. Морис чувствовал, как лихорадочно скачет в его груди сердце - казалось, из ушей должна кровь пойти от такого сердцебиения. Он нервно потер запястье с глубоким следом от наручника, не веря, что металлический браслет покинул его навсегда. "Что, если его нет дома?.." - подумал Морис с проступившим, как влага через марлю, ужасом. Он подошел к нужной двери и нажал на звонок, никак не помеченный фамилией. Один раз, другой. Морис топтался на половом коврике, и Страх все разрастался. Страх дышал мужчине прямо в затылок - он ощущал его ласковые касания и не смел, не смел повернуть голову. Вдавив звонок шестой раз, Морис выругался. Нужно было назвать свой адрес... Нужно было... Сорвавшись, он направился от двери - вперед - к противоположному выходу со двора-колодца. Морис разрезал землю длинными, стремительными шагами, намереваясь убраться с территории как можно быстрее. Страх окутывал его, точно кокон, сжимая в своих беспощадных объятиях все сильнее. Не сдержавшись, Морис побежал. Когда он достиг тунеля, выводящего на улицу, то потонул в темноте. Ему показалось, что он услышал сзади какой-то странный звук - но был слишком захвачен представшим ему видом сияющей улицы и машин. Еще шаг - и что-то подхватило его сзади, и чьи-то руки стиснули его шею, немилосердно сдавливая ее. Морис дернулся раз, другой – не хватало воздуха… Он пытался разжать руки, или хотя бы ударить нападавшего ногой — но силы стремительно покидали его тело. Он почувствовал, как темнеет сознание…