Бодроперцовый Зельевар

10 ноября 1994 года, Монте-Белло Проблема с мадам Максим не то, чтобы решилась, просто Северус прибег к испытанному варианту: стал чаще накладывать на нее Империо. Перед сном, для чего мадам Максим пользовалась тайными ходами из Бобатона, и во время обеда. «Романтические прогулки» под ручку работали на легенду о влюбленности и романе, и одновременно с этим давали Северусу возможность околдовывать Максим практически у всех на виду. Наглость, расчет, удача и прием зелий. Словно курильщик, бросивший на пару недель сигареты, Снейп вернулся и теперь «смолил», то есть пил зелья с удвоенной радостью, взатяг или вернее взахлёб. Он успевал все, и варить зелья, и обустраивать особняк, и вести с Нимфадорой жизнь молодожёнов в медовом месяце, и зорко следить за Беллой с Нарциссой, чтобы те не выкинули чего. Успевал обрабатывать Максим и притворяться перед жителями Монте-Белло добропорядочным магом. Не успевал он только сражаться с «зельянкой», и это беспокоило Северуса. Не слишком сильно, империть Максим могла и Белла, трахаться женщины могли друг с другом (благо денег на закуп Оборотки хватало), оставалось только завершить обработку Тонкс и затем все же начать нормально лечиться. Собственно, обработка была практически завершена, и об этом и хотел сегодня поговорить Снейп: чтобы Максим ходила к Белле и слушалась ее во всем. Но мадам Максим заговорила первой. – Важные новости, очень важные. Отправка международной следственной комиссии в Хогвартс откладывается. – Что? – остановился Северус. Тысячи подозрений и страхов взметнулись в нем, и главной была мысль: неужели его раскрыли? – В Британии – война, - ответила Максим. – В таких условиях посылать комиссию слишком опасно, а может и бессмысленно, как мне написали. Вчера Хогвартс был атакован полчищами акромантулов, не всем удалось спастись, и сейчас школа, фактически, захвачена этими созданиями. – Что? – глупо повторил Снейп. Мгновение спустя он понял, что. Его подвели воспоминания о будущем, где был жив Хагрид, где акромантулы вели себя сдержанно, где такого не случилось. С другой стороны, подумал Северус, ему ли жалеть погибших учеников? Сколько их попило крови из него, доводя временами до безумия! – Министерство не смогло выделить вовремя достаточных сил, так как было занято противостоянием с гоблинами, решившими поднять восстание. В общем, участники дела Флёр погибли, улики остались в захваченном Хогвартсе, и все расследование сейчас по большей части бессмысленно, как мне сообщили. – А ты? – Я настаивала, как вы и приказали, плакала и говорила о Чемпионе, покончившем с собой, но ответ Конференции был однозначным. Расследования не будет. – Пиздец, - вырвалось у Снейпа. Зачем все это тогда было? Можно было просто прибить делегацию Бобатона тогда, обставив как дело рук авроров Британии, и возни меньше, и скандал больше. Радовало только одно – раз идет война, Британии точно будет не до Бобатона и Снейпа в нем. Возможно, такое вот публичное появление было и ошибкой, но отступать теперь поздно, нужно играть роль до конца. Остаться, вылечиться, провести эксперименты, сцементировать группу, и вот тогда уже, может быть, валить. Может быть. – Министерство Магии Британии настаивает на том, что это внутренние проблемы, с которыми они разберутся, - сказала Максим. – Конференция сейчас решает, стоит ли вмешиваться. – Статут? – сообразил Снейп. – Да, если вмешаться – Статут может пасть еще быстрее. Но есть шансы, что Министерство Магии Британии не удержит ситуацию, и тогда Статут падет. И еще – меня приглашают дать показания перед комиссией Конференции. – Откажись, - немедленно приказал Северус. – Как пожелаете, повелитель, - склонила голову Максим. Северуса это немного встревожило, и он решил усилить приказ. – Говори о Флёр, что у тебя личный траур, что ты не можешь сейчас оставить школу, что ты боишься за своих учениц и учеников, ясно? – Да, повелитель. – Что там еще слышно из Британии? – немного успокоившись, спросил Северус. Пускай его женщины и говорили немного, кто на испанском, кто на французском, но для чтения местной прессы этого было маловато. Приходилось пробавляться слухами и информацией от Максим. – Война, - повторила Максим, - что тут еще скажешь? Говорят, что это из-за политики Министерства, в которой засели недобитые сторонники Того-Кого-Нельзя. – Говорят, - удовлетворенно повторил Северус, ибо он приложил руку к этим слухам. – Вроде бы, гоблины в других странах недовольны своими собратьями в Британии и собирались ехать их наказывать, но Министерства не дали. Все на уровне слухов, достоверно никто ничего не знает, сообщения из Британии меняются семь раз на дню, в зависимости от того, кто пишет и кому. – Плохо, информация не помешала бы, - подвигал челюстью Северус. Деньги все так же хранились в особняке, по сундукам и чемоданам с расширением пространства. Северус рассчитывал сдать их в местный филиал Гринготтса, но теперь с этим, пожалуй, следовало подождать. Даже не из боязни, что гоблины опознают монеты, нет, просто выждать. Начнут ли гоблины новую войну? Сдадут ли своих в Британии? Кто-то мог бы счесть это попыткой зажать гоблинов, но Северус был в курсе реального положения дел. Гринготтс – единый международный банк – был создан магами, и вручен гоблинам, по совокупности причин. Отвлечь гоблинов от их бесконечных войн, занять работой с золотом и артефактами. При этом, гоблины проиграли последнюю из войн, и знали, что банк и деньги у них могут отобрать в любую минуту, и реальная сила и власть за магами в этом вопросе. Насмешка над гоблинами, и в то же время растянутый во времени эксперимент по их подчинению, чтобы они просто смирились со своим положением и угомонились. Гоблины угомонились… внешне, и клятв подчинения, как эльфы в свое время, давать не собирались. Поэтому следовало выждать и посмотреть, как развернется ситуация. Когда Снейп помогал гоблинам в Британии, он рассчитывал поддеть Министерство, а потом, став Министром, погасить возможное восстание, просто дав гоблинам чуть больше прав. Вне банка, который попадал под международные соглашения, просто права, как гоблинам и другим существам. Продолжение политики Дамблдора, бла-бла-бла, смягчение, в общем, все красивые слова и задумка пропали зазря. Освобождение существ должно было… – Точно! – оборвал сам себя Северус, осененный новой мыслью. Пускай он не мог никого послать в Британию, и выписывать «Пророка», пожалуй, тоже не следовало, но у него оставался Кричер. Вот кто сможет добыть информацию и не вызовет никаких подозрений, кто вообще различает домовых эльфов? – Что, повелитель? – Ничего, что тебя касалось бы, - отрезал Снейп. Он посмотрел на Максим, и мысли его внезапно приняли иное направление. Интересно, как ее отец и мать? Ставили табуретку? Или тот, кто был магом, увеличивал себе все при помощи Энгоргио? Ему захотелось прижать Максим к дереву и как следует потискать ее грудь, и Северус мысленно проклял все на месте. Прием зелий повышал все, в том числе либидо, вот только взяться новым запасам в организме было неоткуда, и истощение в результате наступало быстрее. Истощение – организм легче поддавался зельянке, и в результате возникала усиливающаяся спираль, и сеансы Помфри тут помогли лишь отчасти. Хорошо, что они помогли, иначе Северус вообще не смог бы начать новый марафон, но желание засадить Максим, было тревожным знаком. Мозг отключался, член включался, наделать ошибок в таком состоянии было проще простого. Например, сама ситуация секса, казалось бы, чего легче – приказать Максим и та ляжет на землю, покорно раздвинув великанские булки. Ляжет, чтобы было незаметнее, и все равно кто-то может их увидеть. У Максим же якобы траур по Флёр, и Северус якобы утешает ее беседами, так что если кто-то увидит, то будет скандал, снова начнутся подозрения, и Хогвартс повторится. Не говоря уже о том, что в обычном состоянии Северус мадам Максим ничуть не желал, это все зелья – будь на месте Максим кто-то другой, да даже Минерва, Снейп сейчас точно так же желал бы ей засадить, кончить в нее. В таком состоянии нужно было идти к Нимфадоре, но сейчас Северус и этого не мог. – Сделай вид, что плачешь, - приказал он, - и прижмись ко мне, склони голову на… голову. Разница в росте, будь она неладна! – Вот так? – спросила Максим сверху. Теперь Северус был практически вжат в ее груди, пусть скрытые одеждой, но груди! – Чуть отодвинься, - приказал он, - продолжай делать вид, что плачешь. Я буду делать вид, что утешаю тебя и глажу по спине. – Хорошо, повелитель, - в голосе Максим слышалось недоумение. Северусу некогда было объяснять, возбуждение было таким, что он, казалось, сейчас кончит себе в трусы. И если бы это произошло, то может было бы и лучше, но проклятый организм желал ласки. – Сунь руку мне в трусы, - приказал он, - и начинай водить вверх-вниз. Мантии укрывали их с боков, так что даже если кто-то подглядывает, никаких подозрений. Северус, поддавшись импульсу, тоже сунул руку к Максим, забыв о том, что она не из его гарема. Вместо привычной влажности и гладкости кожи, его встретили сухие заросли, а затем рука легко вошла внутрь. – П-повелитель? – тихо спросила Максим. Рука ее сбилась с ритма, сжала болезненно. – Не буду я тебя трахать, - чуть сердито ответил Северус, - не переживай. Тем не менее, злость в нем вспыхнула – даже под Империо что-то корчит из себя! Поэтому руку он не вынул, наоборот, сунул чуть глубже, разводя пальцы, ощущая сопротивление стенок. Это помогло, внезапно, и сеанс петтинга закончился, так как член Снейпа в руке Максим задергался, извергая из себя сперму. Стало легче, и Северус вынул руку, командуя. – Так, аккуратно вынь руку, вытри по дороге, затем расцепляем объятия, и вытри глаза, словно ты наплакалась. Собственные опасения теперь казались глупыми – ну кто их тут увидит? Можно было и нагнуть Максим, раз уж так хотелось, с таким размером жопы ей бы даже не было больно. – Продолжай разыгрывать горе и в Бобатоне, причина – отказ в посылке комиссии, ну и Конференции ответь отказом, что ты никуда не поедешь. – Да, повелитель, - вздохнула Максим еле слышно, убирая руку.