Conquer the Fate

Из дневника Хлои: Привет, Макс. Скучала по мне и моим записям? Признаться честно, даже и не думала, что однажды вернусь к своему потрёпанному дневнику. Он ведь весь покрылся пылью и уже почти развалился на части, знаешь ли. Видимо, время не только лечит, но и насильно стирает прошлое, заставляя перестать бредить воображаемыми друзьями и тупыми навязчивыми идеями. Давай по чесноку: не было у меня никаких шансов, с самого начала не было. О чём я только думала, когда потратила последние деньги на путешествие по всей стране ради поисков несуществующего человека? Колесила по Америке, сбилась со счёту, скольких людей опросила, чуть реально в психушку не залетела, пока на пальцах объясняла, что "Вот такого роста, вот с такой причёской, вот с таким выражением лица…". Хех, обо мне даже в интернете писали, в основном чепуху всякую, но всё же. Короче, я сдаюсь: нету никакой Максин Колфилд, привиделось мне, приснилось. В конце концов, я ведь уже не ребёнок, чтоб верить в Санта-Клауса после стольких-то лет. Так что да, я перестала тебя искать, и уже давно. Пара задушевных разговоров, семейных собраний и взаимных оскорблений с несколькими психотерапевтами, знаешь ли, могут творить чудеса. И хо-па, я вылечилась от увлечения фантомными девочками с веснушками на лице и даже перестала по тебе скучать. Поэтому, думаю, эта запись станет последней, после чего гнусная книжонка отправится вслед за старым письмом, написанным, судя по всему, моей же рукой, — прямиком в ебучий камин. Туда тебе и дорога, Макс, уж не обессудь, но ты и так знатно меня потрепала, больше так жить уже не могу. А раз так, расскажу-ка тебе напоследок, к чему всё в итоге пришло. Лос-Анджелес я уже упоминала, мы всё-таки вырвались из этой унылой помойки Аркадии. Помнишь, как мы в детстве готовились Ох, нет, зря я это. Это ведь больше не твоя история, верно? Короче, получилось всё как-то смазано: одни в огромном городе, маленькая однушка с окнами на какой-то мрачный переулок, тесно, как в заднице. А чего ещё стоило ожидать от обормотов, вроде нас? Мы ведь даже школу не успели закончить. Слава богу, что Рэйчел ангельски красива, и её чуть ли не сразу же начали окучивать представители всяких модельных агентств. Девочке было всего семнадцать, представляешь, а её уже на подиум готовы поставить. Как же я заебалась огрызаться с этими клоунами, пришлось даже на время все телефоны поменять. Жесть... Аж завидно стало: Рэйч начала покорять очередной город, а на меня все, как всегда, забили. Кому нужен несовершеннолетний панк без царя в голове, никому чисто из принципа не доверяющий? Да к тому же не имеющий никакого опыта, кроме как сидеть на жопе и нихрена не делать. Хоть на панель иди, ей богу. Так и получилось, что в первое время Рэйчел кормила нас обеих, пока я судорожно искала хоть какую-то никчёмную работёнку. И посуду мыла в ресторанах, и детей пыталась нянчить, а всё без толку. Ну не того калибра я человек, понимаешь? Моя девушка позировала для обложек глянцевых журналов, а мне приходилось заниматься всяческой ерундой да разбавлять её тяжёлые трудовые будни своим вниманием и лаской. Лаской, Макс! Видишь, до чего довело твоё странное письмо? Где это видано, чтобы Хлоя Прайс заставляла кого-то мурлыкать? Вот и я о том же. В конце концов, мне всё же удалось найти себя в этом сраном мире с его сраными требованиями. И теперь я тату-мастер, лучший во всём Лос-Анджелесе. По крайней мере, Рэйчел так говорит, а зачем мне сомневаться в её словах? Работёнка не пыльная, зато знаешь, сколько можно на этом заработать? Все эти дебилы, считающие, что без партака на самом нескромном месте их за мужиков считать не будут, готовы отвалить целое состояние тому, кто перенесёт их самые извращённые фантазии им же на кожу. Выцарапаешь такому какого-нибудь коршуна на спине, элегантным шрифтом дополнишь картину любой пафосной фразочкой, и всё — тебе уже ноги целуют и забрасывают мятыми зелёными бедняжками. Ох, иногда мне кажется, что я просто создана для этой работы. И всё благодаря тебе. Или мне, если ты всё-таки плод моего больного воображения. Я не скучаю по тебе, если спросишь. Больше не скучаю. Нет, я благодарна за тот неоценимый вклад, который ты внесла в мою жизнь и жизнь Рэйчел. У меня ушла не одна бессонная ночь на анализ всей этой хуйни с твоим необычным письмом, но даже спустя тысячу лет эта тайна, судя по всему, так и останется не разгаданной. Оно и к лучшему: жизнь просто обязана быть приправлена щепоткой мистики, иначе будет просто не интересно. Вопросы без ответов — всё, как в фантастических фильмах, а мы с тобой обожаем фантастику, верно? И всё же не хочется остаток жизни проводить в бесцельных поисках, тратя время, деньги и нервы на несбыточную мечту. Ты обман, Макс, а мне надоело быть обманутой. Так что извиняй, подруга, но, похоже, нам придётся попрощаться. На этот раз окончательно. Ты, наверное, скажешь — И что это ты тут делаешь? — О, чёрт... — Ух ты, Хлоя, ты его всё-таки нашла? Твой Макс-дневник! Погоди, ты что, продолжаешь его писать? — Да нет, просто случайно попался на глаза, вот и решила немного побаловаться. Попрощаться с ней, так сказать. — Вау, это же круто! Ну-ка дай почитать, что ты там накалякала. — Э нет, дорогуша, посторонним вход воспрещён. — Так я для тебя посторонняя, значит? — Эй, а ну отдай живо! Отдай, кому говорю! Ах ты маленькая сучка, иди сюда! — Ай, Хлоя, прекрати. Ахаха, ну прекрати, щекотно же! Ахаха, Хлоя, пожалуйста! Ну хватит уже... — Отдай мой дневник, тогда прекращу. — Ну может, мне хочется узнать тебя получше. Дай хоть одним глазком взглянуть. Это же безумно интересно: сумасшедшая Прайс и её воображаемая подруга детства. Обещаю, я не буду смеяться. — Фух, ну ладно, только немного. Мне всё ещё стыдно за свои фантазии... — Ай, да прекращай, что в этом такого? Всё ведь закончилось хорошо, да? — Не знаю, как тебя, но меня жизнь больше чем устраивает. По крайней мере, пока в ней есть ты. — Ути-пути, как мы заговорили, а? Ох, Хлоя! Уфф... Нет-нет, не убирай, всё нормально. Всё, дай сосредоточиться. Хей, Макс! — Ты что делаешь?! — Здороваюсь, а что? — Ай, похуй, всё равно последняя запись. Только не перебарщивай со своим юмором, о'кей? Это Рэйчел. Рэйчел Эмбер, помнишь меня? Ты ещё письмо нам с Хлоей писала. Вот, решила внести в этот милый односторонний разговор и свою лепту. Пора бы нам уже наконец познакомиться. Так это ты терроризировала мою детку почти пятнадцать лет? Стыдно должно быть, Макси, очень стыдно. Бросила её, значит, одну и присылаешь всякие странные письма. Хоть бы раз появилась лично и поздоровалась. — Может, не надо? — Не мешай. Моя очередь беседовать с Макс. — Но это же просто глупо! Мы ведь уже это обсуждали. А если честно, хочу сказать спасибо. Знаю, что ты на самом деле сидишь у Хлои в голове (ну, или сидела), но всё равно спасибо тебе. За то, что рассказала о моей настоящей Маме, поведала о Дэймоне и Джефферсоне, вывезла нас из Аркадии. Понятия не имею, откуда ты всё это узнала, да и, если честно, мне уже всё равно, мы с Хлоей всю жизнь будем тебе благодарны. Я ведь могла закончить в той проявочной... — Эй, прекрати. Всё ведь теперь в порядке, эти мудаки ответили за свои преступления, они нас больше не достанут. Ну перестань, Рэйч. Ты её не слушай, на самом деле она жуть как скучает, просто боится признаться. Уж я-то её знаю. Вечно гадает, а что бы Макс сделала, что бы сказала, на кого бы из парней положила глаз, а кого бы зафукала. Врать не буду, меня вся эта история с вашим типа совместным детством поначалу серьёзно напрягала, съехавшие с катушек, понимаешь ли, не совсем в моём вкусе. Но в этой девочке определённо что-то есть, что-то чарующее, что-то потрясающее, а значит, и ты должна быть весьма любопытной персоной. Хлоя не устаёт повторять, что мы с тобой наверняка нашли бы общий язык. Что ж, видимо, проверить эту теорию наши шансы крайне невелики. В любом случае, я просто хочу, чтобы ты знала, что без твоей помощи мы бы не справились, Макс. Не было бы ни Лос-Анджелеса, ни этой квартиры, ни моей карьеры, ничего. Спасибо тебе ещё раз. За Хлою, за Маму и за мою жизнь. Даю слово, что не дам ей забыть о тебе окончательно. Р.Э. — Всё, я больше не могу. — А я говорила тебе, что это тяжело. Ничего, главное, что ты высказалась. Скоро тебе полегчает, и мы вместе выбросим этот сраный дневник на помойку. Договорились? — Только если ты меня поцелуешь... — А, ну это всегда пожалуйста. Вот. Пошли прогуляемся, пока ещё не стемнело. — Да, давай, мне срочно нужно на свежий воздух. — Алё, Эмбер, мы в Лос-Анджелесе, где ты тут свежий воздух собралась искать? Хаха, да шучу я, одевайся пока, а мне нужно кое-что ещё доделать. Только не смей снова натягивать тот топик, из-за которого на тебя все пялятся. — На меня так и так будут пялиться. — Ну так и не провоцируй их ещё сильнее. А то я буду ревновать.

***

Прохладный вечерний воздух успешно справлялся со своей основной задачей — разогнать народ с улиц по домам и освободить место для обожающих одиночество парочек. Хлоя всегда любила тишину. Ежедневный риск испытать невыносимый стресс что на работе, что после неё, только укреплял сожаления о своём давнем решении. И что им только дался этот Лос-Анджелес? Сказки о райском мире бесконечных возможностей и необъятных красотах большого города когда-то опьяняли, отретушированные фотографии в интернете манили своей доступностью: вот она — твоя мечта, только руку протяни. А на деле получается как обычно: о возможностях следует позабыть с первого же дня и как минимум лет пять даже не пытаться рваться на верхушку пищевой цепочки, а эти пресловутые современные каменные джунгли, способные вызвать восторг разве что на тех самых картинках, расположились где-то за горизонтом, наслаждаться ими позволено лишь тем, кто играет не по правилам. И уж точно не двум безмозглым оторвам, вбившим себе в голову, что свобода именно так и выглядит. Почему дети всегда такие наивные? Но, в любом случае, из Аркадии так или иначе нужно было срочно уносить ноги: если Макс не врала, а на сегодняшний день нет ни единого опровержения её странным предсказаниям, родной городок поглотил бы и Хлою, и её любимую целиком. В буквальном смысле засосал бы в себя, не оставив и следа. А так у них хотя бы есть всё ещё бьющиеся сердца, по какой-то нелепой случайности слившиеся в одно. Хлоя часто задумывалась, чем заслужила такое счастье. По-хорошему, Рэйчел могла бы найти себе любого... или любую, но предпочла почему-то именно трусливую неудачницу, априори не способную обеспечить ей нормальное будущее. И они всё ещё вместе, за столько лет даже ни разу серьёзно не поругались, и каждый раз глядя в глаза своей пассии, Хлоя всегда видит там только теплоту и какую-то невероятную нежность. Как ей на такое сил хватает? Все эти съёмки, каждодневные звонки, общение с пожирающими её глазами извращенцами всех мастей — неужели всё это можно выносить, сохранив при этом всю ту же детскую улыбку на лице? Нет, этой женщине невозможно не удивляться. Она действительно не с нашей планеты. Немного призадумавшись, Прайс сделала слишком глубокий вдох и с непривычки закашлялась. Дурацкие женские сигареты, хрен поймёшь, как их вообще курить. Но вот это и есть те самые негативные стороны совместной жизни, которые имеют место быть всегда, даже с такой потрясающей девушкой, как Рэйчел. "Если будешь продолжать курить, то хотя бы постарайся не выглядеть при этом, как тупой мужлан", — Эмбер никогда не умела толком ругаться, ей попросту не на ком практиковаться. Кто станет конфликтовать с этим ангелом во плоти? Вот и сейчас, не особо понимая, что говорит, выдала своей девушке противно-розового цвета пачку тонких безвкусных сигарет с просто не выговариваемым итальянским названием. А инструкцию к ним не предоставила, так что приходится экспериментировать с этими соломинками. Хорошенько откашлявшись, Хлоя брезгливо затушила так и незаконченную сигарету и не глядя щелкнула кнопку на пульте от кондиционера. На тело тут же накинулась расслабляющая зевота, желание обхватить Рэйчел ногами и завалить на кровать пересиливало нехватку прогулок по вечернему Лос-Анджелесу, и девушка лениво потянула руками. За стеной слышалось уже привычное копошение: Рэйчел даже перед самой обычной прогулкой намалёвывает себя так, словно собирается навестить императорскую семью. Наверное, это просто привычка. Хлоя же, в отличие от своей мелочной второй половинки, зачастую просто забивала на свой внешний вид, разве что не доводя его до абсурда. Весь пирсинг по прибытию в Эл-Эй после долгих раздумий был отложен на антресоли, броский макияж заменён на куда более мягкие тени, а с тех пор, как Рэйчел стала участвовать в модных показах и научилась всем причудам светских красавиц, и так довольно скудный гардероб Прайс, состоящий в основном из ярких футболок со всякими черепами и драных джинсов, опустел наполовину. Но естественно, никаких платьев, этого не надо. Даже у Эмбер не хватило бы власти втиснуть Хлою в униформу хохочущих в ладошку помпушек, а единственным компромиссом за долгие годы так и остался отказ от лыжных шапок. Короче говоря, такими темпами к закату они уже вряд ли успеют, придётся довольствоваться приглушённым светом уличных фонарей и гулом обдолбанной молодёжи, чей брат в последнее время всё чаще стал выползать из своих нор. Что ж, всё лучше, чем ничего. Ухмыльнувшись собственным мыслям и машинально достав ещё одну сигарету, Хлоя поймала взглядом всё ещё раскрытый на середине дневник, посвящённый загадочно исчезнувшей из её жизни подруги детства. Всё-таки жалко от него так просто избавляться, надо будет подкинуть какому-нибудь издательству, авось придумают что-нибудь удобоваримое. Как говорят искусствоведы, из каждой истории можно вытянуть что-нибудь поистине впечатляющее, надо только хорошенько очистить её от толстого слоя банальности. А ей-то уж точно есть, что рассказать. Да и к тому же, она так и не закончила. Внимательно посмотрев на часы, стрелки которых неторопливо перескакивали за девять, а потом снова на растрёпанную книжку с отклеивающимися потёртыми стикерами, Хлоя запрокинула голову назад и зарыла пальцы в короткие каштановые волосы. Продолжить ли изливать душу воображаемой подруге или бросить это безнадёжное дело? Какой от этого всего смысл? Старая жизнь со странными письмами и спешными побегами от прошлого уже давно закончилась, былые проблемы их с Рэйчел более не преследуют, и эта дурацкая переписка с Макс потеряла какое-либо значение. Но всё-таки нехорошо же обрываться на полуслове, да? Любопытство взяло над девушкой верх, и ещё недавно скучающий без свежих чернил дневник с радостью раскрыл нужные страницы. Можно с уверенностью сказать, что были б у него руки, уже наверняка бы довольно хлопал в ладоши. Без какой-либо жадности и с всё ещё тусклым желанием на вечер глядя перечитать свою писанину Хлоя опустила любимого собеседника на колени и забросила широко расставленные руки на спинку дивана. "Спасибо за Хлою"... Как же приятно читать эти слова. А вот последующие строки, как и их существование в целом, заставили Прайс недоверчиво прищурится и вернуть серьёзное, даже слегка напуганное выражение лица. Это ещё что за херня? Откуда это взялось? Рэйчел что-ли решила поиграть? Но она ведь... Нет, она не могла, когда бы успела? Пристально вчитываясь в каждую буковку, Хлоя медленно переводила взгляд со строки на строку под набирающее темп биение собственного сердца. Казалось, оно в любой момент готово выпрыгнуть из груди и забрызгать всё вокруг потоками горячей пульсирующей крови. Этот почерк... Нет, только не снова. Это же невозможно! Ах ты негодница! Решила от меня избавиться, да? И даже толком не попрощалась. Вот брала бы пример с Рэйчел и хотя бы поблагодарила за помощь, это вообще-то было не так уж и просто провернуть. Что, удивлена? Знакомый почерк? Да, Хло, ты снова сходишь с ума, опять паникуешь из-за того, чего не понимаешь. Чёрт возьми, ты ведь даже не оставила свою любимую приписку в конце. Типа "Хлоя, откопавшая свой клад" или что-то в этом духе. Эх, ну почему ни на кого нельзя положиться? Всё всегда приходится делать самой. Но всё равно приятно, что ты со мной всё ещё чем-то делишься. Порой так хочется почитать что-то параноидальное, но прозрачное, как стекло, а не все эти высосанные из пальца небылицы. Ты всё же добилась своего, поздравляю. Лос-Анджелес, большие огни, весь мир у ног, как ты там ещё говорила? Нет, честно, я рада за вас с Рэйчел. С самого начала было понятно, что этот путь вы должны были пройти вместе. Твой адреналин и её страсть — только такая смесь позволяет выживать в подобных сумасшедших мирах. Можешь мне поверить, я сама из Сиэтла. Уже, наверное, поздно что-либо советовать, да? Сейчас ты, скорее всего, нервно покусываешь губу и пытаешься успокоить дрожащие руки. Угадала? Угадала. А теперь раздумываешь над тем, не позвать ли сюда Рэйчел. Думаешь, она снова тебе поверит? Ладно, не переживай так сильно, это последний раз. Честное слово! А теперь успокойся, дыши полной грудью, закрой глаза и подумай о чём-нибудь хорошем. Хотя нет, не закрывай, как же ты в таком случае читать будешь, хах? Тогда у меня есть идея получше. Подними голову, Хлоя. — Ты действительно рассчитывала на то, что я так просто от тебя отстану?