Авантюристы.

Целитель действительно пошел собирать травы, а точнее определенный вид мха для настойки. Росло растение глубоко в лесу, и на месте эльф был только после заката. Сразу браться за работу не хотелось, хотелось просто посидеть у костра, посмотреть в звездное небо и ни о чем не думать. Мэлис уже приходилось разок ему помогать, а потому примерную дорогу она знала. Но топографический кретинизм взял всё в свои руки, и эльфа дроу нашла минут сорок спустя, уже начиная мёрзнуть. — Ну и где она?! — налетела на лекаря девушка. — Кто?! — Шарахнулся в сторону Релон, чуть не сломав кружку от неожиданности. — Нельзя так пугать! Меня чуть удар не хватил. — Твоя женщина! И удар хватит её — потому что когда я найду её, ей конец! — Нет тут никакой женщины кроме тебя! — Идиотизм ситуации все еще не давал целителю отойти от испуга. — Себя убивай. — Не лги мне, — рыкнула Мэлис. — Это Мол? — Что? Нет! Как ты вообще могла такое подумать? Какая гадость! — Релон уперся спиной в ствол дерева, даже не заметив, что непроизвольно отступает. — Что вообще на тебя нашло? — Ф… — сгоряча девушка чуть не проболталась. — М… кхм… Надёжные источники информации предоставили мне кое-какие сведения. И я не разрешаю тебе ни с кем завязывать интрижки! — Это еще почему? Я пока еще свободный эльф, могу интрижки с кем хочу завязывать! — Вспылил лекарь. — Один поцелуй еще ничего не значит. Эльфийка ударила по дереву кулаком. — И не целуйся с ней больше, это же вонючая дроу! И раз ты не хочешь называть имя, я её сама найду. Тоже мне, проблема. Релон только глаза к небу закатил, мысленно вознося молитву за умственное здоровье девушки. — Мэлис, — начал он посерьезнев. — До сих пор я целовался только с одной женщиной. И это была ты. Шестерёнки в голове иллитири начали крутиться. Но, увы, ещё довольно медленно. — Когда это?.. — Сразу после того как ты зверски расчленила своих родственниц, — вздохнул эльф, догадываясь что для самой Мэлис это скорее всего ничего не значило. Она почесала затылок. — А… ну да. Скрестив на груди руки, целитель ждал, пока колесо мысли девушки провернется до нужного момента. Мэлис мотнула головой, запутавшись в мыслях. — Неважно. Теперь ты мой напарник и никто тебе нравиться не должен. Ну, кроме меня, я же классная. — А тебе можно будет с кем угодно отношения заводить? — Уточнил Релон. — Ну да. Я свободна от обязательств, предрассудков и скучных правил, я же взрослая и могу думать своей головой, — насмешливо произнесла иллитири. — Почему тогда мне нельзя? — Эльф издевательски изломил бровь, едва сдерживая улыбку. — Потому что… потому что… — Мэлис замялась. — Потому что я так сказала! Ты должен меня слушаться. Я главная. Понял? — А я старше и жизненного опыта у меня больше, — парировал целитель не собираясь сдаваться. Упрямства ему тоже было не занимать. — Тоже сам могу решать с кем мне встречаться, а с кем нет. — Да тебе смелости не хватит даже за руку кого-то взять, — посмеялась иллитири. — Тогда чего ты так опасаешься? — Релон наконец успокоился и принялся искать потерянную кружку. — Ведь нет смысла запрещать то, чего я и так не сделаю. Мэлис поняла, что сглупила, и смущённо пробормотала что-то. — Неважно. Собирай свою траву. Целитель улыбнулся про себя, понимая, что победил в этом споре и налил девушке горячий чай из котелка. — Мне все равно больше никто не нравится кроме тебя, — он набросил дроу на плечи свой плащ. — Но запомни, коль мы устанавливаем отношения, они должны быть равноправными, а значит, хахалей твоих тоже ждут страшные муки и возможно смерть. Долгая и мучительная. — То есть, ты будешь убивать моих любовников, а я твоих? — судя по интонации, эта идея дроу очень даже радовала. — Именно, — эльф заботливо поправил ей капюшон. Мэлис довольно захихикала. — Класс. Собрать мох в гордом одиночестве целителю не удалось, быстро заскучавшая в одиночестве дроу догнала его и увязалась следом. Чтобы скрасить монотонную работу эльф рассказывал ей о разных видах этого растения и чем интересен конкретно этот вид. Так за разговорами они сами не заметили, как потратили несколько часов. Костер уже давно потух и возвращаться пришлось немного поплутав. На обратном пути Релон запнулся о корень, как ему показалось. Но боль в ноге была сильнее, чем от удара о дерево, уж в этом он разбирался. Подвесив в воздухе небольшой световой шарик, он осмотрел место трагедии и заметил каменную дугу с резьбой под змеиную чешую. — Похоже на фрагмент статуи или какого-то круга… — задумчиво протянул целитель, пытаясь проследить, где заканчивается фрагмент. Дуга уходила глубоко в рыхлый торф и листья. Мэлис немного разрыла носком землю, потом передумала заниматься копательством, потому что круг продолжался и конца его не было видно. — Может завтра лопату принести… — Отойди-ка, — попросил лекарь, слегка засучивая рукава. Тонкие бледные пальцы вонзились в черную промерзшую землю как в масло. Почву под ногами девушки слегка тряхнуло и на том месте, где предположительно было изваяние, взвились корни. Растительные щупальца бережно извлекли на свет потертую, местами заляпанную прилипшей землей, но все еще целую статую юноши со змеиным телом. Кто бы не сделал его он явно был мастером — точеная фигурка застыла в броске, передавая поразительную динамику, а на одежде были видны мельчайшие складки шелка. — Это юань-ти похоже, — протянул эльф, обойдя статую по кругу. — Эльфозмей? — Нет, они от нас так же далеки как тифлинги от вас, — объяснил Релон, поймав себя на мысли, что изваяние слишком детально сделано, словно живого змея заморозили. Мэлис бессовестно облапала статую, чуть ли не с самого кончика хвоста. Что тут сказать, любопытство. Целитель задумчиво наблюдал за ней, пока не услышал досадливое шипение девушки. Не нужно было залезать каменному юань-ти в рот, логично было предположить, что можно уколоться об острые клыки существа. — Ну все, пойдем, — Релон осмотрел ее палец, но ничего подозрительного не усмотрел. — Тупая юньти, — проворчала дроу на прощание статуе. Домой эльфы вернулись ближе к заре, когда небо только-только начинало сереть. Релон сразу же отправился на кухню — отогреваться горячим чаем и заодно поискать что-нибудь перекусить перед сном. Мэлис просто заползла в постель и задремала. Эльф запоздало подумал, что нужно было сперва разобрать сумку и уже потом завтракать, но запеканка уже удобно улеглась внутри и все на что целитель был способен это дойти до своей комнаты и с наслаждением вытянуться на кровати. Дроу вытянула из-под него руку, сонно заворчала и перекатилась на другую сторону. — Ты теперь всегда тут спать будешь? — Релон удивленно заглянул под одеяло. — Тут теплее… Эльф страдальчески простонал что-то невнятное и подвинулся к краю, чтобы не мешать девушке. Было слышно, как внизу стучит кастрюлями тифлинг, значит скоро по всей таверне разнесется уютный запах свежего хлеба или блинов. — Кто-то дверьми хлопал… — спросонья произнесла Бэл, обращаясь в никуда. Она нащупала рукой соседнюю подушку, не нашла там знакомую тушу и поняла, что солнце взошло достаточно высоко, чтобы вставать. Она переоделась, умылась, и только тогда зашла на кухню. — Что у нас сегодня, милый? — Омлет, — Фиарон отложил венчик и прислушался. — Кажется, в дверь скребут? — Может, собака или кошка, — тифлингица направилась к двери и открыла её. Через порог следом за створкой двери растянулось бледное тощее создание в легкой шелковой тунике из-под которой тянулся кольцами длинный змеиный хвост. — Фиарон, — позвала женщина. — У нас гости. Она улыбнулась хвостатому. — Привет, крошка. Ты кто? Почуяв тепло, змееныш молниеносно проскользнул мимо ног женщины и забился под один из столов. Из тени на Бэлфирит уставились желтые глаза с вертикальными щелками зрачков. Женщина присела перед столом. — Ну что, мы будем говорить? — усмехнулась она. — Бэл, — раздался у нее за спиной взволнованный голос Фиарона, — отойди от него. Взгляд змеиных глаз переметнулся на него. Тифлингица послушалась. — Ты что-то знаешь? — Это… — трактирщик взял любимую за руку, стараясь двигаться как можно медленнее и начал отступать к кухне. — Это юань-ти. Стоило ему произнести это вслух как змееныш оскалился, открыв перепонки и женщина почувствовала, как ее тело сковало. Мир вокруг потускнел, став похожим на картинку в книге, выполненную тушью. Все стало зыбким и нереальным. Бэл все еще чувствовала горячую ладонь Фиарона на своей руке, но не могла отвести взгляд от юань-ти, который на фоне серого окружения напротив стал ярким и очень контрастным. — Фиарон? Это очень странно. — Он кукловод… — успел сказать тифлинг прежде чем змееныш запретил ему говорить, приложив палец к губам. Трактирщик слышал истории о таких существах, и обычно в тех историях все заканчивалось массовыми жертвоприношениями змеиным богам. Существо приблизилось к ним вплотную, рассматривая свои новые игрушки со всех сторон. Ростом он был едва выше Ивена, зато выглядел намного легче ребенка. Нежно-зеленая чешуя отливала перламутром, а вьющиеся волосы струились по острым плечам как расплавленное золото. Бэлфирит улыбнулась, как всегда она делала, какой бы плохой ситуация не казалась. — Крошка, хочешь поиграть? У нас как раз завтрак готов. Может ты бы поел с нами. Тон женщины нравился юань-ти. Змееныш слушал ее очень внимательно, полностью развернув перепонки на голове. Идея поиграть в семью ему тоже понравилась и тифлинги как по команде развернулись к кухне. И пока они сидели друг напротив друга как два изваяния, незваный гость искал по всей кухне что-то подходящее для себя. — Милый, как нам тебя называть? Юань-ти вылез из шкафа, вопросительно посмотрев на женщину, и покачал головой. После того как он несколько веков простоял в камне память не торопилась возвращаться. Змееныш открыл очередную кастрюлю и обрадованно хлопнул в ладоши. На дне лежала нарезанная крупными кусками свежая рыба, что еще нужно для хорошего завтрака? — Милый, ты не замерзнешь в таком одеянии? Сейчас не самая теплая пора. Хочешь, после завтрака я тебя одену? Змееныш резко развернулся к входу в кухню, услышав шаги раньше, чем целитель его увидел. Порог Релон переступил уже знакомой тифлингам деревянной походкой марионетки. Эльф даже вскрикнуть не успел и все что теперь мог это испепелять юань-ти взглядом. Тот хозяйственно расставил перед каждым тарелки и пустые чашки, задумавшись, что делать дальше. Рыбу он бы и так съел, но эти существа видимо проводят обед как-то иначе. Бэлфирит только вздохнула. — Крошка, можно нам самим поесть? А то так и едой подавиться можно. Змееныш склонил голову к плечу, раздумывая над ее предложением. — Вы обманите, — голос у него был неожиданно мелодичный. — Все обманывают. — Ты, случаем, не обижал их незадолго перед этим? — всё так же мило спросила Бэлфирит. — Ладно. Но я обиделась, так и знай. Юаньти посмотрел в пустую кружку, анализируя новое незнакомое ощущение, вызванное словами женщины. Пока он размышлял, контроль немного ослаб, возвращая в окружающий мир краски. — Ну вот, можешь же быть хорошим мальчиком, когда захочешь, — тифлингица оказалась совсем рядом и погладила юань-ти по голове. Змееныш окончательно расслабился, прикрыв глаза от удовольствия и снимая контроль. Фиарон осторожно выдохнул, стараясь не делать резких движений. Он не заметил как целитель сделал молниеносный выпад сперва сковав юань-ти цепями и следом бросив еще одно заклинание, обжегшее противника. Сразу же следом на него обрушилась иллитири, всё это время поджидавшая удобного момента. — Оставьте его! — Бэл встала на защиту кукловода. — Вы всё только усугубляете! Но было уже поздно, не ожидавший такой подлости и очень этим обиженный змееныш опомнился, мгновенно вернув контроль над всеми. Мэлис замерла с занесенным кинжалом в считанных сантиметрах от цели. Кукловод скользнул к умывальнику, опустил раненую целителем руку в воду и шмыгнул носом. — Раз так любите убивать, — прошипел он, не глядя на эльфов. — Убивайте теперь друг друга. Со способностями своих марионеток змееныш не был знаком, потому вложил в руку лекаря простой нож. Бэлфирит не на шутку рассердилась, но эльфам сейчас было не до её взглядов. Мэлис отчаянно пыталась пошевелить своими конечностями по-своему, но ни черта не получалось. Оставалось только растерянно смотреть на своего оппонента. Их резко бросило друг на друга. Целитель физической силой никогда не отличался, но под воздействием эльфы атаковали примерно одинаково, кружась по кухне как в танце. Кукловод все еще не мог решить, кого хочет убить первым. Ожог и порез все еще болели одинаково сильно, потому поножовщина затягивалась. И кровь никак не получилось остановить, как бы он не зажимал рану. Змееныш шмыгнул носом, прижимая перепонки к голове. Лекарь несколько раз полоснул дроу по рукам и замер, когда хлопнула входная дверь. Фиарон послал Бэлфирит полный паники взгляд, вспомнив, что Ивен на ночь оставался у Ханшаат и должен был как раз вернуться. Любопытный юань-ти выскользнул из кухни, оставив марионеток в нелепых позах. Несколько долгих мгновений за порогом стояла тишина, а потом до ушей тифлингов долетел испуганный вскрик ребенка. Бэлфирит почувствовала, как спадает контроль юань-ти, тут же бросилась к эльфам и отобрала у них оружие, потом помчалась к Ивену. Мальчик сидел на стуле, неумело пытаясь перевязать руку змееныша, даже язык от усердия высунул, но опыта определенно не хватало. — Бэл поможет, — вздохнул он с облегчением, увидев взволнованную тифлингицу. Юань-ти дернулся, но Ивен его обездвижил, стиснув в объятиях и обещая, что сейчас уже все закончится хорошо. Он, похоже, и не подозревал, насколько опасное существо сейчас тискает и эта искренность его спасла. Женщина сделала лёгкое касание к юань-ти и раны пропали, появившись у неё самой. Она взяла его на руки. — Давай я покажу тебе свою комнату. Там много интересных вещей! — А те злые, мне нужно их убить. — Заупрямился змееныш, пытаясь слезть обратно на пол. Ивен вопросительно посмотрел на женщину, не понимая, о чем говорит гость. — Я сама с ними разберусь, крошка, — глянув на Иви, Бэл указала взглядом на кухню. — Они не злые, они просто очень и очень глупые. И они не успели познакомиться с тобой и узнать, какой ты хороший. Стоило Бэлфирит унести юань-ти на достаточное расстояние, как контроль ослаб, отпуская заложников. Релон было дернулся догонять захватчика, но Фиарон его остановил, обратив внимание эльфа на раненую Мэлис. — Бэл с ним справится, — тифлинг обнял ребенка. — Он еще детеныш и вряд ли в курсе о своем наследии. — Что это вообще за чёрт возьми? — возмутилась иллитири. — Помнишь, ты о статую порезалась, — вспомнил Релон, пока накладывал чары. — Мне кажется это он, пришел по нашим следам и устроил тут свои игры. — В этот раз я убью его! — Нельзя его убивать! — встрял в разговор Иви. — Он же такой миленький, я с ним дружить хочу. Фиарон усмехнулся, потрепав мальчика по голове. — Он нам ничего плохого не сделал, пока вы на него не напали, может лучше пока оставить его в покое? Мэлис фыркнула и решила отложить мысли об убийстве незваного гостя на после завтрака. В комнате тифлингов и правда было много всего интересного, но больше всего юного юань-ти заинтересовал плед. Змееныш первым делом залез под него, свернувшись на кровати кольцами и высунул наружу мордашку. — Почему все такие злые? — Спросил он, устраиваясь поудобнее и свиваясь в более плотные кольца. — По разным причинам, крошечка, — Бэлфирит села рядом и стала поглаживать его по волосам. — Но чаще всего из-за страха. Кстати об этом… подожди здесь, я должна разобраться с детьми. Тифлингица спустилась на кухню, где эльфы всё ещё обсуждали произошедшее. — И пришло же вам в голову, — прогудело у присутствующих в ушах. — Нападать на ребёнка! Ребёнка, которому одной мысли достаточно, чтобы прикончить вас! — Но он же опасен, — попытался оправдаться целитель. — Опаснее вашей глупости сейчас ничего не было! От тебя, Релон, я такого особенно не ожидала. — Он напал на нас, значит… — начала было Мэлис. — Значит, мы оцениваем ситуацию и свои шансы! — голос Бэлфирит раскатился громом по таверне. — Вы двое наказаны за своё поведение. Месяц мытья посуды, обоим. Также будете подметать и мыть полы. И Мэлис, постирай наконец свои вещи! Релон виновато опустил взгляд, признавая, что его план был далек от совершенства. Оспаривать наказание ему так же не хотелось, было в голосе тифлингицы что-то такое, что заставляло его чувствовать себя неуютно. Мэлис отвела взгляд, не способная смотреть в глаза чернокнижнице. — Потом постираю. — Потом длится уже два месяца! А теперь садитесь завтракать. Нам ещё разбираться, что делать со змеёнышем. — Можно нам его оставить? — Попросил Ивен, повиснув у женщины на талии. — Ну пожалуйста! — Я подумаю над этим. Но у нас будут правила. А теперь быстро руки мыть! Мэлис, тебя это тоже касается. Дроу заворчала и поплелась исполнять приказ. — Такая ты строгая, — Фиарон обнял тифлингицу, поцеловав в шею пока «дети» мыли руки. — Для меня тоже будут какие-то правила? — Вечером узнаешь, — улыбнулась Бэл. — Паренька нужно будет потом госпоже показать, иначе она на нас смертельно обидится, что скрыли от нее нового жильца, — трактирщик обнял женщину покрепче, прежде чем накрывать на стол. — Ну и может она что дельное подскажет как с ним быть. Бэлфирит быстро позавтракала и поднялась наверх к змеёнышу, заодно принеся ему пищу. — Удобно, солнышко? — Почему снаружи так холодно? — Вопросом на вопрос ответил юань-ти. — До того как я уснул всегда было тепло. — Погода меняется. Но не волнуйся, холод пройдёт и будет снова тепло. — А ты меня не выгонишь, пока не потеплеет? — он выбрался из укрытия, пробуя воздух раздвоенным языком. — Если вежливо попросишь и будешь хорошо себя вести, не выгоню, — улыбнулась Бэл. Змееныш задумался, пытаясь расчесать волосы пятерней. В светлых локонах до сих пор виднелись застрявшие листья и какие-то веточки. — Что значит «вежливо попросить»? — наконец проговорил он, отчаявшись понять это самостоятельно. Бэлфирит улыбнулась. Этому дитю ещё столько нужно было узнать. Хорошо что он был любопытен. Пока юань-ти задавал миллион вопросов, а чернокнижница на них отвечала, она подогрела воду для купания змеёныша и заставила его залезть в ванную. — Я вспомнил, — юань-ти без боязни залез в горячую воду, с наслаждением свившись кольцами. — Меня называли Этэй. — Красивое у тебя имя, Этэй. Бэл вымыла ребёнка и завернула в полотенце. Пока он сох, она расчесала его золотистые пряди.