Лунная принцесса

      Скажу честно, дни на базе оказались вовсе не плохими – такой себе летний «курорт» в компании необычных знакомых. За эти несколько дней Рэтчет сумел поднять на ноги их товарища, который получил подзатыльник от Арси. Клиффджампер оказался очень весёлым ботом, чем-то похожим на Смоукскрина, но не таким безбашенным – границы дозволенного он чётко понимал. Наше знакомство прошло довольно мирно, без стычек, и он даже радовался новым друзьям среди людей. Его возвращение «с того света» было не зря – по нему искренне тосковали товарищи по фракции. К тому же красному боту поставили напарницу – Ульяну. Оптимус принял это решение, и с самого начала оно казалось обоснованным. Моя младшая подруга и Смоукскрин явно не ладили друг с другом, доставляя Ультра Магнусу немало головной боли. Последний попросил что-то предпринять. В кратчайшие сроки Прайм решил проблему и в наш новый приезд на базу пару дней назад сообщил об этом Ульяне. Единственное, от чего Ультра Магнус не смог избавиться, – это от Пачес. Из трезвости рассуждений было ясно, что Оптимус откажет ему в просьбе: одно дело – адекватный напарник у Смоукскрина, совсем другое – Пачес, которая лезет везде, задаёт гору вопросов, пытается всё узнать и изучить. Ставить её в пару со Смоукскрином – всё равно что обречь мир на полную катастрофу.       “Ультра Магнус хоть порой и может сурово её окликнуть, но именно он даёт понять, зачем туда или ещё куда-то лезть не стоит. Поэтому и здесь Оптимус принял верное решение. Хоть мне всё ещё не привычна компания инопланетян, к этому быстро привыкаешь... почти... Точнее, я ещё не привыкла. Пачес и Ульяна быстро освоились с новыми правилами, а мне это даётся с трудом”       Погружённая в мысли, я сидела и рисовала в блокноте — обычно я использую скетчбук для таких занятий. Но сейчас во мне играла какая-то меланхолия, лёгкая ностальгия по детству.       “Вспоминая своё детство, я считала рисовать лица, руки, тело, ноги – невозможным. Из картинки в голове выходила какая-то карикатура. Но я не сдавалась, ведь это было единственное, что спасало меня от серости бытия – до появления в моей жизни подруг”       — Вика, мы поехали! — крикнула Ульяна. Я убрала альбом и подошла к перилам, глядя на неё и Пачес.       — Удачной вам прогулки, — ответила я, слегка улыбнувшись.       — Ты точно с нами не поедешь? Покататься с ветерком или устроить мини-гонку — это весело! — воодушевлённо сказала Пачес, взмахнув руками.       — Простите, чувствую себя неважно. Всё же съесть на ночь попкорн во время фильма — не лучшее решение, — с досадой ответила я, почесав щёку.       — Может, тогда нам остаться? Вдруг тебе станет хуже, — обеспокоенно спросила Уля.       — Всё хорошо, я уже приняла лекарство, немного посижу — и всё пройдёт.       — Если что – звони, хорошо? — сказала Пачес, садясь в машину. Я кивнула ей с улыбкой.       “Простите, девочки, я соврала — не хочу портить вам веселье своим угрюмым видом”       Когда подруги уехали, я вернулась на диван и снова взяла альбом с карандашом, погружаясь в рисование. Из простых линий и изгибов на бумаге вырисовывался образ. Я не опиралась на что-то конкретное, просто рисовала то, что первое приходило в голову.       “Иногда получалось, что я рисую персонажей из игр, например, из популярной пиксельной Undertale”       Из мыслей меня вывели приближающиеся тяжёлые шаги. Не оборачиваясь, я догадалась, кто это – продолжала заниматься своим делом.       “Нет, я так и не научилась различать их походки, хотя у Прайма она более спокойная и лёгкая. Но это единственное, что я запомнила. Что же касается этих шагов... Единственный, кто постоянно остаётся на базе и, кажется, не покидает её, – Рэтчет. Однако я научилась одному: по испепеляющему взгляду можно понять его мысли”       — Я сижу, рисую и никого не трогаю, а тебя уже бесит такой мелкий звук, как карандаш? — не глядя спросила я, в ответ услышав фырканье.       “Ну вот, и поговорили”       — От вас, людей, тишины никогда не дождёшься.       — Ты судишь по своему небольшому кругу знакомых? Знаешь, это довольно глупо — ведь не все люди одинаковы.       — И кто же подтверждает твои слова?       — Например, есть интроверты – те, кто любит и ценит тишину, да ещё общается с узким кругом близких.       — Пф, будто я этого не знал.       — Ох, опять началось.       — Если знаешь, может, перестанешь вести себя как высокомерный ворчун?       — Это я ворчун? — он посмотрел на меня и поставил руки в боки.       — Да. Понимаю, ты беспокоишься о товарищах, но иногда это больше похоже на ворчание старика.       — Может, потому что я действительно за них переживаю?       “Хм... Значит, его ворчание – это своего рода защита от окружающего мира? Но зачем?”       — Они лучше поймут твоё беспокойство, если ты перестанешь агрессировать из-за каждой мелочи – ошибок, промахов и просто из-за того, как они себя ведут.       — Ты на меня начала возмущаться без причины.       — А чего ты меня взглядом прожигаешь? Словно я включила колонки на полную громкость и ещё сверху играю на гитаре.       — Просто интересно было, — наступила тишина, я смотрела на него с непониманием.       — Тебе интересно? Мико говорила, что для тебя это слово – в новинку.       — Как будто этот ребёнок что-то понимает.       “Вчера ты тоже называл нас детьми... Ладно, не хочу ссориться”       — Прости, я подумала, что тебя раздражает звук рисования карандашом, и поэтому у нас возникло недопонимание.       — Извинения приняты, — он подошёл к микроскопу и стал что-то рассматривать.       Я вздохнула про себя и вернулась к рисованию. В тишине вдруг услышала стук металлических спиц по плитке. Повернулась к учёному с вопросом в глазах, он же ответил:       — Это не я... — через пару секунд звук повторился. Бот повернулся в сторону коридора, и на меха внезапно прыгнула непонятная паукообразная фигура.       — Осторожно! — крикнула я медику, заметив, как металлическое существо обнажило лезвия-лапки.       Рэтчет мгновенно среагировал, увернулся, и робот приземлился мимо него, издав недовольный писк. Паук прыгнул снова, но рыже-белого меха спас поднос, от которого существо отскочило к перилам. Я сделала шаг назад и случайно задела джойстик — он упал на пол. Существо мгновенно повернуло на меня глаза.       “О нет...”       Паук прыгнул прямо на меня, и я поняла: надо бежать. Мгновенно рванула к лестнице – существо заняло то место, где я стояла.       — Отвали! — перепрыгнув оставшиеся ступеньки, я бросилась к боту, как к единственной надежде на спасение.       Он схватил с стола балку и попытался ударить создания, но паук ловко отпрыгивал назад. Я же, чтобы не попасть под удары ни бота, ни лезвия этой штуки, отступила подальше. Существо, оказавшись у оборудования учёного, одним махом конечности разрезало микроскоп.       — Эй, прекрати! — сжав кулак, сказал он, но не успел среагировать – паук оттолкнул его.       Создание прыгнуло на медика, готовясь нанести удар, но рыже-белого меха спас выстрел. Я посмотрела на нашего спасителя – это был Прайм. Затем взгляд упал на сбитого мини-хищника. Тот подёргался, искрясь, словно сломанный, но вскоре подскочил, будто не получал повреждений, и встретился с ногой Прайма.       — Всё... убил... — выдохнула я, наблюдая, как оно перестало двигаться, не подавая признаков жизни.       — Полностью сломан, — подвёл итог Рэтчет. — Но что это за штуковина?       — Есть одна страшная догадка, Рэтчет. Боюсь, это тёмный энергон, — сказал Оптимус, глядя на искрившееся существо.       Воцарилась тишина. По Рэтчету было видно, что он переваривает новую информацию, обдумывает что-то. Оптимус взял конусообразную колбу, собрал куски металла и поместил их в контейнер.       — Эм, простите! — слегка крикнула я, чтобы привлечь внимание. — Уж извините, что вмешиваюсь, но что такое тёмный энергон? И где вы его достали, если он такой опасный, судя по тому, что вы его заморозили?       — Его нашли на Арси, во время сражения с одним из вехиконов. Эта слизь вернула к жизни твоё сломанное оборудование, Рэтчет. И именно она заставила восстать этого вехикона из мёртвых, — ответил Прайм и повернулся к Рэтчету.       — Хм, многое объясняет, включая ухудшение состояния Арси после этого. Но тёмного энергона так мало, что почти не существует.       “Да что вы меня игнорируете?”       — Кхем! — деловито кашлянула я, недовольно глядя на них. — Теперь можно мне пояснить?       — Тёмный энергон – это похожее на наш энергон топливо, только куда опаснее. По поверью, он – кровь Юникрона. На Кибертроне его было крайне мало, и поэтому найти его — большая редкость.       — Чем он опасен?       — По истории Кибертрона, оживлять неживое – вы, люди, называете это некромантией, — пояснил медик и посмотрел на Прайма. — Как же тёмный энергон оказался на Земле?       — Его сюда доставил... сам Мегатрон.       — Но зачем? — с непониманием спросил Рэтчет.       — Чтобы завоевать планету, собрав армию бессмертных воинов, — серьёзно ответил Прайм. Наступила тишина.       — Ха-ха-ха! — молчание разорвал смех рыже-белого бота. Я вздрогнула и посмотрела на него. — Мегатрону придётся переломать целую тонну тостеров. Нет, всего в этом мире. Где он найдёт столько погибших воинов? — с долей недоверия уточнил Рэтчет у Оптимуса.       — Есть одно такое место… И, кстати, Вика, попрошу никому не рассказывать, что здесь произошло, — взглянув на меня, произнёс он.       — Я буду немой, как рыба.       В этот момент послышались звуки моторов. Я повернулась к входу – к нам возвращались ребята, бурно обсуждающие какую-то тему. Все автоботы трансформировались, и когда Балкхэд выпрямился, изнутри раздался звук удара, от которого он затрясся.       — Ух, — выдвинув немного брюшную пластину, он достал чехол для гитары.       — Прости, забыла на заднем сиденье, — виновато ответила Мико, забирая чехол.       — Автоботы, приготовьтесь… — начал Оптимус, но остановился, посмотрев на нас.       — К выезду? — закончила за него Арси. Я подошла к подругам.       — Нет, оставайтесь здесь, — подняв руку, остановил её Оптимус и повернулся к Рэтчету.       — Рэтчет, пойдёшь со мной. Арси какое-то время будет вне зоны доступа, поэтому ты будешь главной, — продолжил он, и Рэтчет направился к панели управления.       — Дружок, ты великан, ты должен быть главным, — произнесла Мико, глядя на Балкхэда.       — Эм, меня ни разу не выбирали, — честно и без утайки ответил зелёный бот.       — Оптимус, при всём уважении, — остановила его Арси, — быть телохранителем — это одно, а нянькой — другое. Рэтчет не участвовал в боях с самой войны.       “Сейчас будет мясо”       — Послушай, Арси, это всего лишь разведка, — пытался объяснить ей Оптимус.       — Тогда почему ты так обеспокоен? — парировала она, оставаясь серьёзной.       — Арси, за последние сутки многое изменилось, и мы должны привыкать... Рэтчет, включай мост.       Включив его, они оба исчезли в появившейся воронке. На секунду повисло молчание.       — Ну, хорошо, главный... чем мы сегодня займёмся? — покачивая руками вперёд и назад, спросила Пачес, глядя на Арси.       Она, покосившись на нас, закатила глаза и покачала головой.       — И что ты задумала? — уточнила я, наблюдая, как она уходит.       — Я еду в патруль, — безразлично ответила она.       — Арси, я понимаю, что ты зла, но Оптимус сказал... — попытался сгладить обстановку Клифф.       — Я главная, и я решаю, — отрезала она, посмотрев на красного бота. — Бамблби, Смоукскрин, — махнув головой, обратилась к ним.       — <Бииип>, — просигналил Бамблби, слегка недовольный.       — Полностью с тобой согласен, — обречённо произнёс Смоукскрин и последовал за другом.       — Балкхэд, ты за старшего, — повернувшись к нему, она постучала по его руке.       Он попытался их остановить, но они трансформировались и тут же уехали.       — Мда... Арси всегда была такой вспыльчивой, — подал голос Клифф, потирая затылок. — Не злитесь на неё сильно, она просто тоже переживает.       — По ней этого не скажешь, — недовольно ответила Уля.       — Итак, эм... чем мы теперь займёмся? — досадливо произнёс Балк.       Вдруг раздалось шипение подключённой аппаратуры, от чего Балкхэд зажмурился, и мы все тоже. Я повернулась к источнику звука.       — Может, — начала Мико, подключая гитару к колонке, — Прорепетируем!? — предложила она радостно.       “...Спасите...”       Спустя час.       — Контакты с гражданским населением?! На этот раз команда Прайма перешла все границы. Нет, не говори мне, вы тут открыли детский садик?! Я поставил к вам в напарники людей, как вы умудрились?!       “Спросите, что происходит? Агент Фоулер, вот что происходит. Хоть мы и услышали сигнал об его приходе, второй раз спрятаться хорошо не удалось. Мы были обнаружены по окончанию монолога о том, что Прайм не справляется с контролем над десептиконами”       — Ясно всё с вами, поехали, — он стал спускаться к нам, указывая на нас. — Теперь вы в программе по защите свидетелей.       — Э-э, идите в пень! — опешила Пачес, понимая всю серьёзность ситуации.       “Программа по защите свидетелей – это совокупность мер предосторожности до окончания разбирательств. Если это касается судебного дела, то тут ещё ладно, у всего есть свой срок. Но касаемо сейчас, тут так не работает. Десептиконы атакуют, и неизвестно, сколько будет идти их война с автоботами. По сути, мы становимся долгожителями этой программы. Конечно, можно жить за чужой счёт, однако это не нормальная жизнь – это тюрьма.”       — Это ради вашей безопасности, — только он приблизился к Ульяне и собирался схватить её, как нас тут же загородила нога Балкхэда, а Клифф аккуратно отодвинул её своей рукой.       — Их защищаем мы! — твёрдо ответил здоровяк.       — Тем более пока они под нашей защитой, десептиконы их не тронут, — попытался включить убедительную речь красный бот с рогами.       — Да неужели? — съязвил Агент Фоулер и направился к телефону, что висел на стене. — Может, ты сообщишь об этом моим начальникам в Пентагоне? — взяв трубку, он собирался набрать номер.       — Положите трубку! — Балк хотел отключить устройство, но не рассчитал габариты своей руки и в итоге сломал его. — ...Не работает.       — Этот разговор с Балкхэдом ещё не закончен! — зло бросил Фоулер, швырнув трубку, и направился обратно к лифту.       На столь напряжённой ноте агент покинул помещение, и Балк тяжело вздохнул. Клифф, подойдя к нему, похлопал по плечу.       — Не грусти, здоровяк! Ты был очень смелым, защищая наших новых друзей.       — Агент Фоулер очень серьёзно относится к своим словам. Надеюсь, Оптимус и Ультра Магнус не сильно разочаруются в моих действиях.       — Я думаю, Оптимус не разочаруется в тебе, — вмешалась я в разговор, пытаясь поддержать зелёного гиганта. — Ведь именно он позволил нам остаться, тем самым дав согласие лучше узнать вас.       — Да и Ультра Магнус мог бы давно сообщить агенту Фоулеру, но, учитывая его преданность, он скорее поворчит, что ты опять нарушаешь устав, — добавила Уля, упомянув заместителя Прайма.       Обстановка стала спокойнее, и можно было немного выдохнуть. Но, по закону подлости, это спокойствие прервал повторный сигнал.       — Мои уши, вы издеваетесь!? — недовольно посмотрела на зелёные огни и сигнализацию Уля.       — Это сигнал SOS от Фоулера, — подошёл к компьютеру Клифф, задумчиво глядя на клавиши.       “Он не знает, что именно нажимать?”       Внезапно всё прекратилось: Клиффджампер стоял, моргал и тер шею в досаде, улыбаясь.       — Простите, я плохо разбираюсь в этой технологии. В основном тут специалист – Рэтчет.       — Ну и ладно, — ответил Балкхэд, пожав плечами, как будто всё в порядке.       — Ну и ладно!? — ошарашенно уточнила я, посмотрев на зелёного гиганта. — Балкхэд, ты в своём уме!?       — Фоулер – зануда!       — Фоулер – человек в первую очередь! Нравится тебе это или нет, но он как живое существо попал в ловушку! Или в плен, как тебе яснее будет! — выпалила я на большого друга, злясь на него.       — И Фоулер знает, где ваша база, — добавила Пачес, слегка выйдя вперёд передо мной. — И мы тоже.       — Мы же видели, как Фоулер быстро отказался от автоботов. Он всё расскажет, — недовольно подключилась Мико.       — Назови хоть одну фразу, где он это произнёс, — сурово ответила я девочке. В ответ она не смогла привести пример.       — Но его сигнал потерян, и мы не знаем, где его искать, — пытался объяснить нам Балкхэд.       — Я помогу! — уверенно произнёс Раф, доставая ноутбук и садясь на пол. — Пять лет назад правительство вживило агентам микрочипы, как владельцы домашних животных.       Мы посмотрели на него в недоумении, мол, Раф, ты в порядке?       — Что? Я смотрел передачу. Так вот, если я попаду в сеть Пентагона, то смогу определить его координаты, — ответил Раф и начал нажимать на клавиши.       — Выходит, ты хакер, — сделала вывод Уля.       — Ну, примерно, хоть мне и 12 с четвертью. Так, широта 39 и 5, долгота 160 и 9, — ответил шатен, глядя на Клиффа, который опустил рычаг.       — Готово, ждите здесь, — серьёзно сказал нам Балкхэд и направился к порталу. — И э-э-э, Вика, ты за главную, — быстро произнёс он и прыгнул в портал вместе с Клиффджампером.       — Эй! — в ответ только тишина и закрывающаяся воронка. — Прекрасно, всегда «мечтала» побыть главной.       — Похоже, мы остались в шестом, — ответил Джек, осматриваясь, потом напрягся. — Эм, Мико, Пачес и Ульяна?       — ...А-а-а, — промычала я в полукрике, слегка обречённо.       Прошло пять минут.       — Вика, спокойно, Раф сейчас найдёт их, — пытался успокоить меня Джек.       — Я спокойна, я крайне спокойна, по мне не видно? — я улыбнулась слегка, но увидев, как Джек дернулся, поняла, что это скорее был оскал.       — Я могу сообщить Балкхэду и Клиффу, они отправят их обратно по моему открывшемуся порталу, — неуверенно предложил Раф.       — И приведут стаю десептиконов за собой, — ответила я ему. — Не лучше ли дождаться Арси, Смоукскрина и Бамблби, вместо того, чтобы маяться фигнёй? — предложила я, но в ребятах заиграл страх или юношеский героизм.       “О боже...”       — Ладно, только я с вами. Я намерена как следует встряхнуть мозги одной даме, — угрожающе улыбнулась я, сжав кулак.       Наш план зайти, забрать девочек и вернуться целыми и невредимыми был обречён на провал с самого начала. Ясен красен: только идиоты и глупцы идут в стан врага малоподготовленными, без чёткого плана. К сожалению, именно такими были мы – святая троица, где двое играют героев, а во мне горит желание убить кое-кого.       Во-первых, нас чуть не поджарили; во-вторых, получили заслуженное возмущение от Балкхэда, который нас спасал, как и Клифф; и в-третьих, Мико, Пачес и Ульяна опять ослушались здоровяка и теперь летят на летающем судне с зелёным и красным ботом. А нас везут двое вехиконов – на возможные эксперименты или пытки. Что из двух зол хуже – решать не мне.       — Нужно доставить их в камеру. Старскрим держит там ещё одного человека, — сказал тот, кто держал меня.       “Хех, спасибо за информацию”       Вдруг раздался рев моторов, и двоих вехиконов сбил жёлтый автомобиль. Мы взлетели в воздух, но расплющить нас не дали – спасла Арси.       — Бамблби! — Раф радостно посмотрел на него. Названный присел к нам и стал сигналить, бегло осматривая.       — Спасибо, что очистили вход. Однако штурм боевого корабля десептиконов не входил в наши планы, — прокомментировала Арси, успев и поблагодарить, и мягко отчитать.       — А мы и не хотели этого делать, выбора особо не было, — ответила я синей фемке, сложив руки на талии.       Если я думала, что на этом всё закончится, увы, впереди нас ждали поиски Балкхэда и трое неугомонных клуш. Пришлось терпеливо бежать, хотя уже пятиминутный бег вымотал мой не самый спортивный дух.       “Как я и говорила – выбора особо нет, терплю и бегу”       Разведчица остановилась у угла, трансформировав руку в бластер, и резко впрыгнула на возможного врага.       — Свои! — прозвучало.       — Привет! — услышала я.       — Арси, давненько не виделись, — рогатый бот улыбнулся подруге, убрав бластер, и дёрнул Пачес с Ульяной.       — Агх, детишки с вами, — недовольно прокомментировала Арси, поняв, что эти двое с нашей троицей.       Посмотрев на Ульяну и Пачес с укором, они тут же повернулись ко мне и слегка улыбнулись в досаде. Я жестом показала, что если они спустятся, им обоим придётся несладко – в самой тяжёлой форме, какую только могу представить.       — Надо найти Фоулера и вывести детей отсюда, — сказал Клифф уже более серьёзно.       — Он в тюремном отсеке, — хором ответили Джек и Раф.       — Осталось только найти эту камеру, если проще сказать, — дополнила я информацию.       Нашу тихую беседу внезапно прервали десептиконы, появившиеся ни с того ни с сего. Они не стали долго размышлять – начали обстрел со всех сторон. В этом хаосе нам пришлось стать кочевниками, перебегая с одного укрытия в другое, с единственной мыслью – выжить и не попасть под прицел. А ещё – уклоняться от летящих голов и туш безголовых вехиконов. Наши приключения продолжились бегом, и вскоре мы добрались до некоего подобия главного мостика – центра управления кораблём. Автоботы уже успели расправиться с вехиконами, к тому моменту, как мы подбежали.       — Сейчас слушайте меня внимательно, — серьёзно начала Арси, глядя на нас, подошедших. — Вы ждёте здесь. Это не обсуждается.       — Почему? — спросил Смоук, встретив её строгий взгляд.       — Они – лёгкая мишень, их беззащитность им не на пользу, ясно? Здесь безопасно до нашего возвращения, при условии, что вы будете сидеть тихо, — закончила свой монолог разведчица и пошла вперёд, трансформируя руку в бластер.       Остальные послушно последовали за ней. Как только они ушли, двери закрылись, и в помещении повисла тягучая тишина.       — Как это грубо! — возмутилась Мико, сложив руки на бёдрах.       — Грубо? Это вы виноваты, что мы здесь застряли! — брюнет не скрывал раздражения. — О чём вы вообще думали?!       “Мы и тишина — словно созданы друг для друга”       — У нас всё было под контролем, — беззлобно ответила Ульяна, а я в ответ метнула в неё молниеносный взгляд.       — Под контролем? Вы это называете контролем? Вас могли убить! А ещё хуже – подвергнуть опытам или экспериментам! Вы вообще думали об этом? — я не сдерживала бурю эмоций. — Мы люди, и живём только один раз! Один выстрел – и нас просто не станет! Почему только я думаю об этом? Вам не хватило той поездки по шоссе, когда нас гнали десептиконы? Вы решили положить конец своим жизням в бессмысленной погоне за приключениями?! Хватит! Спасайте свои шкуры сами! — закончила я и в гневе отошла, сев на ступеньку.       “Я потеряла дядю и дедушку из-за болезней... Их больше никогда не увижу. А они не понимают, что с ними может случиться то же самое... Смерть – самое страшное и самое быстрое, что может произойти. Умрёшь и не поймёшь как: либо мучительно и долго, либо быстро, даже не почувствуешь”       Я смотрела вперёд, уткнувшись взглядом в пол, не замечая ничего вокруг. Краем глаза заметила движение – к мне подсел Раф. Он коснулся моего плеча, но я никак не отреагировала, молча продолжая смотреть в одну точку.       — Вика... прости, — тихо сказала Уля, садясь рядом с другой стороны. — Всё это так необычно, и хочется узнать так много. Да, я понимаю, что это опасно. Но мы помним, что должны быть осторожны. В этот раз... я признаю, мы поступили безрассудно, погнавшись за Балкхэдом и Клиффом, которые пошли спасать агента Фоулера. — я взглянула на неё краем глаза. Рядом с ней села Пачес и слегка улыбнулась мне, как и Уля. — Прости нас, что мы такие не путевые, что ищем приключения там, где их быть не должно.       — ...Я подумаю, — ответила я ей, и Уля счастливо меня обняла. — Но это не значит, что я прощаю.       — Ты уже простила, иначе не говорила бы так, — улыбнулась Пачес, а я фыркнула, закатив глаза.       — Раз вы успокоились, посмотрите туда, — Джек указал на экраны компьютеров. — Раф, это что-то важное?       Раф, молча глядя на монитор, подошёл к нему, мы последовали за ним. Он не издавал ни звука.       — Это очень важно, — сказал он, поправляя очки. — Здесь математические вычисления.       — Вычисления чего? — спросила Пачес, не понимая.       — Не совсем могу понять, но это связано с космосом. Что-то вроде устройства, рассчитанного на дальние расстояния. Нужно сообщить Оптимусу.       — Ты можешь это, эм, как-то загрузить? — спросил брюнет. Я посмотрела на него с удивлением.       — Джек, если ты не заметил, тут нет ни намека на место, куда можно вставить флешку. Раф так, что убери устройство — его и в помине не было смысла доставать.       Наступило неловкое молчание, и только благодаря ему мы услышали шаги. Медленно повернувшись на звук, мы увидели входящего вехикона. Уля не долго думая показала нам вперёд, под компьютер – и мы, в свою очередь, последовали её примеру, только Раф снял свой рюкзак. Этот жест выдал его – пока он возвращался за ним, шатен оказался под прицелом вехикона. Стало ясно: либо жизнь Рафа, либо наша – в опасности. Джек решил стать героем, что мог бы спасти мальчишку, однако в сложившейся ситуации единственным выходом оставался побег.       — Мико, сделай фото! — сказала я ей. Она радостно выбежала и сфотографировала десептикона.       — Не его! — крикнула Уля, показывая на монитор над ними. — А его!              Обескураженность вехикона от того, что его сфотографировали, длилась максимум минуту, но этого было достаточно, чтобы нам удалось вырваться из мостика. Открытый коридор, конечно, не был нашим преимуществом, но выстрелы за спиной словно намекали: другого варианта у нас нет. Почувствовав угрозу, мы услышали гудок авто и увидели, как к нам приближается зелёный автомобиль. Понимая, кто это, Балкхэд трансформировался и снес стрелявшего вехикона, перекинувшись через него – словно гладиатор, пародирующий древних воинов.       — Я же просила оставаться на месте! — сурово и строго сказала нам Арси, в форме мотоцикла.       — Как будто мы не пытались! — ответила я, быстро спрыгнув с Ули и Пачес в красный автомобиль.       Не дожидаясь сигнала, Клифф и остальные рванули на всех парах к выходу. Чудом нам удалось покинуть корабль врагов, при этом боты нашли и заложника. Дорогу домой нам открыл Смоукскрин, оставшийся на базе по приказу Арси. Через открывшуюся воронку мы смогли вернуться на базу, избегая преследования. Отчасти мы молодцы – живы и вернулись раньше Прайма, что позволило избежать наказания. Впрочем, есть и минусы: Фоулер в полуживом и неадекватном состоянии, и нам придётся объясняться, почему так случилось. Трое подростков, хорошо знающих, где и что лежит за годы совместной работы с ботами, нашли кушетку с капельницей.       “Откуда здесь для человека всё необходимое – понять не могу. Хотя, учитывая, что эта база раньше принадлежала людям, скорее всего, от старых хозяев и досталось”       Джек оказался ещё и немного знатоком медицины — как выяснила его мама, она работает медсестрой в местной больнице. Вот это плюс: когда у кого-то в семье есть медицинские знания. Правда, нас отчитал Ультра Магнус за то, что мы пошли в стан врага и не сообщили ему — по сути, всё было по фактам. Мико попыталась возразить, но вскоре вернулись Оптимус и Рэтчет. У последнего был вид едва живого, рука висела, словно ему сломали сустав, кость или он потянул мышцу. Лидер автоботов, увидев состояние агента, взглянул на присутствующих в зале. Я заметила, как виновато опустил взгляд Балкхэд и почесал в досаде затылок Клифф. Пока Прайм при помощи Бамблби латал раны автоботов, эти двое отчитывались ему.       — Что с вами произошло? — спросила я осторожно, когда увидела, что на руке Рэтчета висит жгут из прутьев, спаянных вместе.       — Мы сражались с армией бессмертных воителей Кибертрона, — ответил мне ученый, выпрямившись.       — Здесь, на Земле? — удивлённо спросила Уля, глядя на ботов.       — Скорее всего, две фракции сражались за что-то, что есть на Земле, — предположил Пачес, задумчиво поглаживая подбородок.       — Пачес права. Когда-то на Землю были отправлены шахтеры с Кибертрона. До начала войны выяснилось, что на вашей планете растут кристаллы энергона. Наша кровь и пища – так можно сказать – очень удивительно для вашей органической планеты. Но суть не в этом. Рабочие, которые работали в шахтах, узнали о войне, и кто-то поспешил вернуться на родную планету, чтобы помочь своим, а кто-то решил остаться и отвоевать шахты у врагов, — рассказал Ультра Магнус.       — Тем самым погибли все... — я закончила рассказ, и в ответ услышала кивок.       — Земля усыпала их тела песком и камнями. Шахты – не место для битвы, и они это забыли, — прокомментировал Уилджек, опираясь о стену, руки сложены на груди.       — Балкхэд, Клиффджампер, что касается вас – вы проявили крайнюю недальновидность, позволив детям пойти за вами.       — Это больше не повторится, Оптимус... я обещаю...       — Да, Оптимус, — вставил Клиффджампер, — Впредь мы постараемся не втягивать людей в такие опасные разборки.       К ним присоединились Мико и Ульяна, и я почувствовала, как им стало их жалко. В их защиту они сказали:       — Они не виноваты! Да, мы последовали за ними, и это наша вина, что мы поставили их операцию и наши жизни под угрозу.       Моя подруга говорила серьезно, и я была рада, что она вынесла из этого урок.       — И посмотри, какой вклад они внесли, — добавила Мико, гордо открывая телефон и показывая фотографию.       Прайм наклонился, изучая снимок, и слегка нахмурился. Потом он посмотрел на рыже-белого бота.       — Рэтчет, посмотри, возможно, это секретные данные Мегатрона...       Раненый ученый наклонился к телефону японки, и его лицо немного растерялось.       — Я... не до конца понимаю...       И мы, и Рэтчет – ничего не поняли. Сначала казалось, что наши жизни были под угрозой зря, ведь ученый ботов не мог разобрать изображение. Пока не выяснилось, что Мико просто перелистнула фото вехикона, сфотографировав его по глупости.       — Ой, это воин, который чуть не раздавил Рафа, по крайней мере, так он выглядел, пока Балкхэд не сделал из него блин!       Я краем глаза посмотрела на Джека и поймала его за плечо, давая понять, что поговорить с Мико можно чуть позже. Сейчас было глупо говорить о том, что мы чуть не пострадали из-за десептиконов. Автоботы тоже чуть не погибли сегодня – от их лап. Да, они сильные, да, они не мы, но они тоже живые. В них течет кровь, в них есть энергия. По сути, они – подобие органики, только железные и из совершенно другой живой материи.       “Тем более, учитывая, что на Земле тот самый Мегатрон, как говорилось ранее, наши жизни, жизни автоботов и вообще людей – в большой опасности... Можно ли считать, что всё кончено?”

Только из глубины отчаяния может родиться надежда.