You're in my head

На следующий день решила поехать на машине, так как мама была недовольна, что я очень поздно вчера пришла домой. Пришлось соврать, что долго не было трамвая, а то боюсь, если бы она узнала правду, расстроилась бы. В моих планах не было заезжать за Вероникой, но она просто умоляла меня сделать это. Отказать девчонке не смогла. Понимаю, что не каждый захочет ехать утром в набитом транспорте. — Родители не ругали, что поздно пришла? — спросила я, когда мы уже подъезжали к школе. — Нет. Они в ресторан пошли праздновать свой юбилей, — пояснила Вероника, смотря в зеркало и пытаясь накрасить губы красной помадой. — Не слишком вызывающе? — Нет. Вероника была просто красавицей. С её рыжими волосами красная помада смотрелась превосходно. Комплимент решила не делать, а то ещё подумает, что нравится мне. Единственный человек, которому я готова делать комплименты, едет сейчас в душном трамвае. — С родителями не хотела в ресторан пойти? — спросила я, выключая зажигание и, нагнувшись, достала с заднего сиденья пакет с тетрадями. — А то вдруг хотела повеселиться. — Да нет. Я вообще не особо куда-то хожу с родителями. В основном, провожу время с подругами или с вами, Ксения Витальевна. — Ну, хорошо, — улыбнулась. — Пойдём? Я уже собиралась выйти из тёплой машины, когда вдруг девушка наклонилась ко мне и поцеловала в шею. Не ожидала такого поворота событий, даже слегка растерялась. — Больше не делай так, никогда, — строго сказала я и всё-таки покинула машину. В школу мы зашли по отдельности, так как не особо хочу, чтобы учителя говорили у меня за спиной. Ведь я не глупая и прекрасно понимаю, как их раздражает, что я общаюсь с ученицей. Но я же не могу сказать девушке, чтобы перестала преследовать меня, ходить по пятам, дышать в спину. Пусть уж лучше так, чем она бы делала это всё тайно. Удивилась, когда зайдя в учительскую, увидела Наталью Александровну. Вроде по времени она должна минут на десять позже прийти. По разговору поняла, что она приехала вместе с Кирой Олеговной. — А я думала ты больше за руль не сядешь никогда, — сказала Аня коллеге. Не особо придала внимания тому, что она ответила. Забрала волосы в хвост и села на диван рядом с Максимом. Он сегодня был какой-то подавленный и совсем не разговорчивый. — Чего приуныл? — спросила у него и улыбнулась, когда он прикрыл глаза, как бы пытаясь сказать мне, что не хочет со мной разговаривать. — И на что Вы обиделись, великая задница мира? Максим? Он всё так же продолжал игнорировать меня. Даже как-то не по себе стало. Никогда такого не было, что Максим так относился ко мне. Не могу представить, что могло произойти, раз он так сильно обиделся на меня. И вообще, парень всё-таки, а ещё и обижается. — Ну-ка признавайся, где была? — засмеялась Аня, подходя ко мне и смотря на мою шею. — О чём ты? — я не поняла смысл её слов. Но по её вине на меня теперь смотрели шесть человек, которые находились в учительской. Моя Натали тоже смотрела. Может показалось, но в её глазах было осуждение. — Кто оставил у тебя на шее такой красивый след? — Кира улыбнулась и тут же прикрыла рот рукой. — По отпечатку помады сразу понятно, что постарался не мужчина. Поднявшись, направилась к зеркалу, которое находилось рядом с раковиной у выхода. На шее красовался красный отпечаток губ Вероники. Господи, почему же я не подумала об этом в машине. Ведь до меня должно было дойти, что у неё на губах помада. — Ксюша, — протянуто сказала Аня. — Кто оставил след? — Никто, — смыв отпечаток и вытерев шею, вернулась на своё место. — А что с Максимом происходит? — обратилась ко всем. — Он какой-то обидчивый. Не реагирует на мои слова, — попыталась перевести тему. — А ты тему-то не переводи, — взбесился парень. — Ксюша, ты с ума, что ли сошла? Терпел все твои выходки, закрывал глаза на твои флирты с бабами, но это переходит все границы. Ты не мужик, а женщина. Так веди себя подобающе и начинай отношения с мужским полом, — его глаза блестели от злости. — Ведь у нас с тобой всё было хорошо. Давай начнём всё сначала, и я обещаю, что ты полюбишь меня. Забудешь о своём дурацком влечении к женщинам. — На себя намекаешь? Извини Максим, но мы не пара. Я же не заставляю тебя смотреть на моё влечение к женщинам. Игнорируй, — резко поднялась. — И вообще, тебя не должно касаться с кем я хочу быть. — Ксюша, — он резко схватил меня за руку и потащил к выходу из учительской. — Не заставляй меня высказывать мнение о тебе при всех. Давай вместе сходим к психологу. Врач поможет разобраться тебе с твоими вкусами. Вот увидишь, что потом будешь смотреть на свои увлечения со смехом. — Я не хочу с тобой разговаривать на эту тему, — вырвала свою руку и взглянула на Наталью Александровну, которая в свою очередь смотрела на меня. — Не хочу разговаривать ни с кем о своей личной жизни. Мне плевать на то, нравится Вам моё общение с Вероникой или нет, но я буду общаться, потому что прониклась к девочке, — после своих слов поспешила покинуть учительскую. Вечером с мамой смотрели мелодрамы по телевизору. Она очень любила поплакать, смотря на очередную банальную историю любви. Как по мне, так это полная ерунда. — Через три дня уезжаю, — сказала женщина, когда началась реклама. — Даже не представляю, как смогу прожить без тебя до нашей следующей встречи, доченька. — Мама, ну я же миллион раз просила не начинать разговор на эту тему. Мне тоже тяжело без тебя и папы, но я не собираюсь переезжать в город. Может быть, когда-нибудь и решусь, но не сейчас. — Но ведь это неправильно, Ксюша. Как ты можешь оставаться здесь? Разве тебе нравится жить в таком месте? Здесь почти нет мест, куда можно было бы выйти. Одни магазины и пивнушки. Это место для стариков, но не для такой молодой девушки. Настоятельно прошу тебя уехать со мной в город. — Нет, — снова ответила я, кутаясь в плед. — Но здесь же нет никаких перспектив, — возмутилась женщина. — Хочу, чтобы ты вышла замуж за прекрасного мужчину, который сможет обеспечить и тебя, и вашего будущего ребёнка. Но если останешься здесь, то выйдешь за лентяя, который будет висеть на твоей шее. — Даже не думай об этом. И вообще, смотри мелодраму. Больше не буду отвечать на подобные вопросы. Внутри себя понимала, что матушка права. Но я не могла заставить себя полюбить мужчину. Знала, что есть мужчины хорошие, которые не противны мне, но мои мысли всегда возвращаются к Наталье Александровне. Правда, пыталась создать отношения. Например Максим, я ведь была с ним какое-то время, но в итоге всё сошло на «нет». Я просто не смогла дать ему больше, чем просто общение. Порой кажется, что мужчины не достойны меня, но, с другой стороны, это я не достойна их. Мне бы стоило вести себя вежливее с мужским полом, а я постоянно говорю с ними как обиженная женщина. « — Я запуталась. Не знаю, как смогу объяснить родителям, что люблю свою учительницу, — прикрыла лицо руками, боясь, что Кира может увидеть растерянность. — Мои чувства к тебе так сильны, что не вижу смысла жизни без тебя. Никогда раньше так сильно не любила. — Жанна, — учительница коснулась моей руки. — Мне кажется, не стоит рассказывать о своих предпочтениях родителям. Не многие смогут понять твои чувства. Знай, что я тоже очень сильно люблю тебя. Но, прошу, давай оставим нашу любовь в тайне. О таких сильных чувствах могут знать, только двое: ты и я. Ведь наша взаимная любовь принадлежит нам, а не кому-то ещё. — Девочки знают о моих чувствах к тебе, — сказала я. Никогда не пожалела и не пожалею, что поделилась с подругами своими чувствами. Они моя опора, стена, которая не даёт мне рухнуть. — Наталья Александровна как-то странно смотрит на меня. Ведь она знает? — Да, — тихо ответила любимая. — Наташа — мой друг. Я не могла не рассказать ей о любви к тебе. Ты ученица, Жанна, а я твой учитель. Прежде, чем ответить тебе взаимностью, я обсудила всё с ней. Думала, что отругает, скажет, что я не должна проявлять к тебе симпатию, но она сказала, чтобы я не боялась. В данный момент меня поддерживает лишь она одна, и я благодарна ей за это. Усмехнулась, — Странно. Женщина, у которой есть муж, будет поддерживать женщину, которая любит женщин. Всегда думала, что такие дамы, как она, будут осуждать, презирать такого рода отношения, как у нас с тобой. — Если бы она не была такой же, как мы с тобой, тогда я бы тоже засомневалась. — Что? Ты хочешь сказать, что Наталья Александровна любит женщин? — тихонько засмеялась. — Как такое вообще возможно? Она же столько лет замужем, да ещё, к тому же, порой кокетничает с парнями из старших классов. — Замужем. Но никто никогда не задумывается, как ей живётся с ним. Отношения ужасные. Они не понимают друг друга. Живут вместе из-за привычки, да и чтобы не остаться в одиночестве на старости лет. Я знаю точно, что она питает очень сильные чувства к одной персоне, — учительница наклонилась и поцеловала меня в щёку. — Так же сильно, как я люблю тебя. — Боюсь даже подумать, кто это может быть, — засмеялась. — Такая женщина, как Наталья Александровна, в качестве партнёра, мне кажется, будет очень жёсткой в отношениях. — Ты просто плохо знаешь её, — попыталась вступиться за коллегу моя любимая. — Ксюша ведь тоже любит девушек? — Нет. Ксюша парней любит, это однозначно. Она любит, конечно, послушать мои рассказы про наши с тобой встречи, но ярая противница такого рода отношений. Я это знаю точно, — и тут до меня стало доходить, что она спросила это неспроста. — А почему интересуешься? — Потому что Наталья Александровна любит Ксюшу, — она прошептала эти слова. — Ничего себе поворот. Хотя, в Ксюшку можно влюбиться. Добрая, умная, всегда поможет, да и красивая очень. Но, думаю, если бы узнала о чувствах заведующей, то скорее бы повесилась, чем прыгала от радости. — А ты не думай больше о Ксюше, — брюнетка улыбнулась и поцеловала меня в губы. — Кто-то обещал сводить меня в кино сегодня».

***

Время шло, а в моей жизни ничего не менялось. День сменялся другим, а ночи были полны одиночества и печали. Я перестала понимать, чего хочу. Порой задумывалась собрать вещи и уехать в город к родителям, но какая-то неведомая сила останавливала меня, как только брала в руки чемодан. Мне казалось, что чувства утихли, но когда видела её, влюблялась с новой силой и всё сильнее. Хотела чувствовать, что кому-то нужна так же сильно, как мне нужна моя Наталья Александровна. Снег растаял, и поэтому вся школа коллективно вышла на субботник. Мне посчастливилось застать толпу школьников, подъезжая к школе. Кто-то даже предложил помыть мою машину за пятёрку в четверти. От такого перспективного предложения я, конечно же, отказалась. — Как твои дела? — спросила меня Аня, когда я через несколько минут встала рядом с ней и стала наблюдать за восьмым классом, который греб листья. — Лучше не бывает, — попыталась отыскать свою женщину взглядом, но на дворе ее не оказалось, значит, находится в теплице. Ухаживает за цветами. — Ну-ка рассказывай, кто уже успел испортить настроение такой лучезарной учительнице? — Никто. Просто как-то скучно стало. Не люблю такую серую погоду. Накатывает чувство, что я никому не нужна. — Это не так. Ты мне нужна, Ань, — обняла подругу за плечи. — Хочешь, приходи сегодня в гости. Посмотрим какой-нибудь фильм, можем даже на твоё усмотрение выбрать. — Сегодня не получится. Извини, пожалуйста. Хочу провести вечер с Кирой, сходить в кинотеатр и поесть пиццы ночью. Банально, но это сейчас просто необходимо. — Ничего страшного. Желаю хорошо провести вечер в компании своей любимой дамы, — улыбнулась. — Где Наталья Александровна? — не смогла удержаться. Вдруг она не в теплице. Мне хочется знать о каждом шаге женщины. Не могу выкинуть из головы мысли о ней. Она как наркотик, к которому выработалось привыкание. Но как бы я не старалась, никогда не буду интересна людям, которые интересуют меня. — Не знаю, — честно ответила подруга. — Где-то поблизости была. Ксюша, ты, конечно, прости меня, что я начинаю вновь эту тему, но мне кажется, что она злится, когда ты общаешься с Вероникой. Может быть, будешь делать это скрытно. Учителя много спрашивают меня про твои отношения с девочкой. Думают, что раз мы лучшие подруги, то я много знаю, чего не знают они. — Естественно, она злится, потому что считает, что я кручу роман с ученицей. Но это не так. Я больше не знаю, как мне объяснить ей и коллегам, что это просто общение, которое ни на что ни одну из сторон не обязывает. Очень устала от постоянных догадок преподавателей. Разве нельзя поверить мне на слово, что я и Вероника - это два человека, которые никогда не смогут быть вместе. — Вот они как раз этого и не понимают. Ни одна из них никогда так близко не общалась с ученицей, как это делаешь ты. Каждый раз, когда кто-то видит, как девочка выходит из твоей машины, начинают злиться. Некоторые уже открыто предполагают, что у тебя с девчонкой была связь. И я не могу их переубедить, — блондинка обеспокоено посмотрела на меня. — Не общайся с ней. Вероника тоже не простой человек. Она же всем рассказывает, что общается с тобой. Каждый раз на физкультуре делится своими впечатлениями о том, как вы проводите время вместе. — Хорошо. Скажу, чтобы не распространялась о нашей дружбе. И вообще, если честно, мне это тоже надоело. Но я не могу отказаться от девушки, боюсь ранить её чувства. — Ксюша, какие чувства? Почему твои чувства никто не ранил, когда ты училась в школе. Ведь ты любила и любишь Наталью Александровну, но скрываешь свои чувства, держишь внутри себя. Пусть и она делает так же, а не бегает за тобой, как собачка. Мне жалко Веронику. Не могу так просто взять и сказать, что наше общение должно прекратиться. Я уже говорила это миллион раз и скажу вновь, что мне не хватало такого общения с Натальей Александровной, так что пусть девочка радуется моему общению с ней. — Ограничу общение, но совсем прекращать не буду. Ей тяжело, нужна моя поддержка, Ань. Я же тоже не глупая и прекрасно понимаю, каким боком мне может обернуться дружба с ученицей. Но это девочка нуждается во мне. — Поступай, как знаешь. Только прошу, не наделай глупостей, Ксюша, — попросила меня Аня, и быстро коснувшись своими губами моей щеки, направилась к ученикам, дабы отругать за разбросанные листья.

POV: Вероника

— Вероника, мне кажется, ты уже далеко зашла со своей любовью, — сказала Вика на уроке по праву. — Вся школа только и твердит о тебе и Ксении Витальевне. Это не правильно. Разве не боишься, что могут исключить из школы? — Вот скажи мне, что я такого сделала, чтобы меня исключать? Ничего. Извини, но мои чувства очень сильные, и я не могу отказаться от них. Мне нравится проводить время с Ксюшей. — Кусок идиота, — Вика грубо на меня посмотрела. — Да ты уже в «чёрном списке» у всех преподавателей ,и тебе этого мало. Оглянись и вспомни, какое отношение хорошее было к тебе раньше, а сейчас тебя же терпеть никто не может. Собственный класс шепчется за твоей спиной. — Это их право. Пусть что хотят, то и делают. Вик, пойми наконец-то, я не послушаю тебя и не перестану общаться с моей Ксюшей. Она стала мне ближе, чем кто-либо. Ты не поймёшь меня, пока не полюбишь так же сильно, как люблю её я. Взглянула на преподавательницу, которая сидя за своим столом, рассказывала что-то про законы. Раньше я ведь и правда чувствовала уважение со стороны преподавателей к себе, даже от суровой Натальи Александровны. А что сейчас? Сейчас меня почти никто не любит. Но ведь я ничего не могу поделать со своими чувствами. Главное, что выпускаюсь из школы в этом году, и больше не буду терпеть всех издевательств и унижений. — Чем вы занимаетесь на галёрке? — строго спросила Наталья Александровна и, поднявшись, направилась к нашей с Викой парте. Мне совсем не хотелось отвечать на её вопрос. Она порядком надоела мне за последнее время. — Вас слушаем, чем же ещё мы можем заниматься, — дерзко ответила преподавательнице и еле сдержалась, чтобы не скривится в презренной ухмылке. — А мне кажется, что вы не прекращали болтать с перемены. Девочки, если вы пришли ко мне на урок, то будьте добры молчать сорок пять минут, иначе я буду вынуждена выгнать Вас и не впускать без родителей, — женщина взглянула на мою соседку. — Отсядь от неё, а то она так и продолжит мешать тебе учится. — Почему вы не думаете, что это Вика может мне мешать? Так уверенно сказали, что я виновник. Наталья Александровна, что я сделала Вам такого, что вы так ужасно относитесь ко мне? Мне просто интересно, как я могла перейти вам дорогу. Весь класс стал смотреть на нас, кто-то шептался, а некоторые тихонько посмеивались. Но мне было наплевать, что они смотрят на нас. Я просто не могла вынести такой несправедливости. — Может, вам не нравится, что я общаюсь со своим учителем математики? Так вы-то здесь причём? Пожалуйста, перестаньте так унижать меня в глазах одноклассников. — Что за глупые фантазии? — она скрестила на груди руки с изящным маникюром. — Вероника, если ты продолжишь так же ужасно себя вести, обращаться к моему предмету как попало, то я поставлю тебе тройку, и в аттестате не будет хорошей оценки. — Вы и так поставите тройку. За последнее время ваше отношение ко мне кардинально изменилось. Тут даже не сложно догадаться почему, — усмехнулась. — Так прямо и скажите, что Вас бесит, что я дружу с Ксенией Витальевной. Пусть все знают, что вы беситесь от этого и поэтому постоянно занижаете мне оценки, придираетесь, замечаете каждое моё слово. — Заткнись, дура, — сказал Илья, который сидел по левую руку от меня. — А ты вообще не лезь, выскочка, — грубо гаркнула на одноклассника. — Скоро моё терпение лопнет, и я расскажу Ксении Витальевне, что вы придираетесь ко мне по всякому пустяку. Она будет за меня, и я уверена, что после того, как узнает, решит эту проблему. Меня убила реакция учительницы. Наталья Александровна слабо усмехнулась и, наклонившись ко мне, спокойно сказала: — Ну, так иди же и расскажи всё Ксении Витальевне. Боюсь, что девушка ничем тебе не поможет, потому что у неё нет тех полномочий, которые есть у меня. Она молодая учительница и с нее нечего взять, кроме моральной поддержки. Тем более ,Ксюша моя ученица и, поверь мне на слово, что она даже пальцем не пошевелит, чтобы пойти против меня. — Я в этом сомневаюсь, — сказала я. — Твоё дело, — женщина выпрямилась и сказала, что все могут быть свободны

Конец POV