space

      — Саске, — фигура, казалось, появилась на подоконнике позже, чем что-то произнесла, — позови Сакуру. У нас задание долга деревне, — что означало — им вряд ли заплатят. Узумаки Наруто лишь непонятливо повертел головой и выразил желание позвать Сакуру тоже, толкаясь в проходе локтями с поднявшимся Саске, который с привычным лицом отправился в соседний номер за сокомандницей.       Какаши был человеком строгим, но не лишенным человечности в самых мелочах. Это было причиной, по которой в получившейся ситуации он колебался, стоя перед своими изнывающими от интереса учениками: он должен был учить их и подвергать только такой опасности, которую они бы смогли выдержать и принять на блок. Объявление в столице человека, который, бесспорно, был лишен всякой чакры и в то же время умел каким-то образом преодолевать некоторые расстояния, не задействуя ни единой техники, не вызвало бы такого у него волнения, будь этот человек хотя бы вражеским, хотя бы шиноби. И никогда в жизни многое уже повидавшему нинздя не попадались на глаза предписания, что в таких ситуациях следует делать. Как уже Какаши упоминал, в девочке совсем не чувствовалось этой ауры, которая принадлежала всем в этом мире с рождения. И если он сам не понимал, что будет дальше, возможно, ошибаясь, то нечего говорить о его учениках. Пусть даже, согласно уставу, вина будет лежать на нем как на старшем по званию, а детишки типа Наруто могли обвиняться лишь в неисполнении приказов (хотя по некоторым причинам Хатаке бы в жизни не объявил ему за это письменный выговор; только тычок в задницу, и только если попадется на это снова), жизнь оставалась непредсказуемой. Как и девочка, которая была не ясно кем, не ясно откуда.       — Но, Какаши-сенсей, ни одно живое существо не может жить без чакры. У всех она есть! — Сакура, умная куноичи, первая почуяла что-то неладное, еще до того, как он смог бы навязать своему отряду теорию о других мирах. Она вскинула голову, наивно ловила каждый взгляд и каждый жест наставника, от чего все-таки стоило отучить, покуда существовал еще шаринган и его носители; в зеленом горящем уверенностью взгляде уже чувствовалась та самая негнущаяся сталь, которую можно было выплавить во что угодно, от осознания чего Какаши порой становилось дурно: когда только он успел возыметь возможность нести такую ношу? Хорошо, пускай, пусть они сами узнают, откуда девчонка. В конце концов, решение уже есть, осталось только оформить приказ и контролировать исполнение.       — Ваше задание подружиться с ней, а затем отвести в Коноху. Возможно, она будет полезна деревне, — апатичный вид контрастировал с твердостью тона. Наруто такое почувствовал лишь интуитивно и подобрался.       — А если нет? — вопросил хмурый Саске, который только-только начинал оттаивать к своей команде и наверняка не желал пускать в свое окружение кого-то даже ради задания, окинул своих притихших сокомандников взглядом. — Нам не только не заплатят, но и… выговор? — он не был осведомлен о каких-либо последствиях этого решения в случае плохой его оценки властями деревни, и потому скосил странный черный взгляд на учителя, который хотелось прочесть как готовность принять его поправку, но не признавать свою оплошность.       — Нам ничего не будет, — протянул мужчина, однако задумался; впрочем, авторитет Какаши располагал. — Возможно, ее убьют. Но это крайность. Скорее всего, обстоятельства в виде рынка сами заставят ее искать работу, на которую она будет способна, — закрыл глаз джоунин. «Если, конечно, она все же не окажется шпионом».       Сакура поджала губы, потупив и расфокусировав взгляд. С контекстом это в миг стало похоже на сочувствие и опасение.       «А, — подумал Какаши растерянно. — Все все-таки не настолько плохо».       Но просто ребенка, пусть и из другого мира, репрессировать никто не станет. Тем более, что этот человек, словно еще и не видевший смерть, скоро наверняка сможет ее увидеть. А на панель, Какаши полагал, не сможет допустить ее попадания уже он сам.       — Какаши-сенсей! Когда? Когда? Заводить друзей — это задача для меня! — Узумаки Наруто не смог терпеть столь варварски тяжелой атмосферы, а потому просто в очередной раз решил явить свой интеллект, Какаши не был полностью уверен, какое при этом прилагательное стоило бы употребить: скудный, заурядный? Но в Наруто из-за совокупности всех качеств таилась способность заставить команду забыть о вроде бы тяжелой миссии, которая заключалась далеко не просто в охране, а в умении применять навык какого-никакого актерского мастерства, и заставить хотеть ударить себя посильнее.       Да, кого-то Наруто постоянно напоминал.       — К тому же, раз нам не заплатят, сенсей обязательно нас накормит, так? Так?       Бровь копирующего ниндзя дернулась сама по себе. И ведь ему пришлось кормить всю команду. Угораздило же их цель в это самое время идти в ту самую закусочную.       Сакура, как хорошая куноичи, принесла актом мести Наруто смачный подзатыльник, хотя тоже была не против покушать за чужой счет. Но Хатаке все равно благодарно выдохнул.