Тени прошлого

1. Остров Любви играл всеми красками лета. Лёгкий морской бриз приносил с собой пьянящий запах моря и экзотических цветов. Казалось, что этот райский уголок был создан специально для них. Кристиан проснулся, но открывать глаза не торопился. Он прислушивался к плеску волн за окном и вдыхал аромат волос своей любимой Джоанны. Девушка мирно спала рядом, уткнувшись носом в его плечо. Он повернул голову и коснулся губами её волос. Джоанна вздохнула и медленно открыла глаза:  — Ты уже проснулся, мой Кри-Кри? Кристиан открыл глаза и молча улыбнулся. Он просто обожал смотреть на только проснувшуюся любимую. В эти минуты она казалась ему слабой и беззащитной девочкой, которую хотелось крепко прижать к себе и никогда не отпускать, чтобы она не знала боли и разочарований жизни. Джоанна подняла голову и посмотрела на него:  — Почему ты молчишь?  — Я долгих восемь лет ждал момента, когда буду каждое утро просыпаться рядом с тобой! Теперь я просто наслаждаюсь любимой женщиной.  — Кристиан… — она потерлась щекой о плечо любимого.  — Ты знаешь, как это страшно — открывать глаза и видеть пустоту вокруг, ощущать пустоту внутри? Везде пус-то-та. И хочется выть! Как это больно — ждать и не дождаться, искать и не находить! Девушка подняла глаза на любимого и ласково сказала:  — Хватит об этом! Теперь мы вместе, и я никому тебя не отдам. Кристиан потянулся к Джоанне и нежно коснулся губами её губ. Та ответила на поцелуй.  — Как же я тебя люблю, мой техасский торнадо! — прошептал он.  — Мой любимый Кри-Кри!.. — улыбнулась она. Через час они завтракали на веранде дома, который они арендовали на Острове Любви. Кристиан не сводил глаз с Джоанны, а она всматривалась куда-то вдаль, где море сливается с небом. Девушка сделала глоток кофе и спросила:  — Чем мы займёмся сегодня? Кристиан пожал плечами:  — Можно сходить на пляж. Или остаться дома и посмотреть фильм. Джоанна поморщилась и виновато улыбнулась:  — Прости, но мы так давно не виделись с нашими друзьями. Может, пригласим всех к себе? Кристиан обиженно посмотрел на любимую:  — Тебе скучно? Или ты просто не хочешь быть со мной? Джоанна взглянула на парня и весело рассмеялась:  — Не говори глупостей! Просто наши друзья — это уже давно наша семья, и это нормально, что я скучаю по ним. Тем более, я долгое время жила с Лали, и сейчас мне не хватает этой сумасшедшей бразильянки! Мы ведь видимся исключительно в агентстве.  — Зато я по Лали соскучиться ещё не успел! Как вспомню её попытки быть со мной… Брррр! — и Кристиан деланно поежился. Джоанна расхохоталась:  — Да уж! Это была та ещё история!  — А вот мне было совсем не смешно! Прошло уже пол года, а я до сих пор в себя не пришёл! — тоже рассмеялся он. — Неужели она действительно могла подумать, что между нами что-то может быть? Она же мне как сестра!  — Как видишь, она смогла так подумать. И влюблённые снова рассмеялись, вспомнив, как Лали не давала Кристиану прохода, возомнив, что тот в неё влюблён.  — Но теперь-то все в прошлом. Ты ей больше неинтересен! — поддразнила Джоанна своего Кри-Кри.  — И я нисколько не переживаю по этому поводу! — улыбнулся он. — А вообще, ты, конечно, права! Мы так давно не виделись с друзьями, что можем уделить им один вечер, чтобы потом надолго остаться наедине, наслаждаясь друг другом.  — Ненадолго, — в голосе девушки послышались нотки грусти. — Ты скоро опять уедешь на свои съёмки, оставив меня в одиночестве. Кристиан вдруг тоже сник:  — Перестань, Джоанна! Думаешь, мне легко оставлять тебя здесь одну на несколько дней? Думаешь, я не скучаю?  — Я не упрекаю тебя, милый! Просто констатирую факт. Но я ведь понимаю, что это твоя работа, за которую ты получаешь приличные деньги. Разлуки только укрепляют нашу любовь и наши отношения! Джоанна потянулась к Кристиану и поцеловала его.  — А теперь пошли обзванивать ребят! — она встала и протянула парню руку. 2. Жозе давно проснулся и готовил завтрак для Бенедикт и её дочки Леа. Он любил похлопотать на кухне, но только не для себя. А вот для любимых готовил вкусно и с удовольствием. Когда Бене вошла на кухню, на столе её уже ждал омлет с беконом и помидорами, свежевыжатый апельсиновый сок и ароматный кофе. Девушка остановилась на пороге кухни и с нежной улыбкой наблюдала за Жозе, который пытался креативно подойти к подаче блюда Леа, вырезая из омлета кошачью мордашку. Тот, словно почувствовав на себе пристальный взгляд, обернулся:  — А, Бене! Доброе утро! Она подошла к Жозе и обняла его:  — Доброе утро, любимый! Обожаю смотреть, как ты готовишь. Ты в эти моменты очень сосредоточен.  — Я увлечён процессом! — он поднял указательный палец вверх. — А это немаловажно! Бенедикт засмеялась, а Жозе поинтересовался:  — Как спала?  — Отлично! С тобой мне всегда спится спокойно. Он притянул девушку к себе и поцеловал. Из спальни малышки Леа, как колокольчик, зазвенел её голосок. Бене бросилась к дочке, а Жозе заканчивал приготовление блюда для Леа. Через несколько минут все собрались за завтраком.  — Милый, ты нас балуешь! — с нежностью глядя на любимого, сказала Бенедикт. — Все просто превосходно!  — Старался для любимых девочек! Их утренний разговор «ни о чем» прервала трель телефонного звонка. Звонил мобильный Жозе. Он немного удивлённо посмотрел на экран и нажал кнопку ответа:  — Привет, Джоанна!  — Здравствуй! Я вас не разбудила?  — Конечно, нет! Мы завтракали. Может, вы с Кристианом присоединитесь к нам?  — Нет, спасибо! — в голосе девушки послышалась улыбка. — Но мы бы хотели пригласить вас на ужин.  — Ужин? — Жозе был приятно удивлён, ведь они не виделись с друзьями уже довольно давно. — Отличная идея! Будут все?  — Надеюсь на это! — ответила Джоанна. — Мы давно не встречались, я скучаю. Кристиан звонит Нико и Элен. Думаю, они согласятся. Как и Лали со Стефаном. Ну так что, собираемся у нас в семь?  — Мы обязательно придём! — пообещал Жозе и положил трубку. Бенедикт выжидательно смотрела на парня, но тот, вдруг задумавшись, молчал. В воздухе повисла тишина. Она продолжалась лишь несколько секунд, но Бене почему-то они показались несказанно долгими.  — Жозе, — не выдержала девушка, — ты ничего не хочешь мне сказать?  — А? — встрепенулся он. — Да… Я… Ох, что это я? Джоанна и Кристиан решили устроить ужин. В семь они ждут всех у себя.  — А что тебя так взволновало? — подозрительно посмотрела на жениха Бене.  — Сам не знаю! — засмеялся Жозе. — Давно мы не собирались вместе, вот и запереживал. Наши встречи с друзьями бывают так редко, что я начинаю забывать, как они выглядят.  — Это правда! Мне очень не хватает общения с девочками. А Леа, наверное, уже и не помнит своего друга Диего. Леа, сидящая на коленях у матери, подняла головку, внимательно посмотрела на Бенедикт и вновь увлеклась разглядыванием листьев на деревьях, видневшихся в открытое окно кухни. 3. Вечера на Лав Айленде были особенно прекрасны. Солнце ещё заливало все вокруг, но в воздухе уже чувствовалось успокоение и дремота. Птицы щебетали все тише, казалось, даже волны замедляют свои набеги на берег, чтобы ничто не могло нарушить этой вечерней гармонии, царящей на Острове Любви. В этот вечер в доме Джоанны и Кристиана было непривычно шумно. Наконец снова собрались вместе все их друзья, оставшиеся на Острове Любви. У всех была своя жизнь, но они старались не терять связи, тем более это была дружба, проверенная временем и невзгодами и которая была нерушима перед ними. Они были одной семьёй, несмотря на редкие встречи. Когда с ужином было покончено, ребята отправились к морю. Все любили посидеть на пляже под шелест засыпающих волн и неспешно говорить обо всем на свете. Бенедикт и Лали снова завели разговор о Леа и Диего, Джоанна и Элен вдруг пустились в воспоминания о студенческих годах, а ребята — Николя, Жозе, Кристиан и Стефан, разговаривали о лодках и яхтах. Часто негромкие разговоры прерывались смехом Джоанны и Элен — девочки вспоминали только добрые и смешные моменты, деликатно обходя темы, тяжелые для них обеих.  — Эй! — позвал Николя. — Уж не над нами ли вы там смеётесь?! А ребята, как по команде, сделали обиженные лица, но не сдержались и тоже рассмеялись.  — Над вами! — ответила, смеясь, Элен. — Мы как раз вспомнили, как шили вам карнавальные костюмы. Хороши же вы были в роли ангелов! А Джоанна забыла в костюме Кри-Кри пару иголок, на которые он благополучно и приземлился. Теперь, вспомнив эту историю, рассмеялись уже все.  — Как хорошо, что Бене тогда не жила с вами! Помню, как вы выглядели! Вот умора-то была! — Жозе показал друзьям язык и засмеялся.  — Конечно! — расхохотался в ответ Кристиан. — Ты был на том вечере великолепным мушкетером! Ангелов видели только вы, а мушкетёра лицезрел весь университет! Снова над пляжем разнесся весёлый смех ребят.  — Джоанна! — позвала подругу Бенедикт. — Не могла бы ты передать нам сок?  — Конечно! Она подняла бутылку, но та оказалась пустой.  — Сейчас принесу. — девушка поднялась с песка и направилась в сторону дома. — Заодно возьму чай и десерт. Кристиан, поможешь?  — Конечно! Он догнал Джоанну, и влюблённые, обнявшись, направились к дому.  — Какие же они милые! — заметила Лали. — Какая я все-таки молодец, что смогла вовремя разглядеть в Кристиане его любовь к Джоанне и отпустить его к ней. Ребята переглянулись и рассмеялись. Лали была в своём репертуаре. Элен, оставшись без подруги, подошла к парням. Они продолжали свой разговор, но она их не слушала. Девушка начала замечать в поведении Жозе то, что ей совсем не нравилось. Она пристально смотрела на друга, а тот, как будто прочитав что-то в её глазах, поднялся и сказал:  — Пойду помогу Джоанне и Кристиану. Думаю, они вдвоём всего не унесут. Как он и предполагал, Элен тут же поднялась с песка и сказала:  — Ты прав! Пойдём поможем. И они пошли следом за друзьями. Отойдя на приличное расстояние, чтобы их разговор не могли услышать ни ребята на пляже, ни Кристиан и Джоанна, Элен остановила друга и тихо спросила:  — Что с тобой происходит?  — Не понимаю, о чем ты!  — Жозе! Ты весь вечер не сводишь глаз с Джоанны! С того самого момента, как ты переступил порог их дома!  — Она слишком громко смеётся сегодня. — попытался отшутиться он. Но Элен шутку не оценила, а одарила друга испепеляющим взглядом, который тот выдержать не сумел и опустил глаза.  — Ты можешь мне довериться. — мягко заговорила Элен, поняв, что напор в этой ситуации приведёт лишь к раздражению Жозе. — Но если ты не хочешь говорить, я пойму. Но прошу тебя, не провоцируй скандал между Джоанной и Кристианом. Думаю, не только я заметила твои взгляды на Джоанну. Жозе немного помолчал, но всё-таки решился:  — Элен… Я, наверное, ошибся, вернувшись к Бене и позволив Джоанне вернуться к Кристиану. Мне сложно без неё. Я скучаю. Я готов бросить все, готов все отдать, лишь бы вернуться на шесть месяцев назад и исправить то, что мы натворили. Только теперь я понял, что изменил Джоанне с Бенедикт не потому, что снова полюбил Бене или понял, что всегда её любил… Нет, это не так. Это было как помутнение. А когда я до конца осознал, что произошло, Джоанна уже была счастлива в объятиях любимого Кри-Кри, а я обнимал некогда любимую, но уже только друга — Бенедикт. Вот так. Я сделал свою самую большую ошибку в жизни — я потерял любимую женщину. Элен была ошеломлена. Она была уверена, что их пары, сложившиеся ещё в студенческие годы и вновь обретшие друг друга сейчас, влюблены и счастливы вместе. Но сейчас эти замки из песка нещадно рушились этими словами.  — Ты всё ещё любишь Джоанну? — тихо спросила Элен. Жозе посмотрел на подругу глазами, полными грусти, и молча кивнул. Неподалёку послышались голоса Джоанны и Кристиана, и он шепнул:  — Прошу тебя, сохрани это в тайне! Джоанна счастлива, и я не хочу быть помехой её счастью. Девушка кивнула:  — Не переживай! Этот разговор останется между нами. Но будь осторожней даже со взглядами — они бросаются в глаза. Пойдём, поможем ребятам. И они направились навстречу друзьям. 4. Прошла неделя. Все вновь окунулись в свои дела и заботы. Джоанна и Лали работали в своём агентстве недвижимости, которое давно зарекомендовало себя как одно из лучших на острове, поэтому работы у девушек было невпроворот. Но подруги не роптали, ведь и доход агентство приносило немаленький. Элен, Николя и Жозе арендовали яхту, на которой возили на экскурсии и прогулки отдыхающих. Стефан так и работал в Вотерспорт, продолжая дело своего друга и бывшего жениха Бенедикт Джимми. Сама Бене присматривала за детьми — Леа и сыном Лали Диего и по возможности помогала Стефану в Вотерспорт. А Кристиан стал специальным фотографом на Лав Айленде одного из модных журналов Франции. Ему приходилось фотографировать и за пределами Острова Любви, поэтому он часто отлучался, оставляя Джоанну грустить в одиночестве. В эти дни без Кристиана Джоанна с головой уходила в работу. Благо, её было хоть отбавляй! А когда работать было уже невмочь, она встречалась с Элен за чашечкой кофе в их любимом кафе на пляже. Вот и сегодня она с самого раннего утра уже была в агентстве.  — Ты вообще уходила отсюда? — удивлённо воскликнула Лали, входя утром в агентство.  — Здравствуй, Лали! — на отрываясь от бумаг, спокойно сказала Джоанна. Та подошла к столу подруги и склонилась к ней:  — Отвечай мне на вопрос! Джоанна откинулась на спинку кресла и посмотрела на девушку:  — Конечно уходила, не ночевать же мне здесь! Лали покачала головой:  — Когда уезжает Кристиан, ты словно сходишь с ума! Работаешь день и ночь! Так нельзя, Джоанна!  — А что здесь такого? — пожала плечами она. — Вместо того, чтобы сидеть одной в четырёх стенах и тосковать о Кристиане, я зарабатываю деньги. Что в этом плохого?  — В твоём фанатизме! — разозлилась Лали. — Когда Кристиан дома, ты тоже зарабатываешь деньги, но при этом находишь время на отдых. А в его отсутствие! Ты же уже два дня живёшь на работе! Во сколько ты вчера ушла домой?  — Отстань! — взмолилась Джоанна. — Мне нужно работать! И девушка попыталась вернуться к документу, но на её пути снова возникла Лали:  — Отвечай! Зная, что та просто так от неё не отстанет, Джоанна вздохнула:  — В полночь.  — Ты с ума сошла! А сейчас время семь тридцать утра, а ты уже вовсю работаешь! Джоанна… Но её прервал телефонный звонок. Девушка облегченно вздохнула и потянулась к трубке. Лали пошла к своему столу — работы действительно было много. В работе день пролетел незаметно. У подруг не нашлось времени даже пообедать. Лали подняла глаза и взглянула на часы:  — Уже шесть часов! — удивлённо воскликнула она.  — Правда? — не отрываясь от бумаг, переспросила Джоанна.  — Собирайся! Поедем ко мне. Поужинаешь с нами и поедешь домой отдыхать. Или можешь остаться у нас, если хочешь. Диего будет счастлив!  — Где документы по продаже дома мсье Дюваля? — Джоанна, казалось, совершенно не слышала подругу. — Завтра утром сделка, а я не могу их найти. Лали вздохнула — с Джоанной бесполезно было разговаривать. Свою тоску по Кристиану она всегда лечила исключительно работой. Поэтому она решила помочь подруге, чтобы та смогла хотя бы сегодня уйти домой раньше.  — Они были в голубой папке. Я убирала их на верхнюю полку стеллажа. Смотрела там?  — Да! Везде смотрела. Зато нашла документы Элен. Она же собиралась их забрать.  — Она и забирала! Неделю назад. Ты была на встрече, а Элен и Николя заезжали специально за документами. Они лежали у тебя на столе. Джоанна покачала головой:  — Я убирала документы Элен в сейф и не доставала их оттуда. Откуда они могли взяться на моем столе? Лали пожала плечами и пошла к сейфу. Открыла дверку и достала из него голубую папку. Повертев её в руках, она подошла к подруге:  — Документы Дюваля…  — Не может быть! Как они оказались в сейфе? Джоанна открыла папку и усмехнулась:  — Бумаги Элен… Видимо, с моего стола забрали другую папку, с документами мсье Дюваля. Нужно ехать в хижину. У меня машина в ремонте. Не подвезёшь?  — Прости, но мне нужно сегодня пораньше забрать Диего от Бенедикт. Я обещала ему погулять по пляжу и сделать фруктовое желе.  — Не оправдывайся. Я все понимаю. Позвоню Элен. Может, она или Николя смогут привезти документы. Джоанна достала телефон и набрала номер подруги. Через минуту она нажала на сброс и задумалась. Лали молчала — и так было понятно, что Элен не отвечает. Молчание прервал мелодичный звон входной двери, возвещавший о посетителях. Девушки одновременно посмотрели на дверь. На пороге стоял улыбающийся Жозе и держал за руку маленького Диего.  — Привет, девчонки! — весело поздоровался тот, а мальчик вырвал свою руку и бросился к Джоанне.  — Мой малыш! — она наклонилась и взяла мальчонку на руки. — Как же тётя Джоанна соскучилась по тебе!  — Что случилось, Жозе? Почему ты здесь? Что-то с Бене или с Леа? — забеспокоилась Лали.  — Нет, все хорошо. Просто Бене срочно нужно было уйти в Вотерспорт, Стефан там зашился окончательно. Леа она взяла с собой, а Диего запросился к тёте Джоанне. И вот мы здесь! Ибо я тоже не против повидать тётю Джоанну. Та улыбнулась:  — А почему ты не на яхте? Мне нужна Элен, а я не могу до неё дозвониться.  — Она с Нико ушли в ночной рейс. Будут только завтра, часов в 11 утра. Я там почему-то оказался лишним. У тебя что-то случилось? Девушка заметно расстроилась:  — Она по ошибке забрала документы, которые завтра нужны мне к девяти часам. Иначе у меня сорвется сделка на кругленькую сумму! К тому же этот мсье весьма обидчив. Если мы перенесём сделку, то прославимся на весь Остров Любви как самое отвратительное агентство. А это удар по репутации. Я не могу этого допустить. У Джоанны вдруг зазвонил мобильный. Она передала Диего Лали, посмотрела на экран телефона и заметно повеселела. Звонила Элен. Поговорив с подругой, она повернулась к Жозе:  — Ты очень занят сейчас?  — Для тебя я всегда свободен! — улыбнулся тот. — Чем могу помочь?  — Отвези меня пожалуйста в хижину. Элен сказала, где я могу найти мои документы.  — Конечно, с удовольствием! — улыбка не сходила с его лица. Он был счастлив возможности побыть с Джоанной наедине.  — Тогда поехали! Джоанна взяла папку с документами Элен, поцеловала Диего и спешно вышла вслед за Жозе из агентства. Лали тоже собралась уходить, когда её взгляд упал на стол подруги, в центре которого лежал её мобильный телефон. Она попыталась догнать друзей, но машины Жозе уже не оказалось на стоянке. 5. Жозе всю дорогу от агентства до хижины Николя и Элен косился на Джоанну. Но девушка была задумчива и молчала, устремив взгляд на дорогу. А он так и не знал, с чего начать разговор. Казалось бы, их давняя дружба и недолгие, но яркие и страстные отношения, должны подкинуть им множество тем для разговора, но, оставшись наедине, чаще всего в воздухе повисало неловкое и тягостное молчание. Вот и сейчас было видно, что Джоанна не расположена к разговорам, но Жозе так хотел слышать её голос! Он осторожно взял её руку в свою и, не отрывая глаз от дороги, спросил:  — У тебя что-то случилось?  — Случилось. — усмехнулась она и бросила быстрый взгляд на друга. — Я дико устала. Я скучаю по Кристиану, который вернётся только через три дня. Я вынуждена мотаться по острову в поисках документов, потому что Лали никогда не возвращает вещи на свои места. Я отрываю тебя от твоих дел ради моей работы. Этого недостаточно? Жозе слышал раздражение и усталость в голосе Джоанны. Поэтому продолжать разговор он не стал, но крепче сжал в своей руке ладонь девушки, воспользовавшись тем, что она даже не сделала попытки отнять свою руку. До хижины так и ехали — державшись за руки, но думая о своём. Подъехав к хижине друзей, Джоанна пошла за папкой внутрь, а Жозе направился к морю. Он тяжело опустился на песок и глубоко вдохнул чистый морской воздух. На Остров Любви неспешно опускался вечер. Девушка вышла из хижины с папкой в руках. Немного постояла, глядя на Жозе, но когда поняла, что тот и не думает возвращаться, подошла к нему и молча присела рядом. Он краем глаза взглянул на неё и сказал:  — Я уже забыл, как хороши вечера в этой хижине… Джоанна улыбнулась, наблюдая за чайкой, носившейся над спокойной гладью воды. В воздухе снова повисло молчание, прерываемой лишь шелестом листвы и тихими криками чаек где-то над горизонтом. Джоанна повернула голову к Жозе:  — Поехали? Я очень устала. Завтра меня ждёт трудный день. Сегодня хочу как следует отдохнуть и выспаться. Он тихо вздохнул. Ему так хотелось побыть с Джоанной наедине хотя бы еще чуть-чуть. Насладиться её присутствием, её запахом, её дыханием. Жозе не мог надышаться ею, не мог наглядеться на неё. Но не посмел предложить ей остаться ещё хоть на немного. Он встал и подал руку Джоанне. Она встала, отряхнулась от песка, и они пошли к машине. Усадив девушку на пассажирское сиденье и сев за руль, Жозе вставил ключ в зажигание и повернул. Двигатель не сделал даже попытки запуститься. Ещё несколько подряд попыток завести машину так и не увенчались успехом — мотор предательски молчал. Джоанна вопросительно взглянула на парня, но тот только пожал плечами. Она вдруг рассмеялась:  — Тебе всегда не везло с машинами! Помнишь свою красную бестию?  — Не напоминай! — со смехом взмолился Жозе. — Она попортила мне немало крови.  — Из-за неё мы опоздали на собственную вечеринку. Сколько мы тогда прошли пешком? Километров двадцать?  — Да, около двадцати километров! Воспоминания нахлынули на молодых людей, и они ненадолго замолчали. Жозе осторожно взглянул на Джоанну и тихо сказал:  — Зато какими романтичными были эти километры…  — Да уж… — она смотрела куда-то вдаль. 6. — Ну что, Жозе? Джоанна встала рядом с парнем, склонившимся над машиной в поисках поломки.  — Ничего не понимаю! — проворчал тот. — Вроде все в порядке, но двигатель упорно не желает запускаться. Уже почти стемнело, я вообще ничего не вижу.  — Ладно, давай оставим её здесь, а сами уедем на такси. Завтра вызовешь эвакуатор и отвезёшь её в автомастрескую. Это был удар по самолюбию, но Жозе, скрепя сердце, кивнул:  — Вызови такси, а я пока попробую отмыться. Джоанна кивнула и взяла свою сумку. Прокопавшись в ней добрых пять минут, она, наконец, заключила:  — В этой сумке совершенно ничего нельзя найти. Кажется, я забыла свой телефон в агентстве. Одолжишь свой?  — Конечно! Достань его из нагрудного кармана, иначе я замараю рубашку. Девушка достала телефон и саркастично улыбнулась:  — Он выключен!  — Черт! — выругался Жозе. — Там же батарея садилась ещё с полудня!  — Что будем делать? — поинтересовалась она, взглянув на свои часы. — Пойдем пешком? Уже десять, а в такое время в этих краях надеяться на попутку нет смысла.  — Ты с ума сошла? Почти тридцать километров! Ты как хочешь, а я остаюсь здесь! Завтра приедут Нико и Элен и вызволят нас из этой ловушки.  — Окей, друг! — фыркнула Джоанна. — Значит, ты отпустишь меня одну? Я не собираюсь здесь оставаться, потому что в этом случае накроется моя сделка медным тазом! Жозе обхватил её за талию и, как бы в шутку, прижал к себе:  — Я не отпущу тебя! Тебе нужно отдохнуть, а пешком ты попадёшь домой только к утру!  — Но мне нужно…  — Джоанна, — перебил подругу Жозе. — Давай останемся. Я обещаю тебе — завтра к девяти часам утра ты будешь в агентстве. В его глазах было столько мольбы, что девушка сдалась. Да и перспектива ночной прогулки в тридцать километров не очень радовала. Поэтому она кивнула:  — Хорошо, пошли в хижину. Надеюсь, Элен и Николя не будут против.  — Думаешь, если бы они были сегодня дома, они выгнали бы тебя? — засмеялся Жозе и, взяв девушку за руку, повёл её в хижину. В хижине Джоанна удобно устроилась на кровати и увлечённо листала документы по завтрашней сделке, делая какие-то пометки в своём ежедневнике. Жозе ничего не оставалось, как кипятить воду и тайком любоваться девушкой. Он поставил чайник на огонь и, не сводя с неё глаз, осторожно присел рядом с ней. Немного погодя Джоанна, почувствовав на себе взгляд Жозе, оторвала глаза от бумаг и улыбнулась:  — В чем дело?  — Да так… — смутился тот. — Ты… Ты очень красивая.  — Перестань, Жозе! — настал черёд Джоанны смущаться.  — Это правда! Отношения с Кристианом идут тебе на пользу, ты вся светишься от счастья.  — При чем здесь Кристиан? — нахмурилась она.  — Прости… Чаю? — решил переменить тему разговора Жозе.  — С удовольствием! — кивнула девушка и снова погрузилась в работу. Жозе заварил чай и протянул кружку Джоанне. Она отложила бумаги и приняла стакан. Попыталась отхлебнуть, но, обжегшись, поставила кружку на тумбу:  — Пусть немного остынет. Спасибо. Джоанна снова потянулась за документами, но Жозе перехватил её руку:  — Отдохни немного. Давай поговорим. Мы так редко видимся теперь. Девушка хотела возразить, но он взмолился:  — Прошу тебя! На тебе же лица нет от усталости.  — Хорошо! — словно сдаваясь, подняла руки вверх Джоанна. — Твоя взяла. Жозе просиял. Полумрак в хижине и шум прибоя настраивали на романтический лад, и он готов был отдать все за один только её поцелуй. Девушка же не сводила с него удивленного взгляда:  — Чему ты улыбаешься? Жозе действительно даже не думал скрывать улыбку:  — Тому, что ты рядом, я могу ни с кем тебя не делить, говорить с тобой сколько угодно. И ты будешь уделять внимание только мне. Джоанна опустила глаза и, немного помолчав, тихо сказала:  — У меня ощущение дежа вю… Жозе сразу все понял и, тоже понизив голос, произнёс:  — Так начиналась наша история… Повисла тишина. Они смотрели друг на друга, глаза в глаза, словно читая мысли. Их закружили воспоминания о счастливых днях вместе, воспоминания о безумной любви, сумасшедшей страсти. Их губы слились в страстном поцелуе — таком неожиданном для Джоанны и дико желаемом Жозе. Страсть обрушилась волною на обоих, сметая на своём пути все преграды, стирая из памяти все, что произошло за эти пол года разлуки. Один поцелуй, и на свете не осталось никого, кроме них двоих, которые растворялись друг в друге, забывая обо всем на свете. Не было ни Кристиана, ни Бенедикт, ни расставания. Не было ничего. Остались лишь они — Жозе и Джоанна, и их запрятанная в глубинах душ любовь, их страсть, раскалённая и увлекающая за собой, словно огненная лава вулкана. Эта ночь была только для них. 7. Утром Джоанна, едва открыв глаза, снова зажмурилась. Возвращаться в реальность не хотелось. Что она натворила? Зачем изменила Кристиану? Как дальше жить с таким грузом в душе? Эти вопросы вихрем пронеслись в её голове, но ответов на них она не находила. Рассказать все Кристиану? Он не простит! Как и её подруга Бенедикт, которую она предала. Джоанна кляла себя за эту слабость, которая может разрушить четыре жизни. Как она могла? Она ведь сделала свой выбор шесть месяцев назад, оставив Жозе ради Кристиана. Да, тогда Жозе изменил ей с Бене, но это не могло повлиять и никак не повлияло на её решение быть со своим любимым Кри-Кри. Но сейчас Джоанну вдруг поглотили сомнения — любимый ли теперь её Кри-Кри? Правильно ли она сделала, отпустив Жозе? Из задумчивости девушку вывел тихий голос:  — Что с тобой, любимая? Джоанна вдруг осознала, что все ещё лежит, крепко зажмурившись. Открыв глаза, она села, придерживая одеяло на груди, и резко спросила:  — Ты ещё спрашиваешь, что со мной??! Что мы натворили? Её захлестнули эмоции, и она замолчала. Жозе сел на кровати и попытался обнять девушку:  — Джоанна, я люблю…  — Перестань, Жозе! — перебила она его. — Не надо этих громких слов. У нас был выбор, и мы его сделали. Назад дороги нет. Зачем мы сейчас опустились до предательства друзей и любимых? На глазах Джоанны блеснули слезы, и она отвернулась. Как же она ненавидела себя в этот момент! Она предала Кристиана, который так её любит, предала давнюю подругу Бенедикт, с которой они пережили много радостных и грустных моментов. Казалось, что одной ночью перечеркнута вся жизнь. Жизнь не только лишь Джоанны, но и жизни Кристиана, Жозе, Бене. Девушка, все так же придерживая одеяло на груди, поднялась с постели. Жозе молча наблюдал за ней, пока она одевалась. Он не знал, как донести до неё то, что эта ночь — не просто порыв страсти, не тень прошлого, а любовь, которая все ещё жива, которая тянет их друг к другу, испепеляет их сердца и заставляет страдать. Этой ночью Жозе понял — Джоанна не забыла его! Она все так же любит! Но пока она боится признаться в этом даже самой себе.  — Прошу тебя, — вывел его из задумчивости раздражённый, сквозивший отчаянием, голос Джоанны. — Не звони мне и не ищи со мной встреч. Только сейчас он осознал, что если она сейчас вот так просто уйдёт, он навсегда потеряет любимую. Наспех одевшись, он догнал девушку уже у самой дороги. Она остановилась в ожидании попутной машины. Жозе подбежал к ней и схватил её за руку:  — Ты не можешь просто так уйти, Джоанна! Ты должна меня выслушать!  — Оставь меня! Эта ночь была ошибкой! Прости, я виновата перед тобой, не знаю, что на меня нашло…  — Ты любишь меня! — перебил он. — Как и я тебя! Джоанна… Но она не слушала его, уже садясь в остановившийся автомобиль.  — Джоанна! Но девушка даже не взглянула на него. Автомобиль плавно тронулся и покатил в сторону города. Жозе, поглощённый мыслями, опустив голову, побрел назад, к хижине. Едва он успел прибрать постель, как услышал звук подъезжающей машины. Выскочив из хижины, он увидел автомобиль Элен и Николя. Друзья удивлённо переглянулись, увидев Жозе в состоянии, близком к отчаянию, которое тот не смог скрыть ни улыбкой, ни деланно весёлым голосом:  — Уже вернулись? — натянуто улыбался он. — Как все прошло?  — Отлично! — пожал протянутую Жозе руку Николя. — А ты что здесь делаешь?  — Привозил Джоанну за документами, а моя машина вдруг сломалась. Джоанна забыла телефон в агентстве, на моем разрядилась батарея, поэтому пришлось ночевать здесь. Элен удивлённо посмотрела на друга и спросила:  — Вы ночевали здесь вдвоём?  — Что ты! Джоанна забрала свои документы и уехала на попутке.  — Почему ты не поехал с ней? — спросил Николя.  — Не захотел! Что за допрос? Или вы злитесь из-за того, что я ночевал в вашем гнездышке? Ну извините, не подумал, что вам это не понравится! Я бы…  — Хватит! — тихо сказала Элен, положив руку на плечо друга. — Ты же знаешь, что это не так. Он замолчал. А Элен осенила догадка — между их друзьями что-то произошло, и, судя по настроению Жозе, произошло что-то нехорошее. Но девушка деликатно промолчала, предоставив им право самим решать, как жить и во что посвящать друзей.  — Элен, Нико, — снова заговорил Жозе. — Извините, я не хотел вас обидеть.  — Да все нормально!  — Могу я вас попросить — скажем Бене, что я был с вами в рейсе? Она ведь ни за что не поверит, что я был здесь один.  — Вообще-то в это и мы не верим! — засмеялся Николя. — После отъезда Джоанны здесь, наверное, побывала другая девушка! Ну да ладно, дело твоё! Глупости — это твоя стихия, а я устал читать тебе нотации.  — Вот и правильно! — огрызнулся Жозе. — А теперь дай мне свой телефон, мне нужно вызвать эвакуатор!  — Садись за руль, Казанова! — ответил Нико и направился к своей машине. — Обойдёмся без эвакуатора. 8. Джоанна вбежала в агентство за пять минут до назначенного времени встречи с мсье Дювалем. Лали уже была на работе и готовила кофе, но клиента ещё не было.  — Привет! — войдя, бросила Джоанна. Разговаривать ей сейчас хотелось меньше всего. Она прошла на своё место, бросила сумку и папку с документами на стол, села и устремила невидящий взгляд в окно. Лали несколько минут молча наблюдала за подругой. Но когда девушка решилась заговорить, в агентство вошёл приятный мужчина лет сорока пяти, подтянутый, в строгом костюме. В звенящей тишине агентства мелодично зазвучал его голос:  — Доброе утро, Лали! Доброе утро, Джоанна! Лали вскочила со своего места, чтобы поприветствовать клиента. Джоанна же лишь повернула голову и кивнула.  — Доброе утро, мсье Дюваль! — затараторила Лали. — Как мы рады Вас видеть! У нас все готово. Присаживайтесь вот сюда, к столу Джоанны. Хотите кофе?  — Да, с удовольствием.  — Сейчас приготовлю! Джоанна, а ты пока покажи договор мсье Дювалю. Пусть ознакомится, и если что-то…  — Я знаю, что делать! — огрызнулась та. — Займись кофе! Лали обиженно отвернулась к кофеварке, а Джоанна и Ришар Дюваль занялись документами. Уже через час довольный клиент выходил на улицу с той самой голубой папкой (пропади она пропадом, подумала, глядя на неё, Джоанна), в которой лежали подписанные контракты. Едва за клиентом закрылась дверь, как Лали подскочила к подруге:  — Что с тобой? На тебе лица нет!  — Все в порядке! — отмахнулась от неё Джоанна. — Я просто устала.  — От чего? — хитро прищурилась Лали. — Тебя утомил Жозе?  — Что ты несёшь? У меня только что удачно прошла главная сделка месяца. Ты забыла, сколько сил я потратила, чтобы все прошло гладко?  — Да помню я! Зачем так нервничать сейчас, когда все закончилось? Джоанна промолчала. Вдруг вспомнив о своём телефоне, она отыскала его среди бумаг, но тот оказался выключенным. Она бросила телефон в сумку и поднялась:  — Меня больше сегодня не будет. Мне нужно отдохнуть. Лали только пожала плечами и кивнула. В дверях Джоанна столкнулась с Жозе, входящим в агентство. Остановилась, пропуская его внутрь, но он остановился напротив:  — Давай поговорим. Лали вытянула шею, прислушиваясь. Джоанна, краем глаза заметив это, вышла на улицу, плотно прикрыла за собой дверь и, не останавливаясь, отрезала:  — Я все тебе сказала. И просила оставить меня в покое! Жозе не отставал не на шаг:  — Джоанна, я люблю тебя! Эта ночь — не ошибка! Она лишний раз доказывает, что мы ошиблись пол года назад. Ты же любишь меня! Я знаю это! Девушка вышла на дорогу и подняла руку, останавливая такси. Жозе взмолился:  — Давай поговорим! Я отвезу тебя, куда попросишь. Остановилась машина, и она молча села в машину и закрыла дверь. Такси тронулось, и парню ничего не оставалось, как только проводить машину взглядом. 9. Джоанна вошла домой и устало окинула взглядом гостиную и кухню. После ночи, проведённой не дома, все казалось чужим, забытым. Она вдруг испугалась того, что Кристиан после своего возвращения станет для неё таким же чужим. Ведь ночь, проведённая с Жозе, не выходила у неё из головы. Не потому, что Джоанна винила себя в предательстве Кристиана и Бенедикт, нет. Она с ужасом осознала, что не забыла Жозе; мысленно согласилась с ним, что они все ещё любят друг друга. Девушка тряхнула головой, чтобы освободиться от этих навязчивых мыслей. Нет, она не может оставить Кристиана! Надо забыть эту ночь и жить дальше так, как жила — любить Кристиана и дружить с Жозе. Она достала из сумки телефон и включила его в розетку, с беспокойством думая о том, что себе надумал Кристиан, когда не смог до неё дозвониться. Включив сотовый, Джоанна была удивлена — больше сотни звонков и сообщений! Дрожащими руками она набрала его номер.  — Господи, Джоанна! — услышала она в трубке родной голос. — Наконец-то! Что у тебя случилось?  — Мой любимый Кри-Кри! — улыбнулась она в ответ. — Как же мне не хватало общения с тобой! Я вчера забыла телефон в агентстве. А возвращаться не хотелось. Вот так. Ничего страшного.  — Фух! — выдохнул Кристиан. — Я чуть не сошёл с ума от беспокойства! Ты не представляешь, что я себе напридумывал.  — Догадываюсь. — усмехнулась девушка. — Возвращайся скорее, мой Кри-Кри, я безумно по тебе скучаю!  — Я тоже, любимая! Как пережить ещё долгих два дня? Тружусь день и ночь, лишь бы ускорить нашу встречу.  — Как же мы похожи! — натянуто засмеялась Джоанна. Она понимала, что призрак прошлой ночи будет преследовать её ещё очень и очень долго. — Я тоже работаю почти двадцать четыре часа в сутки. Ещё немного поговорив с Кристианом, девушка поторопилась закончить разговор. Лгать ему было невыносимо. Она ведь едва не рассказала ему всего. Конечно, так было бы честнее, но она помнила последствия своего признания в измене. Повторения не хотелось. Тем более она твёрдо решила, что этого больше не повторится. Заварив себе чай, Джоанна удобно устроилась в кресле в гостиной с книгой. Сюжет так поглотил её, что она и не заметила, как наступил вечер и за окном стемнело. Девушка оторвала глаза от книги только тогда, когда уже с трудом различала буквы. Джоанна зашла на кухню, достала было из холодильника салат и готовые отбивные, но тут же вернула все обратно. Есть совсем не хотелось, несмотря на то, что последний раз она обедала только вчера. Сварила себе кофе и вернулась в гостиную. Едва она зажгла свет, раздался стук в дверь. Девушка взглянула на часы — начало одиннадцатого. «Кого могла принести нелёгкая в такой час?» — недовольно поморщившись, подумала она. Видеть никого не хотелось. Она осторожно приоткрыла дверь и отступила под напором входящего в неё Жозе. Тот отстранил девушку и прошёл в гостиную. Джоанна, закрыв дверь, вошла за ним и раздраженно спросила:  — По какому праву ты врываешься ко мне на ночь глядя?! Я разве непонятно сказала — не нужно искать со мной встреч, Жозе! Забудь эту ночь, как её уже забыла я.  — Ты выслушаешь меня, Джоанна! Иначе я отсюда не уйду!  — Я вызову полицию…  — Нет! — улыбнулся он. — Это не в твоём характере. Джоанна слишком хорошо знала этого человека, чтобы понять — ей придётся его выслушать. Она обреченно опустилась в кресло и тихо сказала:  — У тебя пять минут. Жозе присел перед Джоанной и посмотрел в её глаза:  — Что бы я тебе сейчас не говорил, не перебивай меня. Девушка молча кивнула, и он продолжил:  — Пол года назад я сделал большую ошибку, изменив тебе с Бенедикт. Я проклинаю себя за это до сих пор и буду проклинать до конца своих дней. Я не знаю, что тогда на меня нашло. Когда я говорил тебе, что люблю Бене, я свято в это верил. И тогда я тоже был, видимо, не в себе, потому что уже на следующий день я осознал, что произошло. Я вспомнил тебя в объятиях Кристиана и чуть не сошёл с ума от ревности и боли. И это продолжается до сих пор. Я не могу видеть, как он обнимает тебя, целует, как он счастлив. Потому что на его месте должен быть я! Не только потому, что я так хочу, но и потому, что этого хочешь ты! Джоанна, я же вижу, ты не любишь Кристиана! Ты все ещё любишь меня! И я люблю тебя! Не ломай нам жизнь, прошу тебя! Жозе замолчал. Джоанна, боясь поднять на него глаза, сказала:  — Ты ошибаешься. Я не люблю тебя. Я люблю Кристиана. Он, нежно погладив девушку по щеке, в отчаянии прошептал:  — Это неправда! Я же вижу, ты лжёшь мне! Ночью ты была настоящей, моей Джоанной! Ты не могла лгать в тот момент! Джоанна наконец подняла глаза:  — Забудь…  — Не могу! — страстно ответил Жозе. — И не хочу! Потому что эта ночь ответила на все мои вопросы! Ты любишь меня! Он приблизился к девушке, чтобы поцеловать её, но та отстранилась и тихо сказала:  — Мы сделали свой выбор…  — Проведём перевыборы! — шепнул он, касаясь губами губ Джоанны. Она же, устав сопротивляться напору Жозе и своему желанию, ответила на поцелуй. 10.  — Тебе пора идти. — Джоанна потерлась щекой о плечо парня. — Бенедикт не поймёт твоего отсутствия дома две ночи подряд.  — Ты хочешь, чтобы я ушёл? — Жозе приподнялся на локте и посмотрел ей в глаза. Она улыбнулась:  — Ты же знаешь, что это не так.  — Тогда я остаюсь, а утром пойду к Бене и скажу, что мы больше не можем быть вместе. Джоанна испуганно взглянула на Жозе и покачала головой:  — Не нужно этого делать. Он удивлённо смотрел на любимую, пытаясь угадать, что творится в её голове. Но она не торопилась ничего объяснять. Они так и лежали, обнявшись, молча вслушиваясь в ночные звуки острова за окном. Жозе взглянул на Джоанну. Ночник слабо освещал её лицо, но его света было достаточно, чтобы он смог различить в любимых глазах решимость и отчаяние. И он все понял без слов.  — Ты не хочешь бросать Кристиана? — с грустью в голосе шепнул Жозе.  — Я не могу этого сделать! Он приехал сюда ради меня. Я снова с Кристианом, уже пол года. Я не могу просто уйти, перечеркнув всё, что было. Я дала ему надежду на счастье и не могу разбить ему сердце. То же самое можно сказать и о Бенедикт. Это предательство с моей стороны. Жозе усмехнулся:  — Когда Бене спала со мной, она о тебе не думала.  — Ты тоже! — парировала Джоанна. — Не надо винить во всем Бенедикт. Она, так же, как все, просто хочет счастья.  — То есть, ты считаешь, что встречаться тайно — это не предательство? — саркастически улыбнулся Жозе. Она молчала, а он, глядя ей в глаза, ждал ответа. Наконец девушка тихо сказала:  — Дай мне время. Я не могу сейчас сказать все Кристиану. Все так неожиданно и быстро произошло. Я не готова сейчас бросить его и быть с тобой. Жозе молчал. Он надеялся, что уже завтра Джоанна будет полностью принадлежать ему. Только ему. Но нет — ему придётся неопределённое время делить её с Кристианом. Придётся, превозмогая боль в сердце, снова мило улыбаться при встрече, делая вид, что ничего не происходит, и с улыбкой слушать рассказы друга об их с Джоанной планах на жизнь. Придётся снова говорить Бене о своей любви, ложиться с ней в одну постель, изображая страсть, которой нет уже давно.  — Это неправильно. — тихо попытался возразить Жозе, но видел по глазам любимой, что это бесполезно. Джоанна была настроена решительно.  — Дай мне немного времени. — повторила она.  — Хорошо. — обреченно вздохнул он. — Но в этом случае обещай мне, что мы будем встречаться. Хотя бы иногда. Просто я больше не смогу без тебя, Джоанна! Я очень тебя люблю. И мы потеряли слишком много времени.  — Согласна. Тем более что мне без тебя тоже будет невыносимо. Жозе притянул Джоанну к себе:  — Наши отношения снова начинаются с тайны. Надеюсь, в статусе секретных они будут недолго. Их губы слились в страстном поцелуе, но вдруг девушка отстранилась:  — Уже три часа ночи. Тебе пора. Бенедикт, наверное, очень волнуется. Жозе, страстно покрывая поцелуями её шею и плечи, шепнул:  — Задержусь еще на часок… …Жозе уже добрых двадцать минут стоял в дверях дома, но никак не мог его покинуть. Джоанна, сама того не желая, не отпускала его. Он видел, что её глаза кричат «останься!», чувствовал биение её сердца в унисон со своим, и ноги становились ватными. Он не мог уйти. Не мог, потому что не надышался своей Джоанной, не насладился ею, не нагляделся на неё. Жозе сжимал её в объятиях, вдыхал запах её тела — такой близкий и родной, и не хотел расставаться с ней ни на минуту. Джоанна же всем телом прижималась к парню, чувствуя, как её сердце бешено стучит, словно крича о своей любви. В объятиях этого человека она сейчас, как и всегда, чувствовала себя желанной и любимой. Но расставание этой ночью было неизбежно, и Джоанна, вздохнув, осторожно отстранилась:  — Тебе пора.  — Да… И Жозе вновь склонился над девушкой, чтобы поцеловать её, но она ловко увернулась и выскользнула из его объятий.  — Хватит! Подумай о Бене. Она ждёт тебя. В голосе Жозе зазвучали нотки раздражения:  — Сейчас я меньше всего хочу думать о Бенедикт.  — Я думала, что мы всё обсудили. — с укоризной смотрела на парня Джоанна. Он вздохнул:  — Да… Спокойной ночи, любимая!  — Она уже заканчивается. — улыбнулась она. — Но и тебе спокойной ночи. И пожалуйста, прошу тебя, веди себя, как обычно. Это временно. Жозе чмокнул Джоанну в лоб и медленно ушёл в темноту знойной ночи Острова Любви. 11. Жозе тихо отворил дверь их с Бенедикт дома и замер, прислушиваясь. В доме царила тишина — все спали. Он на цыпочках вошёл в дом и запер дверь. Из кухни падал тусклый лучик света, разрезавший тёмный коридор пополам. Жозе, стараясь ступать как можно тише, подошёл к кухне и заглянул внутрь. За столом, облокотившись на руки, сидя, спала Бенедикт. Перед ней стояла наполовину пустая кружка с кофе, лежало печенье. В тусклом свете лампы девушка казалась бледной и осунувшейся. Жозе подошёл к Бенедикт и ласково коснулся рукой её плеча. Она даже не пошевелилась.  — Бене! — тихо позвал он. Девушка медленно подняла голову и открыла глаза. Жозе присел перед ней на корточки, положил руки на её колени и тихо сказал:  — Прости! Так получилось! Бенедикт с укоризной молча смотрела на жениха. Потом так же тихо ответила:  — Две ночи? Жозе, за двое суток я видела тебя лишь десять минут, когда ты заехал переодеться. Как думаешь, это нормально? Леа плакала весь вечер, просилась к тебе. Как я объясню ребёнку, что ты снова начал свои похождения по девушкам?! Бенедикт говорила с надменным спокойствием, от чего Жозе стало не по себе. Он опустил глаза и, помня просьбу Джоанны, сказал:  — Это не так, Бене.  — Тогда где ты был? Хорошо, прошлую ночь вы были в рейсе. А вчерашний день и сегодняшнюю ночь где тебя носило?  — Я просто хотел побыть один. Гулял по острову, а вечером зашёл в бар и вышел оттуда только сейчас. Бенедикт приблизилась к Жозе и едва уловимо вдохнула воздух:  — От тебя даже алкоголем не пахнет. В каком баре ты был? Детском? И с чего вдруг тебе захотелось побыть одному? Этот допрос начинал выводить Жозе из себя, и, если бы он всё это время не думал о Джоанне, он бы уже давно вспылил. Но ради любимой девушки он попытался быть предельно внимательным с Бенедикт и не дать ей усомниться в том, что он говорит правду. Поэтому Жозе собрал всю свою волю в кулак и спокойно ответил:  — А что, в баре обязательно пить алкоголь? Я пил сок и кофе, больше ничего. А захотелось побыть одному потому, что немного повздорил с Нико и Элен. Вот и всё. Бенедикт смотрела в глаза Жозе, а тот ясно понимал — она готова ему верить. Поэтому он подытожил:  — Это все никак не связано с тобой и нашими отношениями. А теперь прости, я пойду спать. Он поцеловал девушку в лоб и встал. Бенедикт последовала за ним. Но Жозе не спалось. Бене сладко спала рядом, а он смотрел на неё и понимал — не получится так, как раньше. Эти две ночи, проведённые с Джоанной, разделили его жизнь на до и после. Жизнь после Жозе не представлял рядом с Бенедикт. Слишком дорога и любима была Джоанна, чтобы он мог обнимать и целовать другую, пусть даже этой другой будет Бене. Да, когда-то он её любил, но Джоанна, сама того не подозревая, стёрла из его памяти и его жизни всё, что было до неё. Теперь Жозе жил и дышал только ею. С трудом пролежав до восьми утра, он, наконец, поднялся с кровати и, стараясь не разбудить Бенедикт, тихо оделся и вышел из комнаты. Сварив и выпив кофе, он вышел из дома в пробуждающуюся жизнь Острова Любви. Жозе бесцельно побрел по улицам острова, думая о Джоанне и всем том, что происходит с ними. Незаметно для себя он оказался на рынке острова. Торговцы в столь ранний час только-только раскладывали товар, неспешно перебрасываясь шутками и посмеиваясь друг над другом. Покупателей ещё не было, и Жозе невольно заметил мужчину, так же, как и он, бродившего по рынку без какой-либо цели. Не осознавая, Жозе незаметно двигался за ним, а тот, как будто ничего не замечая вокруг, медленно шёл к стоянке такси. Жозе не моргая смотрел в спину незнакомца. Он был одет совсем не по погоде — в тридцатиградусную жару на нем был черный плащ до колена, воротник которого был поднят до самого подбородка, темные брюки и бросающаяся в глаза темно-серая шляпа с широкими полями. В руках мужчина держал черный портфель. Для Острова Любви этот человек выглядел весьма необычно. Жозе почувствовал, как кончики пальцев на руках защекотало — азарт! И поэтому, стараясь держаться незамеченным, делая вид, что интересуется выкладываемым на прилавки товаром, он все так же двигался за странным мужчиной в чёрном плаще. Внезапно Жозе понял, что эта фигура ему знакома, но он никак не мог понять, кто это. Дойдя до стоянки такси, мужчина остановился и огляделся — машин не было. Жозе он не заметил, но тот, украдкой глядя на мужчину из-за прилавка, сразу его узнал. Это был Марк. Марк — тот самый похититель драгоценностей, с которым до него встречалась Джоанна, и которого они благополучно сдали полиции в тот вечер, когда зародились их отношения. 12. Джоанна с трудом открыла глаза. Две почти бессонных ночи подряд — это было слишком даже для её сильного организма. Взглянула на часы. Они показывали половину десятого. «Как хорошо, что сегодня выходной!» — подумала девушка. Она сладко потянулась в постели и перевернулась на другой бок. Вставать отчаянно не хотелось. Джоанна снова закрыла глаза, и сразу её одолели мысли о Жозе. Девушка уже не терзала себя вопросом, правильно ли она делает. Она просто наслаждалась своими чувствами к нему и мысленно торопила время, чтобы можно было сказать правду Кристиану. Но сделать это сейчас она не могла. Её сразу начинала душить жалость, как только она вспоминала его взгляд, его наполненные счастьем глаза, когда она была рядом с ним, его нежную улыбку, которую он на протяжении уже долгих лет дарил только ей одной. Она обязательно скажет ему, но не сейчас. «Так будет лучше для всех! По крайней мере, пока» — решила Джоанна. Из дремоты её вывел оживший телефон. Джоанна посмотрела на экран. Кристиан. Она нажала кнопку ответа:  — Доброе утро, мой Кри-Кри!  — Утро??! — засмеялся Кристиан. — Джоанна, только не говори, что ты ещё в постели!  — А что здесь такого? — обиженно протянула та. — У меня выходной!  — Отдыхай, любимая! Я же не против!  — Когда ты возвращаешься?  — Послезавтра! У меня, слава Богу, ничего не изменилось! Съёмки подходят к концу, чему я безмерно рад! Мне уже не терпится поскорее увидеть тебя, обнять тебя покрепче и зацеловать тебя всю!  — Я тоже скучаю!  — Ох, прости, любимая, мне уже пора бежать! Перерыв заканчивается. Джоанна облегченно вздохнула — ей было невыносимо тяжело говорить Кристиану о чувствах, которых она больше к нему не испытывала. Снова собрав волю в кулак, она ответила:  — Возвращайся скорее! Я очень тебя жду!  — Целую тебя! Едва девушка положила телефон, как он зазвонил снова. Теперь это была Лали.  — Джоанна, хватит спать! — затараторила она, не давая вставить ни слова. — Мы со Стефаном и Диего решили устроить пикник на пляже и хотим, чтобы ты поехала с нами. Мы заедем за тобой в двенадцать. Будь готова!  — Лали… — попыталась возразить Джоанна, но та уже положила трубку.  — Сумасшедшая! — проворчала она, всё-таки выбираясь из постели. Девушка поставила варить кофе и направилась в душ. Стоя под прохладными струями воды, наслаждаясь легкостью, которая наполняла все её тело, Джоанна снова услышала трель телефона. «Да что сегодня за день!» — мелькнула мысль, но закрыть воду она даже и не подумала, продолжая наслаждаться прохладными каплями, стекающими по её телу. Но телефон, едва замолкая, разражался звонком снова и снова. Джоанна выключила воду, обернулась полотенцем и выскочила из душа. Взяла телефон, на экране которого красовалась информация о пропущенных вызовах — шесть раз звонил Жозе. Только Джоанна хотела набрать его номер, как он снова позвонил сам. Поднеся трубку к уху, Джоанна услышала его взволнованный голос:  — Наконец-то, Джоанна! Где ты была? Я чуть с ума не сошёл от беспокойства! Ты дома?  — Что случилось?  — Ты дома? — повторил свой вопрос Жозе.  — Дома, но…  — Никуда не уходи, я буду у тебя через десять минут! И он положил трубку. «Ну и денёк!» — подумала Джоанна, наливая кофе. Действительно, через десять минут в дом ворвался взбудораженный Жозе. Он бросился к Джоанне и сгрёб её в объятия, крепко прижав к себе. Девушка прильнула к нему всем телом, а он поцеловал её в макушку, но вдруг отстранился:  — Нам надо поговорить. Молодые люди опустились на диван.  — Может, налить тебе кофе? — спросила Джоанна, видя, как парень возбуждён.  — Нет! — отрезал Жозе. — Сначала разговор. Девушка пожала плечами и приготовилась слушать о том, как неправильно они поступают, обманывая Кристиана и Бенедикт, как он любит её и ни минуты не хочет быть один.  — Я видел Марка! — выпалил Жозе.  — Марка? — переспросила Джоанна, не понимая, о ком идёт речь, и напрягая свою память.  — Марка, Джоанна, Марка! Того самого, который гонялся за Вирджини как агент ФБР, а в итоге оказался обычным грабителем. Она вспомнила своего бывшего мужчину раньше, чем его описал Жозе. У них был недолгий, но яркий, роман, в котором было даже предложение руки и сердца.  — Ну и что? — пожала плечами Джоанна. — Он волен быть в любом месте планеты, разве нет?  — Ты не понимаешь! — воскликнул Жозе. — Он же сейчас должен быть за решеткой! Вместо этого он здесь и явно скрывается! Не удивлюсь, если он попытается отомстить тебе, Джоанна! Девушка от души рассмеялась.  — Отомстить??! — сквозь смех переспросила она. — Это вряд ли! Жозе начинал злиться:  — Джоанна, ты хоть понимаешь, как это серьёзно? Я не думаю, что Марк здесь случайно. Его цель — ты, я уверен!  — И что он мне сделает? — отсмеявшись, спросила она.  — Да что угодно! Вспомни, как он держал тебя под дулом пистолета почти весь день! Если бы не я, неизвестно ещё, чем бы это всё закончилось.  — Ты мой спаситель! — Джоанна чмокнула парня в щёку, откровенно потешаясь над его страхом.  — Боже! — поднял глаза в потолок Жозе. — Вразуми эту женщину! А она снова рассмеялась:  — Ты драматизируешь, милый! Вот посмотришь — ты ошибаешься.  — Хотелось бы верить! — проворчал он, понимая, что её не переубедить. Едва в гостиной воцарилась тишина, как тут же у Джоанны зазвонил телефон. Девушка подняла трубку и молча слушала собеседника, меняясь в лице. Затем её короткое «Еду», и Жозе понял — что-то случилось. Джоанна положила трубку и повернулась к нему:  — Это Лали. Подвезёшь меня до агентства?  — Что случилось? На тебе лица нет!  — В агентстве пожар. 13. Джоанна почти на ходу выскочила из машины и бросилась к толпе зевак, среди которых увидела и Лали. Жозе за ней едва поспевал.  — Что тут? — выпалила она, останавливаясь рядом с подругой.  — Все не так страшно, как может показаться на первый взгляд. — в голосе Лали слышалось облегчение. — Пострадала только входная дверь, и то не сильно. Хорошо, что продавец из магазина напротив вовремя заметила пламя и вызвала пожарных.  — А что там сейчас? — вопросительно кивнул на агентство Жозе. Лали с удивлением перевела взгляд с агентства на друга:  — Ты-то как здесь оказался?  — Привёз Джоанну. — пожал плечами тот.  — Что-то слишком часто вы снова бываете вместе! — хитро прищурилась Лали, переводя взгляд с Жозе на Джоанну и обратно. — Ты был у Джоанны? Что вы делали наедине? По растерянному виду парня Джоанна поняла, что нужно переводить разговор в иное русло, пока он не выложил всё, как на духу. Поэтому она решила ответить за него:  — Лали, сейчас не время для твоих фантазий! Я потом тебе расскажу, что он делал у меня. А пока соизволь рассказать, что творится у агентства. Это сейчас гораздо важнее.  — В принципе, и нечего рассказывать. Подозревают поджог, потому что пахло бензином. Сейчас там эксперты. Жозе во все глаза смотрел на Джоанну, но она даже бровью не повела на эту новость. Ему казалось очевидным — это месть Марка! Таких совпадений не бывает! Едва этот тип появился на острове, как вдруг этот поджог. Жозе переминался с ноги на ногу от нетерпения — ему хотелось обсудить это с Джоанной. Но девушка не обращала на него внимания, обсуждая пожар с Лали. А ещё через пол часа обеих девушек пригласил к себе комиссар полиции, чтобы расспросить их о возможных подозреваемых в этом поджоге.  — Жозе, займись пожалуйста заменой двери! — распорядилась Лали, садясь в полицейский автомобиль. — Поблизости есть пара соответствующих магазинов, при них также и рабочие, которые закрасят гарь и установят новую дверь. Он умоляюще посмотрел на Джоанну, но та лишь улыбнулась и протянула ему банковскую карту:  — Мы будем тебе очень благодарны за помощь. Джоанне Жозе отказать не мог. Он помог девушке сесть в автомобиль, закрыл дверь и направился к своей машине. Сев за руль, он услышал, как на заднем сидении звонит заброшенный им в дальний угол телефон. Наконец он взял трубку. Это была Бенедикт.  — Ты стал просто невыносим, Жозе! — девушка была в ярости. — Где тебя снова носит? Третьи сутки, ты слышишь? Третьи! Сегодня ты просто сбежал, пока мы с Леа спали! Если у тебя есть другая, имей смелость признаться в этом, а не исчезай вот так, никому ничего не сказав! Жозе вдруг вспылил и едва сдержался, чтобы не высказать Бене все, что было у него на душе. Но он начал говорить о другом:  — Мне некогда, Бене! Я помогаю Джоанне и Лали. В агентстве был пожар. Я тебе потом все объясню, а сейчас извини, я не могу говорить. Он положил трубку и поехал по магазинам в поисках двери. И уже через два часа, к моменту возвращения девочек из полицейского участка, от пожара не осталось и следа. Войдя в агентство, она обнаружили Жозе, сидящего за столом Джоанны. Лали ещё раз придирчиво осмотрела новую дверь, но придраться было не к чему — все было сделано безупречно. А Джоанна обессиленно опустилась на стул для посетителей, стоявший рядом с её столом, и устало посмотрела на парня:  — Это поджог… Лали устроилась на столе Джоанны и не сводила глаз с Жозе. В конце концов тот не выдержал:  — И что ты так на меня уставилась? Она перевела взгляд на подругу и потребовала:  — Рассказывайте, что опять между вами происходит!  — Лали! — глядя ей в глаза, ответила Джоанна. — Не говори глупости! Ничего между нами нет. И вообще, сейчас не время для таких разговоров.  — Я же вижу, вы чего-то недоговариваете! — не сдавалась Лали.  — Хорошо! Слушай! Сегодня утром Жозе видел на рынке Марка. Того самого, который искал Вирджини и драгоценности. Жозе считает, что он вернулся на Лав Айленд, чтобы отомстить мне за то, что сдала его полиции. И этот пожар — и есть месть Марка. Жозе, приготовившийся было к причитаниям Лали по поводу возобновления их отношений, перевёл дух. Он напрочь забыл об этой новости, а Джоанна, наоборот, сразу сообразила, что может отвлечь их подругу. Лали, открыв рот, смотрела на друзей, но не могла проронить ни слова.  — Как рыба об лёд… — съязвил Жозе, глядя на неё.  — Марк… — наконец выдохнула Лали. — Не может быть! Жозе утвердительно покачал головой:  — Может. Я видел его своими глазами. Не зря он здесь объявился, ох не зря! Джоанна улыбнулась:  — Бросьте! Неужели вы действительно думаете, что поджог двери нашего агентства — дело рук Марка? Как бы странно это не звучало, но такая месть — слишком мелко для него. Я не верю, что он мог опуститься до столь жалкого поступка. Поверьте, друзья, если бы Марк захотел мне отомстить именно таким образом, от агентства не осталось бы ничего. Я знаю, что говорю — успела неплохо узнать этого человека. Лали не верила своим ушам:  — Ты его ещё и защищаешь, Джоанна??! После всего, что он сделал? Да этот Марк способен на всё!  — Лали, во-первых, ты права — Марк способен на всё, и именно поэтому я не верю, что сегодняшний поджог — это его рук дело; во-вторых, нельзя обвинять человека только потому, что когда-то он причинил нам неприятности. Вы не поймали его за руку, значит, вы не можете винить его в этом. Презумпцию невиновности ещё никто не отменял. Жозе только покачал головой, но Лали не сдавалась:  — Тогда зачем он здесь? По-моему, все очевидно — Марк вернулся на Остров Любви, понял, что ты не живёшь по старому адресу и решил зайти с известного ему адреса — с агентства!  — Не все так очевидно, моя дорогая Лали! — Джоанна пыталась вразумить подругу. — Прошло много времени. Марк не может быть уверен, что это агентство все ещё принадлежит нам. Да и вряд ли знает точно, что я вообще ещё на Лав Айленде, а не где-нибудь в Майами или на Кубе. Мы даже не можем быть уверены, что Жозе видел именно Марка. Тот подскочил со стула и возмущённо заговорил:  — То есть вот так, Джоанна? Я, по-твоему, совсем идиот? Говорю тебе — это был он! У меня нет ни тени сомнений! Я видел его так, как вижу тебя!  — Успокойся! — засмеялась девушка. — Я просто пытаюсь вам доказать, что нельзя обвинять человека во всех смертных грехах только потому, что он однажды оступился.  — Однажды оступился? — хором переспросили Лали и Жозе.  — Хватит! — Джоанна была непреклонна. — Я устала. Уже поздно, мне пора домой. Завтра возвращается Кристиан, а у меня совсем ничего не готово к встрече. Жозе, ты меня отвезёшь? Тот вздохнул:  — Да, конечно! Лали, тебя подвезти?  — Да! Стефан забрал сегодня машину, поэтому я приехала сюда на такси.  — Тогда пошли? И все трое вышли из агентства в тихий вечер, пахнущий цветами магнолии и морским бризом. 14. Жозе остановил машину возле дома Джоанны, повернулся к ней и подмигнул:  — Может, угостишь меня чаем?  — Перестань! — устало ответила девушка. — Тебе нужно домой. Бене тебя уже три дня не видела. А это неправильно.  — Я не хочу домой, не хочу видеть Бенедикт. — запротестовал Жозе. — Я хочу быть с тобой, Джоанна!  — Послушай! — вспылила она. — Мы все обсудили, все решили, но ты упрямо не хочешь хотя бы попробовать жить, как раньше! Я же обещала тебе — это ненадолго! Поэтому прошу тебя, Жозе, не начинай этот разговор снова. Я очень устала, у меня нет сил с тобой спорить. Молодые люди замолчали. Когда Джоанна открыла дверь машины, Жозе все-таки предпринял последнюю попытку:  — Ты уверена, что не хочешь, чтобы я остался хотя бы на час?  — Уверена! — отрезала она. — Спокойной ночи. И поцелуй от моего имени Бене и Леа.  — А если вдруг Марк…  — Боже! — простонала Джоанна и вылезла из машины. — Хватит, Жозе! Он выскочил из машины и догнал девушку почти у самой двери. Он заключил её в объятия и шепнул:  — Один поцелуй, и я исчезну! Джоанна оглянулась вокруг и, убедившись, что поблизости нет никого, кто мог бы их заметить, прильнула губами к губам Жозе. Поняв, что её вдруг увлекает страсть, она отстранилась:  — Тебе пора! А мне нужно готовиться к приезду Кристиана.  — Тебе помочь? Джоанна рассмеялась:  — Перестань хитрить. После поцелуя ты обещал исчезнуть.  — Ладно! — проворчал Жозе, но выпускать любимую из своих объятий не торопился. — Когда мы теперь сможем увидеться?  — Ну-у-у… — протянула она. — Надо подумать. Созвонимся в понедельник. Я позвоню тебе из агентства. У вас запланированы рейсы?  — Не знаю. Позвоню завтра Нико и узнаю.  — Давай подумаем об этом позже. Меня усталость просто валит с ног. Жозе ещё раз поцеловал Джоанну и пошёл к машине. Девушка проводила его взглядом, махнула на прощание рукой и, дождавшись, когда машина скроется за поворотом, достала ключи и отперла дверь. Войдя в темную гостиную, Джоанна поёжилась от какого-то странного чувства, что в доме, кроме неё, есть кто-то ещё. Девушке казалось, что кто-то из темноты пристально наблюдает за каждым её шагом, хотя в кромешной тьме это было сделать нелегко. Джоанна махнула головой, стараясь отогнать от себя страшные мысли, но это ощущение пристального взгляда на себе только усилилось. Пошарив рукой по стене, она нашла выключатель и щелкнула им. Гостиную залил яркий свет, заставив девушку зажмуриться. Через пару минут, привыкнув к свету, Джоанна медленно открыла глаза и попыталась оглядеться, но её взгляд упал на диван, стоящий напротив. Она вздрогнула всем телом и едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть — на диване, глядя на неё и улыбаясь, сидел Марк собственной персоной. 15. Джоанна не отводила взгляда от мужчины, а её сердце бешено колотилось где-то в горле. Она как могла сдерживала своё участившееся дыхание. Собрав волю в кулак, она скрестила руки на груди и спросила:  — Как ты сюда попал? Марк все так же улыбался, не сводя глаз с девушки.  — Прости, Джоанна! Я, кажется, тебя напугал. — искренне посетовал мужчина. — Я не хотел. Я не причиню тебе зла, дорогая. Обещаю. Услышав его голос, Джоанна взяла себя в руки и твёрдо сказала:  — Я тебя не боюсь. Это от неожиданности. Что тебе нужно? Марк виновато смотрел ей в глаза. В его выражении лица девушка читала искреннее раскаяние и радость от встречи. От этого ей стало не по себе, ибо она даже представить не могла, что могло привести этого человека на Остров Любви и искать с нею встречи.  — Мне нужно с тобой поговорить. — тихо сказал Марк. — Я хочу все тебе объяснить.  — Не утруждай себя! — отрезала Джоанна. — Мне это неинтересно!  — Я прошу тебя! — мужчина смотрел на неё умоляющим, но решительным взглядом.  — Хорошо. На Джоанну вдруг навалилась такая усталость, что спорить не хотелось. Она не чувствовала ничего — ни страха, ни любопытства, ни злости. Абсолютная пустота внутри. Только ноги стали ватными и в глазах немного потемнело. Она осторожно опустилась в кресло напротив Марка и тихо сказала:  — Принеси пожалуйста воды. Там, на кухне, есть графин… Он бросился на кухню за водой и уже через мгновение поднёс стакан к губам Джоанны:  — Выпей!  — Я не при смерти! — отрезала она, взяла стакан и сделала пару глотков. — Я очень устала, Марк, и хочу остаться одна. Поэтому давай начнём и закончим этот разговор побыстрее. Мужчина присел на подлокотник кресла, но Джоанна тут же отстранилась:  — Держи дистанцию! Я все ещё не знаю, что привело тебя ко мне.  — Память! — улыбнулся Марк, пересаживаясь на диван. — Я так и не смог тебя забыть.  — Очень смешно!  — Я не шучу, Джоанна! Ты и наши отношения не выходите у меня из головы. Я все ещё не отказался от намерения жениться на тебе.  — Как мило! — рассмеялась Джоанна. — Ты так уверен в себе, что думаешь, что я грезила о тебе все это время?! Очень самонадеянно, Марк! Девушка вдруг расслабилась. Она поняла, что была права, и этот человек действительно неопасен для неё. Как бы то ни было, Джоанна неплохо знала этого мужчину и ясно видела, что он не собирается ей вредить. А боль, которую он ей причинил, разочарование и злость давно излечены временем и отношениями. Марк заметил изменения в её настроении и улыбнулся:  — Я рад видеть прежнюю Джоанну! Ту, которую я любил!  — Именно от большой любви ты пол дня держал меня под дулом пистолета, пытаясь сохранить-таки те драгоценности?! — ей вдруг стало весело. Может быть, давала знать о себе усталость — физическая и эмоциональная, которая накопилась за эти дни. — Все влюблённые так делают! Улыбка сошла с лица Марка, он стал серьёзен:  — Я приехал сюда только затем, чтобы все тебе объяснить и вымолить прощение.  — Марк, перестань бросаться громкими фразами! — закатила глаза Джоанна. — Ты — взрослый, умный мужчина, тебе не идёт этот подростковый драматизм!  — Но это правда! Джоанна, я не говорю, что люблю тебя до сих пор, потому что это не так. Но я любил, ты была мне очень дорога, я действительно хотел, чтобы ты стала моей женой. Но случилось то, что случилось. И именно поэтому я должен все тебе рассказать. Мне важно, чтобы ты поняла меня и простила. Марк, не моргая, смотрел на неё, а она не отводила взгляд. Ей уже было неинтересно, что тогда произошло, но отказать ему она не могла. Тот, расценив её молчание как согласие выслушать его, заговорил:  — Начну с того, что сразу разъясню — я был и до сих пор являюсь агентом ФБР. Я не лгал тебе ни в чем, что касалось моей работы и расследования, связанного с вашей подругой. Марк замолчал, ожидая от Джоанны хоть какой-то реакции, но девушка молчала.  — Теперь о нас… — не дождавшись комментариев, продолжил он. — Ты свела меня с ума, Джоанна! Я любил тебя, клянусь! Любил искренне и сильно, как не любил никого и никогда. Когда ты согласилась стать моей женой, я вдруг понял, что хочу для тебя лучшей жизни, нежели быть простой женой агента ФБР, который пол жизни проводит в расследованиях, погонях и выслеживаниях. Я захотел сделать так, чтобы ты никогда ни в чем не нуждалась. Поэтому, когда мне удалось найти эти драгоценности, я вдруг понял, что это мой шанс воплотить в жизнь мои мечты о безбедной жизни с тобой, шанс оставить службу и наслаждаться нашей любовью, думая только о том, в какой стране проснуться завтра и какую яхту подарить тебе на день рождения…  — Но меня никогда не интересовали деньги!  — Я знаю! Но понял это слишком поздно! Когда ты нашла драгоценности и потребовала, чтобы я отнёс их в полицию, я был зол. Зол на то, что ты рушишь мои планы! Мне казалось, что ты неспособна оценить то, что я кладу на алтарь ради тебя и нашей будущей жизни. И я попытался все исправить с помощью силы. Я не знаю, что тогда на меня нашло. Просто какое-то помутнение! Слава Богу, ничего не получилось. Ты не представляешь, как я благодарен тебе и Жозе за то, что вы сделали! Джоанна саркастически улыбнулась, что не укрылось от взгляда Марка.  — Я серьёзно! В участке как будто с моих глаз упала пелена. Как будто ко мне вернулся рассудок. Я вдруг осознал, что натворил. Понимал, что тебя я потерял навсегда, и теперь на грани потери работы. Работа, после тебя, моё всё, и я смог сохранить хотя бы её.  — Как ты выкрутился? — скорее из любопытства спросила Джоанна.  — Сказал, что вы все неправильно поняли. А всё остальное было необходимо для конспирации. Моё удостоверение агента ФБР и долгое сотрудничество с местной полицией сделали своё дело. Драгоценности я сам доставил в Штаты. В мою историю поверили и здесь, и там, чему я очень рад. Я едва не сделал огромную глупость. Но это было ради любви, которая была похожа на болезнь!  — Я ещё и виновата! — слова девушки были пропитаны сарказмом.  — Не передергивай, Джоанна! — серьёзно ответил Марк. — Я этого не сказал. Ну вот, теперь, когда ты знаешь правду, я смею надеяться, что ты меня не ненавидишь.  — Во мне не было ненависти! — искренне ответила она. — Было непонимание, была злость, но ненависти не было.  — Спасибо! Я рад, что ты не просто выслушала меня, но поверила в это и постаралась понять. Я всегда знал, что у тебя доброе сердце. Можешь мне честно ответить на один вопрос?  — Конечно!  — Твоё сердце сейчас занято? Вопрос задел за живое, но она совладала с эмоциями и коротко ответила:  — Да. Я счастлива в новых отношениях.  — Я искренне рад за тебя, дорогая! — во взгляде Марка читалась нежность. — Ты заслужила быть счастливой! Они несколько минут смотрели друг другу в глаза, понимая, что всё друг другу сказали. Недомолвок не осталось, и они отпускали друг друга с легкостью и нежностью в сердце. Джоанна вдруг поняла, что этот разговор был необходим и ей, потому что, изредка, но все же вспоминая Марка, она никак не могла поверить в то, что так сильно в нем ошиблась. И сейчас наступило облегчение — нет, не ошиблась! Он действительно хороший человек, однажды оступившийся, но вовремя одумавшийся и понявший свою ошибку. Марк встал с дивана, подошёл к Джоанне и поцеловал её в лоб:  — Мне пора. У меня самолёт утром. Я прилетел по работе в Париж, и не мог не прилететь сюда, к тебе. И ещё. — он вынул из нагрудного кармана свою визитку и протянул Джоанне. — Я буду рад, если когда-нибудь смогу оказаться тебе полезным. Она взяла визитку и встала:  — Спасибо! Я провожу тебя. У двери Марк повернулся к Джоанне и посмотрел ей в глаза:  — Спасибо, что выслушала. И за то, что простила.  — Спасибо, что счёл нужным рассказать мне всё и нашёл на это время.  — Прощай! Марк наклонился и едва коснулся губами щеки Джоанны. Ни слова не говоря, он спустился с крыльца и скрылся в ночной темноте. 16. Джоанна, несмотря на то, что ночью почти не сомкнула глаз, проснулась очень рано. Не спеша она встала с кровати и распахнула тяжелые шторы. Комнату залил мягкий свет поднимающегося солнца. Она, сощурившись, смотрела в даль, в какую-то видимую только ей одной точку на горизонте, где море сливается с небом, а яхты и птицы скрываются из вида. Девушка ни о чем не думала, просто наслаждалась нежными красками утра на Острове Любви. Наконец Джоанна стряхнула с себя оцепенение, вдруг осознав, что абсолютно не готова к встрече Кристиана. Наспех приняв душ и приведя себя в порядок, она принялась готовить обед. Когда он был почти готов, в дверь дома постучали. Джоанна открыла — перед ней стояла Бенедикт.  — Привет! — улыбнулась она. — Позволишь войти? Джоанна ощущала, как путаются её мысли, сердце начинает учащенно биться, а руки едва заметно подрагивают. Она не ожидала увидеть Бенедикт, и поэтому растерялась. Спустя мгновение, она улыбнулась подруге в ответ:  — Конечно! — и посторонилась, пропуская её в дом. — Рада тебя видеть! Ты одна?  — Да! — вздохнула Бене. — Леа забрала Лали. Они поехали на пикник. Девушки расположились в гостиной на диване. Бенедикт молчала. Джоанна посмотрела на подругу и осторожно спросила:  — А Жозе?  — За ним заехал Николя, и они срочно ушли в рейс на яхте. И в гостиной снова воцарилась тишина. Бенедикт смотрела на море, видневшееся в окно гостиной, а Джоанна не сводила глаз с подруги. Её сердце сжималось от жалости, боли и раскаяния.  — Знаешь, — тихо заговорила Бенедикт. — Я даже не знаю, зачем пришла. Мне вдруг стало так одиноко. И Жозе… Она осеклась, но Джоанна спросила:  — Что Жозе?  — Мне кажется, что он взялся за старое. У него есть другая. — глаза Бене наполнились грустью, но слез не было. — Он почти трое суток где-то пропадал.  — Разве он никак это не объяснил?  — Да, объяснил. И я поверила. Но это Жозе, ты же понимаешь… Джоанна грустно усмехнулась, а Бенедикт поняла, что сказала лишнее:  — Прости… Джоанна промолчала. Как же она устала делить любимых с другими! Сначала Кристиан, теперь Жозе. Сколько ещё она сможет это выдержать?! Казалось, что все её душевные силы на исходе, что вот-вот наступит взрыв. Джоанну изнутри съедало её предательство. Но она любила Жозе! Она всегда считала, что в её жизни выбор между мужчиной и подругой никогда не встанет. Но жизнь — лучший драматург. И сейчас все пошло не по сценарию Джоанны. Жизнь играла с ней в опасные игры, на ходу меняя их правила. А она, как могла, лишь подстраивалась.  — Извини, Джоанна, — голос Бене вывел её из раздумий. — Я не хотела тебя обидеть.  — Ну что ты! — натянуто улыбнулась та. — Все в порядке.  — Я сама не знаю, почему пришла с этим именно к тебе… Джоанна промолчала. Бенедикт тоже больше не нашла, что сказать. Повисла неловкая пауза.  — Я не знаю, что тебе сказать! Это Жозе, ты его не изменишь. Если, конечно, твои подозрения верны. — Джоанне казалось, что её голос предательски дрогнул. Но Бенедикт, кажется, ничего не заметила. Она только кивнула в ответ и встала:  — Мне не нужно было приходить. Ты ждёшь Кристиана, а тут я со своими проблемами, которые, по всей видимости, я сама себе и придумала.  — Ну что ты! — Джоанне хотелось обнять подругу и внушить ей, что все хорошо и что ей нечего опасаться. Но она не могла лицемерить. Её и без этого боль выжигала изнутри, пылая пожаром ненависти к себе и своей любви. Она понимала, что поступает подло, но точно знала и то, что рано или поздно снова не сможет устоять перед искушением быть рядом с Жозе — человеком, которого она, как оказалось, она любила без памяти.  — Я пойду! — и Бенедикт пошла к выходу. Едва за девушкой закрылась дверь, как Джоанна дала волю слезам. От отчаяния хотелось выть, боль от того, что предала подругу, сжимала горло, от чего становилось тяжело дышать. Но любовь была непреклонна — она текла по венам, заставляя сердце биться, была воздухом, которым она не могла надышаться, была родником в пустыне, освежая жизнь и привнося в неё новые краски. Да, Джоанна безумно любила Жозе, и на алтарь этой любви бросала все, что было в её жизни. 17. Кристиан вихрем ворвался в дом и, с криком «Любимая!», сжал Джоанну в объятиях. Он целовал её губы, щеки, шею, ведь едва не сошёл с ума от тоски по своему «торнадо».  — Как тяжело без тебя, Джоанна! — шепнул Кристиан, целуя её в висок. — Если бы ты только знала, как горько мне в разлуке с тобой. Девушка молчала. Несмотря на то, что именно она пожелала оставить их отношения с Жозе в тайне и остаться с Кристианом, она так и не поняла, как будет вести себя дальше. Скрепя сердце, она поцеловала парня в щеку и улыбнулась:  — Я тоже скучаю по тебе, мой Кри-Кри! Сейчас она не лукавила, ведь, как не крути, Кристиан был огромной частью её жизни. Джоанна бы солгала, если бы утверждала, что не испытывает к нему никаких чувств. Да, любила она сейчас Жозе, но и Кристиан не был ей чужим, занимая в её сердце своё место. Именно поэтому она боялась открыться, рассказать ему о том, что предала его, что, едва подарив ему свою жизнь, она хочет вернуть все на круги своя и быть с Жозе. Поэтому она не могла просто уйти, просто оставить Кристиана одного. Кое-как отделавшись от ненужных мыслей, Джоанна подарила парню свою самую обворожительную улыбку и сказала:  — Приводи себя в порядок и приходи на веранду. Я приготовила обед.  — Всё, как я люблю? — благодарно улыбнулся в ответ Кристиан.  — Конечно! Райский вечер на Острове Любви наполнился пьянящим ароматом роз и магнолий, цветущих повсюду. В воздухе играл лёгкий морской бриз, а чайки, болтая о своём, резвились над неспешными волнами, в которых отражался закат, который, казалось, был на острове особенным, неповторимым. Джоанна и Кристиан любили проводить вечера на веранде своего дома, неспешно пить чай или кофе, негромко разговаривать обо всем на свете или просто молчать, любуясь красотами этого рая на Земле. Поужинав, молодые люди не спешили возвращаться в дом. Они сидели рядом, держась за руки, и смотрели на море, играющее лучами заходящего солнца. Кристиан взглянул на Джоанну и тихо сказал:  — В тебе что-то изменилось за это время… Пульс девушки моментально участился, но она быстро взяла себя в руки и с улыбкой спросила:  — Что именно?  — Не знаю. В тебе как будто что-то надломлено. Джоанна была ошеломлена. Она и подумать не могла, что Кристиан может так хорошо чувствовать её, её состояние, её мысли. Ей действительно казалось, что её сердце расколото надвое, и она дарила его дорогим ей людям — Кристиану и Жозе. Казалось, что Кристиан видит её насквозь — как она мечется между двух огней, как путаются её мысли, как все больше с каждой минутой она ненавидит себя, как душа её разрывается на части от любви к Жозе и боли за него.  — Я немного устала за эти дни. — наконец смогла выдавить из себя слова Джоанна. — Столько всего навалилось. Ещё этот пожар…  — Нашли поджигателей?  — Не знаю.  — Такое ощущение, что тебе это безразлично! Я не узнаю тебя, Джоанна!  — Просто считаю, — попыталась оправдаться девушка. — что этот кто-то, кем бы он ни был, не стоит нашего внимания. Пусть им занимается полиция.  — Наверное, ты права. — задумчиво произнёс Кристиан, но вдруг игриво посмотрел на Джоанну. — Зато мы можем заняться кое-чем поинтереснее. Девушка рассмеялась и позволила парню увлечь себя в дом, но едва они вошли в спальню, как в дверь настойчиво постучали.  — Нас нет! — шепнул он, пытаясь расстегнуть пуговицу на рубашке Джоанны.  — Так нельзя, Кри-Кри! Нас могли видеть. — и девушка подтолкнула его к выходу из спальни и отправилась следом. Кристиан открыл дверь, и в дом шумной компанией ввалились их друзья. Николя и Стефан держали в руках пакеты с едой и напитками, Лали, громко смеясь, что-то говорила Жозе, который был за её спиной. Тот в руках держал букет цветов.  — Я же говорила, что они дома! Где же им быть? Мы же не помешали? — тараторила Лали.  — Конечно, нет! — огрызнулся Кристиан. — Мы с Джоанной просто не виделись несколько дней, и нам совсем не хочется побыть вдвоём. Впрочем, он сказал это настолько беззлобно, что друзья и не подумали обижаться. Джоанна, не моргая, смотрела на Жозе, держащего перед собой цветы и шагающего прямо к ней. Он тоже не сводил взгляда с любимой, совершенно не стесняясь друзей. Он остановился и молча протянул Джоанне цветы.  — Спасибо! — улыбнулась она. — Не стоило!  — Я говорила ему то же самое! — Лали встала между друзьями. — Но он вдруг решил, что к тебе в гости нужно идти непременно с цветами!  — Это просто знак внимания. — процедил сквозь зубы Жозе. — Я уверен, что мы помешали нашим влюблённым.  — Перестань! — Джоанна вымученно улыбнулась. — Вы не можете помешать. Когда друзья на скорую руку собрали на стол в гостиной и расселись с бокалами в руках, Николя сказал:  — Надеюсь, вы нас простите за вторжение, когда мы озвучим вам цель нашего визита.  — Как сегодня серьёзен наш Нико! — расхохоталась Джоанна, но в ее взгляде на Николя читался упрёк. — А вообще, не говори ерунды! Вы — наша семья, и не можете нам помешать.  — Джоанна права. — поддержал любимую Кристиан. — Да и у нас вся ночь впереди! Наверстаем, не переживайте за нас. Все рассмеялись. Джоанна украдкой взглянула на Жозе. Тот не разделял всеобщего веселья, не оценив шутку Кристиана, и, едва улыбнувшись, взглянул на неё. Его взгляд метал молнии. Девушка покачала головой и отвернулась к Николя:  — А почему Элен не с вами? И Бене? Что-то случилось?  — Ничего не случилось. — успокоил подругу Нико. — Девочки ужинают у Бенедикт и Жозе, а мы воспользовались ситуацией, чтобы встретиться с вами без Элен. Вы же помните о её дне рождения? Джоанна снисходительно улыбнулась и выразительно посмотрела на друга, который сразу понял — его вопрос был неуместен, ведь друзья просто не могли забыть об этом.  — Так вот, — продолжил он. — Я хочу сделать ей сюрприз. Мы снова сыграем для неё, как в старые добрые времена, а ты, Джоанна, споёшь для подруги несколько песен.  — Я спою? — удивилась та. — Но…  — Не спорь, дорогая! — перебил её Кристиан. — Ты отлично поёшь, и мы все это знаем.  — Конечно! — поддержал друга Жозе. — А играть мы будем только то, что играли раньше, когда собирались в гараже и устраивали вечеринки.  — Да, ты и Элен всегда были на высоте… — мечтательно сказала Лали, на которую нахлынули воспоминания. На лицах друзей застыли улыбки, немного грустившие по прошедшим студенческим годам.  — Отлично придумано, Нико! — наконец нарушил молчание Кристиан. — Я всегда счастлив, снова садясь за установку. А играть с вами — одно удовольствие! Как насчёт репетиций?  — Мы все предусмотрели! — улыбнулся Стефан. — Неподалёку от Вотерспорт есть старый ангар, хозяева которого на всякий случай оставили мне ключи от него. Я созвонился с ними, они не против ваших репетиций там. Причём, совершенно бесплатно!  — А вы зря времени не теряли! — засмеялся Кристиан.  — А что ты скажешь на то, что все инструменты и всё необходимое уже там? — улыбнулся Николя.  — Потрясающе!  — Поэтому завтра в семь часов вечера ждём вас на репетицию! — Николя подмигнул Джоанне и поднял свой бокал. — Давайте выпьем за нашу солистку!  — Почему за меня? — удивилась она.  — Мне так хочется! И Николя, воспользовавшись близостью Джоанны, крепко прижал подругу к себе. 18. Тем временем Элен и Бенедикт сидели на кухне в доме Жозе и Бене. Леа и Диего, с которым Лали попросила подругу посидеть, мирно играли в гостиной, а девушки разговаривали за чашкой кофе. Элен пыталась найти слова, чтобы начать разговор о Жозе, но подходящего момента так и не представилось. В конце концов Бенедикт заговорила сама.  — Знаешь, Элен, — вздохнула она. — С Жозе что-то происходит в последнее время. В общем, я с тобой и хотела об этом поговорить.  — Что случилось?  — Не знаю. С тех пор, как мы с ним снова вместе, я его не узнаю. Он как будто отрешён от всего, что происходит в нашей семье. Мне кажется, что он жалеет, что вернулся ко мне. Элен, зная истинную причину поведения Жозе, всё-таки попыталась успокоить подругу:  — Не говори ерунды! Он такой же, как и был. И уже не изменится.  — Как бы странно это не звучало, — возразила Бенедикт. — Но мне кажется, что с Джоанной он был абсолютно другим. Со мной он никогда не был настолько нежным, обходительным, ласковым. Теперь я знаю, каким может быть этот человек, и я почему-то думала, что, вернувшись ко мне, он останется таким, каким был с ней.  — Но ты — не Джоанна. — тихо ответила Элен.  — Хочешь сказать, что я позволяю Жозе быть со мной не таким нежным и обходительным? Позволяю ему вытирать о себя ноги?  — Нет, я не это хотела сказать. Не нужно сравнивать ваши отношения. Отношения Джоанны и Жозе были не очень долгими, поэтому их не успел поглотить быт. Их отношения так и закончились на конфетно-букетном периоде.  — Их медовый месяц длился слишком долго. — как капризный ребёнок, протестовала Бене. — Жозе со мной и в начале наших отношений не был таким милым и любящим. А с Джоанной он до сих пор игрив и обходителен.  — Ты преувеличиваешь. И ревнуешь. — заключила Элен. — Но это абсолютно нормально! Бенедикт задумалась и вдруг сказала:  — Но ведь Кристиан не ревнует. Ведь Джоанна, в отличие от Жозе, не даёт ему повода для ревности. Посмотри на них — они же переживают второй расцвет их отношений! Как они любят друг друга, как нежно смотрят друг на друга, как страстны их поцелуи! Все так, как будто их отношения только начались. У нас с Жозе все по-другому.  — У вас по-своему, но тоже хорошо! — не сдавалась Элен. — Перестань сравнивать себя с другими. Вот увидишь, у вас все наладится.  — Знаешь, Элен, — решилась на признание Бенедикт. — Я, глядя на счастливых Джоанну и Кристиана, невольно вспоминаю свои отношения с Кристианом. Мы так любили друг друга! Нам было хорошо вместе…  — Это не было любовью, Бене! — перебила подругу Элен. — Вы любили других, и время это доказало. Кристиан все так же счастлив со своей Джоанной, он все ещё её любимый Кри-Кри, и им обоим это нравится. Вы с Жозе тоже любите друг друга, не смотря на всё, что вам пришлось пережить вместе и по отдельности. Но теперь вы вместе! Не растеряйте этого!  — Но Жозе…  — Все в твоих руках! Сделай так, чтобы он захотел снова жить и дышать только тобой. Раз ты считаешь, что причиной всему Джоанна, постарайся стать для Жозе лучше, чем она… Элен замолчала. Она, как могла, пыталась сохранить отношения Бенедикт и Жозе. Да и, возможно, отношения Джоанны и Кристиана. Но, взглянув на подругу, Элен осенило — у неё из головы не выходит… Кристиан!  — Бене, даже не думай! — воскликнула Элен.  — О чем ты? — Бенедикт делала вид, что совершенно не понимает, о чем идёт речь.  — О Кристиане! Не лезь в его отношения с Джоанной! Они счастливы, и это главное! Не делай глупостей, прошу тебя! Бенедикт опустила глаза:  — Иногда мне кажется, что я не переставала любить его!  — Это уже слишком! Ты любишь Жозе — это очевидно! Просто в тебе сейчас говорит обида на него. А перед глазами яркий пример красивой любви Кристиана и Джоанны. Я понимаю, почему тебя тянет к Кристиану.  — Да, его отношение к Джоанне…  — Ключевая фраза здесь — «к Джоанне»! — жестко отрезала Элен. — Бенедикт, не стоит думать о нем! Ты же знаешь — он безумно любит Джоанну, и будет таким нежным и любящим только с ней одной. Бенедикт промолчала. Она все понимала, но не желала соглашаться с этим. Но посвящать в это Элен, так рьяно защищающую целомудрие пары Джоанны и Кристиана, не стала. Её обида на Жозе выливалась в нечто, пугающее её саму. Бенедикт вспоминала то Кристиана, то Джимми, то возвращалась мыслями и желанием к Жозе. Девушка окончательно запуталась, и причиной тому стало равнодушие к ней последнего. Она обозлилась на весь мир, который когда-то был заключён лишь в одном человеке. Этим человеком был Жозе. 19. Утром Джоанна пулей вылетела из дома и плюхнулась в машину на пассажирское сидение рядом с Лали.  — Прости! — выдохнула она. — Проспала! Лали, разворачивая автомобиль, лукаво взглянула на подругу:  — Ночь была бурной?  — Все тебе расскажи!  — Да тут и рассказывать не надо! У тебя на лице все написано. Джоанна улыбнулась, показывая, что не намерена обсуждать прошедшую ночь, в которую она действительно почти не сомкнула глаз. Лали где-то уже успела найти диск американской рок-группы Creedence Clearwater Revival, песни которой они так любили исполнять в гараже под аккомпанемент ребят.  — Это тебе для вдохновения! — улыбнулась она, покосившись на подругу. — Вспоминай песни, чтобы к репетиции была во всеоружии! Репетиции! Джоанна совсем забыла о сюрпризе для Элен. Девушка благодарно улыбнулась:  — Спасибо! Это очень кстати! И растворилась в любимой музыке. Очнулась только тогда, когда Лали выключила проигрыватель и скомандовала:  — Приехали, мечтательница! Пошли работать. Подходя к агентству, девушки увидели Жозе. Он явно ждал их.  — Что ты здесь делаешь? — подходя ближе, спросила Джоанна.  — Джоанна, — с укоризной смотрела на подругу Лали. — Даже не поздороваешься? Здравствуй, Жозе! И Лали поцеловала друга.  — Привет! — ответил он, входя вслед за девочками внутрь.  — Здравствуй! — Джоанна бегло чмокнула его в щеку и прошла к своему столу. — Так что тебя привело к нам с самого утра?  — Хотел напомнить тебе про репетицию.  — Это как раз не лишнее! — рассмеялась Лали. — После бурной ночи в объятиях своего любимого Кри-Кри мадемуазель забыла обо всем на свете!  — Лали! — шикнула на подругу Джоанна. Жозе смотрел на любимую с неприкрытой тоской. Его глаза горели ревностью и болью, но он, стиснув зубы, спросил:  — За тобой заехать?  — Не нужно, спасибо. Кристиан сегодня, наконец, заберёт машину из ремонта. Так что мы сами.  — Хорошо. По всей видимости, Жозе знал её ответ, но приехал, чтобы увидеть любимую женщину. Джоанна же молилась всем богам, чтобы он наконец ушёл, потому что видеть его и не иметь возможности даже прикоснуться к нему, было выше её сил. И Жозе это понял.  — Пока, Лали! Джоанна, до вечера! — бегло бросил он через плечо.  — Хорошего дня! — хором отозвались девочки и улыбнулись друг другу. Едва Джоанна погрузилась в работу, как на её телефон пришло сообщение. От Жозе. «Жду тебя в 12:00 в кафе «Магнолия». Столик заказан на моё имя. Люблю тебя! Целую!» «До встречи!» Джоанна отправила ответ и снова принялась за работу. Провозившись с документами около часа, девушка вздохнула и посмотрела на Лали:  — Может, кофе?  — Окей. Свари пожалуйста! — ответила та, не отрываясь от бумаг. Джоанна встала и взглянула на часы. Десять. Она поймала себя на мысли, что торопит время, ей не терпится вновь увидеть Жозе. Девушка сварила кофе и поставила обе чашки на свой стол.  — Иди сюда! Мне нужно обсудить с тобой сделку с мсье Рамо. Кажется, кому-то из нас придётся лететь на Каракас.  — Кому-то из нас? — проворчала Лали, подходя к ней. — Наверное, «милая Джоанна» будет более по душе мсье Рамо. Так что, подруга, выбор очевиден! Джоанна улыбнулась, вспомнив милого шестидесятилетнего мужчину в самом расцвете сил, желающего приобрести дом на Каракасе. Да, контактировать он всегда хочет непременно с «милой Джоанной», а если её не оказывается на месте, то он тактично указывает Лали на её некомпетентность в его вопросе и перезванивает либо приходит в другой раз.  — Да уж! — рассмеялась Джоанна. — Что ж, придётся лететь, иначе этот мсье обязательно что-нибудь напутает. Я просто не могу этого допустить. Смотри, как тебе этот дом? Видишь характеристики? Кажется, все его пожелания учтены. И она разложила перед Лали фотографии дома на Каракасе, все документы на него и его описание продавцом.  — Да! — ознакомившись с материалами, заключила Лали и взяла один из документов. — Но смотри, здесь есть один нюанс…  — Я поэтому и сказала, что визит на Каракас неизбежен. — вздохнула Джоанна. — Надеюсь, Кристиан будет не против этой поездки.  — Думаю, он понимает, что это необходимо для твоей работы. Он же летает по работе по ближайшим и не очень близким островам. Даже в Париж летал. Джоанна кивнула. Да, сейчас она доверяла Кристиану, как никогда. Доверяла, а сама совершала непростительную ошибку, изменяя и предавая его. От этой мысли настроение сползло на отметку «ноль». Нужно всё ему рассказать, уговаривала она себя, Кристиан не заслужил такого отношения к себе. И чем больше она об этом думала, тем сложнее ей становилось, тем больше она боялась причинить ему боль. Девушки допили и кофе и снова погрузились в работу. В половине двенадцатого Джоанна поднялась с места:  — Я отъеду ненадолго.  — Куда ты?  — Я… — Джоанна не сразу нашла, что ответить. — Я… Встречусь с мсье Рамо, покажу ему дом.  — Да? — удивлённо приподняла брови Лали. — Хочешь показать дом и даже не возьмёшь хотя бы его фотографию? Джоанна хлопнула себя по лбу и растерянно улыбнулась:  — Совсем забыла. Наспех сложив в сумку документы, девушка направилась к выходу. Но снова её остановил голос Лали:  — Ты ведь даже не звонила Рамо. А если он не может сейчас с тобой встретиться?  — Я позвоню ему из такси.  — Может, тебя подвезти?  — Не стоит! — на ходу бросила Джоанна и закрыла за собой дверь. 20.  — Прости, я опоздала! Джоанна присела за столик напротив Жозе и улыбнулась своей самой обезоруживающей улыбкой.  — Ничего страшного! — усмехнулся он. — Я готов ждать тебя вечно, и ты это знаешь! Жозе взял Джоанну за руки, а она оглядывала кафе:  — Я никогда здесь не была. Здесь очень уютно!  — Я решил сделать это кафе местом наших встреч. О нем вряд ли кто-то знает, поэтому нас не смогут случайно увидеть. А этот уединенный столик делает нас и вовсе незаметными даже при отсутствии других посетителей. Кафе «Магнолия» было действительно очень уютным, довольно простым и ухоженным. Весь интерьер был выполнен в приглушённых коричнево-бежевых цветах. На деревянных столиках, не обременённых скатертями, стояли живые цветы в деревянных горшках и светильники в виде деревянных подсвечников. Возле столиков стояли кованые табуреты с сидениями темно-бордового цвета, которые отлично сочетались с тяжёлыми плотными шторами на окнах. Стены были выложены из коричневого кирпича, на них висели картины в деревянных рамах, выполненные в той же цветовой гамме, что и весь интерьер кафе. Над столиками красовались дизайнерские светильники на длинных шпажках, привинченных к стене. На второй этаж, где и был заказан столик для Джоанны и Жозе, вела кованая, но при этом очень компактная и не крутая лестница. Зал здесь был совсем маленьким, всего на три стола, а интерьер отличался лишь наличием штор между ними. Жозе очень удачно выбрал место — их не было видно входящим в кафе посетителям, но при этом с их мест прекрасно просматривалась лестница и почти весь первый этаж кафе.  — Сегодня в агентстве чувствовал себя героем дешевой мелодрамы, — грустно сказал Жозе. — А пока выбирал кафе и столик — героем идиотского детектива. Сколько это будет продолжаться, Джоанна? Она моментально вспылила:  — Если ты позвал меня сюда, чтобы задать вопрос, на который, как ты знаешь, я не могу пока дать ответ, то я, пожалуй, пойду. Джоанна попыталась встать и вырвать свою руку, но Жозе крепко сжал её и шепнул, глядя ей в глаза:  — Прости! Прости меня! Просто я так хочу быть с тобой, ни от кого не прячась… Она снова села:  — Жозе… Но он не дал ей договорить, касаясь губами губ — нежно, но настойчиво:  — Я позвал тебя, чтобы побыть с тобой… Их поцелуй прервал официант, принёсший приборы.  — Пообедаем? — предложил Жозе.  — Не откажусь! — остывая, улыбнулась Джоанна. Официант принял заказ, одарил пару виноватой улыбкой и ретировался.  — У меня есть для тебя сюрприз!  — Знаешь, в последнее время я до ужаса боюсь сюрпризов и очень их не люблю!  — Уверен, что этот тебе понравится! После обеда, который оказался очень вкусным, они вышли из кафе, и Жозе повёл девушку в неприметное здание в глубине тропических зарослей. Сквозь зеленые листья оно было почти неразличимо, так как его фасад был также выкрашен в зелёный цвет.  — Что это? — поинтересовалась Джоанна, когда они подошли к входной двери.  — Гостиница. — коротко ответил Жозе.  — Ты с ума сошёл? — девушке это явно не понравилось, и она резко остановилась. — Если ты думаешь, что я буду встречаться с тобой в какой-то гостинице, ты глубоко заблуждаешься!  — Джоанна, если мы хотим встречаться, у нас нет другого выбора! Ну, или все рассказать Бене и Кристиану. Мне, кстати, этот вариант нравится гораздо больше, чем вариант с гостиницей.  — Пока об этом не может быть и речи!  — Милая, мы давно уже не дети, и в нашем случае абсолютно нормально то, что мы будем не только обедать вместе, но и заниматься любовью! Джоанна, пойми, я хочу быть с тобой! Я не смогу просто сидеть и ждать! Ты нужна мне! Нужна во всех смыслах и отношениях! Джоанна ещё колебалась:  — Но гостиница… Это слишком! Я чувствую себя проституткой!  — Не говори ерунды! Раз уж ты примеряешь на себя роль любовницы, тебе придётся смириться с тем, что мы будем встречаться совсем не в тех местах, где могли и хотели бы! Могу ещё раз напомнить про альтернативный вариант…  — Не стоит! Я к нему ещё не готова.  — Уверяю тебя, эта гостиница не такая мерзкая, как может показаться на первый взгляд! Пойдём посмотрим? И Жозе распахнул перед Джоанной дверь, пропуская её вперёд. Она вошла и огляделась. Особо порадовало отсутствие администратора в холле. Таким образом можно было приходить и уходить, оставаясь незамеченными, ведь ключ при необходимости выдавался при бронировании номера. Ну или к администратору мог ходить только один из гостей. Вместо стойки администратора гостей встречали удивительно красивые и необычные рыбки, обитавшие в огромном аквариуме прямо перед входом.  — Очень мило! — вынуждена была признать она.  — Я же говорил! — обрадовался Жозе. — Пошли! Взяв Джоанну за руку, он повёл её вверх по лестнице, застеленной ковролином, приглушающим звук шагов. Стены были увешаны живыми цветами в глиняных горшках, кое-где красовались картины, в основном морские пейзажи. На третьем этаже, куда привёл Джоанну Жозе, царил полумрак, а дверь в номер оказалась прямо возле лестницы, поэтому разглядеть что-либо в таких условиях было решительно невозможно. Жозе толкнул дверь номера и жестом пригласил Джоанну войти. Девушка вошла и огляделась. Номер был совсем небольшой, но очень уютный. Выполненный в нежных желто-бежевых тонах, он казался частичкой тепла и света. Посередине стояла большая кровать, застеленная девственно чистым белым бельём, которое скрывал мягчайший нежный плед. По обеим сторонам кровати располагались прикроватные тумбы, над которыми висели светильники — единственные источники освещения в этом номере, так как в окно, закрытое плотными бежевыми шторами, почти не проникал дневной свет. -Ну как? — Жозе во все глаза смотрел на Джоанну, пытаясь угадать, нравится ей номер или нет.  — Очень уютно! — улыбнулась та. — Но пока я чувствую себя не в своей тарелке.  — Сейчас мы это исправим! Жозе закрыл дверь на ключ, вплотную приблизился к Джоанне и, целуя, нежно опустил её на кровать. 21. Вечером Николя, Жозе, Кристиан и Джоанна собрались в ангаре, который арендовал Стефан. В нем действительно всё было готово для репетиций: завезены инструменты ребят, кое-какая мебель, а также микрофон для Джоанны и аудиосистема. Акустика в ангаре была просто бесподобной, и ребятам уже не терпелось начать играть. Каждый из них часто вспоминал студенческие годы, когда они, создав группу, каждый день без устали репетировали в арендованном для этого гараже, а девочки были их самыми преданными поклонницами и самыми строгими критиками. Для начала, чтобы вспомнить ощущения и снова сыграться, ребята играли одну из написанных Николя мелодий. Джоанна не уставала любоваться ими, а воспоминания захлестнули её с головой. Знакомство с ребятами, первый поцелуй Кристиана… Вот она в который раз врывается в гараж и, с криком «мой любимый Кри-Кри!», сносит установку Кристиана, а тот опять так мило злится!.. Тот гараж видел, наверное, все его измены… И Джоанна как будто снова ощущает ту боль, то отчаяние, овладевшие ею, когда она застала своего Кри-Кри с той короткостриженной брюнеткой… Боль от измены… И мысли Джоанны возвращаются в настоящее. Боль… Так же больно, наверное, могло быть и Кристиану, узнай он о её измене. Нет, она не может этого допустить! Пока она может избавить его от боли, она будет это делать. Пусть в ущерб себе и своим чувствам. Кристиан этого не заслужил. Из задумчивости Джоанну вывела вдруг воцарившаяся в ангаре тишина. После звуков музыки казалось, что воздух звенит от восторга и самоотдачи, с которыми ребята вновь играли вместе. А она вдруг осознала, что не сводит глаз с Кристиана, а тот с любовью тоже смотрит на неё.  — Ну как? — улыбнулся он ей. — Как раньше?  — Даже лучше! — улыбнулась в ответ Джоанна. — Как будто и не переставали играть! А я как будто вернулась в наш студенческий Париж, в наш гараж… Кажется, что всё это было только вчера. Ребята счастливо улыбались. Музыка все так же осталась в их сердцах и занимала в них отнюдь не последнее место. И каждый из них сейчас вспоминал что-то своё.  — Джоанна… — вдруг начал Кристиан, но она все поняла лишь по одному его взгляду. Джоанна вскочила с дивана и, как когда-то, бросилась к Кристиану:  — Ты был великолепен, мой любимый Кри-Кри! Дай я тебя поцелую! И девушка, то ли нарочно, то ли действительно случайно, зацепила одну из тарелок, которая с грохотом повалилась на барабаны. Ребята дружно расхохотались, а Джоанна прижала к себе смеющегося Кристиана и поцеловала его в губы. А он, в отличие от прошлых лет, даже не думал сопротивляться.  — Ты всё испортил, мой Кри-Кри! — девушка сделала обиженное лицо. — Ты должен был кричать «Только не при всех, Джоанна!» и яростно сопротивляться!  — Ну уж нет! — рассмеялся Кристиан. — Раньше я был молодым и глупым! Подумать только, чего я себя лишал! Идиот! Больше такой ошибки я не сделаю! И он привлёк её к себе и страстно поцеловал. Джоанна, стараясь не смотреть на Жозе, пристроилась на коленях у Кристиана, как делала и раньше, много лет назад. Николя смотрел на парочку с улыбкой, в которой читалась светлая грусть по прошедшим годам.  — Может, начнём репетировать? — Жозе больше не мог смотреть на целующихся Джоанну и Кристиана. — Вечер воспоминаний окончен? Джоанна опустила глаза, а парни рассмеялись.  — Видимо, не закончен! — сквозь смех сказал Николя. — Ты разворчался, как и раньше!  — Я не ворчу! — запротестовал Жозе. — Просто только теперь понял суть принципа «на репетициях никаких девушек».  — Ладно! — улыбнулась Джоанна. — Жозе прав. Давайте продолжим. Думаю, я вам сегодня не нужна, поэтому я тихонько посижу на диване и послушаю вас. Когда исполнение музыки будет в порядке, подключусь я.  — С чего начнём? — поинтересовался Кристиан. — С песни Джоанны? Девушка удивлённо обвела взглядом ребят:  — С моей? Но у меня нет…  — Есть! — перебил её Кристиан. — Я говорил тебе, что написана эта песня для тебя. Джоанна улыбнулась и тихо, не сводя глаз с Кристиана, сказала:  — «Может, в сентябре»…  — Раз, два… — ударяя барабанными палочками друг о друга, начал он отсчёт. А девушка, сама того не желая, вдруг снова погрузилась в воспоминания. Ребята, казалось, тоже перенеслись в те далекие времена, самозабвенно и страстно играя мелодию Николя, которую тот сочинил на слова, написанные Кристианом для Джоанны. И лишь Жозе, ударяя по клавишам, жил настоящим, не сводя глаз с любимой девушки. Спустя два часа Николя, наконец, выдохнул:  — Кажется, получается все лучше и лучше! Что скажете? Он обвёл взглядом друзей и улыбнулся.  — Мне нравится! — кивнула Джоанна. — Завтра можно начинать репетировать голос.  — Мне не нравится партия ударных в конце. — поддел Кристиана Жозе. Ребята удивлённо смотрели на друга, но тот стоял на своём:  — Да, Кристиан фальшивит! Ему ещё репетировать и репетировать. Ударные никуда не годятся!  — Что именно тебе не нравится, Жозе?! — вспылил тот. — Можно подумать, ты идеален!  — Я ничего не заметил. — пожал плечами Николя. — По-моему все было очень неплохо. Да, есть недочеты, но не только Кристиан этим грешит. Мы давно не играли, и это нормально.  — А по-моему ты просто придираешься к Кристиану! — Джоанна смотрела на Жозе, и её взгляд метал молнии. Девушка раздражалась потому, что понимала истинную причину придирок. И это было как-то мелко, по-детски.  — Если вы не во что не ставите моё мнение, то мне здесь делать нечего! — Жозе пулей выскочил из-за синтезатора, пронёсся мимо Джоанны, даже не взглянув на неё, и выбежал за дверь. Кристиан попытался было догнать его, но Николя его остановил:  — Оставь, Крис! Он вообще не в себе последнее время. Как иголку съел. Прогуляется, подышит, подумает над своим поведением, а завтра продолжим. Ребята вышли из ангара и огляделись. Жозе нигде не было видно, однако его машина была припаркована здесь, рядом с остальными.  — Решил прогуляться. — заключил Кристиан.  — Ладно, поехали по домам! Завтра встречаемся в это же время! И Николя, поцеловав Джоанну, сел в свою машину.  — Передавай привет Элен! — садясь на пассажирское сидение рядом с Кристианом, крикнула она.  — Обязательно! — уже на ходу ответил Нико и махнул рукой. 22. Жозе, погруженный в свои мысли, сидел за барной стойкой. Крутил в руках бокал коньяка и, глядя в одну точку, не переставал думать о Джоанне. Ему во время репетиции вдруг показалось, что она играет с ним в игру под названием «Любовь». Не с Кристианом, а с ним. А любит Кристиана. Дурачась в ангаре, эти двое были так милы, как в свои лучшие годы. А Джоанна смотрела на своего Кри-Кри такими же влюблёнными глазами, что и раньше. И в душу Жозе закрались сомнения, которые съедали его изнутри. Сомнения в чувствах Джоанны к нему не давали ему покоя, и он старался утопить их в коньяке. Уже трижды звонила Бенедикт, пытаясь узнать, где он и почему не возвращается домой, тогда как остальные ребята уже давно вернулись с репетиции. Не выдержав, он грубо попросил её больше не звонить ему и выключил телефон. Он всей душой не хотел возвращаться в дом Бене, где все ему уже постыло. Жозе не хотел даже видеть некогда безумно им любимую Бенедикт, но ослушаться Джоанну он не мог. Поэтому, уже изрядно выпив, он оставил на стойке деньги и направился к выходу. Выйдя на улицу, Жозе услышал женский голос, окликнувший его по имени. Он обернулся. Навстречу ему шла Нинон, та самая сумасшедшая девица, которую однажды он и Нико спасли от верной гибели и которая уже долгое время, едва оказавшись снова на Лав Айленде, не давала ему и шагу ступить спокойно. Девушка бросилась ему на шею:  — Жозе! Дорогой! А я тебя везде ищу!  — Что тебе нужно? — пытаясь вырваться из её объятий, совсем недружелюбно спросил тот.  — Я соскучилась! — Нинон и не собиралась сдаваться. — Обними же меня, милый! Я знаю, ты тоже скучал!  — Отстань от меня! — вспылил Жозе. Эта девушка и в хорошие времена выводила его из себя, а сейчас он её просто ненавидел. Жозе развернулся и неуверенной походкой поспешил ретироваться, но девушка не отставала. Она догнала его и взяла под руку:  — Не злись, Жозе! Хочешь, я сделаю тебе расслабляющий массаж? Пойдём ко мне! Парень молча шёл дальше, стараясь не обращать на Нинон внимания.  — Дорогой, я знаю, что ты ушел от этой Джоанны! Ты наконец понял, что любишь не её, а меня! Я знала, что так будет! Ну посмотри на неё! Ты красавец, а она… Жозе вдруг резко остановился и схватил девушку за плечи:  — Замолчи! — зло прошипел он, стараясь не привлекать внимания прохожих, прогуливающихся неподалёку. — Замолчи, иначе я за себя не отвечаю! Не смей в таком тоне говорить о Джоанне! Не смей даже упоминать её имени своим поганым языком! Нинон никогда не останавливало хамство и раздражительность Жозе. Вот и сейчас она только улыбнулась:  — Какой же ты страстный, любимый! Пойдём же ко мне, направишь эту страсть в другое русло! Тебе понравится, обещаю!  — Ты сумасшедшая! Слышишь? Я никогда с тобой не буду, пойми уже это наконец! Ты надоела мне! Отстань от меня! Жозе был в бешенстве. А Нинон смотрела на него горящими глазами и, всё ещё пытаясь уговорить его пойти к ней, убежденно проворковала:  — Тебе понравится! Я многое умею. Другу твоему понравилось, и тебе понравится. Жозе во весь голос расхохотался:  — Ты в своём уме? Какому другу? Да ни один из моих друзей на тебя даже не посмотрит! У всех есть любимые девушки, которым ты и в подмётки не годишься!  — Ну тот был одинок! Я даже думала, что у нас все получится, но он стал избегать меня после проведённой вместе ночи. Такой милый невысокий брюнет. Зовут, кажется… — Тут Нинон задумалась. Жозе осенило:  — Кристиан?  — Точно! Кристиан! — улыбнулась она. — Он тогда только приехал на остров. Он очень мил. Но я люблю тебя… Но Жозе её уже не слушал! Кристиан спал с Нинон! Вот это новость! Приехал возвращать Джоанну и сразу же переспал с другой! Жозе воспрял духом от этой новости! Если Джоанна так бурно отреагировала на Нинон, с которой у него никогда ничего не было, то если она узнает о том, что Кристиан спал с этой девицей, она уйдёт от него. Это точно! И тогда они наконец смогут всем рассказать о том, что они любят друг друга и снова вместе. От этой мысли Жозе готов был расцеловать Нинон. Он остановил такси и, садясь в машину, с улыбкой глядя на девушку, сказал:  — Спасибо! Нинон недоумевала:  — За что? Куда же ты, Жозе?  — За счастьем! — ответил тот и назвал водителю адрес дома Джоанны и Кристиана. Но по пути вдруг осознал, что если он сейчас, при Кристиане, все расскажет Джоанне, тот найдёт, чем оправдаться. Лучше сказать это ей наедине. Тогда есть шанс, что она не даст Кристиану даже объясниться. И Жозе, извинившись перед водителем, изменил пункт назначения на дом Бенедикт. 23. «Мне нужно с тобой поговорить! Жду тебя в нашем кафе в полдень. Целую.» «Не сегодня. У меня много работы.» Джоанна отложила телефон, вздохнула и снова погрузилась в работу. После вчерашней репетиции видеть Жозе не хотелось, да и работы было действительно много. Нужно было подготовить документы для сделки на Каракасе. Мсье Рамо остался доволен домом, который подыскали ему Лали и Джоанна, и теперь им предстояло завершить сделку купли-продажи на месте.  — Ты сказала Кристиану, что летишь на Каракас? — поинтересовалась Лали у подруги. Она кивнула:  — Да, и он не в восторге от этой новости. На телефон Джоанны снова пришло сообщение: «Я должен сказать тебе нечто важное.» «Жозе, мне не до разговоров. Завтра я лечу на Каракас. Поговорим потом.» «Тем хуже для тебя.» Прочитав последнее сообщение, Джоанна усмехнулась и отложила телефон. Не хотелось тратить время на пустые разговоры.  — Вот! — Лали положила на стол стопку документов. — Это для мсье Рамо. Что-то ещё нужно?  — Нет! Спасибо за помощь!  — Брось! Это такая мелочь! Тем более, что за свою работу я хотела бы кое-что получить.  — И что же? — удивилась Джоанна.  — Ну ты же на Каракас улетишь на целых два дня! — замялась Лали. — Я здесь одна буду. Мне бы сегодня забрать Диего пораньше. Мы со Стефаном хотели покатать его на гидроскутере.  — Не рановато?  — Мы же немного совсем, вдоль берега. Джоанна улыбнулась:  — Ты — мать, тебе виднее! Конечно, я посижу здесь. Тем более мне ещё столько нужно сделать! Иди, когда нужно.  — Спасибо! — улыбнулась в ответ Лали. — Тогда я убегаю?  — Поцелуй от меня Диего и передай привет Стефану.  — Удачи тебе! Лали чмокнула подругу в щеку и, захватив свою сумку, вышла из агентства. Джоанна проводила её взглядом и снова погрузилась в работу. Сделать предстояло ещё немало. Девушка уже потеряла счёт времени, когда услышала, что в агентство кто-то вошёл. Она подняла голову и увидела Жозе, закрывающего за собой дверь.  — Что ты здесь делаешь? — без обиняков начала Джоанна, даже не дав ему поздороваться. — Я тебя сюда не приглашала. Он вопросительно взглянул на неё:  — Что с тобой? Я чем-то тебя обидел?  — Не обидел. Разочаровал. Вчера на репетиции ты вёл себя, как ребёнок! И теперь у меня пока нет желания с тобой разговаривать.  — Джоанна…  — Перестань! — перебила она. — Я не хочу ничего слушать!  — Прости! И ребятам вечером я скажу то же самое! Я вёл себя, как идиот. Я извинюсь сегодня и перед Кристианом, и перед Нико. Но мне невыносимо больно видеть, как ты целуешь Кристиана, как он тебя обнимает. Мне кажется, что ты счастливее с ним, чем со мной.  — Это смешно! Кристиан не виноват во всей этой истории!  — Знаю! — опустил голову Жозе. — Прости, Джоанна! Впредь я буду сдержаннее. Глядя в бесконечную тоску, которой были наполнены глаза Жозе, Джоанна не могла дальше сердиться на него. Эта ситуация причиняла всем немало боли, и она это понимала.  — Ты хотел мне что-то сказать? — уже мягче спросила девушка. — У меня действительно мало времени. Жозе присел на стол перед Джоанной:  — Я знаю, что мы сейчас не вместе только потому, что ты не хочешь причинять боль Кристиану…  — И Бенедикт.  — Речь сейчас не о ней. Джоанна, я не хочу, чтобы ты заблуждалась на счёт Кристиана, поэтому считаю своим долгом сказать тебе то, что узнал вчера. Ты помнишь Нинон? Девушка, пытаясь вспомнить, нахмурила лоб: -Нинон… Ах, это та, которая называет себя твоей будущей женой?  — Именно! Так вот, я встретил её вчера. Она опять клеилась ко мне, а потом сказала, что мне понравится в её объятиях так же, как понравилось моему другу Кристиану. Он переспал с ней, Джоанна. Едва приехав на остров, чтобы попытаться вернуть тебя, он прыгнул в постель к почти незнакомой девушке! Она пожала плечами:  — Ну и что?  — Ты не понимаешь…  — Нет, это ты не понимаешь, Жозе! — снова вспылила девушка. — Перестань пытаться разлучить меня и Кристиана. Всему своё время! Чего ты хотел добиться, рассказав мне это? Хотел, чтобы я тут же ушла от Кристиана только потому, что до меня у него кто-то был? Тогда он был ничем мне не обязан. Я была с тобой, а он был свободен и волен делать всё, что угодно!  — Я просто хотел, чтобы ты перестала корить себя за измену! — тихо сказал Жозе. Джоанна фыркнула:  — Странный способ! Как бы то ни было, это я предаю Кристиана, а не он меня. Я уверена, что он верен мне, чего я не могу сказать о себе. И ненавидеть себя за это я буду даже тогда, когда ты и я будем вместе. Молодые люди замолчали, обдумывая этот разговор. Спустя некоторое время Джоанна посмотрела на Жозе:  — Ты зря потратил время, приехав сюда, чтобы рассказать мне о Кристиане и Нинон.  — Не зря! — обезоруживающе улыбнулся тот. — Я увидел тебя, а это много значит!  — Жозе!.. — улыбнулась в ответ Джоанна. Вся её злость улетучивалась от одного только взгляда этих черных, как ночь, глаз. Он приблизился к девушке и шепнул:  — Я хочу тебя поцеловать! Она бросила взгляд в окно и, убедившись, что рядом с агентством никого нет, бегло коснулась губами губ Жозе и тихо сказала:  — Нас могут увидеть.  — Когда мы увидимся? Я не могу без тебя, Джоанна! Она погладила его по щеке и отстранилась:  — После моего возвращения. Я улетаю на Каракас на пару дней. Хотя… Если очень постараться, то можно уложиться и за один день.  — Постарайся! — подмигнул он. — Два дня без тебя я не переживу. У Жозе зазвонил телефон. Он вынул его из кармана и посмотрел на экран.  — Это Нико. — сказал он и нажал кнопку ответа. Выслушав Николя, Жозе положил трубку и быстро поднялся:  — Я совсем забыл про рейс! Нико меня четвертует. Джоанна рассмеялась, а Жозе, воспользовавшись её расслабленностью, наклонился и поцеловал девушку в губы:  — Я люблю тебя! Джоанна, все ещё улыбаясь, шепнула:  — Я тоже тебя люблю! А теперь беги на яхту. После возвращения я тебе позвоню. Жозе выбежал из агентства, сел в машину и резко сорвал её с места. В последнее время все его мысли были заняты только Джоанной, отодвигая остальное на второй план. Он забывал о рейсах, обо всех просьбах Бенедикт, о договорённостях с друзьями. Он жил Джоанной и их редкими встречами. Он дышал лишь её поцелуями, питался лишь её нежностью. Только призрачное счастливое будущее рядом с любимой давало ему силы и желание жить. Все его мысли были пропитаны надеждами и мечтами о Джоанне. Поскорее бы она решилась изменить их жизнь! Как помочь ей сделать этот шаг? Жозе всю дорогу прокручивал и прокручивал эти мысли в своей голове, как вдруг где-то рядом замаячило решение проблемы. Так!.. В любви, как на войне, все средства хороши, решил он, резко остановил машину и достал телефон.  — Нинон? — спросил он после недолгого молчания. — Это Жозе. Мне нужно с тобой поговорить. Встретимся завтра в девять вечера в том же баре. Жозе забыл лишь об одном — отчаяние не лучший советчик. 24.  — Жозе, куда ты меня везёшь? — Кристиан возмущённо оглядывался по сторонам. Утром Джоанна улетела на Каракас, поэтому ребята провели репетицию без неё. Жозе вызвался подвезти Кристиана на репетицию и обратно, и поэтому машину Кристиан оставил возле дома. Сейчас же, после репетиции, Жозе вёз друга определённо не домой, и ему это не нравилось.  — Мы едем в бар. — невозмутимо отозвался тот. — В кои-то веки посижу со старым другом за бокалом виски.  — Но я не хочу в бар! — запротестовал Кристиан. — Жозе, у меня нет настроения ходить по барам. Отвези меня домой!  — А что случилось? — тот откровенно дурачился.  — Я не хочу куда-то ходить без Джоанны! Мне это не нужно. Я лучше посижу дома, почитаю книгу.  — Брось, Кри-Кри! Ты же не один, ты со мной. Посидим, выпьем, поговорим. Пожалуйста, Крис, не отказывай другу.  — Ладно. — сдался Кристиан. — Но не надолго. Через несколько минут друзья вошли в бар и заняли свободный столик. Народу было не много, поэтому официант быстро подал им по бокалу виски со льдом и тарелку с нарезанным сыром. Жозе без умолку о чем-то болтал, но Кристиан его почти не слушал. Он вертел в руках телефон и часто поглядывал на экран, ожидая новостей от Джоанны. Наконец он дождался. «Все хорошо, мой Кри-Кри. Устроилась в гостинице, готовлюсь к сделке. Как ты? Как прошла репетиция?» «Плохо. Без тебя всё плохо. Возвращайся скорее!» «Завтра ночью я буду с тобой!» «Жозе затащил меня в бар. Пью виски и думаю о тебе! Возвращаться в дом, где нет тебя, совсем не хочется!» «Отдохни, тебе это пойдёт на пользу! Спокойной ночи, мой любимый Кри-Кри!» «Люблю тебя, моя Джоанна!» Кристиан оторвался от телефона и удивлённо посмотрел на девушку, сидящую рядом с Жозе. Он так увлёкся перепиской с Джоанной, что даже не заметил, как она подсела за их столик. Кристиан вглядывался в лицо девушки, которое ему казалось таким знакомым, но он никак не мог вспомнить, где её видел. Девушка перевела взгляд с Жозе на него и улыбнулась. Потом грациозно поднялась со своего места и пересела на стул, стоящий рядом с ним. Кристиан почувствовал себя неуютно и, немного отодвинувшись, с мольбой посмотрел на друга. Тот опустил глаза в телефон и набирал кому-то сообщение. Наверное, писал Бене о том, что задержится.  — Кристиан! Тот посмотрел на девушку и, наконец, вспомнил её. Он провёл с ней ночь, когда только появился на Острове Любви. Но между ними так ничего и не произошло. Она так долго делала ему массаж, что Кристиан просто уснул, а когда проснулся, девушка мирно спала рядом с ним. Потом он угостил её завтраком, и с тех пор они не виделись. К своему стыду Кристиан осознал, что даже не помнит её имени.  — Эммм… — он попытался скрыть смущение. Но девушка догадалась:  — Меня зовут Нинон.  — Прости! — Кристиан опустил глаза. — Мне так неловко.  — Ничего страшного! — улыбнулась девушка. — Откровенно говоря, если бы не Жозе, я бы тоже не вспомнила твоего имени. Кристиан рассмеялся. А Жозе, не обращая на них никакого внимания, набирал сообщение Джоанне. «Как ты, любимая?» «Пытаюсь заснуть.» «Прости, я не хотел тебя беспокоить. Ты так долго молчала…» «Ты не с Бенедикт?» «В баре с Кристианом.» «Хорошо вам отдохнуть! Целую тебя.» «Я люблю тебя. С нетерпением жду нашей встречи!» Жозе оторвался от телефона и посмотрел на парочку напротив. Кристиан и Нинон вяло перекидывались словами. Разговор явно не клеился. Он, решив, что флирту этих двоих мешает его присутствие, встал из-за стола, но Кристиан удержал его за руку:  — Ты куда?  — К бару. Сейчас вернусь. Жозе действительно отошёл к бару и украдкой наблюдал за парочкой. Нет, что-то пошло не так, как он задумывал. Кристиан явно не собирается её кадрить, а это не входило в планы Жозе. Задумка была проста — Нинон должна соблазнить Кристиана, Джоанна должна об этом узнать. И тогда на пути к мечте преград не останется, и Жозе снова будет счастлив с Джоанной. Вдруг Кристиан пулей вылетел из-за столика и в одно мгновение оказался рядом с другом:  — Я ухожу, Жозе! Разбирайся сам с этой сумасшедшей!  — Что случилось, Крис?  — Эта ненормальная клеит меня! И даже слышать не хочет о том, что я несвободен и верен своей девушке!  — С каких пор ты стал верным? — усмехнулся Жозе.  — С тех самых, когда потерял Джоанну! Я не могу предать её снова! Я слишком люблю её и очень боюсь опять потерять! Так что дальше без меня! Он бросил на барную стойку деньги за свой виски и пошёл к выходу. Жозе вдруг стало невыносимо стыдно! Он снова повёл себя как идиот, пытаясь уложить в постель Кристиана Нинон. Он осознал, что сделает больно в первую очередь Джоанне, а он не мог так поступить с любимой. Он будет ждать. Просто ждать, как того хочет его Джоанна. И Жозе бросился за другом. Выбежав из бара, он огляделся и, заметив Кристиана, окликнул его:  — Крис! Я подвезу. Друзья направились к машине.  — А Нинон? — вдруг спросил Кристиан.  — Пусть найдёт себе кого-нибудь другого. Надеюсь, ты не против? — спросил Жозе, запуская автомобиль. Кристиан отрицательно покачал головой. На него вдруг навалилась такая усталость, что он не хотел даже говорить. Жозе молча вёл машину, все ещё коря себя за этот спектакль. Он посмотрел на Кристиана и незаметно благодарно улыбнулся. «Спасибо, Крис! — подумал Жозе. — Ты спас меня от ужаснейшей ошибки, друг!» 25. Кристиан проснулся, едва солнце успело осветить верхушки деревьев, повсюду растущих на Острове любви. Джоанна прилетала только вечером, но ему уже не терпелось увидеть любимую. Проворочавшись около получаса в безуспешных попытках вздремнуть хотя бы ещё немного, Кристиан встал с постели и пошёл в душ. Понежась под упругими струями прохладной воды, он окончательно смыл с себя сон и был готов горы свернуть ради любимой Джоанны. Он насухо вытерся большим полотенцем и вышел на кухню. Сварив себе кофе, он вышел на веранду и расположился за столом так, чтобы насладиться видом утреннего моря — ещё спокойного и умиротворённого. Кристиан потерял счёт времени, наслаждаясь каждым мгновением этого утра. Для полного счастья ему не хватало только Джоанны. Он медленно прихлебывал кофе, вдыхая его запах, перемешанный с ароматом его одеколона и морской свежестью. «Как я жил все это время без острова и Джоанны?!» Эта мысль часто посещала Кристиана с тех пор, как они обрели своё счастье на Острове любви. Он все ещё корил себя за потерянное время, за боль, которую причинил своей любимой девушке. Он был слишком молод и слишком глуп, чтобы понять, как ему повезло, что такая женщина, как Джоанна, так любит его. Любит, несмотря ни на что! Не понимая своего счастья, Кристиан искал его на стороне, тогда как оно было всегда рядом, в лице Джоанны. Она была всем — счастьем, любовью, нежностью, страстью, немного сумасшествием. Она была самой жизнью, его судьбой. И как же ему повезло, что Джоанна сохранила их любовь. Она берегла её за двоих, и Кристиан будет вечно благодарен ей за это! Вдруг он почувствовал, как кто-то едва уловимо коснулся его волос, и тут же ощутил чьи-то руки на своих плечах. От неожиданности он резко повернулся. Перед ним, виновато улыбаясь, стояла Бенедикт.  — Прости, я напугала тебя! Кристиан улыбнулся:  — Я просто не ждал гостей. Присаживайся. Хочешь кофе? Бенедикт чмокнула Кристиана в щёку и осторожно, как будто на хрустальный, присела на предложенный им стул. Отказавшись от кофе, она не сводила с парня глаз, от чего тому стало немного неуютно. Неловкость Кристиан попытался скрыть за весёлой улыбкой:  — Что привело тебя в мой пока холостяцкий дом?  — Сама не знаю. — пожала плечами Бенедикт. — Оставила Леа и Диего в Вотерспорт, а сама пошла прогуляться. Настроение плохое, захотелось развеяться. Кристиан, не зная, что ответить, молча кивнул. Молодые люди ненадолго замолчали. Кристиан размышлял, как бы по-особенному встретить Джоанну, хотя и понимал, что ничего не выйдет, потому что сразу из аэропорта они поедут на репетицию. Бенедикт же тоскливо смотрела куда-то вдаль, словно пытаясь рассмотреть на линии горизонта причину своего визита в этот дом.  — Знаешь, — вдруг тихо сказала Бене, не отрывая взгляда от моря. — Я часто вспоминаю нас. Не знаю — почему, но эти мысли становятся все более навязчивыми. Я так и не забыла, как нежны твои руки, как горячи поцелуи. Мне всегда казалось, что твои губы оставляют ожоги на моем теле. Она взглянула на Кристиана и наткнулась на его непонимающе-мрачный взгляд.  — Зачем ты это говоришь? — Кристиану явно был не по душе этот разговор. — К чему эти воспоминания? Мы ошиблись тогда. Так бывает… Бене, горько усмехнувшись, перебила его:  — Ты всегда считал наши отношения ошибкой. А я любила тебя. И очень страдала, когда ты выбрал Джоанну.  — Я не выбирал Джоанну. — уверенно ответил Кристиан. — Я любил и люблю её. Джоанна — моя судьба, как бы пафосно это не звучало. Бенедикт смотрела на Кристиана глазами, полными боли:  — Зачем ты так говоришь? Зачем делаешь мне больно? Парню вдруг стало её жаль. Она сидела перед ним — такая несчастная и подавленная, и он, не сдержавшись, встал со своего места и, обойдя девушку, наклонившись, обнял её:  — Перестань пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты плакала. По щекам Бенедикт струились слезы. Кристиан осторожно коснулся губами мокрой щеки девушки. Она вздрогнула и замерла, а он уже касался её скул, спускаясь ниже, к шее. Девушка не препятствовала, осознавая, что именно за этим сюда и пришла. Вдруг Кристиан резко отстранился:  — Прости! Не знаю, что на меня нашло. Бенедикт вскочила с места и вплотную приблизилась к парню:  — Тебе не за что извиняться. И она, не совладав с желанием, вся подалась вперёд, навстречу Кристиану, но тот отступил:  — Не нужно этого делать, Бене. Мы однажды уже совершили ошибку, не надо её повторять. Я не люблю тебя, ты также не любишь меня. Ты — мой друг, и не больше.  — Меня тянет к тебе! Это не ошибка, этой мой осознанный выбор! Не отвергай меня, прошу тебя!  — Хватит, Бене! — Кристиан взял девушку за плечи и посмотрел ей в глаза. — Извини меня за мою секундную слабость, я не хочу давать тебе ложную надежду. Мы не можем быть вместе. Я люблю Джоанну, слышишь? Я. Люблю. Джоанну. И не хочу повторять своих ошибок. Не хочу предавать любимую женщину и одного из лучших друзей.  — А помнишь, ты однажды, в одну из наших встреч, сказал, что Жозе и Джоанна делают то же самое, но не говорят нам, чтобы не причинять зла? Сейчас это предположение более правдоподобно, это действительно может быть!  — Не говори ерунды! Меня это мало волнует. Я доверяю Джоанне! И тебе посоветовал бы тоже доверять Жозе.  — Это не так сложно проверить… — настаивала Бенедикт. Но Кристиан был непреклонен:  — Я не хочу ставить под сомнение верность своей женщины. Даже если это так, я не хочу знать эту правду. Она не нужна мне. Пока Джоанна со мной, пока я счастлив, я верю ей. И не предам. Бенедикт снова попыталась приблизиться к нему, но он жестом остановил её:  — Хватит, Бене! Тебе лучше уйти, пока мы окончательно не испортили нашу дружбу. Девушка снова хотела возразить, но взгляд Кристиана, жесткий и холодный, оборвал её на полуслове. Бенедикт направилась к выходу, но вдруг остановилась и оглянулась:  — Мне кажется, мои чувства к тебе снова проснулись в моем сердце. Помни, что тебе достаточно только позвать меня, и я буду рядом. Она смотрела в спину Кристиана, но он даже не шелохнулся. Девушка тихо вздохнула и покинула дом, где ей оказались не рады. Кристиан, убедившись, что Бенедикт ушла, в изнеможении опустился на стул и закрыл лицо руками. Он был в шаге от очередной ошибки. 26. Николя и Жозе сидели в ангаре и, слушая диск группы Creedence Clearwater Revival, ждали Кристиана и Джоанну. Друзья пытались вспомнить те песни, что уже играли, и освоить пару новых. Поэтому музыка Creedence Clearwater Revival играла, не прекращаясь, а ребята, вооружившись своими инструментами, подбирали аккорды, иногда перебрасываясь советами и наблюдениями. Когда влюблённые появились на пороге ангара, ребята почти освоили одну из незнакомых им песен «Who Is Stop The Rain». Осталось отрепетировать её исполнение и сыграть на празднике.  — Всем привет! — Джоанна, словно на крыльях, влетела в ангар. — Наконец-то я снова с вами! Как же я соскучилась! Жозе выскочил из-за синтезатора и бросился к ней, но его опередил Николя:  — Подождёшь! Я первый! — и он, обняв подругу за талию, привлёк её к себе и поцеловал. — Здравствуй, Джоанна!  — И почему я не играю на гитаре?! — проворчал Жозе. — Пока вылезешь из-за этого синтезатора, всех девушек разберут! Ребята рассмеялись, и Николя выпустил девушку из объятий:  — Обними его, Джоанна, иначе он впадёт в депрессию, и мы останемся без клавишника.  — С удовольствием! Она улыбнулась и подошла к Жозе. Тот не заставил себя долго ждать и заключил её в свои нежные объятия. Девушке хотелось прильнуть к любимому всем телом, целовать его, держать его руку, но она, вопреки своим желаниям, немного отстранилась и едва коснулась губами его щеки. Большего пока она себе позволить не могла. Но Жозе, не желая отпускать Джоанну, снова прижал её к себе, вдыхая аромат её тела и желая, чтобы это мгновение длилось вечно.  — Эй, полегче! — послышался голос Кристиана. Жозе нехотя отступил, а Кристиан привлёк Джоанну к себе и поцеловал.  — Мы репетировали песни Creedence Clearwater Revival. — сказал Николя, когда ребята расселись по местам, чтобы приступить к репетиции. — Джоанна, готова? Или послушаешь нас?  — Думаю, я сегодня совсем не в форме. — девушка обвела ребят усталым взглядом. — Приступлю завтра. Простите меня. Обещаю, к дню рождения Элен наши песни будут исполнены в лучшем качестве!  — Ну что ты! — ободряюще улыбнулся Жозе. — Мы все понимаем. Остальные только согласно кивнули, и Кристиан начал отсчёт. Ребята играли песню Creedence Clearwater Revival «My baby left me». Джоанна про себя подпевала одну из своих любимых песен, которую ребята всегда играли просто великолепно. Вот и сейчас они были на высоте, как будто и не было этих долгих лет, прошедших со времён их студенчества, как будто они ни на день не прекращали свои репетиции. Едва ребята закончили, Джоанна не сдержалась:  — Сыграйте еще раз! Я не могу не спеть эту песню. Мальчики переглянулись, и Николя кивнул Кристиану, чтобы тот начинал отсчёт. В ангаре снова зазвучала музыка, и три пары глаз смотрели на поющую Джоанну, которая, казалось, не просто поёт, а проживает эту песню каждой клеточкой своего тела, каждой частичкой своей души. Жозе и Кристиан любовались поющей Джоанной. Оба, не сводя глаз, смотрели на неё с любовью. Кристиан с замиранием сердца думал о том, что едва вновь не совершил ошибку, поддавшись уговорам Бенедикт, но сейчас, глядя на любимую девушку, понимал, что никто и ничто не может заставить его быть с другой. Жозе, пряча тоску и боль, иногда отводил взгляд от Джоанны, но неизменно он мыслями был с ней. То в прошлом, ведь воспоминания были так свежи и прекрасны; то в настоящем, наслаждаясь звуками любимого голоса; то в будущем, где они снова вместе, влюблены и счастливы, и теперь уже навсегда. Песня закончилась, но ребята не торопились обсуждать её исполнение. Каждый погрузился в свои мысли. Джоанна крутила в руках микрофон и исподлобья смотрела на ребят, ожидая вердикта. Николя первым нарушил молчание:  — Хоть ты и не в форме, Джоанна, но как всегда великолепна. Кристиан вышел из-за установки и подошёл к любимой:  — Ты была на высоте, дорогая! Ты талантлива, и я не перестаю тобой восхищаться. Он поцеловал Джоанну. Девушка украдкой взглянула на Жозе, но тот, едва Кристиан прикоснулся к ней, отвёл от пары взгляд. И душа Джоанны снова заметалась. Чтобы скрыть смятение, девушка посмотрела поверх плеча Кристиана на Николя и спросила:  — А какую новую песню вы репетировали?  — Who Is Stop The Rain. Лали дала нам диск, мы прослушали почти все песни на нем. Поняли, что именно этой ещё не хватает в нашем репертуаре. Джоанна одобрительно кивнула и спросила:  — Сыграете?  — Конечно! — и Николя потянул друга за рубашку. — Эй, Ромео, марш на место! Кристиан ещё раз поцеловал Джоанну и нехотя поплёлся за свою установку. А Жозе только сейчас смог поднять глаза, в которых Джоанна уже привыкла читать боль и мольбы покончить с этим спектаклем раз и навсегда. Теперь пришёл её черёд отвести глаза, потому что выдерживать этот взгляд Жозе становилось все сложнее. А в ангаре вновь зазвучала музыка. 27. Всё шло своим чередом. Ребята занимались своими делами и своими отношениями. Джоанна и Жозе встречались почти каждый день. Исключения составляли лишь дни, когда работа не позволяла им увидеться. Они все больше и больше любили друг друга, им все сложнее становилось обходиться друг без друга. Жозе устал прятаться, устал делать вид, что ничего не происходит и что он счастлив с Бене. Он устал делить Джоанну с Кристианом; видеть, как он целует её, как страстно обнимает, представлять их вместе в постели, становилось все больнее, все невыносимее. И он все чаще заводил с Джоанной разговор о том, что нужно все рассказать Кристиану и Бенедикт. Но она все ещё противилась. Казалось, что она втянулась в эту игру и ей это нравится. Жозе не понимал её, и от этого злился и срывался на Бене и друзьях, но ничего не мог с собой поделать. Любовь к Джоанне и вся эта ситуация сжигали его изнутри, превращая в пепел его сердце, затуманивая разум, разрушая сознание. Но Джоанна просила дать ей время, и он ждал, ждал, каждый день надеясь на то, что именно эти минуты станут последними минутами без неё. Наступил долгожданный день рождения Элен. Две недели репетиций пролетели как один день, но за это время ребята многое успели. Они смогли не только вспомнить и сыграть свой старый репертуар, но и выучить две новые для себя песни, что им и предстояло продемонстрировать сегодня вечером. Николя решил, что праздновать день рождения его любимой девушки они будут непременно в том ангаре, где проводились их репетиции. Его подготовку к празднику ребята взяли на себя, а девочкам предстояло лишь купить продукты, приготовить несколько блюд и привезти их к ангару. Внутрь они никого не пускали. Даже Джаонне, знавшей о сюрпризе для Элен всё ну или почти всё, вход в ангар в день праздника был заказан. Джоанна, Лали и Бенедикт приехали к ангару в назначенный час. Элен же предстояло приехать немного позже. Ребята остановили девушек у двери:  — Элен мы будем ждать здесь! Все вооружились воздушными шарами и хлопушками. В руках парней были цветы, предназначенные для именинницы. Наконец к дверям ангара подъехало такси, из которого вышла Элен. Николя бросился к любимой, расплатился с водителем и указал ей на ангар:  — Прошу, мадемуазель! А друзья бросились навстречу подруге, попутно взрывая хлопушки и выпуская в небо воздушные шары. Когда страсти немного улеглись, Николя повернулся к друзьям и торжественно произнёс:  — Сегодня мы устраиваем праздник в честь нашей Элен! В честь её дня рождения здесь собрались её самые близкие люди — её друзья, её семья. Но я хотел создать праздник не только для любимой. Хотелось, чтобы этот вечер запомнился всем. Поэтому прошу вас внутрь, там сами всё увидите. И молодые люди, смеясь и весело болтая, вошли в ангар. Девочки остановились в изумлении, мальчики же ждали их реакции. Возникла тишина, нарушаемая лишь морским прибоем, доносившимся в ещё приоткрытую дверь. К Бенедикт первой вернулся дар речи:  — Не может быть! Я вернулась в прошлое, лет на десять назад! Как вам это удалось? И девочки, задававшиеся тем же вопросом, устремили свои взгляды на парней. Сюрприз для всех девушек заключался в том, что ребята сделали из ангара точную копию гаража, в котором проходили их репетиции в Париже, когда они были студентами. Расположенные в том же порядке инструменты ребят, полки, диван — всё было воссоздано в точности так, как было в гараже. У входа даже располагалась клетка с надписью «Техас», внутри которой копошилась крыса — точная копия любимца ребят Техаса. Ангар был украшен цветами, аппликациями и воздушными шарами. У дальней стены располагался стол с угощениями, рядом с которым ребята соорудили некое подобие сцены для Джоанны. Девочки не могли передать словами своё восхищение.  — Ребята постарались на славу! — улыбнулась Элен. — А значит, заслужили награду. Помните, что это было?  — Конечно! — Николя привлёк к себе любимую и страстно поцеловал в губы. Кристиан последовал его примеру, увлекая Джоанну на диван. Бенедикт же с укоризной смотрела на Жозе, который и не думал обратить на неё внимание. Девушке пришлось отвлечь его от созерцания своих ботинок — она подошла к нему и провела рукой по его волосам:  — Я тоже хочу выразить тебе своё восхищение работой, которую вы проделали. И Бенедикт потянулась к нему, чтобы поцеловать, но тот увернулся и встал около Лали:  — Я не могу! Из солидарности с Лали! Каково ей будет смотреть на нас? Что ей прикажете делать? Вспоминать Себастьена? Ну уж нет. Лали, я с тобой! Та рассмеялась:  — Не стоит, Жозе. Я давно привыкла, что теперь все не так, как раньше. Хоть по вам этого и не скажешь.  — Нет, ты права. — Жозе взглянул на всё ещё целующихся Джоанну и Кристиана. — Сейчас совсем не так, как раньше. Николя и Элен с укоризной взглянули на друзей.  — Что за хандра? — в голосе Нико зазвучали весёлые нотки. — Хватит о грустном! Мы собрались праздновать, так чего же мы ждём?  — Пока вы нацелуетесь! — проворчал Жозе и посмотрел на парочку на диване. — Эй, вы, двое, может, хватит? Джоанна, показалось, вздрогнула от его голоса, а Кристиан нехотя оторвался от её губ и затуманенным взором окинул друзей:  — Ещё немного… И хотел было возобновить прерванный поцелуй, но девушка уже встала и потянула его за руку. Ребята переместились к накрытому столу, где Николя уже открывал шампанское. Когда бокалы были наполнены, выпиты и снова наполнены, Кристиан отставил свой бокал и пригласил ребят за инструменты. Джоанна взяла микрофон и взошла на импровизированную сцену. С первых аккордов ребята узнали песню Николя и Кристиана «Может, в сентябре». С этой песней у друзей было связано много воспоминаний, поэтому никто не забыл её, и сейчас все без исключения подпевали Джоанне. Вечер плавно перетекал в ночь, а весёлое празднование дня рождения Элен было в самом разгаре. Ребята много играли и пели, а в перерывах перекусывали и танцевали под современную музыку. После очередной исполненной песни Creedence Clearwater Revival Джоанна вышла из ангара и полной грудью вдохнула ночной воздух, насквозь пропитанный запахом моря и экзотических цветов Лав Айленда. Девушка пошла ближе к морю, чтобы вдохнуть хоть немного морской прохлады. Опустившись на песок, она замерла, вглядываясь в темноту. Спустя некоторое время Джоанна ясно ощутила чьё-то присутствие, но даже не повернула головы, продолжая смотреть на темные волны и слушать, как они, набегая на берег, отступают обратно.  — Можно? — тихо спросил Жозе, присаживаясь рядом.  — Ты уже сел. — так же тихо ответила Джоанна.  — Устала?  — Немного. Молодые люди разговаривали шёпотом, как будто боясь нарушить ночной покой этого места. Звуки музыки здесь были почти не слышны, поэтому можно было насладиться ночной тишиной и прохладой. Джоанна поёжилась, что не укрылось от взгляда Жозе.  — Замёрзла?  — После душного ангара немного прохладно. Жозе придвинулся ближе и обнял её за плечи.  — Я больше не могу видеть тебя с Кристианом. — после недолгого молчания сказал он. — И не могу заставить себя обнимать и целовать Бенедикт. Мы должны все им рассказать.  — Давай не будем портить себе вечер и поговорим об этом в другой раз. Джоанна повернула голову к Жозе и приблизилась. Поцелуй напрочь лишил Жозе желания разговаривать, и он осторожно опустил девушку на песок, нежно целуя её губы, глаза, шею… Мир для них двоих перестал существовать. 28. Кристиан стоял неподалёку от ангара. После ярко освещенного помещения его глаза никак не могли привыкнуть к темноте, но он, вглядываясь в ночь, пытался найти глазами Джоанну. Но не видел ничего, кроме кромешной тьмы вокруг.  — Заскучал? Он повернул голову. Перед ним стояла Бенедикт, протягивая ему бокал шампанского. Он взял бокал и едва заметно улыбнулся:  — Хотел найти Джоанну, но в такой темноте это нереально.  — Она устала. Дай ей немного побыть одной и отдохнуть. Петь весь вечер, наверное, тяжело.  — Ты права. — кивнул Кристиан и сменил тему: — Тебе понравился наш сюрприз? Глаза Бенедикт зажглись огнём, и она оживилась:  — Это потрясающе! Вы молодцы, что это придумали!  — Это всё наш Нико! Мы только помогли ему воплотить эту идею в жизнь.  — Едва я вошла в этот ангар, как нахлынуло столько воспоминаний… И девушка выразительно посмотрела на Кристиана. Он прекрасно понимал, к чему она клонит, но не подал виду:  — Это нормально! С гаражом у всех нас связано много воспоминаний. Едва мы закончили с интерьером, как мне сразу вспомнились мои чувства, когда Джоанна вернулась из Техаса, простив меня за интрижку с Ариэль. Знаешь, я испытывал такие эмоции, что до сих пор не могу испытать ничего сильнее. Тогда я впервые понял, что такое счастье! А сегодняшний день как будто вернул меня на много лет назад. Сегодня всё, как прежде, словно всё вернулось на круги своя.  — Да, а мы — беззаботные студенты, влюблённые и счастливые. Бене и Кристиан улыбнулись друг другу, вспоминая давно минувшие дни.  — Прогуляемся немного? — вдруг предложила девушка.  — Давай! И молодые люди пошли к морю. Их поглотила ночь — тёмная, без единого лучика света. Они медленно шли вдоль береговой линии и тихо разговаривали.  — Знаешь, — Бене взяла Кристиана под руку. — Сегодня на мгновение мне показалось, что Жозе и Джоанна смотрят друг на друга как-то иначе, чем раньше. Кристиан пожал плечами:  — У них были отношения, это нормально. Но, скорее всего, тебе просто показалось.  — Наверное. Ребята на несколько минут замолчали, прислушиваясь к голосам вдалеке, у ангара.  — Я хотела бы быть на месте Джоанны. — вдруг тихо сказала Бенедикт и остановилась. Кристиану тоже ничего не оставалось, как остановиться. Девушка смотрела на него, и её глаза блестели в темноте каким-то лихорадочным блеском.  — Бене, прошу тебя…  — Прости, но это выше моих сил! Ты так нежен с Джоанной, так влюблён и счастлив… Мне казалось, что только я знаю тебя таким.  — Ты ошибаешься. — тихо, но твёрдо ответил Кристиан. — Настоящим меня знает одна лишь Джоанна. Я не хочу сказать, что я лгал тебе, нет! Но по-настоящему я всегда любил только её. И поэтому только ей одной я могу доверить всего себя, таким, какой я есть. И я знаю, что только она поймёт меня и примет любым.  — Вот поэтому я и хотела бы быть на её месте. Кристиан, может быть, ещё не поздно все вернуть? Может быть, мы могли бы?.. В голосе Бенедикт он различил слезы и нежно обнял её:  — Перестань! Ты же знаешь, что я не могу видеть твоих слёз. Но я не скажу тебе ничего другого. Я не могу полюбить тебя, Бене. Она посмотрела на парня с сожалением и мольбой:  — Не отвергай меня. Я не могу выбросить тебя из головы. Эти мысли о тебе сводят меня с ума! Кристиан, я прошу тебя об одном лишь поцелуе…  — Я не могу…  — Клянусь, я больше ни о чем тебя не попрошу. Один поцелуй. Бенедикт тянулась к Кристиану, а тот едва совладал с собой, чтобы не поддаться искушению. Ему показалось, что среди плеска волн раздался голос Джоанны. Он отстранил от себя Бене и крикнул в темноту:  — Джоанна! 29. Джоанна вскочила с песка и указала Жозе в сторону небольших зарослей какого-то кустарника:  — Уходи туда! Он поднялся и непонимающе смотрел на девушку:  — Что произошло?  — Ты разве не слышал? Меня ищет Кристиан!  — Тебе показалось. Жозе попытался обнять Джоанну, чтобы успокоить, но та отстранилась:  — Нет, это был голос Кристиана. Он идёт сюда! Поэтому уходи. Она сделала шаг в сторону, где слышала голос, но он удержал её:  — Может, хватит прятаться? Давай прямо сейчас всем расскажем о нас и покончим с этой игрой в прятки раз и навсегда! Джоанна усмехнулась:  — Ты хочешь испортить праздник ни в чем не повинной Элен? Она не виновата в том, что происходит между нами.  — Ну сколько можно… Но девушка не дала Жозе договорить:  — Сейчас не место и не время для этого разговора. Давай обсудим это позже. А теперь уходи, чтобы тебя не заметили! Парень нехотя пошёл по направлению к ангару, а Джоанна, отряхнувшись от песка, поспешила навстречу Кристиану. Не пройдя, кажется, и полусотни шагов, девушка совсем рядом услышала его голос и едва не столкнулась с ним.  — Ты что раскричался? — полушёпотом спросила Джоанна. Он взял её за руку и повёл к ангару:  — Мы уходим. Я вызову такси.  — Но что случилось?  — Ничего. Я просто устал и хочу спать.  — Кристиан… Джоанна попыталась возразить, но он был непреклонен:  — Ты можешь остаться! Девушка с укоризной посмотрела на него и сказала:  — Ты же знаешь, что без тебя я здесь не останусь.  — Вот и хорошо! Я вызову такси, и мы пойдём попрощаемся с ребятами. У входа в ангар они столкнулись с Жозе.  — Тоже отдыхал? — исподлобья взглянул на друга Кристиан. Тот, не поднимая глаз, молча кивнул и открыл дверь. В глаза ребятам ударил яркий свет, после ночной тишины слух резала громкая музыка и голоса друзей. Джоанна вошла в ангар вслед за Жозе, а Кристиан остался снаружи, чтобы вызвать такси. Николя, Элен и Лали танцевали, держа в руках бокалы с шампанским. На диване, не разделяя всеобщего веселья, в одиночестве сидела Бенедикт. Её вид выражал растерянность и ничем не прикрытую тоску. Джоанне невольно стало жаль подругу и промелькнула мысль: «Неужели она все знает?!» Ноги вдруг стали ватными, и она схватилась за руку стоящего рядом Жозе. От этой догадки всё вставало на свои места — резкая смена настроения у Кристиана, его холодный тон, и расстроенная Бене, у которой глаза были полны слез и отчаяния.  — Что случилось? — Жозе обеспокоенно посмотрел на любимую.  — Они все знают. — Джоанна была в панике.  — Может, хватит? — парню уже порядком надоела эта история. — Если это так, то я счастлив и поцелую тебя прямо здесь и сейчас! Девушка отступила на несколько шагов назад и уперлась спиной в дверь. Она не сводила глаз с Бенедикт, а та, кажется, не замечала ничего вокруг. Жозе приблизился и едва не поцеловал. Помешал Кристиан, открывший дверь ангара. Она оглянулась и с ужасом смотрела на него, а он взял её за руку и молча вывел на улицу, где их уже ждала машина такси. Всю дорогу домой Джоанна искоса наблюдала за Кристианом. Наконец, она решилась и взяла его руку в свою. Он посмотрел на любимую с бесконечной нежностью и тихо спросил:  — Ты злишься?  — На что?  — На то, что испортил тебе вечер. Прости, но на меня вдруг навалилась такая усталость. Джоанна облегченно вздохнула и нежно улыбнулась:  — Ну что ты! Я нисколько не злюсь. Я тоже устала и хочу спать. Кристиан сжал руку девушки в своей и прошептал:  — Я люблю тебя. 30. Приближалось время обеда. Джоанна уже не могла усидеть за документами и с нетерпением поглядывала на часы. Жозе назначил ей встречу в кафе, и девушке не терпелось увидеть любимого, заглянуть в его нежно-карие глаза, дотронуться своими губами до его чувственных губ. Снова почувствовать себя желанной и любимой в его руках, слышать, как неистово бьется в груди сердце, сливаясь с обжигающим дыханием Жозе.  — Джоанна! Девушка вздрогнула от неожиданности и посмотрела на Лали.  — Где ты витаешь? — та во все глаза смотрела на подругу.  — Ты что-то сказала?  — Я три раза спросила — когда мы пойдём на обед? Джоанна виновато посмотрела на Лали:  — Я не буду сегодня обедать. У меня назначена встреча. Лали встала из-за своего стола и подошла к ней. Присев на край стола, она посмотрела подруге в глаза и спросила:  — Что с тобой происходит? Ты постоянно куда-то бежишь, чем-то занята, но не слова не говоришь об этом. Мы перестали вместе обедать, потому что ты, якобы, встречаешься с клиентами, хотя раньше клиенты спокойно ждали послеобеденного времени. Что случилось, Джоанна? Но та только пожала плечами:  — Ничего. Я действительно встречаюсь с клиентами. Раньше мы могли себе позволить отложить встречи, но сейчас, заработав безупречную репутацию, мы не можем расслабляться. Да и у нас полно работы, и встречаться с клиентами в рабочие часы не всегда получается. Лали недоверчиво буравила взглядом Джоанну. Та же, с успехом выдерживая натиск подруги, смотрела ей прямо в глаза и едва заметно улыбалась. Лали сдалась первой:  — С кем ты встречаешься на этот раз?  — Тебе это имя не скажет ровным счётом ничего. Это — новый клиент, и я расскажу тебе о нем тогда, когда буду уверена в том, что он будет работать с нашим агентством. Лали пожала плечами и вернулась на место, что-то ворча себе под нос. Джоанна посмотрела подруге в спину и облегченно вздохнула. Выдумывать отговорки становилось всё сложнее, а Лали явно начала что-то подозревать. Она решила перевести тему:  — Что-нибудь слышно о нашем поджоге? Лали уселась на своё место и саркастически улыбнулась:  — Если бы мадемуазель не проводила все своё свободное время в непонятных встречах, она бы знала, что это сделали владельцы агентства недвижимости «Дом». Улавливаешь? Наши прямые конкуренты, кажется, признали своё поражение и не придумали ничего лучше, чем напакостить.  — Отлично! — улыбнулась Джоанна, делая вид, что не поняла сарказма. — Значит, дальше мы можем спокойно работать.  — Одного только не пойму — зачем тогда здесь был Марк? Джоанна удивлённо приподняла брови:  — В агентстве? Он был в агентстве? Лали отрицательно покачала головой:  — Нет! Я имею в виду остров. Джоанна не хотела никого посвящать в тайну визита Марка на Лав Айленд, поэтому облегченно вздохнула:  — Нет уверенности, что Жозе видел именно Марка, а не похожего на него человека.  — Думаешь, Жозе ошибся?  — Уверена. Ладно, — Джоанна взяла свою сумочку и встала. — Мне нужно идти. Буду часа через два. Лали кивнула, провожая взглядом выходящую подругу. 31. Джоанна зашла за угол агентства и села в машину, в которой её уже ждал Жозе.  — Я соскучилась! — сказала она вместо приветствия, прильнув к губам парня.  — Я тоже! — улыбнулся тот. — Поехали? Джоанна кивнула, и Жозе нажал педаль газа. Машина плавно тронулась, и колеса почти неслышно двигались по асфальту. В машине играл диск Creedence Clearwater Revival, и Джоанна, глядя на Жозе, улыбнулась:  — Обожаю их!  — Я знаю! — ласково улыбнулся он в ответ. — Поэтому и забрал диск из ангара себе. Джоанна мечтательно смотрела вдаль. Потом тихо произнесла:  — Хороший был вечер. Как прежде, давно. Казалось, что снова все — беззаботные студенты, влюблённые и счастливые, с грандиозными планами на будущее. Даже не верится, что с тех пор прошло много лет.  — Да уж.  — Что-то не так? — она повернула голову к Жозе.  — Всё уже совсем не так, как раньше. — твёрдо сказал он. — Мы очень изменились. И наши отношения тоже. То, что все пары все ещё вместе, это ничего не значит, и ты это прекрасно знаешь! Нет малышки Бенедикт, нет любимого Кри-Кри, нет той, прежней, любви. Нас с ними уже ничего не связывает. И то, что сейчас происходит между нами, тоже не из прошлого.  — Ну почему же! — улыбнулась Джоанна. — Тоже из прошлого, но не такого далекого.  — Мне хочется, чтобы наши нынешние отношения перестали быть тенью прошлых. — пылко заговорил Жозе. — Я хочу быть с тобой сейчас, в настоящем, посвящать тебе каждую минуту своей жизни! И строить планы на будущее. Мне надоело прятаться с тобой по углам. Мы уже давно не дети, чтобы скрываться. Счастливыми и так быть непросто, а скрывать своё счастье — тяжелое испытание. Я устал так жить, Джоанна. Он замолчал. Молчала и она. Они подъехали к кафе, молча вышли из машины и вошли внутрь. Сели за свой столик и сделали заказ. После их разговора по дороге аппетит у Джоанны пропал, а Жозе хотел продолжить начатый разговор. Поэтому оба заказали по стакану сока и отпустили официанта.  — Послушай, Джоанна… — начал он, но девушка его перебила:  — Я ещё не готова! Жозе взял её за руки и посмотрел ей в глаза:  — Так мы рискуем никогда не стать счастливыми. Ты бы видела себя на дне рождения Элен, когда подумала, что Кристиан и Бене все знают. Ты же была белая, как полотно. Казалось, что ты вот-вот лишишься чувств. И все ради чего? Ради призрачного счастья других людей? Джоанна покачала головой:  — Кристиан и Бенедикт нам не чужие. Пойми, я не готова причинять им зло.  — Думаешь, они станут счастливее, когда узнают, что мы встречаемся тайно, чтобы якобы не причинять им зла? Их беседа ненадолго была прервана официантом, принёсшим заказ. Когда тот поставил бокалы с апельсиновым соком на стол и ушёл, Жозе погладил Джоанну по руке и тихо сказал:  — Иногда мне кажется, что ты все ещё любишь Кристиана…  — Жозе… — она снисходительно улыбнулась. — Ты же знаешь, что если бы это было правдой, я бы сейчас здесь не сидела.  — Я уже ничего не знаю. Я не могу тебя понять, Джоанна! И от этого просто схожу с ума. Я везде ищу подвох, я часто думаю о том, что ты меня вдруг бросишь ради Кристиана. Я знаю, что выгляжу глупо, но ничего не могу с собой поделать. Я хочу быть с тобой. Я хочу вернуть наше счастье, воскресить наши отношения. Я не люблю Бенедикт, ты не любишь Кристиана. Почему мы с ними? Тебе нравится быть несчастной, стараясь сделать счастливыми других? Жозе, как будто в ожидании ответа, смотрел на девушку, но та молчала. Тогда он ответил за себя:  — Мне это не нравится. Уверен, что и тебе тоже. Но ты почему-то упорно гнёшь свою линию. Что тобой движет? Жалость? Это не то чувство, ради которого стоит лишать себя счастья. От твоего упрямства не станет легче ни нам, ни Кристиану, ни Бенедикт. Это все равно рано или поздно станет известно, и боль мы все равно причиним, хочешь ты этого или нет. Так зачем растягивать это сомнительное удовольствие? Джоанна, мы должны быть счастливы сами и дать возможность другим тоже стать счастливыми, но уже не с нами. Поверь, так всем нам будет лучше. Жозе, произнося это все на одном дыхании, сбился. Он устал подбирать слова, которые могут убедить Джоанну наконец закончить эту историю раз и навсегда. Но, видя, что девушка все ещё колеблется, он твёрдо сказал:  — Сегодня вечером ты все рассказываешь Кристиану, а я — Бене. Я так жить больше не могу. Поэтому выбирай — или я, или Кристиан, но уже без меня.  — Не нужно ставить мне ультиматум. — тихо сказала Джоанна, не поднимая глаз. Она понимала, что Жозе прав во всем, но все ещё не могла решиться на этот шаг. Но тот был неумолим:  — Нужно, ведь иначе ты затянешь этот разговор с Кристианом на неопределённое время. Поэтому я хочу, чтобы мы все решили уже сегодня. А завтра я хочу быть самым счастливым человеком, наслаждаясь тем, что могу не скрывать свою любовь, обнимать и целовать тебя тогда, когда мне этого захочется. А если такого завтра не будет, то мне нечего делать на Острове Любви и в твоей жизни. Решай, Джоанна. Я хочу услышать ответ здесь и сейчас. Джоанна все ещё сидела, опустив глаза в уже опустевший бокал. Она понимала — страх потерять Жозе гораздо сильнее, нежели страх сделать больно Кристиану. Поэтому она посмотрела в глаза любимому и уверенно сказала:  — Хорошо. Вечером мы всё говорим Кристиану и Бенедикт. 32. Джоанна медленно отворила дверь в их с Кристианом дом и замерла на пороге. Осознавая, что ей сейчас предстоит сказать, сделать, её голова шла кругом. Она глубоко вздохнула и закрыла за собой дверь. Теперь она чувствовала себя в ловушке, из которой нет спасения.  — Это ты, любимая? — услышала Джоанна голос Кристиана из кухни. В дверях появился сам Кристиан и улыбнулся:  — Почему так долго? Ужин стынет. Джоанна действительно как могла растягивала свою работу в агентстве, чтобы как можно позже прийти домой. Ей казалось, что жизнь заканчивается, а разговор с Кристианом — это её последний шаг в бездну. В горле образовался ком, дыхание сбилось. Джоанна обреченно взглянула в глаза Кристиана и тихо сказала:  — Сядь, пожалуйста. Нам нужно поговорить. Он непонимающе смотрел на девушку, но увидев, как в её глазах перемешиваются решимость и боль, молча сел на диван. Джоанна села напротив, в кресло, но заговорить не решалась, а просто смотрела Кристиану в глаза. Он не отводил взгляда, уже понимая, что разговор предстоит серьёзный и неприятный, поэтому не торопил любимую. Джоанна, превозмогая боль от кома в горле и едва сдерживая слёзы, шепнула:  — Нам нужно расстаться. Кристиан даже не шелохнулся.  — Прости меня! — слез Джоанна сдержать так и не смогла. — Я не люблю тебя больше. Я люблю другого. Не спрашивай меня ни о чем, со временем ты все узнаешь. А мне сейчас и без этого очень тяжело. Повисла тишина — тягостная, звенящая, не предвещающая ничего хорошего. Кристиан опустил глаза, пытаясь осмыслить услышанное. Задавать вопросы не хотелось, вдаваться в подробности тоже. Он безумно любил эту женщину, хотел сделать её счастливой, подарить ей свою жизнь… Но ей это оказалось не нужно. Так бывает. Но почему же так тяжело от этого «бывает»? Почему неистово жжёт в груди от невыносимой боли? Кристиану казалось, что его тело и душу режут острыми ножами на мелкие кусочки. Он тяжело поднялся с дивана и, наконец, нашёл в себе силы взглянуть на Джоанну. Она подняла голову и смотрела на него. Их сердца разрывались от боли, они смотрели друг на друга глазами, полными слез. Но сказанные Джоанной слова уже стояли между ними невидимой, но непреодолимой стеной.  — Я заберу свои вещи позже. — тихо сказал он и направился к выходу.  — Кристиан! — окликнула его Джоанна. — Я должна уйти, а не ты. Тот грустно улыбнулся и отрицательно покачал головой:  — Ты ничего мне не должна. Оставайся в этом доме и будь счастлива. И Кристиан вышел, тихонько притворив за собой дверь. Джоанна, сама того не осознавая, подошла к двери, как будто ещё хотела остановить его. Но, понимая, что это конец, застонала от боли в душе и медленно сползла по стене на пол. Слезы хлынули из её глаз, сердце сжалось и, казалось, перестало биться. Джоанне казалось, что её душу Кристиан, уходя, забрал с собой. Она чувствовала себя опустошённой и несчастной, вопреки словам Жозе, что так будет лучше для всех. Но будет ли? Сердце разрывалось на части. Джоанна вернулась в гостиную и взяла телефон. Ни звонков, ни сообщений от Жозе не было, а значит, его разговор с Бенедикт ещё не состоялся. И она, в надежде привести в порядок свои мысли и чувства, вышла из дома и прошла к морю, где она и Кристиан так любили проводить время. Девушка тяжело опустилась на песок. Мысли о Кристиане перемешивались с мыслями о Жозе. В голове шумело от событий и ожидания — что же будет дальше? Джоанна верила, что завтрашний день все расставит по своим местам, боль немного притупится и жизнь начнётся с чистого листа. 33. Жозе, вдохновлённый согласием Джоанны, в мечтах об их совместной жизни, словно на крыльях влетел в дом, где жила Бенедикт. Он застал девушку, сидящей на кухне. Она сидела за столом и крутила в руках чашку с кофе. Жозе, словно ураган, подлетел к ней, и выпалил:  — Нам нужно поговорить! Но осекся, когда та подняла на него заплаканные глаза. Он присел перед девушкой, осторожно стёр тыльной стороной ладони с щёк слезы, и шёпотом спросил:  — Что случилось? Бенедикт хотелось кричать о том, что она снова чувствует к Кристиану. Каждая клеточка её тела дышала им. Но Кристиан её забыл. Он любил свою Джоанну. Поэтому Бенедикт ответила:  — Я больше не могу так жить, Жозе. Я не понимаю, что с тобой происходит. Ты избегаешь меня, редко появляешься дома. Ты совершенно забыл о Леа! А ведь она любит тебя, как родного отца! Она два дня не выпускает из рук твою фотографию, постоянно спрашивая когда ты вернёшься. А я ведь даже не уверена, вернёшься ли ты… Скажи мне, ты больше меня не любишь? Ты не хочешь быть со мной? Если я буду знать всю правду, я смогу хоть что-то обьяснить Леа. Да, это будет непросто, но я хотя бы попытаюсь. Жозе потерял дар речи. Он и не предполагал, что маленькая дочурка Бенедикт так привязана к нему. Вся его решимость испарилась, едва он подумал о Леа. Он растерянно смотрел на девушку, не зная, что ответить. А Бене отвела взгляд и тихо сказала:  — Ты хотел о чем-то поговорить?  — Это неважно! — неожиданно даже для самого себя выпалил Жозе. — Собирайтесь, мы едем на пикник! Будем навёрстывать упущенное! Бенедикт благодарно улыбнулась:  — Я рада этой перемене. Девушка погладила его по щеке и нежно поцеловала. Жозе обдало жаром, он не понимал, что происходит. Его сердце разрывалось. Он думал о Джоанне, но целовал Бенедикт. Он отстранился от девушки и тихо сказал:  — Собери Леа, а я пока приготовлю продукты для пикника. Бенедикт выходила из кухни, когда у Жозе зазвонил телефон. Девушка оглянулась и увидела, что тот посмотрел на экран и сбросил вызов.  — Кто это был? Жозе пожал плечами:  — Не знаю. Но не хочу, чтобы нам вдруг помешали провести вечер вместе. Бене улыбнулась и пошла к Леа. А Жозе снова сбросил звонок от Джоанны, выключил телефон и открыл холодильник в поисках продуктов для пикника. 34. Джоанна в недоумении смотрела на экран своего телефона. Неужели Жозе все ещё не поговорил с Бенедикт? Ей ничего не оставалось, только ждать. Ждать новостей от Жозе. В пустом доме. С опустошённой душой. С натянутыми, как гитарные струны, нервами. В голове роились разные мысли, не давали ей успокоиться и сосредоточиться на книге, которой она пыталась отвлечься. Но ничего не получалось. Мысли о Кристиане, Жозе, о будущем и прошлом сводили Джоанну с ума. В душу стали закрадываться сомнения — а правильно ли она поступила? Что если нужно было ещё немного подождать? Или вовсе оставить все как было? В бесплодных попытках прочитать хотя бы страницу прошло уже около часа. Джоанна набирала номер Жозе, но его телефон был постоянно выключен. Ко всем прочим мыслям и чувствам прибавилась ещё и тревога за любимого. А беспокоить звонками Бене сейчас не хотелось, ведь Джоанна не знала, что происходит в это время между ней и Жозе. Промучившись ещё пол часа, она отложила книгу и подошла к окну. Долго смотрела на море, потом, как будто вдруг что-то вспомнив, бросила взгляд на пространство перед домом. У веранды стояла их с Кристианом машина. Джоанна перевела глаза на столик у дивана — ключи от автомобиля, как всегда, лежали на нем. Значит, машину Кристиан тоже оставил ей. Девушка взяла ключи и вышла из дома. Села за руль, запустила двигатель и выжала педаль газа. Машина плавно, тихо шелестя покрышками по идеально ровному асфальту, двинулась прочь от дома, в одночасье ставшим холодным и чужим. Джоанна добрых два часа бесцельно колесила по острову. Сама того не осознавая, она оказалась у хижины Элен и Николя. Девушка остановила машину и уже собралась выходить, как вдруг заметила рядом с автомобилем друзей машину Жозе. Она была в недоумении — вместо того, чтобы разговаривать с Бенедикт, он отдыхает с друзьями? Или разговор уже состоялся, и он решил переночевать у Нико и Элен? А, может быть, что-то случилось? Джоанна, терзаемая вопросами, направилась к хижине друзей. Заметив на пляже костёр и услышав весёлые голоса, девушка пошла к морю. Немного не доходя до места пикника, она остановилась и удивлённо смотрела на Бене в объятиях Жозе, смеющихся, счастливых. Рядом с Жозе играла Леа, а тот обнимал девчушку другой рукой. Счастливая семья, не иначе. Она хотела уйти незамеченной, но было поздно — Элен повернула голову и заметила подругу.  — Джоанна! — воскликнула она и бросилась к ней. — Как хорошо, что ты приехала! Присоединяйся к нам! Жозе и Бене решили организовать пикник для Леа. Но Элен, взглянув на неё, осеклась. Её лицо в свете огня излучало боль и тоску, глаза блестели каким-то лихорадочным огнём, всполохи которого иногда освещали обреченность и беспросветную пустоту внутри.  — Что случилось? — Николя тоже подошёл к подруге и обнял её за плечи. Бенедикт повернулась, а Жозе так и смотрел на полыхающее пламя невидящими глазами.  — А меня Кристиан бросил… — каким-то механическим голосом тихо сказала Джоанна, смотря в затылок Жозе.  — Что?! — в один голос воскликнули друзья. Жозе же вздрогнул, как от выстрела, но остался неподвижен. Джоанна уткнулась в плечо Николя и стояла, не шелохнувшись. Слез не было. В душе царила пустота и отрешенность, перемешанные с безразличием и безысходностью. Нико крепко обнял подругу и тихо спросил:  — Где он сейчас? Джоанна только пожала плечами.  — Поговорим? Она отрицательно покачала головой и отступила.  — Простите, я не хотела испортить вам вечер. Мне лучше уйти. И она медленно пошла к машине. Уже у машины её догнала Элен:  — Джоанна, ты можешь остаться! Давай поговорим. Она остановилась и, не глядя на подругу, твёрдо сказала:  — Не сейчас, Элен. Извини, но я не готова сейчас это обсуждать. Я не знаю, что привело меня к вам и зачем я вам это рассказала. Ещё раз извините за испорченный вечер. И Джоанна, давая понять, что разговора не получится, села за руль, ударила по газам и скрылась в знойном вечере Лав Айленда. Элен вернулась к друзьям, которые молча обдумывали эту странную новость. Все были уверены, что в паре их друзей все хорошо — они любят друг друга и бесконечно счастливы! И только Жозе понимал истинную причину разлада, почувствовав себя виноватым перед всеми. Но он так ничего и не предпринял. 35. Джоанна собирала вещи. Теперь на Острове Любви её ничего не держало. Хотелось поскорее забыть весь этот кошмар и начать жизнь с чистого листа, попытаться сделать так, чтобы её прошлое больше никогда не перемешивалось с настоящим. Эти тени из прошлого казались нескончаемыми, кружили её в своём водовороте, вместо того, чтобы остаться лишь в её памяти и в нескольких фотоальбомах. Джоанна твёрдо решила, что прошлому больше нет места в её жизни, ведь ничего хорошего из возвращений и возобновлений не получилось. Повторяться больше не хотелось. Хотелось чего-то нового, неизведанного. И последней привычкой прошлого — оставлять то место, где ей причинили боль, где её унизили и предали — Джоанна должна закончить эту главу своей жизни. В дверь дома постучали. Джоанна взглянула на часы — без четверти десять утра. Девушка никого не ждала. Лали знала, что её сегодня в агентстве не будет, Нико и Элен, а с ними, наверное, и Жозе, ушли рано утром в рейс, Бене сидела с детьми. Поэтому Джоанна продолжила заниматься сборами. Но стук, ещё более громкий и настойчивый, повторился, и она вышла из своей комнаты и подошла к двери. Глубоко вздохнув, она немного приоткрыла дверь и тут же, увидев на пороге Жозе, попыталась её закрыть. Но силы были неравны — тот распахнул дверь:  — Выслушай меня, Джоанна! Девушка отступила вглубь дома, Жозе шёл прямо на неё. Но она и не думала сдаваться:  — Пошёл вон!  — Джоанна!  — Я не хочу с тобой говорить, я не хочу тебя видеть! Ты мне противен, Жозе! Ты оказался трусом! Тебе плевать на меня и мои чувства, которые ты растоптал!  — Это не так! Джоанна искренне, но горько, рассмеялась:  — Не так?! Ты прохлаждаешься на пикнике в компании друзей, наслаждаешься жизнью, в то время как я ломаю жизнь Кристиану и себе! Не ты ли уговаривал меня все рассказать? Не ты ли обещал мне золотые горы, а в итоге оставил меня одну наедине с моей болью? Вот это ты называл счастьем? Спасибо, Жозе, я счастлива, как никогда!  — Я хотел все рассказать Бене, но она встретила меня в слезах, говорила, что Леа по мне очень скучает. И я не смог! Прошу тебя, дай мне время! Я обязательно все скажу Бенедикт, и мы с тобой уедем далеко отсюда!  — Брось, Жозе! Не нужно прикрываться малышкой Леа! Ты мог быть ей отцом и не будучи с Бенедикт. Уходи, я устала от тебя и этого разговора. Жозе попытался подойти к Джоанне, но та отступила:  — Не подходи ко мне!  — Джоанна… Я люблю тебя! Она усмехнулась:  — Оставайся с Бенедикт. Ты мне уже не нужен. Не нужна твоя любовь, которой нет и не было, не нужны твои обещания, которые ты нарушаешь из-за пары слезливых реплик. Ты сам не знаешь, чего хочешь! Желаю тебе разобраться в себе и быть счастливым. Но это уже без меня.  — Дай мне время!  — Время? — этот разговор не вызывал у Джоанны никаких чувств, кроме раздражения. — Его у нас было предостаточно. Тебе и этого не хватило, хоть ты и уверял, что тебе ничего не стоит снова изменить свою жизнь. Но ты оказался слаб перед обстоятельствами. Мне не нужен такой мужчина, Жозе. Я разочаровалась в тебе. А теперь уходи. Она прошла к двери и распахнула её. Парень стоял, не шелохнувшись, и смотрел в пол.  — Уходи, Жозе! — повторила раздраженно Джоанна. Тому ничего не оставалось, как покинуть этот дом. Он вышел на крыльцо и повернулся к девушке:  — Я буду ждать тебя! И верить, что ты когда-нибудь меня простишь. На лице Джоанны не отразилось никаких чувств. Она толкнула дверь, которая с грохотом закрылась перед лицом Жозе. Едва она вернулась в свою комнату, в дверь снова раздался стук. На этот раз девушка и не подумала открывать, будучи уверенной, что это снова Жозе. Но, услышав, что в двери повернулся ключ, она все же вышла в гостиную. На пороге появился Кристиан.  — Джоанна… — он извиняющимся взглядом смотрел на девушку. — Я подумал, что в доме никого нет. Прости! Я приехал забрать свои вещи.  — Ну что ты! — улыбнулась она. — Это и твой дом. Да и я как раз собиралась тебе позвонить. Молодые люди прошли в комнату, которая ещё вчера была их спальней. Кристиан окинул взглядом разбросанные повсюду вещи, чемоданы на полу и кровати, и сразу все понял. Джоанна не выдержала понимающего и сожалеющего взгляда парня и грустно усмехнулась:  — Не смотри на меня так. Я знаю, что я идиотка.  — Он тоже был в отношениях, но ради тебя не бросил девушку? Кристиан, казалось, читал её, как открытую книгу.  — Можно сказать и так…  — Подонок! — сквозь зубы процедил он.  — Давай не будем об этом! — Джоанна смотрела умоляюще.  — Как хочешь. — кивнул Кристиан и, снова окинув взглядом комнату, попытался улыбнуться. — Выделишь и мне чемодан для вещичек? Их не очень много, но по пакетам их не распихать.  — Конечно! — рассмеялась девушка и вытряхнула из одного свои вещи. — Это, кажется, твой?  — Может быть! — в ответ засмеялся Кристиан. — Кажется, с ним я приехал покорять тебя и этот остров. Джоанна нежно посмотрела на него и тихо сказала:  — Я очень виновата перед тобой. Не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь, но хотелось бы верить, что ты хотя бы не возненавидел меня.  — Не говори ерунды! Знаешь, после всей той боли, которую я тебе причинил, ты имела на то, что произошло, полное право. Я это заслужил!  — Это совсем не так! — во взгляде Джоанны сквозила боль и нежность.  — Так… Молодые люди занялись сборами и закончили почти одновременно.  — Ты снова улетаешь в Штаты? — поинтересовался Кристиан, когда они расположились в гостиной, чтобы отдохнуть и выпить кофе. Джоанна пожала плечами:  — Мне больше некуда ехать. А жить здесь… Это выше моих сил. Кристиан помолчал, подвинулся ближе к девушке и погладил её руку:  — Давай уедем вместе! Начнём всё сначала, с чистого листа! Джоанна усмехнулась:  — У нас больше ничего не получится, мой Кри-Кри. Войти в одну реку дважды мы смогли, боюсь, что в третий раз судьба нам не позволит этого сделать. Жизнь давала нам шансы, которые мы благополучно растеряли. Да и вряд ли ты сможешь мне простить это предательство. Кристиан взглянул в глаза Джоанне и сказал:  — Я уже простил. Я люблю тебя! Поэтому и предлагаю все забыть и начать новую историю нашей любви. Она покачала головой:  — Я слишком виновата перед тобой. Да и наигралась я в любовь. Пожалуй, закончу на этом. Ни к чему хорошему это не приводит. Кристиан чувствовал Джоанну каждой клеточкой своего тела, понимал её боль, как свою собственную, делил с нею это её разочарование и желал лишь одного — чтобы любимая была счастлива. Он действительно не переставал её любить не на секунду. Джоанна была для него всем. Даже сейчас. Но Кристиан видел, что она полна решимости, и понимал, что её уже не переубедить. Поэтому, стараясь спрятать поглубже в душе свою боль, он предложил:  — Тебя проводить?  — Не нужно, я уже заказала такси. Вот ключи, — девушка выложила связку ключей от дома и ключ от машины на стол. — Дом сегодня мы должны освободить, поэтому дождись, пожалуйста, мадам Брекур и верни ей ключи. Она уже нашла нового арендатора. А машина все ещё в твоём распоряжении.  — Джоанна…  — Мне пора! Пока я не сяду в самолёт, не говори никому, что я решила вернуться в Техас. Не хочу, чтобы кто-то об этом знал… Поможешь дойти до такси? Кристиан кивнул. Они взяли чемоданы и подошли к машине. Когда чемоданы были уложены, Джоанна повернулась к парню и грустно улыбнулась:  — Прощай, мой Кри-Кри! Он осторожно прикоснулся губами к щеке девушки и прошептал:  — Возвращайся, Джоанна! Помни, что мы всегда можем попробовать не войти в ту же реку, а написать наш новый роман. Она на прощание погладила его по щеке и села в такси. Когда машина скрылась за поворотом, Кристиану показалось, что мир рушится, погребая его под обломками чувств и прошлой жизни. Его вселенная раскололась, раня мелкими острыми осколками его сердце. Да, Джоанна была всей его жизнью, его судьбой. Он так и не дал воли слезам, позволив им сжигать его изнутри, превращая в пепел весь его мир. Уже совсем стемнело. Он сидел во мраке гостиной в ожидании хозяйки. Он представить себе не мог, что уже через несколько минут ему предстоит покинуть этот дом — дом, где все дышало Джоанной, их любовью, их счастьем. Кристиан посмотрел на электронные часы, и в его сердце кольнуло — самолёт Джоанны до Парижа набирает высоту. Это означало конец истории. Глубокой ночью, сидя в гостиничном номере, Кристиан набрал номер любимой и, едва услышав её голос, тихо сказал:  — Едва ты покинула остров, как на него обрушился безумный ливень… И почему он не появился раньше, не позволив тебе оставить меня одного?