Связанные огнем

Малфои-старшие к завтраку не вышли: Люциус не желал оправдываться и давал сыну время смириться с действительностью, а Нарцисса не оставляла его одного, выполняя свой долг преданной жены. – Ты бы и в самом деле перестал дуться на отца, – бросил Гарри, с удовольствием уплетая порцию жареного бекона с тушеными овощами. Овсянка на завтрак ему никогда не нравилась. Драко тоже не скрывал отличного аппетита, но выглядел угрюмым, а вилкой орудовал так, словно еда являлась его злейшим врагом. – Все же хорошо закончилось. – Я не дуюсь, я разочарован. Он всегда был для меня примером и идеалом, – признался Драко. – Да-да, я помню. Ты с первого курса к любой ситуации приплетал своего папочку, цитировал его, хвастался им, а еще всем, кто был тебе не по нутру, угрожал, что пожалуешься ему, – без особого ехидства заметил Гарри, на что Драко только на миг неодобрительно прищурился. – Мне даже в дурном сне не могло присниться, что он способен так со мной поступить! Отобрать у меня статус отмеченного судьбой и магией… – Драко покачал головой и тихо добавил: – Это преступление. – Не разбрасывайся подобными словами, – сделал замечание молчавший до этого Снейп. – Ты обижен, и это понятно. Но Люциус ведь и в самом деле не намеревался причинить тебе вред, – по сути, став инициатором разборок, Северус теперь старался свести «потери» к минимуму. – Ладно, Гарри не понимает, что я чувствую. Он только вчера услышал про метки судьбы и не может представить, насколько подобное меняет отношение других волшебников к тому, кто носит такой знак. Но ты же должен догадываться, что мне плохо от одной мысли, что отец со мной сделал, – Драко с упреком посмотрел на Снейпа. – Это не дает тебе права судить, не задумываясь о причинах. Кстати, а к чему было обвинять Люциуса в зависти? – Северус оторвал взгляд от содержимого своей тарелки и уставился на Драко, ожидая ответа. – Ну… Отец ведь так и не нашел свою пару. И на миг я подумал, что он побоялся, что я окажусь удачливее его. – Ты хочешь сказать, что у Люциуса есть метка? – Снейп медленно положил приборы на стол. – Из этого обычно не делают большой тайны, а напротив... Ты разве не знал? – Драко искренне удивился. – Нет, не знал и даже не догадывался, – сквозь зубы процедил Северус, злясь на то, что Люциус утаил подобное от него, и задаваясь единственным вопросом: – И какой у него знак? – Ты побледнел. Северус, тебе плохо? – Драко озабоченно рассматривал Снейпа. – Я спросил… – Мерлин! Ты подумал, что у него… Вот же репутация у моего папочки. Видишь, Гарри, даже самые близкие не доверяют ему полностью, – съехидничал Драко, наблюдая, как на скулах Северуса заходили желваки. – Кстати, у крестного, – он кивнул на Снейпа, – тоже есть метка судьбы, и он тоже пока не нашел свою пару, как и мой отец. – Еще немного, и я поверю, что и у тебя заслуженная репутация любителя издеваться над окружающими, – буркнул Гарри, заметивший, что Снейп разволновался, и прекрасно догадавшись, куда того завели предположения: раз Люциус смог сотворить такое с сыном, то он способен и утаить от своего партнера наличие метки. – Или это привычно для всех слизеринцев? – Угораздило же меня связаться с гриф… Все-все! – Драко чуть нервно засмеялся, отмечая, что Гарри присоединился к Снейпу, и они на пару теперь метали в него раздраженные взгляды. – Отца судьба наградила забавной зверушкой. У него на левой ноге возле стопы изображен хамелеон, сидящий на ветке дерева, – поделился сведениями Драко. – А какая у вас метка? – через пару минут, увидев, что Снейп расслабился и успокоился, спросил Гарри, не сумев справиться с любопытством. – Может, покажете? – Вот я еще в стриптизе не принимал участия, – едко бросил тот в ответ, одарив высокомерным взглядом. – Оу… Она на таком месте, что… – Поттер! Вы сейчас представите ее у меня на заднице! – Северус дернул головой, сдерживая смех – так комично выглядел Гарри. Похоже, он и в самом деле подумал о чем-то вроде только что озвученного. – На правом боку, вверху – почти под рукой, у меня изображен котел с огненным зельем. – Вы поэтому и зельеваром стали? – простодушно поинтересовался Гарри. – Я увлекся зельями намного раньше, – Снейп хмыкнул, сообразив, что охотно отвечает на вопросы Поттера, и те не вызывают у него особого неприятия. – Если вы не в курсе, я – полукровка. Моя метка судьбы появилась на совершеннолетие. – Ясно. Красиво, наверное. Жаль, что я не могу увидеть, – Гарри не терял надежды уговорить Снейпа показать рисунок. – Не буду я раздеваться, и не надейтесь, – язвительно заявил Северус, возвращая себе самообладание после шальных мыслей о представленном проступке Люциуса. – Я нарисую тебе, я ее видел, – пообещал Драко. – Крестный, как ты мог подумать, что я не попытался бы прояснить ситуацию, если бы у отца тоже был изображен такой же котел, как у тебя? – Мало ли… может, не приходилось к слову. Странно другое – почему я не знал о том, что у Люциуса есть метка судьбы? – тихо закончил фразу Снейп, будто размышлял вслух. – И на факультете ничего о нем не известно. – Точно? – Драко задумался, проследив за кивком в ответ. – А я как-то даже никогда и не читал весь список, мне ведь было ни к чему. Женитьбу все равно устроил бы отец, а истинную пару искать мне не требовалось. По крайней мере, я так думал, не зная о своей метке. Как могло случиться, что его нет в перечне, ведь отец чистокровный? Это и в самом деле интересно, – Драко глянул на Гарри и сообразил, что тот не понимает, о чем идет речь. – Слизеринцев всегда интересовали метки. У чистокровных они видны с рождения, так что даже если кто-то и захотел бы сохранить в секрете наличие знака, то ему это не удалось бы. Всех первокурсников очень тщательно рассматривают в душе, а полукровок и после совершеннолетия. Существует своеобразный каталог магов, имеющих метку судьбы, которые учились на нашем факультете в последние пятьдесят лет. – Извращенцы, – прокомментировал Гарри. – Еще какие, – согласился Драко с кривой ухмылкой. – Но с другой стороны… Это дает возможность не строить серьезные планы на того, кто отмечен даром судьбы, или наоборот – таким образом есть шанс без проблем найти свою пару. К тому же обычно не приходится прибегать к осмотрам, все сами признаются, – Драко тяжко вздохнул. – Иметь метку – это престижно. Разговор в столовой после завтрака продолжался еще какое-то время, а потом Гарри поднялся из-за стола и сказал: – Профессор, если вы не передумали идти в Хогвартс, то нам пора. Мне кажется, что вам лучше быть где-то поблизости от меня – не всем ведь известно о вашей помощи светлой стороне противостояния. – Разумно, – кивнул Снейп, направляясь следом за Поттером. – Не верю своим ушам – вы признали наличие у меня разума, – прокомментировал Гарри его согласие, правда, мыслями он был уже в Хогвартсе, поэтому его слова прозвучали почти бесцветно. – Не напрашивайтесь на комплименты, Поттер, – отмахнулся Снейп, настроение которого тоже резко упало, когда пришло время идти отдавать последний долг защитникам Хогвартса.

***

В школе Снейп все же оставил Поттера в компании его друзей, а сам, приняв извинения за несправедливое к нему отношение, присоединился к МакГонагалл и другим преподавателям, сразу в меру своих сил включившись в работу по организации печального мероприятия. Ему было удивительно слышать, когда взрослые маги говорили: «Нужно посоветоваться с Гарри» или «Поттер должен это одобрить». Но как бы там ни было Поттер вырос в его глазах еще больше. После окончания траурной церемонии перед уходом в Блэк-хаус Снейп заглянул к себе в апартаменты: взял некоторые вещи, одежду, документы и книги. Пока Визенгамот не оправдает его, он не рисковал оставаться в Хогвартсе, возвращаться в полуразрушенный дом родителей он и вовсе не планировал, так что без зазрения совести собирался воспользоваться гостеприимством Поттера.

***

Следующие недели Гарри, чтобы отвлечься от грустных мыслей о войне и утратах, до изнеможения выкладывался на ремонте школы. Снейп, похоже, решил взять с него пример и тоже целыми днями пропадал в Хогвартсе – варил зелья для Больничного крыла, где лечили травмы добровольных помощников, помогал с ремонтом и восстановлением чар защитного контура, полностью уничтоженных во время нападения Пожирателей. Люциус Малфой, не рискуя появляться на людях, чтобы никого не провоцировать на кардинальные действия, почтой связался со своим управляющим в Гринготтсе и перечислил солидную сумму на восстановление Хогвартса, подав пример и другим родовитым семьям, в той или иной степени поддерживавшим режим Темного Лорда. Так что дефицита в средствах не было, и МакГонагалл, временно исполнявшая обязанности директора (Снейп категорически отказался занимать этот пост, когда ему только намекнули на это), смогла без проблем нанять специалистов, чтобы отстроить разрушенную башню и реставрировать пробитые стены. Драко посоветовался с Гарри и ради занятости принялся серьезно приводить в порядок Блэк-хаус. Спустя пару дней к нему присоединились и родители. Не то чтобы они так жаждали трудиться, по сути, на благо героя магической Британии, но и не могли просто сидеть целыми днями в ожидании, когда их вызовут в Аврорат – это просто сводило с ума.