Рука за рукав

Дверь в квартиру Попова тихо открылась, и так же тихо закрылась. Девушка старалась даже не шуршать бумажными пакетами, которые несла в обеих руках. Лия оглядывается в прихожей, и, даже немного расстраивается, когда не находит на пороге кеды, которые, по её расчетам, уж точно должны были быть. На часах полседьмого утра, и по всем законам трехлетнего общения с историком, он должен был уже полчаса как встать. Беловолосая затаскивает пакеты с едой на кухню, ну потому что реально в холодильнике Арса повесилась мышь. Лию не отпускает мысль, что вчера она где-то просчиталась, и возможно, не следовало оставлять этих двоих одних. Она конечно догадывалась, что разговаривать они не будут, но надеялась найти хоть какие-то вещи, доказывающие нахождение подростка здесь. Посидев еще минут десять на кухне за своими раздумьями и нервным покусываем подушечки большого пальца, девушка направляется прямиком в комнату Попова, собираясь разбудить, или просто вытащить бренное тело из его же кровати. — Так, Арс, быстро поднимай свои телеса, и бегом собираться на работу. — Достаточно громко проговаривает девушка, заходя в комнату к голубоглазому. На её возгласы просыпаются оба парня, до этого мирно спящие в объятиях друг друга. Арсений непонимающе открывает глаза, инстинктивно прижимая к себе своего мальчика еще сильнее. Антон же пугается, будто его застали за чем-то ну очень неприличным (хотя по сути дела так и есть. Он же лежит голый в кровати такого же голого мужчины, который еще и его преподаватель). Парнишка скорее неосознанно жмется к горячему телу рядом, стараясь найти хоть в нем защиту, и прячет испуганные зеленые глаза, утыкаясь лицом в грудь Арсения. — Лия, блять, выйди! — Рычит брюнет, и кидает в нее какой-то предмет с прикроватной тумбы. Девушка быстро закрывает дверь, и в голос смеется. Не просчиталась. — Тош, ты как? — Ласково интересуется историк, гладя рукой по волосам юноши. — Мне стыдно. — Честно признается Шастун, но лица не поднимает. — Тебя успокоит, если я скажу, что она и так всё знала о нас? Мальчишка тут же поднимает голову. — И как мне от этого должно стать легче? — Злобно шипит он. Арсений мягко улыбается, пожимает плечами, и встает с кровати. Он открывает ящик комода, достает трусы, надевает их. — Нда, не так я представлял наше с тобой утро, но это лучше чем проснуться одному. — И выходит. Антон, от досады, обратно откидывается на подушки, закрывая лицо руками. *** Девушка находится на кухне, расставляя кружки на столе. Арс явно недоволен, и с укором смотрит на подругу. — Между прочем уходить в нужный момент я научилась. — Легко говорит психолог, даже не поворачиваясь в сторону Попова. — Да, вовремя уходить ты научилась, осталось еще вовремя научиться приходить. — На удивление голос звучит беззлобно. — Ну вообще-то тебе сегодня на работу, а ему на уроки. Если бы я не пришла, то вы бы всё проспали, а Ольга Юрьевна позвонила бы матери Антона, и тут уже была бы весьма неловкая ситуация. — Легко парирует Амалия, нажимая на кнопку включения на чайнике. — Это да. Хуль ты такая продуманная. — Соглашается брюнет, опускаясь на стул. — Ты бы оделся хоть. — Делает весьма уместное замечание девушка. — Тебя что-то смущает? — Я почти четыре года замужем, меня этим не смутишь, а вот Шастуна вполне может. Арс просто показывает психологу средний палец, всем своим видом демонстрируя, что одеваться он не намерен. Историк сам делает чай для Антона, он уже выучил, что его Тоша любит черный, с большим количеством лимона и сахара, пока Лия варит кофе и строгает быстрые бутерброды из всего того, что она купила в круглосуточном супермаркете с утра. Шаст не появлялся и через десять минут. — И что он там делает? — В голосе Арса можно уловить нотки беспокойства. — Думает о том, что шестой этаж для выхода из такой ситуации не так уж и высок. Голубые глаза мужчины расширяются, но слыша хихиканье беловолосой, он успокаивается. — Иди, поторопи его, а то мы реально опоздаем. — Говорит она, смотря на свои наручные часы. Арсений послушно идет к себе в спальню. Антон судорожно пытается натянуть джинсы на худые ноги, морщится от боли в пояснице и заднице, и совсем не замечает прихода историка, из-за беззвучно открывшейся двери. — Антош? — Окликает мальчишку преподаватель, прикрывая за собой дверь. Парень в испуге дергается, и летит с кровати еще и умудрившись запутаться в штанинах. Попов на это смеется, так открыто, что Шаст сам начинает хихикать со своей неуклюжести. Мужчина подходит к Антону, и присаживается рядом с ним. — Я разорву и выкину эти чертовы джинсы прямо на тебе, если хоть еще раз увижу в них. И мне будет плевать где именно мы находимся. — Арсений смотрит в глаза и говорит с весьма серьезным выражением лица. Зеленоглазый закусывает губу. — Вам придется потерпеть сегодня целый день, Арсений Сергеевич, потому что мне просто не в чем идти в школу. — Будь моя воля, ты бы сидел у меня дома на цепи. — Брюнет целует подростка в висок. — И да, дома можешь называть меня так же как вчера. Шастун, пытаясь побороть смущение и желание ударить мужчину чем-нибудь потяжелее, поднимает глаза на преподавателя, вопросительно смотря на него. — Ну ты звал меня «Арс» когда я тебя трахал. — Арсению очень нравится наблюдать, как Антон в один миг краснеет, потом бледнеет, зло шипит, и уже реально ищет рукой хоть что-то, чем можно огреть Попова. — Я сюда больше не приду, ты только и делаешь, что издеваешься над моей неокрепшей психикой! — Вопит Антон, быстро натягивая на себя джинсы и поднимаясь на ноги. Арсений снова смеется этим своим смехом, который русоволосый готов слушать всю жизнь, и злость сама, как-то незаметно, проходит. — Ты вот сейчас своими фразами только подкрепляешь мое желание посадить тебя на цепь и не отпускать. — Голубоглазый продолжает посмеиваться, пока Антон натягивает майку, которая помялась, валяясь на полу всю ночь. Парень с укором смотрит на историка, пару раз проводя по своему торсу в надежде, что данные действия хоть чуть исправят ситуацию с мятой футболкой. — Голуби мои ненаглядные, оторвитесь уже друг от друга и марш жрать! — Доносится раздраженный голос девушки с кухни. — Пошли, солнце, я тебе чай сделал. *** Вообще Антон не привык завтракать бутербродами да еще и с какой-то неаппетитной зеленой гадостью на хлебе. Оказалось это просто авокадо, превращенное в пюре, а сверху был просто помидор, нарезанный кружочками. Мальчик посмотрел на Арсения. Тот тоже особо не питал радостных чувств к завтраку, но послушно жевал, потому что на фразу: «Я эту зеленую безвкусную гадость жрать не намерен!» — получил такой взгляд от Амалии, что быстренько заткнулся, и начал жевать. После не самого вкусного, по мнению Антона и Арса, завтрака, но полезного и питательного по словам Амалии, психолог отправила Шаста умываться, а голубоглазого мужчину одеваться. Через двадцать минут все были готовы, и уже сидели в машине Попова. Антон хотел сесть сзади, но Лия легонько оттолкнула его, говоря что хочет доспать эти несчастные сорок минут поездки. Собственно сама дорога до школы вызывала у Шастуна больше неловкости, но сидеть рядом с Арсением нравилось, хотелось дотронуться до него, они же теперь не просто ученик и учитель? Но когда психолог хотела закурить, Арсений прервал его фразой: «Учителям неположенному курить в присутствие своих учеников». Тогда все размышления Антона по поводу их отношений с историком прерываются, и остается только осознание, что сколько бы раз они не переспали, все останется так же — они друг другу только ученик и учитель. Обида колит, а слезы наворачиваются на глаза, но мальчишка пытается быстро смахнуть непрошеную влагу, быстро моргая. — А можно мне домой? — Спрашивает юноша, поворачиваясь к Амалии, ну потому что она всегда разрешала больше чем Арс, да и в силу профессии понимала подростка практически без слов. — Что-то случилось? — Осторожно интересуется мужчина, посматривая на своего мальчика, и удивляясь, почему это он не у него разрешения спрашивает. — Ну…как бы…мне вроде как переодетая нужно, и учебники с тетрадями взять. — Мужчина смотрит через зеркало заднего вида в глаза девушке, и та еле заметно кивает, как бы говоря, что Шастуна лучше действительно отвезти домой. — Хорошо, Антош. Если что, я скажу что тебя не будет сегодня. — Ласково говорит брюнет. Антон на это только кивает, а что ему еще остается. Дорогу до своего дома Шасту даже показывать не пришлось, так как Арс подвозил уже его маму, и наверняка запомнил. Мальчишка быстро попрощался с преподавателями, выбегая из машины и заходя в подъезд. Уже не имея сил сдерживаться, Антон достает практически полную пачку сигарет, выуживает одну и наконец закуривает, уже с третьей затяжки его немного ведет, а выкурив всю до фильтра, он устало прислоняется к стене, дожидаясь пока приятное головокружение пройдет. Зеленоглазый поднимается в свою квартиру, и сегодня его устраивает то, что мамы с папой не будет дома еще сутки. Парень устало проходит в свою комнату, медленно стягивает с себя вещи, чтобы переодеться в домашнее. Он проклинает и одновременно восхваляет свои узкие черные джинсы с низкой посадкой. Антон залезает под одеяло, думает что неплохо было бы навестить Сережу, или, если ему совсем плохо, то хотя бы написать. Сделать он это решает попозже, когда чуть-чуть отдохнет сам, и приведет мысли в относительный порядок. *** Арсению приходится покупать вместо привычных двух стаканов кофе еще и стакан горячего шоколада, дабы задобрить классную руководительницу Тоши. И пусть флирт с этой особой помогал добиться многого, Попову всё равно это не нравилось, но на что не пойдешь ради любимого человека. Мужчина сверился с расписанием, выяснив что сейчас у девушки одиннадцатый класс. Вздохнув поглубже и натянув притворно-радостную улыбку, мужчина постучал в дверь, и не дожидаясь ответа вошел. — Ольга Юрьевна, доброе утро! Вы сегодня как всегда потрясающе выглядите. Я вам тут с утра купил горячий шоколад, так как мне ваши ученики передали, что кофе вы не пьете. — Радостно-слащавый тон собственного голоса резал Арса по ушам, но нужно доиграть этот маленький спектакль. Казалось брюнетка была удивлена столь неожиданным появлением историка, но приняла протянутый ей, еще горячий, бумажный стаканчик. — Арсений Сергеевич, чем обязана? — Её голос звучал мягко, что не скрылось от внимания учеников, которые привыкли к строгому тону, и все начали с интересом наблюдать за «парочкой». — Да понимаете, я тут Шастуна по дороге встретил, а он бледненький такой, еле идет. Ну и отправил его домой. Можете не звонить его родителям? Просто они строгие у него, говорят, что только смерть является оправданием не посетить занятия. Но он правда был как побитый воробушек. — Попов сам не заметил, как под конец начал чуть ли не сюсюкать. Девушку немного обидело то, что историк зашел к ней не просто так, а ради какого-то там мальчишки. Новенького. Но даже такое проявления внимания Арсения в её сторону было приятно. — Хорошо, не буду звонить я его родителям, пусть поправляется ваш Шастун. — Добродушно улыбнулась Ольга, смотря в голубые глаза, в которых тонула далеко не одна она. *** Когда Арс поднимается в кабинет психолога, у него уже нет свободных рук, потому что на его пути попалась директриса, и сразу поняв куда направляется брюнет, отдала ему стопку каких-то «очень важных» бумаг для того, чтобы Амалия их разобрала. Мужчина чуть ли не левой пяткой открывает злополучную дверь, вваливаясь в кабинет приятного лавандового цвета. На его удивление в комнате нет девушки, зато на кушетке развалился Позов, потирая виски пальцами. — Ну что, тебя можно поздравить с вступлением в радужную гвардию? — Ты то, блять, откуда знаешь? — Устало спрашивает Позов, все так же потирая виски. — Мне Тоша рассказал. — Арсений улыбается, вспоминая своего смущенного мальчишку. Дима удивленно посмотрел на брюнета, подмечая, что тот как будто светится. — Ты опять переспал с ним? — Вот когда ты говоришь это, мне начинает казаться, что я сделал что-то не так. — Арс театрально надувает губы, кладя на стол психолога документы и присаживаясь на столешницу. — Трахнуть несовершеннолетнего мальчика, своего ученика, даже не состоя с ним в отношениях, нет, что ты, всё правильно делаешь. — Саркастично подметил кареглазый, ухмыляясь. — Можно подумать он не понял, что мы с ним в отношения? — Раздраженно буркнул Попов. — Арс, он ребенок еще, они не понимают наших старческих проявлений заботы, который для нас очевидны. — То есть ты хочешь сказать, что в глазах Тоши всё выглядит так, будто я им пользуюсь? — Ну не совсем, если верить Серёже, но смысл ты понял. В это время в кабинет зашла психолог тихо матерясь. Она с размаху плюхается на свое кресло, доставая из тумбочки сигареты, закуривает. Оба мужчины удивленно смотрят на подругу. — Лия, что случилось? — Обеспокоено страивает Дима. — Ну ребят, даже не знаю, меня короче депортируют через полтора месяца. — Глаза девушки не выражали особо ничего, она просто тупо пялилась в одну точку, подложная курить. — Как это депортируют? — Не понял биолог. — А, точно, ты же не знаешь. Я не являюсь гражданином РФ после того, как вышла замуж. Там просто было либо мужу менять гражданство, либо мне. Ему вообще не вариант, а мне тогда и терять нечего было. — А кто твой муж по национальности? — Дима, как и многие в этой школе, сначала был уверен, что Арсений и Амалия муж и жена, но когда стал общаться с ними ближе, понял, что это не так. Ему никто не говорил, просто понял, что эти двое уж слишком хорошо знают все косяки друг друга, чтобы после них можно жить в гармонии. — Он англичанин. — Ответил за подругу Попов. — А история их знакомства просто фееричная. — Усмехается голубоглазый, смотря на Лию. Девушка закатила глаза. — Я так понимаю, мне нужно её рассказать. — Скорее утвердительно нежели вопрос. - Я бухала неделю, а когда проснулась, была вообще хуй пойми где, а рядом со мной хуй пойми кто. Этот хуй пойми кто через полгода и стал моим мужем, а хуй пойми где — стало домом. Такая вот история. — Ты интереснее эту историю рассказывала, когда в тебе была бутылка вина. — Подметил Арс. — Я рассказала ее в крации. — Девушка выкинула окурок в мусорное ведро. — Так ладно, не киснем, я уеду в начале ноября, а приеду в середине декабря, даже соскучиться не успеете. — Да, на конец ты не будешь приходить и обламывать мне весь кайф. — Дим, а хочешь я тебе расскажу насколько не вовремя я однажды пришла к Арсюхе домой? — Девушка потирает ручки, гаденько ухмыляясь. Позов кивнул, смотря на то, как Арс занервничал. Просто девушка много раз когда приходила и заставала его ну явно не в лучшем виде. — Однажды Арс снял какую-то проститутку в клубе, привел домой. Она под предлогом ролевой игры пристегнула его к кровати, а сама пошла обчищать его квартиру. Я как раз только от мужа прилетела, замучалась еще сильно, а до дома Арса было куда ближе ехать, чем до моего. И значит захожу я такая в квартиру, а раньше у Попова студия была. Вижу значит лежит Арсений Сергеевич, в наручниках, с собственными трусами во рту, мычит что-то, а эта дама ходит и рыскает по всем ящичкам, вытряхивая их содержимое себе в сумку. Ну собственно она испугалась увидев меня, а я после девятичасового перелета и не накрашенная пиздец страшная, как она еще инфаркт не схватила. Забрала я её сумку, припугнула ментами, и она съебалась. Позов начал ржать, смотря как обычно бледный Арсений покрывается пятнами смущения. — То есть ты только про себя истории так вот неинтересно рассказываешь, а про меня даже трусы не забыла упомянуть. — Попову было действительно стыдно за тот случай. — И после этого ты еще продолжаешь говорить, что она вот приходит не вовремя. — Дима утирает слезу с правого глаза, продолжая смеяться. — А что мы все о нас да о нас, вот у тебя как дела? — Быстро переводит тему историк. — У меня все прекрасно, за исключением характера моего Серёженьки. Ну серьезно, он либо всегда такой, либо только когда болеет. Но вчера мне буквально весь мозг вытрахал: « Дим, принеси водички. Дим, поправь одеяло. Дим, ты храпишь, перевернись. Дим, мне холодно, пододвинься. Дим, ты пускаешь слюни — отодвинься. Дима, я хочу кушать, и мне плевать что сейчас три часа ночи и тебе завтра на работу». — Мужчина снова стал тереть виски пальцами, вспоминая весь этот ночной кошмар. — Да тут всё просто. Он таким способом пытается восполнить ту нехватку твоего внимания, которая скопилась за несколько лет, понимая, что у него теперь есть такая возможность. К тому же болеет, и заботы хочется гораздо больше. Со временем успокоится, не переживай. — Ну вот и куда ты собралась, кто будет расшифровывать эти подростковое закидоны? — Учитесь сами, господа преподаватели. *** Когда Тоша проснулся, на часах было около двух дня, он отлично выспался и кошмары не мучили, разве что немного побаливало внизу живота и спины, но это скоро пройдет. Антон написал маме смс о том, что с ним всё хорошо, он покушал. И на удивление обнаружил смс от Матвиенко. «Как тебе, неблагодарный, не сытно даже не написать больному другу»

«Я думал вы там заняты.»

«О, ещё „раньше“ ты ответить не мог?»

«Я только проснулся. Да скучал я по тебе, сейчас соберусь и приеду.»

«Я сейчас адрес у Димы узнаю куда тебе ехать меня проведывать и скину»

«Ок»

*** На удивление Шаст быстро нашел квартиру Дмитрия Темуровича, несмотря на то, что район был абсолютно не знаком. Сережа открыл ему дверь, сразу обнимая друга с порога. — Ох ты ж моя Шпала, скучал по мне небось? — Матвиенко выглядел гораздо лучше вчерашнего и улыбался. — Ой, ну тебя, вчера только виделись. — Смеясь отмахнулся от него Антон, проходя в квартиру. — Давай рассказывай как ты тут. — Потребовал зеленоглазый разуваясь. — Хорошо-о. — Буквально пропел кареглазый, хлопая себя по щекам. — У меня вообще все замечательно. Мы теперь с Димой встречаемся, представляешь? — Ого, здорово! — Мальчишка искренне радовался за друга. — Ага. У вас там как с Арсом? Как твой план? — Сергей ведет Шаста на кухню. Русоволосый плюхается на стул, немного опустив голову. — Ну собственно все получилось, но легче мне от этого не стало. Хотя теперь хоть яйца не звенят. — Устало выдохнул юноша. — Ты опять сбежал что ли? — Матвиенко закатывает глаза. — Нет, но лучше бы ушел. Так стыдно мне еще не было. — Антон закрывает лицо руками. — Давай рассказывай, я что, должен каждую фразу из тебя клещами тянуть? — Ну просто Лия пришла, а мы с Арсом вдвоем, голые, спим. — Мальчишка заливается румянцем, вспоминая сегодняшнее утро. Сережа хихикает, ставя перед другом кружку. — Забавная ситуация, конечно, ничего не скажешь. А потом что? Просто вы уже второй раз переспали, какая никакая стабильность. И теперь Арсений знает кто ты. — Ну с утра мне показалось все весьма хорошо, просто Арс понаговорил всякие пошлостей, потом мне чай сделал как я люблю: очень сладкий и много лимона. Но когда мы ехали, а Лия хотела закурить, он сказал, что преподаватели не должны курить при своих учениках. Вот тогда я и понял, что несмотря ни на что, я для него только ученик, которому можно всунуть, и который сам просит его об этом. — Ты опять себя накрутил, солнце моё. — В каком смысле? Мне и так понятно, что Арс меня как шлюху воспринимает. Ну, а как еще меня воспринять можно? Я переспал с незнакомым мужчиной в поезде. Потом остался у него, а потом мы снова переспали, и снова по моей инициативе. Это я даже не шлюха, а просто давалка бесплатная. — Ужаснулся собственным мыслям Шастун. — Ну ты же не платишь ему за занятия, вот тебе и плата за секс. — Матвиенко пытался не засмеяться, глядя на стенания зеленоглазого. — Серега, точно, как я раньше-то не догадался. Это же пизда! Я самая настоящая шлюха! — Антон действительно был уверен в правильности своих догадок. — Вот видишь, уже не бесплатная давалка! Сейчас еще немного подумаешь, а я тебе помогу прийти к правильному выводу, и глядишь, нормальным человеком станешь. На низкого парня уставились два огромных зеленых глаза, наполненных слезами, которые вот-вот прольются. От вида такого Антона даже сердечко сжалось. — Тааак, Антон, возьми себя в руки и отвечай на мои вопросы, хорошо? Шастун кивает. — Он тебе чай в первый раз делает? — Конечно нет, откуда бы он тогда знал какой я люблю. Он вообще мне его делает, чтобы я за кофе сходил в кофейню напротив его дома, не всегда конечно, но в основном. — Шастун запрокидывает голову, вытирая рукавом слезы в уголках глаз. — Так, ладно. Вы сегодня в обнимку проснулись? — Сергей удивленно поднял брови, ставя около Шастуна коробку с пакетированным чаем. У Антона от этого вопроса порозовели кончики ушей. — Ну да. — Отлично, а называет он тебя как? Зеленоглазый задумывается, почесывая макушку. — Ээээ… Вроде Тоша или Антоша. Сегодня еще солнцем с утра назвал. — На моей памяти он только так и называет тебя, когда к тебе обращается. Ни разу по фамили или просто Антон. — Темноволосый парнишка достает из буфета две тарелки, через плечо смотря на друга, у которого на лице явно читалось замешательство. — И что, тут нет ничего такого. — Это для тебя нет с твоим юношеским максимализмом. — Фыркнул кареглазый, разливая кипяток по кружкам. — Он уже взрослый человек, имеющий нехилый, я думаю, опыт в отношениях. И в их возрасте бывает сложно сказать «я люблю тебя» или «ты мне нравишься» напрямую, потому они выбирают, так сказать, обходные пути. Даже та фигня с записками, это была своего рода фраза «я хочу заботится о тебе». Но твоя дурья башка интерпретирует всё как-то иначе. Возможно из-за неуверенности в себе. — Я вот тебе поражаюсь, ты откуда такой психолог нарисовался. Можешь уже выгонять Лию и садиться на ее место. — Антон серьезно задумывается над словами Сергея. Ему действительно в жизни всегда хотелось всего и сразу, а если не получилось добиться чего-то быстро, то он искал причину исключительно в себе. — Нуууу…может ты и прав. — Я прав. — Самодовольно хмыкает мальчишка, ставя на стол печенье и вафельки. — А кстати, где это Дмитрия Темуровича носит? — Да у него работа. Там три клиента у него сегодня, потому будет поздно, часам к десяти или к одиннадцати вечера. — Серёжа наконец садится рядом с Шастом, размешивая в своей кружке сахар. — Он же биолог, какие клиенты? — Антон принялся так же насыпать в свой чай сахар. — Шаст, ну честно, ты как ребенок. У многих преподавателей школа далеко не главная профессия. Даже у Арса твоего. А так Дима стоматологом работает в частной клинике. — Кареглазый пожимает плечами. — Вы вчера о многом поговорили, я смотрю. Но я не особо знаю кем работает Арсений. Знаю что рисует что-то и всё. — Антону грустно и даже немного совестно, что все время он сам не хотел говорить с Арсением, боясь его реакции. — Да, поговорили. Я боялся что это все будет бредом, который мне пришел из-за температуры, но когда проснулся и увидел рядом спящего Диму, то сразу полегчало, и я его разбудил чтобы водички мне принес. — И это я еще ребенок? — Усмехается мальчишка. — Ну да, дитё моё. Вы с Поповым вообще не разговариваете что ли? — Мы не разговариваем обычно. На занятиях только история. А в постели мы были не так много раз, и всегда это жутко выматывает. Я вчера даже самостоятельно подняться не смог, благо Арс отнес в ванну и помыл. — Он тебя как принцессу сахарную отнес на ручках в ванну, помыл, и небось принес на ручках обратно. И ты после этого еще говоришь что не нужен ему? — Ну это его фраза про «учитель не должен курить при своем ученике» меня просто морально растоптала и перекрыла все милые моменты утра в его квартире. — Вот опять ты не понял, что это было проявления заботы. — Устало закатил глаза Матвиенко. *** Арс тер уставшие глаза сидя в пустом кабинете истории. Вообще он не против факультативов с одиннадцатым классом, но сегодня явно что-то не так. Мысли об Антоне не давали покоя после утреннего разговора с Позовым. Еще и Ольга Юрьевна подсела к нему в столовой и неприкрыто намекала на свидание. Плюс ко всему человека, которому он мог доверить абсолютно все, депортируют из страны. Блестяще. Еще одиннадцатиклассник Стас Шеминов весь второй урок и потом еще и факультатив пялился на него, и по глазам этого парня было вообще невозможно понять, что тот от него хочет. Возможно злится на то, что Попов не отпустил его с факультатива. Ну, а что, выглядит он здоровым, внятной причины своего срочного отсутствия объяснить не смог, значит сиди на занятии, раз положено. В общем день испорчен. Чтобы спасти вечер, Арс решается на весьма странный поступок. Он открывает диалог с Тошей. «Антош, ты где?» На удивление ответ приходит через пару минут.

«Я у Сережи. Вернее у Дмитрия Темуровича, пришел проведать Серёжу.»

«Когда домой?»

«Думаю через часик где-то пойду.»

«Хочешь заеду за тобой?» Пока Арсений ждет ответа, он нервно кусает губу, и внутреннюю сторону щеки. Волнуется как двенадцатилетняя школьница, ей богу. Такого с ним еще со времен школы не случалось, да и то, там были не такие чувства, а тут весь калейдоскоп из переживаний, тревоги и всего прочего.

«Хочу.»

Арсений спокоен, и, кажется, настроение поднимается вверх, нужно поговорить с Антошей и наконец понять, что мальчишка думает об их отношениях, и думает ли о них вовсе. Он идет к машине один, потому что Амалия сегодня остается поговорить с каким-то учеником, имя которого наотрез отказалась говорить, потому что: «Это врачебная тайна, Попов». *** — Итак, Стас, о чем ты хотел поговорить? — Девушка внимательно смотрит на своего ученика, который сидит напротив нее. — Помните, я в конце прошлого года рассказывал о человеке, который мне очень симпатичен, но не обращает на меня никакого внимания. — Начал парень, стараясь не смотреть в глаза психологу. — Я всё прекрасно помню, ты тогда еще попросил всех действующих лиц в твоем рассказе называть «человек». — Амалия дожидается утвердительного кивка. — Можешь продолжать. Юноша набирает в легкие побольше воздуха. — Вообще этот человек особо ни на кого внимания не обращает, разве что на пару своих знакомых, которые с ним общаются. Я сначала думал, что у этого человека там семья, дети, ипотека, но как выяснилось нет. И я этому обрадовался, но все мои попытки хоть как-то сблизиться не принесли ничего кроме суровых взглядов и вежливого, но грубоватого отказа. А не так давно я начал обращать внимание, что появился еще один человек. Вроде этот человек ничем не привлекательный с первого взгляда, какой-то несуразный, нескладный, но человек, который мне нравится, начал к нему тянуться. Сначала я думал что мне показалось, но недавно, так получилось, что мой человек говорил о том, другом, и в это время у него была такая искренняя улыбка на лице, так сияли глаза. — Парень закусил губу, вспоминая. — Я заревновал в общем, и мысль о том, что мне нужно устранить второго человека не покидает. — Так, ну ты прежде чем поспешные выводы делать узнай, может твои человеки родственники, и ты зря себя накручиваешь. Но даже если это не так, то устранять не самый лучший способ, можно просто попытаться поговорить, или как-нибудь по другому заинтересовать твоего человека. — А знаете, вы правы, я же не уверен в том, что они не родственники. Просто мне сложно все это копить в себе, извините, что напрягаю. — Шеминов опустил глаза в пол, складывая руки на коленях. — Мне совсем не напряжно, если хочешь, можешь хоть каждый день ко мне приходить и выговариваться, я не против. — Добродушно улыбнулась девушка. — Спасибо большое, но ведь у вас и свои дела есть. А так, если вы не против, то я буду приходить со своим нытьем к вам по мере его накопления. — Стас расслабился. Что там не говори, а эта девушка действительно была прекрасным знатоком своего дела. Она казалась открытой, располагала к себе, внимательно слушала и вникала в проблему, не для галочки, а именно чтобы разобраться и помочь. Хотя у Шеминова все равно была к ней неприязнь. И причина этой неприязни была совершенно проста. — Я тогда пойду домой? — Брюнет встает со стула, направляясь к двери выхода из кабинета. — Если это всё, то конечно иди. — Лия немного с прищуром смотрела в затылок ученика. Стас попрощался и вышел из кабинета. Девушка немного нахмурилась, анализируя беседу с юношей. Ей было от чего-то не по себе, и желание Стаса не назвать ни пол ни имена людей вызывала некоторые вопросы. Но в силу определенного опыта, Амалия видела, что задавать их еще рано, мало ли как он отреагирует.