Рука за рукав

-Арс, в клубе куда пошёл Антон — изнасиловали парня. — она делает паузу. — Он в такой же майке, в какой был Антон. — И что? Жалко, конечно, парня, но мне-то ты зачем об этом говоришь? — мужчина потирает свободной рукой висок. — АРС? ЭТО ТЫ ВООБЩЕ? ГОВОРЮ ТАМ МОЖЕТ БЫТЬ ТОША. ТВОЙ ТОША. — кричит психолог. — Не ори, голова болит. Мой Тоша сейчас у меня, лекарство заваривает. Он домой пришел еще полтора часа назад. — От крика в телефоне, виски начинают еще больше пульсировать. — Да? — Нет, блять! Это мне тут галюны от температуры чаи приносят, полотенце на лоб кладут, виски массируют и в нос целуют. — раздраженно шипит мужчина, а потом слышит звон разбившейся посуды со стороны кухни. — О, вот мои галюны опять что-то разбили. — То есть Антон дома уже давно? — недоверчиво переспрашивает девушка. — Да, сказал же. А ты вообще откуда про изнасилование узнала? — Арс садится на кровати, морщась от пульсирующей головной боли. — Мне наш ученик позвонил, у него истерика, сказал что майка как у Шаста. И рост. И цвет волос. Ну вот я и испугалась. — Антон вообще без майки пришел, благо хоть кофту взял. — устало выдыхает брюнет. — Это странно. — задумчиво и как-то тихо отвечает Лия. — Давай ты подумаешь об этом потом, а сейчас просто дай мне насладиться заботой любимого человека. — шикает на нее Арсений, пытаясь уже закончить этот странный разговор. — Ладно, больной, оставляю вас на попечение лечащего врача. — только сейчас Арс замечает небольшие пьяные нотки в голосе девушки. Напробовались с Позовым, значит, вискаря. — Иди проспись, завтра меня не беспокоить, и не вздумай припереться. Пока. — Попов скидывает вызов, откладывая телефон обратно под подушку. Через пару минут в комнату заходит Антон с кружкой, в которой развел лекарство. — Арс, ты только не ругайся. — начинает Шаст, протягивая «варево» историку. Мужчина берет из рук мальчишки «целительную жижу», и залпом выпивает всё. — На что я там ругаться не должен? — он сморщивается от горьковатого вкуса лекарства. — Ну я там кружку разбил. — Шастун опускает голову, теребя браслет на запястье. — Ты просто спасаешь ту посуду, которая у меня не распакованная стоит и грустит. — улыбается Попов. За время, которое они встречаются, Антон перебил достаточно много посуды. Просто мальчик он не аккуратный, не бить же его из-за каких-то там стекляшек. — Ты присядь и расскажи мне где свою футболку потерял? — отставляя кружку на пол, просит Арс. Мальчик вздыхает, но всё же присаживается на краюшек кровати. — Да так получилось, что я, когда заходил в клуб, там парень стоял с коктейлем цветастым, я его случайно толкнул и получилось, что эта вся буря алкогольной разноцветности оказалась на его футболке. Он не стал поднимать конфликт, просто сказал: «Испортил мою — отдай свою». Я согласился, у меня же кофта была. Благо он комплекции был такой же как я, чуть ниже конечно, но в в общем похоже. Да еще и за Серёжей отец приехал, потому мне там вообще делать нечего было, вот я так быстро и вернулся к тебе. Историк задумался, пытаясь сопоставить все сегодняшние события, но головная боль и кашель отвлекли. — Арс, может всё-таки скорую? Вдруг что-то серьезное? — Обеспокоено спрашивает мальчик, вставая с кровати, пережидая приступ кашля. — Антон смотрит обеспокоено. — Ничего страшного, малыш, само пройдет. — кряхтит Арсений. Антон снова укладывает его в кровать, накрывая одеялом. — Отдыхай. — юноша прижимается губами ко лбу мужчины. — Ну как? — Все еще горячий. — выдает парень, поднимая пустую кружку и выходит. — Может я просто горячий мужчина! — кричит ему в след брюнет, и слышит на это лишь смешки.

***

Утро поистине восхитительное. Его немного омрачают отголоски простуды, но это уже не то дикое недомогание, которое мужчина испытывал вчера. Спасибо Антону. Кстати, Шастун лежит рядом с Арсом, развалившись в позе морской звезды, закинув руку и ногу на брюнета. Попов осторожно снимает с себя конечности мальчика, переворачивается на бок и всматривается в спокойное, умиротворенное лицо. Антон словно ангел когда спит, и когда не спит тоже, и даже когда матерится, все равно похож на ангела. — Ты сейчас во мне дырку просмотришь. — бормочет Тоша, открывая свои глаза, цвета сосновой рощи, устремляя взгляд в очи напротив. — Я хочу смотреть на тебя вечность. — ласково говорит мужчина, проводя своей рукой по гладкой щеке Шаста. Сам же Антон закатывает глаза, ну потому что это смущает его, очень. — Арс, вставай, тебе лекарство нужно принять. — ночь у Антона выдалась та еще, он постоянно просыпался, проверяя температуру Попова, принося ему таблетки. Шастун пытается встать с кровати, но неожиданно тело Арса, оказавшееся сверху него, придавливает обратно. — Ты мое лекарство. — Мурлычет Арсений, прикасаясь губами к шее своего подростка, ведя дорожку поцелуев вниз. Антон на такие действие со стороны историка только расслабляется, начиная дышать чуть тяжелее. Арсений хочет провести весь сегодняшний день с Антошей. Со своим милым мальчиком, но звонок директрисы отвлекает его тогда, когда он уже доходит дорожкой поцелуев до края пижамных штанов Шаста. Арс досадливо стонет, отвлекаясь от желанного тела, и беря свой телефон. Директриса орет на него так, что слышно даже Антону. Оказывается Попов, по своей забывчивости, вызванной болезнью, забыл заполнить отчеты, видимо важные, раз на него так орут. Отключая вызов Арс очень грустным взглядом смотрит на Тошу, намекая, что продолжения не будет. Тот, в свою очередь, только разочарованно выдыхает, поднимаясь с кровати. — Антош, мне нужно в школу съездить. Побудешь один? — Арсений проходит к своему шкафу, выбирая чтобы такого надеть. — А можно с тобой? — Антон тоже подходит к шкафу, рассматривая какую бы майку стырить у Арсения. — Потом домой ко мне заедем, я кое-что забрать хочу. — на этой фразе щеки подростка трогает румянец, и Арс не понимает почему. — Хорошо, тогда потом заедем купим продукты, а ты приготовишь что-нибудь. Антон коротко кивает, доставая черную майку с самой верхней полки шкафа, разворачивает ее, и немного охреневает с того, что написано на майке. — Тебя я вижу без одежды, — полушепотом читает Шаст. — Это кого ты там без одежды видишь, кабилина? — возмущается зеленоглазый, угрожающе держа майку в одной руке. — А, это моя майка. — тупо говорит Арс — Естественно твоя, в твоем же шкафу! — у Антона чуть повышается голос, его вообще легко вывести из себя. — Ты не понял. Я ее сделал, ну надпись придумал. — Ты дизайнер — это я понял. Но скажи мне, любимый, о ком это ты думал? В твоем дизайнером инстаграме я ее не видел, значит недавно… — Да о тебе я думал! — выпаливает историк. — Еще тогда, когда ты первый раз в моем доме был, тебя Лия еще выгнала. Я всю ночь не спал, думал, потом устал, открыл твой профиль в инсте, испоганил несколько салфеток, потому что у тебя там летние фотографии, а потом один из эскизов написал то, что думал, смотря на тебя. — Антон, от этого заявления, покрывается пятнами смущения. — Арс, ты просто идиотина, — обреченно выдыхает Шастун, надевая на себя злосчастную футболку. Уходя за дверь, уже открыв ее, он останавливается, оборачиваясь на Арсения. — И да, я тебя тоже вижу без одежды. — серьезно говорит он, а после выходит из комнаты, оставляя брюнета глупо и счастливо улыбаться.

***

На школьной парковке, где Арсений поставил машину, нет ни души, но Антон всё равно как-то воровито оглядывается, не спеша выходить из машины. Это не остается без внимания голубоглазого. — Тош, что-то не так? — мягко спрашивает мужчина. На это Антон еще раз вертит головой во все стороны. — Все так. — а следующие действия подростка заставляют Попова сидеть в ступоре. Его мальчик, своими тонкими длинными пальчиками ловко расстегивает ширинку черных джинс историка, и мужчина чувствует теплые губы на своем члене через ткань нижнего белья. — Антош, что ты делаешь? — сдавленно шипит мужчина, вжимаясь спиной в собственное кресло. — Тебе нравится. — в голосе Антона нет вопроса, ему и так всё понятно по полувозбужденному органу Арсения, который встал от таких простых действий. Брюнет на это ничего не отвечает. Он решает отпустить себя, да и на парковке пусто, а в школе нет учеников, каникулы же. Только директриса, чей кабинет вообще далеко. Взвесив все за и против, Арс кладет руку на затылок Шастуна, резко нагибая его, заставляя уткнуться носом в свой пах. Парень этого не ожидает, а потому, на рефлексе, старается сначала отстраниться, но потом принимает правила игры. Он спускает боксеры Арса, на которых уже виднеется мокрое пятнышко предъэкуляра. Это первый раз когда Шастун решается сделать минет. Раньше только сам Арсений радовал Тошу таким видом секса, но подростку до безумия хотелось самому попробовать. Зеленоглазый прикасается губами к влажной крупной головке, чувствуя странноватый вкус плоти. Он не отталкивающий, просто странный. Русоволосый постепенно вбирает в себя член Попова все глубже и глубже. Арсений визуал. Он не знает от чего больше удовольствия получает: то, что видит как пухлые губы юноши движутся на его органе, или то, как чувствует горячий язычок, вылизывающий его ствол и приятный жар рта. Больше половины у Шастуна взять не получается, потому что у Арса слишком большой, а еще рвотный рефлекс и отсутствие какой-либо практики сказываются. Потому Антон помогает себе рукой, обхватывая ствол ладонью, он надрачивает в такт движениям своей головы, вслушиваясь в тяжелое дыхание Арсения. Свою руку Арс расположил на затылке подростка. Он не давил, но иногда, рефлекторно, подавался бедрами навстречу ласкающей руке и рту, от чего Антон тут же отстранился, пытаясь отдышаться, но потом снова прикасался губами к головке, проводил языком по уретре, вылизывая её, слегка проникая языком внутрь. От этого Попов закатывает глаза, и даже сквозь закусанную до крови губу, слышны его тихие стоны. Антон старательно вылизывает основание, рукой нежно массируя мошонку, легко сжимая и перекатывая тяжелые яички историка. И пусть Шаст делает это не так умело, как прошлые его пассии, с ними он никогда не испытывал того, что испытывает с этим потрясающем, зеленоглазым мальчиком. Арс кончает с громким стоном, сильнее стискивая светлые волосы, не давая юноше отстраниться, от чего Шастун закашливается, посылая приятные вибрации. Когда хватка ослабевает, Тоша сразу отстраняется, быстро ища в бардачке салфетки. Он достает пару штук выплевывая в них семя Попова. — Арс, ты прости конечно, но вкус премерзкий. — Кривится зеленоглазый, все еще ощущая горьковато-кислый привкус. — Мог бы и предупредить, что кончаешь! Историк, уже отошедший от оргазма, мягко смеется, поправляя одежду. — Прости Тош, просто не сдержался. — Арсений быстро целует его в щеку. — Люблю тебя.

***

Антон еще долго возникал по поводу того, что до сих пор чувствует вкус спермы Арса у себя во рту. В итоге мужчина купил ему конфет, чтобы тот наконец заел вкус (хотя больше для того, чтобы заткнулся). Он повез подростка домой. Антон, пообещав, что сделает все крайне скоро, убегает, успевая чмокнуть Арса в губы, от чего мужчина улыбается как полудурок. Пока Тоши нет, Попов успевает пролистать Инсту, узнать как себя чувствует психолог, на что она откровенно шлет Арсения, потому что пол ночи пыталась убедить бедного паренька, увидевшего сцену насилия, как тому казалось Антона, что Шастун дома, в безопасности. Убедила ближе к утру, паренька забрали родители, и теперь она отсыпается, а сука-Арс мешает этому. Антон так и не появляется, потому брюнет успевает поговорить еще и с Димой, который собирается пойти с Серёжей в парк, а сука-Попов его отвлекает. И теперь ему уже нечего делать. И где этого мальчишку носит? Историк просто тупо начинает пялиться в окно. Как только он поднимает глаза, его взгляд встречается с глазами девушки, сидящей на лавочке метрах в семи от него. На вид ей лет восемнадцать-девятнадцать. Он кажется Арсению смутно знакомой. Он пытается уловить в памяти, у кого из его знакомых были похожие черты лица или цвет глаз, но так и не может понять. Может просто когда-то где-то видел. И точно, иногда он видит ее, когда подвозит Антона до дома. Кажется это его соседка. Но это не дает ей права так пристально пялится на человека. Арс психует, и снова утыкается в телефон, но взгляд девушки будто пытается прожечь в нем дыру. Эту ситуацию спасает пришедший Шастун. Видя его, мужчина сразу забывает о девушке, которая, к слову, до сих пор смотрела. Да и пусть смотрит, ему нет никакого дела. Сейчас главное — это Антон. Его Антон. Вид подростка весьма странный, он переоделся, взял рюкзак, но почему-то его щеки были цвета редиски, а глаза странно поблескивали. — Ну и что ты там делал? — хитро спрашивает брюнет. — Ничего. Цветы поливал, — пожимает плечами юноша, залезая в машину. — Поехали, нам еще за продуктами.

***

Поездка в супермаркет выдалась не самой простой, потому что Антон теперь тоже считает, что авокадо — это то, что должен есть Арс каждый день, потому их споры по поводу этого малость затянулись, но Шастун всё равно победил, и сейчас донельзя довольный раскладывал этот овощ или же фрукт, в боковой отдел холодильника, пока сам Попов сидел на стуле, обиженно дуя губы. Закончив расставлять все продукты, Антон садится на колени к Арсению, начиная выцеловывать его шею, покрывая мелкими мокрыми поцелуями. Мужчина шумно выдыхает, вся его злость и обида в момент улетучивается, однако, он всё равно не может себе позволить продолжения. Историк нехотя отстраняя подростка от себя, вглядываясь в уже чуть затуманенные глаза своего мальчика. — Тош, прости, но там отчет. Нужно закончить, и тогда я весь твой. — расстроенно говорит историк. Шастун поджимает губы, слезая с колен. — Ну пиши свой долбанный отчет, — в голос мальчишки можно уловить неприкрытое раздражение, — Я тогда в душ. Арс согласно кивает, поднимаясь и уходя в кабинет. Он не видит, как Шаст хитро улыбается, провожая его взглядом. Дождавшись хлопка двери кабинета, Антон быстро направляется в ванну, прихватив с собой рюкзак. Он уверен, что его задумка заставит Арсения забыть о всех своих отчетах. Парень раздевается, не забыв запереть дверь на щеколду, достает из рюкзака баночку крема, лисьи уши и хвост-пробку. Юноша уже принял душ дома, потому ему не нужно это сейчас, однако воду он всё равно включает. Антон становится на четвереньки, открывает крем, выдавливая его на свои пальцы и размазывая. Сам себя он никогда не растягивал, потому медлит, решаясь. Шаст подносит смазанные пальцы к сжавшемуся отверстию, легонько надавливая одним на вход, проникая только на одну фалангу. Шумно выдыхает, вводя палец дальше, до упора. Это причиняет небольшой дискомфорт, потому что с Арсением у них не было полноценного секса больше недели. Зеленоглазый осторожно двигает пальцем, пытаясь немного разработать себя. Собственный палец плавно двигается, немного растягивая тугие мышцы, так же плавно вставляет второй. Это уже более неприятно, но боли пока нет. Антон осторожно разводит пальцы внутри себя, сдавленно дышит. Он представляет, что это всё с ним делает Арсений, и становится легче. Член начинает потихоньку набухать. Так он растягивает себя еще пару минут, а потом решает, что хватит. Пробка небольшая в диаметре, так что подготовки должно хватить. Шаст вытаскивает из себя пальцы с характерным звуком, и этот хлюп заставляет его покраснеть, и, как не странно, возбудится еще больше. Парень смазывает игрушку кремом, покрывая ее толстым слоем. Он медлит. Сомневаясь в правильности своих действий, но потом шлет всё к чертям, и резко толкая в растянутый анус пробку. Антон до крови закусывает губу, пытаясь сдержать собственный голос. По ощущениям пробка оказывается чуть больше, чем на вид, она довольно ощутимо распирает тугие мышцы. Силиконовый кончик пробки слегка давит на простату, но недостаточно. Это ощущение заставляет желать большего. Шастун поднимается на ноги, ойкая от того, что пробка, из-за тяжести хвоста, упирается расширенной частью во вход. Антон надевает майку, которая чуть прикрывает его бедра, аккуратно натягивает ушки, и выходит из ванной. Он по стеночке добирается до двери в кабинет мужчины, осторожно открывая ее, входя внутрь. Шаст осматривает сосредоточенное лицо Арса, который таращится в свои бумажки, изредка что-то вписывая в них. — Арсений Сергеевич? — немного смущенно зовет Шастун, пытаясь отвлечь историка от работы. Брюнет думает, что к ним кто-то пришел, потому Антон включил официоз. Мужчина поднимает взгляд, и буквально давится собственным вдохом. Его милый, маленький Тоша сейчас стоит в одной, не самой длинной, слегка просвечивающей белой футболки, из-под которой виднеется пушистый лисий хвост, и от этого рот наполняется слюной. Арсений скользит взглядом выше, подмечая, что под тканью футболки слегка очерчен вставший член, а растянутый ворот открывает выпирающие ключицы. На лице Антона играет легкий румянец, который так же тронул кончики ушей парня. — Тош, что это? — завороженно спрашивает Попов, даже боясь шевелиться, а его собственный член весьма однозначно дергается. — Тебе не нравится? — быстро стушевывается Шаст, прижимаясь плотнее к двери. — Шутишь?! — восклицает Арс, рывком поднимаясь со своего места, — Я вообще-то еще когда увидел ушки на тебе, уже искал такой хвост. Правда думал ты пошлешь меня с этой затеей. От этих слов краснота с щек сползает еще и на шею подростка. — Просто понимаешь, — неуверенно начинает мужчина. — Тут действительно важный отчет, и если я его не закончу, то будут проблемы. Антон краснеет еще больше, только теперь уже не от смущения, а от злости. Его не останавливает даже невинное выражение глаз мужчины, которые тот стыдливо опустил. Шаст сжимает кулаки, в пару шагов подходя к брюнету, тихо шипя от того, что пробка внутри все так же движется. — Так, Попов. А ну объясни мне одну вещь, — зло начинает юноша, силясь не врезать Арсению, — Я тут значит в душе намывался, пальцы себе в задницу вставлял, наряжался как последняя прошмандэ, для тебя, между прочем, а ты что? — Антон говорит это все повышенным тоном, но Арс все так же не поднимает голову. — Если ты, блять, прямо сейчас не трахнешь меня, то не то что в таком виде меня больше не увидишь, ты вообще меня не увидишь! Будешь со своей рукой развлекаться. — Антон скрещивает руки на груди, раздраженно пофыркивая. Арсений всё это время не поднимал взгляд, рассматривая голые щиколотки мальчишки, иногда поднимая глаза до колен, где виднелся пушистый кончик хвоста, заставляя напрягся всеми мышцами (особенно одной конкретной). Когда Попов слышит, как Тоша сам просит трахнуть его, то здравый смысл отступает, давая место первородным инстинктам. Он отодвигает все документы на левый край стола, а после, рывком подсаживает Антона на стол, на что тот громко ахает, так как основание пробки ударяется о поверхность столешницы. Арсений нажимает на грудную клетку Шастуна, принуждая его лечь полностью спиной за стол. Зеленоглазый подчиняется, он наконец добился того, чего хотел. Пару секунд Арс рассматривает красивое, хрупкое тело на поверхности своего стола. Ноги Антоши широко разведены в стороны, и голубоглазый смотрит на основание пробки с пушистым хвостом охристого оттенка. Если бы собственный член болезненно не ныл, Попов бы несколько часов рассматривал, гладил, целовал, вылизывал и просто мучал своего мальчика, доводя до иступления. Но не сегодня. Сейчас хочется поскорее избавиться от напряжение, потому что смотреть на стонущего и выгибающегося Антона больше нет сил. Арсений, стягивает с себя штаны вместе с бельем чуть ниже бедер, наконец высвобождая болезненно ноющий член. Брюнет одним легким рывком вытаскивает пробку из растянутой дырочки Тоши, слушая удивленный вскрик. Мужчина залипает на пару секунд, наблюдая как судорожно сжимается растянутый сфинктер. Он рычит, пододвигая тело Антона к себе, впиваясь пальцами в его бедра. Попов быстро, не сдерживаясь, входит в Шаста, и глухо стонет. В его мальчике очень узко, даже несмотря на подготовку. Юноша вскрикивает от боли, но через пару неглубоких толчков начинает привыкать и сам двигает бедрами навстречу. Историк покрывает поцелуями незакрытые футболкой ключицы Тоши, поднимается выше, проходясь языком по кадыку. Антон несдержанно стонет, кладя свою руку на уже болезненно ноющий член, надрачивая в такт толчкам Арсения. Сам же мужчина громко дышит, иногда срываясь на рык, продолжая вылизывать шею подростка. Попов понимает по участившимся стонам и поскуливаниям подростка, что тот уже на грани. Историк увеличивает скорость движения, при каждом толчке давя головкой на слегка набухшую простату юноши. От этого Шастун практически задыхается своими стонами, движение собственной руки на члене тоже ускоряется, и парень обильно кончает себе на живот, сразу чувствуя, как из него выходит Арсений. Мужчина быстро надрачивает себе, кончая так же на живот мальчишки со сдавленным стоном. Арс оседает на свое кресло пытаясь отдышаться. Немного придя в себя, Попов достает из ящика стола влажные салфетки, вытирая сперму со своего мальчика, потому что на душ нет ни сил ни времени. Антон уже практически отключается, бессонная ночь дает о себе знать. Арсений осторожно подхватывает Шаста, перенося на большой мягкий пуф в углу комнаты. Кажется, Тоша особо не реагирует. Его веки закрыты и он уже тихо посапывает. Арс прикрывает Антона пледом, а мальчик, в свою очередь, подгибает коленки к своей груди. Попов ласково целует Шастуна в лоб, потом подходит к своему рабочему столу, снова принимаясь за отчет.

***

Мужчина заканчивает возиться с бумажками уже ближе к ночи. На протяжении всей работы, он иногда позволяет взглянуть себе на своего мальчика. Его расслабленное, спящее лицо, как будто, придает сил брюнету на то, чтобы быстрее закончить свою бумажную волокиту, и, наконец, отнести Антошу в спальню и заснуть с ним в обнимочку. Он так и делает. Правда Тоша просыпается, когда историк пытается осторожно взять его на руки. Парень зевает, немного промаргивается, и говорит что хочет уединится в уборной. Арс на это смеется, не смея перечить, а сам, как раз, направляется в спальню. Антон еще успевает принять быстрый душ, попить на кухне водички, помыть пару кружек, которые оставил Арс в раковине, пока работал. Когда Шастун ставит в шкафчик последнюю вымытую кружку, на его телефон приходит сообщение. Он быстро вытирает руки полотенцем, и берет гаджет в руки. «Я знаю о вас всё. Расстаньтесь, а то хуже будет.» — гласило пришедшее сообщение. Юноша сначала напрягается, но потом списывает все на новый развод по смс. Недавно его отцу прислали сообщение, где говорилось о том, что его муж ему изменяет. Это немного успокаивает, и Шастун идет в кровать. Там его уже ждет чуть задремавший Арсений. Антон быстренько залезает к нему в объятия, обнимая в ответ. Попов просыпается от этого. Он счастливо жмурится, прижимая Антошу к себе, быстро целует его в кончик носа.  — Я люблю тебя, — шепчет Арс, снимая худое тело еще сильнее. Сон на Шаста тоже находит быстро, он уже бормочет ответные слова любви, засыпая на груди своего мужчины.