Рука за рукав

Раньше Антон часто задавался вопросом, о том, что же чувствуют люди, просыпаясь рядом с любимым человеком. Теперь он точно знает что. Когда утром открываешь глаза, и первое, что ты видишь, это спящее, умиротворенное любимое лицо того, за кого, кажется, можешь действительно отдать жизнь — в это время ты чувствуешь истинное счастье. Как бы слащаво это всё не звучало, но так оно и есть. Арс во сне выглядит словно ребенок. Он громко сопит, иногда пускает слюнки на подушку (или на Антона, там от позы их сна зависит), еще забавно хмурится, когда Шаст касается своими губами его скулы или кончика носа, а после счастливо улыбается. Это, несомненно, одно из лучшего, что когда-либо видел Антон в своей жизни. Парень всегда аккуратно встает и выходит из комнаты, где спит мужчина, несмотря на свою природную неуклюжесть. Дальше Шаст идет заниматься тем, что делают все с утра. Водные процедуры. Быстренько справившись с этим и переодевшись, мальчик идет на кухню готовить завтрак. Он не особо силен в готовке, но получается у него куда лучше, чем у самого Арсения. Делает быстро омлет и пасту из авокадо, которую намазывает на тосты. Пока Шаст увлеченно бегает по кухне, просыпается Арсений. Мужчина немного недоволен тем, что, открыв глаза, не увидел рядом с собой любимого. Память сразу выдала те моменты, когда Антон сбегал от него, и это заставляет напрячься. Однако звук тихой музыки и позвякивание посуды, доносящиеся из кухни, успокаивают. Попов потягивается на кровати, а после рывком принимает сидячее положение. Он встает, даже не удосужившись надеть на себя майку, и тихонечко проходит на кухню, где его Тоша уже во всю хозяйничает. Антон не двигает бедрами в такт музыке, даже не пританцовывает, он сосредоточен на готовке и том, чтобы снова ничего не разбить. Все бывшие пассии Арса всегда крутили задницей с утра пораньше, причем, иной раз, совершенно не попадая в такт музыке. Но его мальчик совсем не такой. Арс все так же тихо проходит и осторожно обнимает парня со спины, утыкаясь носом ему в макушку. Когда Шаст дергается от неожиданности, то мужчина прижимает его ближе к себе, чтобы тот ненароком не обжегся или что-либо не перевернул. — Арс, ты напугал меня. — недовольно шипит юноша, дергая плечом, пытаясь отстраниться от настойчивых объятий Попова. — Прости. — шепчет мужчина, легонько целуя Антона в затылок, сразу отстраняясь, и переходит к готовке чая для Антоши и кофе для самого себя. Шастун молча накрывает на стол, раскладывает еду по тарелкам и усаживается, дожидаясь, пока историк поставит перед ним кружку чая. Попов кривится, когда видит на своей тарелке два тоста с зеленого цвета «мазюкой»(по другому он назвать это никак не может) на них. Это не остается без внимания Шаста. Он громко цокает, укоризнительно смотря на мужчину. — Арс, это полезно и вкусно, к тому же от авокадо дольше остаешься сытым. — поучительно начинает говорить зеленоглазый. — Ну, Тош, ну не вкусно мне. — Арсений начинает канючить. — Так, а ну ешь быстро и будем собираться. — шикает на него Шастун, принимаясь за еду. Попов затыкается, с недовольным видом поглощая еду, которую заботливо приготовил Тоша. Сегодня у них прощальный день с Лией. Завтра она улетает и больше не появится на так долго в России. От этого становится грустно, но она же не навсегда улетает. Обещала в следующем месяце уже прилететь. Дальше завтракают они в тишине, наслаждаясь обществом друг друга. Как выяснилось, Антон по утрам не очень любит разговаривать, он заторможенно отвечает, чем начинает злить окружающих, потому Арсений предпочитает его не трогать. Ему и так вполне комфортно. После еды Шастун отправляет историка в душ, а сам занимается мытьем посуды. Впрочем, Арс достаточно долго принимал водные процедуры, потому парень еще успевает позвонить родителям, у них все прекрасно, только папа просит Антошу быть поосторожнее и говорит, что они приедут домой через день. Антон не понимает, почему отец вдруг стал настолько сильно волноваться, не то чтобы он раньше совсем не проявлял какие-либо знаки заботы, но сейчас прям зашкаливает, но мальчишке это нравится, он так еще ярче чувствует, что его родители, даже несмотря на загруженность на работе, очень любят его. Арс выходит из душа уже одетый в обычные черные зауженные джинсы и в зеленую толстовку с капюшоном. Ему вообще все вещи идут, потому Антоша даже на пару секунд засматривается. Попов садится с ним рядом на кровать, с серьезным взглядом смотря в глаза. — Знаешь что, Тош, я никуда не пойду, пока не получу то, что не получил с утра. — он театрально поджимает губы и скрещивает руки на груди. У себя в голове Шаст смеется с такого Арсения, но на деле лишь улыбается. Антон быстро перелазиет на колени к Арсу, берет его лицо в свои ладони и прикасается губами к губам мужчины. — С добрым утром, мой любимый Арс. — тихо говорит парень, а потом мягко целует, проводя языком по губам. Арс довольно улыбается в поцелуй, начиная отвечать, он перекладывает руки на спину зеленоглазому, начиная медленно водить ими. Как только рука Попова хочет залезть под боксеры Тоши, тот резко отстраняется. — Нет, Арс, мы и так чуть задерживаемся, да и после вчерашнего у меня немного побаливает. — мальчик кладет ладошку на низ живота, показывая, где у него болит. — Прости, — шепчет брюнет, — Не хотел сделать тебе больно. — он утыкается лбом в плечо Шаста. — Мне вообще-то всё понравилось, просто на утро иногда так бывает. Пройдет само через день точно. — Антон ласково гладит мужчину по голове, а потом слезает с его колен. Дальше они собираются уже вместе и едут к психологу на такси, потому что Арсений планирует выпить, и выпить не так уж и мало. Он еще в лифте рассказывает Антону о том, что у Амалии есть традиция напиваться до состояния почти не стояния, когда она куда-либо летит. Антон хмурится, но против ничего не говорит. В такси Арсений сам берет руку Шаста в свою, переплетая пальцы, так они едут всю дорогу, не обращая внимания на косые взгляды водителя такси в их сторону. Это совсем не важно сейчас.

***

Дверь в квартиру психолога оказывается открытой, Тоша заходит с опаской, потому что таких здоровых пауков, которых разводит девушка, он всё еще боится до жути. Сама Лия сидит за барной стойкой на высоком стуле в труселях и слегка растянутой майке. Раньше Антон бы смутился, увидев девушку в таком виде, но сейчас плевать. У него внутри ничего не екает при взгляде на обнаженное женское тело. Другое дело Арс, на него отзывается тело и физически, и эмоционально. Историк тоже не ощущает никакого дискомфорта, они дружат достаточно давно и видели друг друга и не в таком виде. Потому мужчина вальяжно проходит в квартиру, сразу же подмечая, что сегодня он облюбует диван. — Привет мальчики, хорошо добрались? — не отрываясь от созерцания текстов в экране своего телефона спрашивает психолог. — Просто прекрасно. — говорит Антон, подходя к раковине, чтобы руки помыть и воды попить. — Ты хоть оденься, а то так и поедешь в аэропорт, — хихикает Шастун, представляя, как забавно это смотрелось бы. Девушка молча встает со своего места и плетется к шкафу. Оттуда она достает обычные синие джинсы и длинное худи черного цвета. — А где твои чемоданы? — оглядывая всю квартиру, спрашивает Попов. — Да у меня там достаточно вещей, к тому же я еще вернусь сюда. — Амалия кое-как натягивает джинсы на ноги. — Антош, сейчас Дима с Серёжей приедут, может, ты приготовишь хоть бутерброды, а то закусывать совсем нечем. — Просит девушка, натягивая до конца джинсы и застегивая их. Шастун закатывает глаза, но послушно открывает холодильник, выуживая оттуда помидоры, уже нарезанную колбасу, какую-то зелень и сыр. Пока зеленоглазый возится с бутербродами, тихо подпевая какой-то популярной песне, играющей по радио, Лия одевается и наливает в три стакана немного виски. Один стакан остается стоять на журнальном столике, дожидаясь Поза, а два других она подцепляет, присаживаясь на диван рядом с Арсом, отдавая ему один из стаканов. Мужчина молча кивает, и они вместе залпом выпивают всё их содержимое. — Знаешь, Арс, я давно тебя таким счастливым не видела. — констатирует девушка, смотря на профиль мужчины. Он удивленно поднимает на нее взгляд. — - Насколько давно? — Никогда. — легко отвечает психолог, дотягиваясь до бутылки. Попов кивает в подтверждение ее слов. Он действительно никогда не был настолько счастлив, насколько сейчас. — Это всё из-за него. — коротко говорит брюнет, кивком головы указывая на своего Антошу. — Осторожнее, Арс. Ты ведь не выдержишь, если вы расстанетесь. — Амалия наливает виски себе в стакан и Арсению. — Я не думаю, что смогу его так просто отпустить. — мужчина начинает говорить чуть тише, чтобы их разговор не слышал Шаст. — А если он попросит? — психолог задумчиво крутит жидкость в стакане. — Тебе ведь придется его отпустить. — Я не хочу сейчас об этом думать. Но мне кажется, у нас с ним будет всё хорошо. — Арс смотрит на спину Антона и улыбается, потому что этот парень для него всё. — И вообще, выключи психолога, расслабься. — Я всё еще надеюсь быть подружкой жениха на вашей свадьбе. — Амалия, видя счастливое лицо Попова, тоже улыбается. Через полчаса виски в бутылке становится половина, Лия с Арсом спорят о какой-то ерунде, а Антон заканчивает приготовления бутербродов. Позов с Сергеем приходят еще минут через десять, и Дмитрий сразу направляется к своим друзьям, хватая нетронутый третий стакан. Они всё беседуют о каких-то научных статьях по педагогике, еще о какой-то совсем не интересной для подростков чуши. Матвиенко же садится за барную стойку рядом с Антоном, где парень играет в морской бой онлайн. Не сказать, что эта игра ему нравится, но затянула.  — Здорово, Шаст, как дела твои грешные? — весело говорит кареглазый, беря с тарелки, на которую Антон отложил чуть закуски, бутерброд. — Та норм, ток задница болит немного. — Абсолютно бездумно отвечает парень. — А говорите, что не кролики. Только и делаете, что ебетесь. — Посмеиваясь, говорит Сергей, надкусывая бутерброд. — Ой, а кому-то завидно. — Ехидно подмечает Шаст, поднимая свои глаза на друга. — Ну если только немного. Пока трое преподавателей пили, иногда громко смеясь, вспоминая какие-либо забавные истории, Антон с Сергеем играли друг против друга в морской бой на телефонах. Заняться им всё равно было больше нечем. Пару раз Арс подходил к Антоше, легко чмокая его в макушку и шепча на ухо, как сильно его любит. Антон от этого смущался, покрывался красными пятнами, но улыбался. Дима к Сереже тоже подходил, но он либо клал голову на плечо Матвиенко, либо спрашивал как тот себя чувствовал. Он еще не привык выражать свои чувства на людях так же легко, как это делает Попов.

***

Ближе к семи часам у девушки зазвонил телефон. Это оказался будильник, который напоминал, что посадка у нее в девять. Антон с Сергеем помогли сгрести две пустые бутылки в мусорный пакет, помыть стаканы и тарелки, а еще одеть своих, кое-как стоящих на ногах, мужчин. Лия же справилась сама весьма играючи и твердо могла стоять на земле, хотя голос был явно нетрезвым. До аэропорта они все вместе доехали на такси, но по дороге Арс в открытую лез к Шасту в штаны, из-за чего парень шикал на него и бил по рукам. Дима посапывал на переднем сидении, Сергей просто положил голову на плечо психологу и смотрел на спокойное лицо Димы, легко улыбаясь. Амалия же смотрела в окно, будто пытаясь запомнить все мелькающие дома, лица людей, каждую соринку. Было грустно уезжать так надолго и понимать, что больше никогда не сможешь вернуться, поработать в этой атмосфере. Пожалуй, только сейчас она начала понимать, что теперь ее родная страна, где она родилась и выросла, практически закрыта для нее. Однако особой горечи она не испытывала. Было лишь жалко оставлять друзей и нескольких человек из семьи. Они приехали за час до начала регистрации. Арс с Позом осели на кресла в зале ожидания. — Антон, пошли покурим. — предложила беловолосая, доставая из рюкзака пачку сигарет и зажигалку. Курить хотелось очень. Все время, пока зеленоглазый был у Арса, курить у него не получалось, да и особо не хотелось, но сейчас он чувствует жуткую нехватку никотина в своем организме. Шастун просит Сергея присмотреть за их преподавателями, которые, слава всем, не буянят. Девушка изъявила желание курить на улице, потому они вышли из здания аэропорта. Антон чуть придерживал учительницу, чтобы та шла ровно и не заваливалась в бок.

***

— Лий, скажи, а почему ты жила в России, а не со своим мужем? — парень делает первую неглубокую затяжку, ощущая, как тяжелый дым заполняет легкие, даря слабое головокружение. — Понимаешь, мой муж музыкант, у него гастроли и всё такое. Я однажды побывала с ним в туре, чуть не сдохла от вечных перелетов, переездов, недосыпов. Потому так ездить с ним не получится, — девушка прерывается, чтобы затянуться. Она медленно выдыхает дым из легких. — Сидеть дома я тоже не хочу. У меня есть педагогическое образование, и его я получала в России, а там совсем другая методика преподавания. Не готова пока переучиваться, — снова затяжка. — Поэтому, пока он на гастролях, я была тут. Как только он заканчивает, еду домой либо я, либо он сюда. — пожимает плечами девушка. — И не ревнуешь его разве? — удивленно поднимает брови парень. — Скажем так, я надеюсь на его честность. Для меня главное, что я не изменяю. Все остальное будет на его совести. Если однажды он придет и скажет, что всё, между нами всё закончено, я уйду, не стану даже спрашивать причину, просто уйду. — Психолог выкидывает бычок в урну, разворачиваясь лицом к удивленному Антону. — Как вы познакомились? — Тихо спрашивает Шаст, докуривая свою сигарету. — Я не помню, — смеется Амалия. — По всей видимости, я пила и полетела в состоянии алкогольного нестояния в Лондон. Там, естественно, нашли, я просто не одна полетела, каких-то парней, которые повели нас не в самый приличный клуб. А вот что дальше, я совсем не помню. Но мой муж говорит, что просто забрал меня из клуба и так же забрал документы, чтобы я их не потеряла. Когда я проснулась с диким похмелом, увидела рядом с собой мужика, но благо я была в одежде, не в своей правда, в его, мою он постирал. В итоге, на тогда еще еле каком английском, я попыталась извиниться, быстро переоделась в свои вещи, забрала паспорта и убежала. Как-то так и было. — А что потом? — А потом я сидела у себя дома, ждала родителей с работы, услышала стук в дверь и побежала открывать. А там как раз тот мужик, у которого я проснулась полгода назад. Благо английский уже нормально зала. Он объяснил, что адрес сфоткал в паспорте, а раньше не приехал из-за работы. В итоге мы вот так вот и познакомились, но уже нормально. — Потрясающая история! — восторженно проговорил парень. — Серьезно, чем же твое пьяное поведение так восхитило его, что он не смог тебя забыть? — Знать бы. — девушка закуривает еще одну сигарету. — Он сказал, что расскажет мне об этом только тогда, когда будет умирать. Потому что, по его словам, эта история заставит меня улыбнуться. — А он романтик у тебя, не то что ты. — фыркает парень, мягко посмеиваясь. Девушка несколько раз согласно кивает. — Антон, скажи честно, что ты чувствуешь к Арсению? — задает вопрос в лоб девушка. Ей надо убедиться в серьезности их отношений. Если за Димой и Сергеем она наблюдала долгое время, смотря как они постепенно открывались друг другу, да и сейчас, их отношения развиваются постепенно. Совсем не так, как у Антона с Арсом, это чуть напрягает. Она боится, что их отношения быстро наскучат подростку. — Ты не подумай, просто ваши отношения начались с секса в поезде, когда вы не знали даже имен друг друга. — Я бы сказал, что люблю его, но… — Задумчиво тянет парень. — Но это гораздо больше, я не могу выразить словами все то, что происходит у меня внутри, когда я слышу его голос, вижу, вдыхаю его запах, просыпаюсь и засыпаю с ним. На первой фразе сердце девушки замирает, но когда Шастун продолжает говорить, она расслабляется и облегченно выдыхает. Так не будет говорить тот, кто не сильно заинтересован в долгих отношениях. Она понимает, что они влюблены друг в друга, бесповоротно, и, видимо, на всю жизнь. У Антона это первая любовь, так, как он сейчас любит Арса, не сможет больше никого полюбить уж точно. — Ну смотри мне. Я, вообще-то, еще надеюсь бухать на вашей свадьбе. — Серьезно произносит девушка, на что Шаст тут же заливается краской, злобно шикая на девушку. — Лия, блять. — Только и говорит он. Остальное время до регистрации все мирно сидят. Попов с Димой успевают чуть отрезветь. Как только диспетчер произносит слова о посадке, Лия встает с насиженного места, а за ней и четверо ребят. Она говорит им о том, что нужно разговаривать друг с другом, а так же просит ей звонить, чтобы она не чувствовала себя одиноко, как старая бабка. Только вместо кошек у нее пауки и собака мужа. Они делают пару совместных фотографий на память и обнимаются все впятером. Потом девушка берет свой рюкзак и уходит вглубь аэропорта, она оборачивается, чтобы еще раз посмотреть на парней, и улыбается. Дима положил голову на плечо Сереже, а Арс держит Антона за руку. Сейчас у них идиллия в отношениях, и девушка с легким сердцем улетает, зная, что сейчас всё хорошо.

***

Домой они едут на разных такси. Дима с Сергеем на одном, Арс с Антоном на другом. В этот раз Попов ведет себя прилично и просто посапывает на коленках Антоши. Сам же парень легко перебирает его волосы, смотря в окно, пока на его телефон не приходит уведомление о новом сообщении. Шастун открывает диалог. «Я смотрю до тебя не доходит по-хорошему. Расстанетесь, или хуже будет, даже подружка-психолог не поможет.» Антон с ужасом читает эти два предложения, внутри что-то обрывается. Ему страшно. Но он не за себя боится. Он боится за Арсения. Теперь сомнений не оставалось, что человек, пишущей ему, не ошибся номером или это очередная штука для вымогания денег. Шастун смотрит на умиротворенное лицо своего мужчины. Да, ради него он готов на всё, даже расстаться с ним. Но. У этого человека, строчащего ему анонимки второй день подряд, на них ничего нет, к тому же если быть осторожными, можно и вовсе убедить человека, что они не вместе. И еще, мало ли у кого есть подружка-психолог. Шаст снова успокаивается, кладя телефон обратно в карман. Когда машина подъезжает к дому историка, Антон просит не уезжать таксиста. Он мягко будит Арсения, помогает ему дойти до кровати, укладывает, целует в лоб, приносит на прикроватную тумбочку графин с водой и таблетки от похмелья. Еще он оставляет под графином записку, наконец уходит.