Убей меня и всё.

      Убей меня, и всё.       Суицид — не выход.       «Ха!» — истерично хихикнул Антон, сидя на холодном кафельном полу и медленно наблюдая, как бледно-красные капельки крови стекают с запястья на плитку. А, что вы бы сделали, если от вас беспричинно ушел любимый человек? Шастуну даже казалось, что его кровь стала намного бледнее после последней встречи со своим бывшим.       Кровавый экран. Не работающий сенсор из-за обилия крови. Папка — «Сеня». В голове вновь и вновь прокручиваются моменты их отношений. Ровно год назад он уехал от него. Бросил. Без объясний и причин. Как игрушку.       По бледно-снежным щекам покатились капельки слез, оставляя теплые дорожки. Алкоголь и лезвие сверкающего ножа — идеальное сочетание. Не правда ли?       Все попытки достучаться, написать Арсению — тщетно.       Два года. Два ужасно теплых и по-настоящему счастливых года, как-будто и от них осталась лишь черная дыра.       «Какая же ты сука, Попов» — проговорил Антон, снова прикладываясь к бутылке со жгучей жидкостью. Блять.       Антон пытается встать с пола, но ему это не удается из-за окровавленных запястий, так предательски скользящих по полу. Пересилив себя, Шастун поднимается и покачивающимся шагом идет на балкон.       Лунный свет освещает маленький уголок его комнаты. Щелчок зажигалки, и приятный, теплый табачный дым обволакивает легкие. Под ногами вертится их с Арсением кот. Арс не раз говорил, что коту нравится Шастун. Видимо он понимал душевное состояние хозяина и пытался хоть как-то помочь.       Вообще, история появления этого кота в их семье уникальна, ведь шанс того, что вы встретите на улице котенка с одним глазом как у Вас, а вторым, как у вашего партнера -очень мал. «Это судьба,» — именно так думал Антон. Но сейчас он вновь и вновь убеждается в отсутствии любви до гроба и судьбы. Замечательно, не правда ли?       «Вот видишь, как бывает, » — говорит Шастун, попутно поглаживая черного кота с ярко-зеленым и ярко-синим глазом. «Живешь себе с человеком, полностью отдаешься ему и морально, и физически, влюбляешься по уши, а он, в один прекрасный день просто сваливает от тебя. Просто сваливает, Слэм,» — вздыхает.       Антон каждый день звонил ебанному Попову. Сегодня было не исключением. Гудки, одни протяжные гудки. Надежда на малейшee свечение спички в конце туннеля. Шастун вновь затягивается.       Проходят минуты, и у Антона звонит телефон. Больно ударившись тазобедренной косточкой о стул от дикой неожиданности, он поднимает к себе экран своими окровавленными руками. Читает — «Арсений».       «Нет, да не может такого быть, » — шепчет, будто в бреду. «Нет-нет-нет, я сплю,» — он жмурится, но телефон все так же продолжает настойчиво вибрировать в руке. Кнопка «ответить» нажимается сама собой.       — Алло? — Его голос предательски дрожал. Такое ощущение, будто он сейчас утонет, захлебнётся чем-нибудь.       — Алло, Антон, привет. Я завтра приезжаю в Москву. Давай встретимся в среду, где-то часика в три, в нашем кафе и все проясним. Не опаздывай, пока. — И это всё?       Это всё, что хотел сказать человек, уебавший хуй знает куда от своего любимого? О Боже, лучше бы он вообще не звонил. Появилось необыкновенное желание выйти в окно или случайно упасть с табуретки. Желательно головой. Желательно с веревкой на шее.       Антон докурил сигарету и, в очередной раз потушив ее о свою руку, отправился в спальню. Сев на мягкую двуспальную кровать, он уставился в одну точку. Ему надоело. Надоело.       6.00. Стерильный халат. Запах лекарств. Белые стены. «Приемное отделение». И такая знакомая травматология.       Антон заходит в свой кабинет где его уже ждал Дима. Прямо с порога, без церемоний, Шастун молвит дрожащим голосом:       «Дим, мне Арс звонил…»