Убей меня и всё.

      Антон просто охуел. Арсений, его Арсений сидел и откровенно ревел перед ним. Конечно, он давно его простил, как только он услышал эти слова… Он знал, что Попов не врет. Арс просто не умел врать. И уж точно не умел врать себе.       Немного успокоившись, Арсений вновь попросил:       — Тош, пойдем поедим, прошу тебя.       — Да, пожалуй пойдем.       Арс полностью разузнал у Димы всё, что нужно и можно было есть этому засранцу, так что его холодильник был похож на холодильник молодого отца.       Антон проходил по коридору, мило увешанному маленькими снеговиками, снежинками, всевозможными елочками и звездочками. Справа от него красовалась их гостиная, в которой стояла красивейшая, большая, уютно украшенная елка. Антон увидел, что на ней весит великое множество гирлянд и игрушек, которые они с Арсом покупали вместе.       Наконец дойдя до их кухни, Антон уселся на стул и начал смотреть в большое окно, на хлопья снега, мирно падающего по ту сторону.       — Тебе твое любимое — персиковое?       — Да. Если ты говорил наугад, то ты попал.       Арс тихо поставил пюре на стол и стал наблюдать, как его солнышко ест. Он смотрел на него, не отрывая глаз, но тут его солнце поднимает свои огромные зеленые глаза, устремляя взор в тихие океаны.       Антон медленно подходит и обнимает своими худыми руками брюнета. Арс просто обомлел, а Шаст наконец почувствовал родное тепло.       — Спасибо тебе, Сень. Я… Тебя… Очень. Сильно. Люблю.