Дуэль

       Тихонов оттолкнулся от своего стола и подъехал к рабочему месту Холодова. Андрей не обратил никакого внимания на коллегу, продолжая рассматривать на мониторе компьютера фотографии с места убийства Лжеколоменского. — И что ты их уже час гипнотизируешь? — пробурчал Ванька, наблюдая за тем, как Андрей перелистывает одну фотографию за другой. — Вот, видишь! — ткнул пальцем в угол экрана. — Вот, что это за ящик? — Кто его знает! Позвони Лисицыну, пусть проверит его.        Пока Холодов сообщал о новом поручении Косте, Тихонов занялся изучением телефонных распечаток сотового телефона погибшего Коломенского.

***

— Что у нас есть по убийству майора Коломенского? — осмотрев подчинённых, спросила Рогозина. — Кто начнёт? Все промолчали. — Если позволите, тогда начну я, — ответила Галина Николаевна. — Я думаю, что всё было так: капитан Власова в ходе расследования своего дела вышла на Коломенского, который имел связь с преступным миром. Она доложила об этом генералу Колобову, но он запретил ей об этом распространяться. — Но Коломенский узнал о её планах, — констатировал Костя. — Именно! Вскоре от своего знакомого из УСБ она узнала, что Коломенский, который уже был «под прицелом» у собственной безопасности, встречался с Гамзатовой. — Рита её узнала и поняла, что это именно её коллега заказал всех тех несчастных. Только как? — сказал Стёпа. — Интересно не это, — покачала головой Рогозина. — Сейчас надо узнать, как она догадалась о том, что у Коломенского есть брат-близнец? И если верить словам генерала, то она ему об этом не рассказывала. — Знаешь, Галь, — начал Круглов. — Я бы не доверял Колобову. У него на каждый вопрос есть ответ, который проверить никак нельзя. Кто знает, когда он был в квартире Власовой: за неделю до покушения на неё, или уже после. — Кстати, по поводу пистолета, которым убили настоящего Коломенского,— поднял руку Холодов. — Пистолет новенький, такое ощущение, что только с завода. Никаких отпечатков, понятно, нет. — Я проверил ящик, который стоял на чердаке дома Власовой, там я нашёл множественные отпечатки пальцев самого Коломенского. — Но с Ритой разговаривал он сам, а не брат, — констатировал Данилов. — Опера слышали его голос. Получается, что он забежал на чердак, там спрятался в ящик, а под пули подставил своего брата. — Это вполне реально, — добавил Костя. — Чердак сквозной, можно выйти из другого подъезда. — Значит, он ещё целый месяц был жив, — отрешённо сказала Рогозина. — И жил он под именем своего убитого брата, — поворачивая голову на шум, доносившийся из коридора, ответил Круглов. — Я думаю, что надо тщательнее проверить Власову и Колобова. Ну, не могу я поверить, что он исключительно из человеческих каких-то чувств беспокоится за неё. К тому же сын Власовой очень хорошо с ним знаком и, видимо, они общаются часто.        Данилов промолчал, откинувшись на спинку кресла, он уставил взгляд в стол. — Он на тридцать лет старше её, — сказала Антонова. — Я не думаю, что у них были какие-то отношения, тем более, что Никита является его ребёнком. Он вообще копия Маргариты. — Тем не менее, у нас два вопроса: Кто убил Коломенского? И что скрывает генерал? Он явно знает больше, чем нам рассказал. — Я знаю, что он скрывает! — закричал Тихонов, врываясь в переговорную. Взъерошенные волосы на его голове торчали в разные стороны. Остановившись у края стола, он помахал в воздухе несколькими распечатками. — Я такое нашёл! — воодушевлённо добавил эксперт. — Иван, не тяни! — приказала Рогозина. — Генерал Колобов и капитан Власова… — Ванька замолчал, с довольной улыбкой рассматривая удивлённые лица коллег. — Я тебя сейчас прибью! — заворчал Данилов, усаживаясь в кресле поудобнее. — Они родственники: Отец и дочь. — Что? — послышался громкий крик офицеров. — А Никита его внук, — добавил Ванька. — Это и объясняет его тёплые отношения с ребёнком. — Я вызову Антона Сергеевича на повторную беседу.

***

— Здравствуйте, полковник, — сказал генерал, проходя в кабинет Рогозиной. Галина поднялась на ноги, поприветствовав старшего по званию. — Спасибо, что приехали. — У Вас есть какие-то сведения по убийству моего подчинённого? — присаживаясь на стул, спросил мужчина. — Почему Вы не сказали, что Маргарита Власова ваша дочь? — прямо спросила Рогозина. Колобов напрягся, покраснел, взяв в руки фуражку, покрутил несколько секунд в руках, затем обратно положил на стол. — Как Вы узнали? — У нас хорошие сотрудники. — Об этом никто не знал… до сегодняшнего дня. Каждый год после окончания Академии наша группа собирается вместе, вспоминая те прекрасные времена, — начал рассказывать мужчина. — Тогда мне было тридцать лет, мы как всегда собрались на квартире одного знакомого. После того, как все изрядно выпили, мы пошли в ближайший кабак, который находился в парке. Именно там я и познакомился с Ритиной мамой, — генерал посмотрел на полковника. — Я был самый трезвый из всей компании. Анна мне очень понравилась, мы всю ночь гуляли по городу. После у нас закрутилась интрижка, длилась она недолго — месяца три всего. — Как давно Вы узнали о том, что у Вас есть дочь? — Рита начинала работать в Следственном Комитете, — Колобов перевёл дух, почесав бровь, продолжил. — Я совершенно случайно увидел её в кабинете своего заместителя и был шокирован. Она была точной копией той девушки, с которой я встречался тридцать пять лет назад. — Вы ей рассказали об этом? — Нет, — помотал головой мужчина. — Она до сих пор об этом не знает. Я помог ей попасть к нам на Петровку, и не потому, что она моя дочь… Она очень умная, она знает своё дело и выполняет его на отлично. — Мы это знаем, — ответила Рогозина. — Мне необходимо спросить у Вас, где Вы были в день убийства Коломенского? — Я был дома, у меня сердце прихватило, поэтому с работы уехал в обед. Мой водитель может это подтвердить. А дома я был один. Неужели Вы думаете, что я мог его убить? За что? — Согласитесь, у Вас был мотив. — Может, и был бы, но я не знал, что он жив, и что у него есть брат. — Спасибо Вам.

***

— Галь, ну что? — заходя в кабинет начальницы, спросил Круглов. Всё это время он сидел в буфете и через стеклянную стену наблюдал за беседой офицеров. — Он подтвердил, что Рита его дочь, а также сообщил, что она об этом не знала. Также, как и он не знал о подмене Коломенского и его брата. О последнем он тоже не знал. — Ребята проверили, он действительно в обед уехал с работы, водитель это подтверждает. — Майора убили в период с пяти до шести часов вечера. — В четыре часа к нему приезжал курьер. Молодой парнишка подтвердил, что генерал был дома. Но он мог нанять кого-то. — Нет, Колобов не из тех… — отвела взгляд в сторону, сложив руки в замок. — Он старой закалки. За дочь он бы мстил сам. Но за час добраться до квартиры убитого он не смог бы.

***

       Генерал — лейтенант зашёл в свою квартиру, не снимая обувь, он прошёл по коридору, взял фотографию Маргариты и Никиты, которая лежала в серванте, подальше от чужих глаз. — Прости меня, доченька, — тихо сказал он, присаживаясь на диван. — Я не уберёг тебя. Прижав снимок к груди, второй рукой он прикрыл глаза. — Прости… — прошептал он. Затем встал и прошёл в спальню, не глядя, он набрал комбинацию цифр на сейфе. Окинув быстрым взглядом его содержимое, он взял в руки пистолет. — Вот и всё… — взведя курок, проговорил он. — А ведь я сделал всё идеально, никто не сможет ничего доказать. — Усмехнулся, присев на кровать. — Я всё продумал. Никто ничего и никогда не узнает. Но… Я не смогу жить с этим всю свою оставшуюся жизнь.        Он ещё минут двадцать сидел в комнате, пытаясь оправдать то, что он сделал. Только он закрывал глаза, как перед ним всплывал образ его бывшего подчинённого, коллеги. Тот вечер он помнит до мелочей, помнит все те слова, что говорил майору, перед тем, как пустить девятимиллиметровую пулю ему в лоб. Он стрелял не исподтишка, он долго смотрел в глаза тому, кто отправил его дочь в реанимацию, а потом нажал на курок.        Положив палец на курок, он поднёс свой наградной «ПМ» к виску и закрыл глаза. Страха не было, было чувство удовлетворённости и скорого освобождения от мысли, что он убил человека. Раздался выстрел. Он упал на кровать, чья-то холодная ладонь коснулась его руки, забрав оружие. Открыв глаза, увидел перед собой капитана. — Вы чего удумали? — закричал Данилов, крутя в руках пистолет генерала. — Ты что здесь делаешь? — всё ещё не веря в своё спасение, спросил мужчина. — Я не мог до Вас дозвониться, на работе сказали, что Вы отправились домой. Приехал, у Вас дверь была открыта, — пояснил капитан, поставив пистолет на предохранитель, сунул его за пояс. — Уходи! — гаркнул Колобов. — И оружие отдай! — Это Вы убили Коломенского! — глядя на мужчину, констатировал Стёпан. — Вы мстили за дочь? — Тебе не понять этого, — проговорил он, закрывая лицо руками. — Никогда, слышишь! Никогда не понять! Я всё продумал. После покушения на Маргариту, я долго не мог понять, зачем Коломенский ездит на второй адрес. Я приехал на её квартиру, ещё раз рассмотрел весь её план, просмотрел все отчёты, фотографии. Я специально стёр номер дома и квартиру с доски. Я хотел успеть первым. Это должен был сделать я! — А алиби? Курьер Вас видел. — Этот парень сын моего хорошего знакомого. Я специально сделал заказ какой-то книги из магазина, где курьером работает Алекс, и чтобы он мог подтвердить, что в момент убийства я якобы был дома. — А пистолет? Он новый! — С моим званием — это не проблема! — За Риту я сделал бы тоже самое! — присаживаясь рядом, ответил Данилов. На время он даже забыл, зачем приехал к генералу. — Я не уберёг её. — У Вас есть возможность помочь своему внуку, — глядя то вперёд, то на генерала, сказал Степан. — Никиту два часа назад забрали из службы опеки. Я ему никто, а Вы дедушка, Вы имеете полное право его забрать. — Что? — он сразу же оживился, будто ничего и не было. — Куда его забрали? — Здесь недалеко, — встав, ответил Данилов. Он достал пистолет и положил на сейф, затем направился к выходу. — Я Вас буду ждать в машине.

***

       После долгих разговоров в кабинете начальника службы опеки и попечительства, Никиту всё-таки согласились отдать дедушке. Двое вышли из кабинета и направились по коридору в распределитель. — Никита ничего не должен знать, — быстро сказал генерал. — Ты его заберёшь к себе, пока Маргарита не сможет его забрать. С меня любая помощь. — Спасибо Вам, — негромко ответил капитан. — То, что я сказал в квартире… — резким движением повернулся на сто восемьдесят градусов, заведя руки за спину. — Решай сам, что с этим делать. Решите доложить своему начальству, сообщите мне. Я сам приеду и напишу чистосердечное. — Я должен поступить по закону, Вы же понимаете?! — Я для этого тебе и дал выбирать самому. — Надеюсь, Вы больше не решитесь пустить себе пулю в люб? — спросил Данилов, посмотрев на генерала, быстро перевёл взгляд на открывающуюся дверь. — Стёпа! — послышался голос Никиты. Мальчишка выдернул ладошку из руки молодой девушки и побежал к капитану. — Никитка, — подбежав к ребёнку, проговорил Данилов. Присев на корточки, он обнял его, прижимая к себе. — Поехали домой? — Ага! — обвивая шею капитана, ответил малой.