Open your Mind

Драко неожиданно почувствовал невероятное облегчение, будто гора свалилась с плеч. До этого момента он был единственным, кроме Тёмного Лорда, носителем страшной тайны. Даже Люциус не был в неё посвящён. Эта тайна угнетала Драко, он чувствовал одиночество и страх. Страх разоблачения со стороны Дамблдора и страх наказания со стороны Волдеморта в случае провала задания. Теперь, когда Драко признался директору, дышать стало легче. Ему казалось, что он скинул с себя часть ответственности. В любом случае, отступать было поздно. Он уже принял решение порвать с ужасным прошлым и участвовать в этой войне на стороне Гарри. Именно Гарри, а не Света и Добра в целом. Он всё ещё разделял идеи Тёмного Лорда по поводу чистоты крови, но не мог принять методы, которые тот использовал в достижении своих целей. Глядя на Драко, Гарри открывал и закрывал рот, словно рыба, выброшенная на берег. Он ожидал, что Драко признается Дамблдору в проникновении в чужие мысли и сны, в попытке выудить содержание пророчества из головы спящего Гарри. Поттер даже допускал, что именно Малфою было поручено впустить Пожирателей Смерти через Исчезательный шкаф, и как раз в этом тот собирался сейчас покаяться. Но то, что Гарри только что услышал, буквально повергло его в шок. И совсем некстати откуда-то из глубин подсознания выплыла обида на возлюбленного, который вот так, сходу, выложил всю правду старику, даже не посоветовавшись со своим парнем. Дамблдор снял очки и несколько минут ошарашено молчал, разглядывая Малфоя, как некую диковину. А потом он повёл себя настолько странно, что заставил и Драко, и Гарри начать всерьёз опасаться за свою психику. Ибо он принялся хохотать. Хохотал он типично по-стариковски, хихикая в кулак и поминутно вытирая тем же кулаком выступившие от смеха слёзы. Плечи его мелко тряслись, а борода скользила по краю столешницы. Отсмеявшись, он достал платок, промокнул слезящиеся глаза и водрузил очки обратно на переносицу. — Простите меня, молодые люди, — с трудом выдавил из себя старик. — Не помню, сколько лет минуло с тех пор, как я в последний раз так смеялся. Только не подумайте, что я тронулся умом. — При этих словах парни переглянулись, потому что именно так они и подумали. Между тем Дамблдор поспешил разъяснить им свой внезапный приступ хохота: — Волдеморт и так почти убил меня. Я уничтожал его хоркруксы, а они понемногу уничтожали меня. Ни один колдомедик Святого Мунго не даёт мне больше месяца, максимум двух. Я обречён, мальчики. И я, хоть и остаюсь по-прежнему магом высокой категории, ослаб настолько, что вряд ли являюсь для Тома серьёзным противником. А он, выходит, решил ускорить мою смерть. Видимо, месяц-два для него имеют значение. Драко, мальчик мой! Ты правильно сделал, что рассказал мне обо всём. Не бери грех на душу — ты ещё слишком молод, чтобы в одночасье исковеркать себе жизнь. — Но мне придётся держать ответ перед Тёмным Лордом, профессор. И что я ему скажу? Если я не выполню задание, он убьёт меня. — Драко поднял на Дамблдора большие серые глаза, в которых стояли слёзы. — Ничего не бойся, Драко. У меня есть кое-какие идеи на этот счёт. Я переговорю с Северусом. Он поможет мне разработать такой план, чтобы Тому Риддлу не к чему было придраться. — Вы настолько доверяете Снейпу… профессору Снейпу? — поразился Гарри. — Он же один из самых ярых сторонников Волдеморта, Пожиратель Смерти! Сначала вы возложили на него обучение меня окклюменции, зная, как это опасно. Ведь он мог в любую минуту использовать все, что увидел в моем сознании, а меня самого преспокойно сдать Волдеморту, как отработанный материал. А теперь хотите посвятить его в то, что лично я не доверил бы даже близкому другу. — Под близким другом ты подразумеваешь Драко, мой мальчик? — Лицо Дамблдора озарила полуулыбка, а глаза лукаво блеснули. — Нет, я говорю о Роне Уизли. А Драко мне вовсе не друг, а… — Он неожиданно осёкся, сообразив, что чуть-чуть не проговорился. Дамблдор всё же нашёл в себе силы встать и выйти из-за стола. То, что он сейчас собирался сказать, представлялось ему слишком значимым, чтобы говорить об этом сидя. — Иногда не нужно быль легилиментом, чтобы что-то узнать. Я очень стар, молодые люди, и имею за плечами огромный жизненный опыт. За свою долгую и очень насыщенную жизнь я научился хорошо разбираться в людях, распознавать правду и ложь, добро и зло. Я знаю, кому могу довериться, а кого остерегаться, с кем можно быть откровенным, а от кого необходимо блокировать свои мысли. Старик прокашлялся, слегка отдышался и продолжил уже более мягким тоном: — Возьмём этот конкретный случай. Разве я стал бы говорить всё это в присутствии Драко Малфоя, если бы подозревал его в двойной игре? Я знаю, что Драко искренен, что он загнан в тупик и просит о помощи. А то, что он набрался смелости и пришёл с этим ко мне, только делает ему честь. А ещё, — он окинул обоих парней отеческим взглядом, — я искренне рад за вас обоих. За то, что вы оставили в прошлом нелепую вражду и объединили свои силы. Я не стану копаться в вашей личной жизни — в конце концов, это не моё дело. — Заметив, что ребята смутились, старик покачал головой и произнёс: — Что ж, я опять оказался прав. Но, как я уже сказал, меня это не касается. Дамблдор снова прокашлялся и поспешил уйти от щекотливой темы. — Теперь о Северусе. Поверьте мне — у меня есть все основания ему доверять. Он с самого начала работал на меня. И в стан врага он внедрился по моему распоряжению. Мне необходим был там свой человек, а никто, кроме профессора Снейпа, не годился для этой роли. Посудите сами: его специфическая внешность, его напускное безразличие и холодность, его бесстрастность. Прибавьте к этому необыкновенную силу воли и высочайший магический потенциал, и вы получите портрет Северуса. Итак, я собираюсь вызвать его сюда и разработать план, в осуществлении которого ты, Драко, будешь принимать непосредственное участие. И я уже приблизительно представляю, какую роль тебе придётся исполнить. Ты сумеешь доказать свою преданность Волдеморту, и в то же время тяжкий груз убийства не ляжет на твои плечи. Мне осталось лишь получить согласие Северуса и уточнить некоторые детали. И, конечно же, первым делом закрыть портал в Выручай-комнате. Как, вы говорите, выглядит этот шкаф? — Он деревянный, чёрного цвета, по-моему, антикварный, во всяком случае, старинный. Имеет примерно шесть футов в высоту и полтора фута в ширину. Глубина около фута. От входа в Выручай-комнату нужно пройти несколько шагов вперёд до первого поворота налево. Далее идти всё время в направлении окна. Шкаф будет находиться по правую руку от вас. — Вспоминая все эти подробности, Драко слегка наморщил лоб, стараясь ничего не упустить. Он взглянул на Гарри, как бы ища у него поддержки, но тот только пожал плечами — Драко прекрасно справился и без него. — А где, ты говоришь, находится парный ему шкаф? — спросил Дамблдор. — В магазине «Горбин и Бэркс» в Лютном переулке, — ответил Драко. Он вдруг вспомнил, что в разговоре с Гарри назвал в качестве адреса Диагон-аллею, и теперь боялся, что тот примет его оплошность за умышленную ложь. К счастью, Поттер ничего не заметил, и Драко вздохнул с заметным облегчением. Дамблдор снова уселся за стол, подпёр голову ладонью и с минуту помолчал, видимо, прикидывая что-то в уме. Потом он хлопнул рукой по столу и поднял взгляд. Это явно означало, что его посетила какая-то идея. — Мне помнится, четыре года тому назад была некая история, связанная с этим шкафом. По-моему, именно его уронил Пивз, удирая от Филча. А что если просто сломать шкаф или разобрать? Тогда врагам неоткуда будет выйти. Что ж, всё указывает на то, что переговорить с Северусом необходимо как можно быстрее. — Директор снова встал и подошёл к камину: — Северус, зайди ко мне, как только сможешь — это важно. — Затем он вновь обернулся к ребятам: — А вы пока идите. Мы всё обсудим и вас вызовем. Скорее всего, это будет завтра после уроков. А пока мы вдвоём закроем портал. — Дамблдор улыбнулся и указал парням на выход. — Почему ты ничего не сказал мне? — Выйдя за дверь, Гарри взял Драко за плечи и резко развернул к себе. — Ты это о чём? — Драко попытался сделать вид, что не понял вопроса, но обмануть Гарри ему не удалось. — Об убийстве Дамблдора, конечно. Почему я узнал это только сейчас? — Гарри чувствовал себя обиженным ребёнком, от которого утаили место, где спрятан рождественский подарок. Он осознавал ребячливость своего поведения, но иррациональное ощущение, что им пренебрегли, затмило шок от страшного признания Драко. Тот наморщил лоб, скрестил на груди руки и начал мерить шагами небольшой холл перед директорской обителью. — Гарри, — наконец произнёс он, — ты, конечно, вправе мне не верить, но я решился на это признание в самый последний момент. Я сам не знаю, как позволил этим словам сорваться с моего языка. — То есть, ты собирался ничего никому не рассказывать и выполнить-таки приказ Волдеморта? Скажи мне, ты действительно намеревался убить Дамблдора? — Гарри ждал ответа, прислонившись к стене и слегка приподняв бровь. Драко присел на краешек стула, сложил руки в замок и уткнулся в них лицом. С минуту он размышлял, а потом вдруг поднялся и подошёл к Гарри. — Когда я по настоянию отца принимал Тёмную метку, я мечтал об ожидающих меня власти и могуществе. Затем я получил приказ проникнуть в твои сны и узнать всё о пророчестве. Прости, но тогда я относился к тебе совсем не так, как сейчас, поэтому с радостью взялся за выполнение поручения — мне действительно хотелось заслужить доверие Господина. В конце концов, Тёмную метку нужно отрабатывать. А потом я получил другой приказ. Не знаю, почему для выполнения этой миссии Тёмный Лорд выбрал именно меня. Думаю, его интересовал предел моих возможностей и степень моей преданности его делу. Но я не способен на убийство, Гарри. Я мог бы уничтожить врага в попытке спасти свою жизнь, но сознательно поднять руку на старика, который ничего мне не сделал, я не могу. — Драко судорожно сглотнул, и слеза медленно покатилась по его щеке. Гарри подошёл к нему вплотную и нежно смахнул слезу со щеки любимого, а потом поцеловал его в это же место. — Прости. Я только сейчас понял, как тебе было тяжело. С одной стороны, ты знал, что не смеешь нарушить приказ, с другой — понимал, что не в силах его выполнить. Если бы меня вот так разрывало на части, я бы просто сломался. И если бы ты рассказал об этом только мне, я всё равно тут же оповестил бы Дамблдора. Так что ты всё сделал правильно. Прости ещё раз за эту дурацкую вспышку. — Он пропустил пальцы сквозь белокурые пряди Драко, притянул его голову поближе и впился губами в его губы. Тот с жаром ответил на поцелуй, несмотря на некоторую неловкость, которую испытывал поблизости от кабинета Дамблдора. «Ну и пусть увидит, — подумал Драко. — Он и так уже обо всём догадался, так что вряд ли это станет для него откровением. Правда, сюда вот-вот заявится Снейп, но этот уж точно давно в курсе». Он махнул на всё рукой и расслабился, отдавшись во власть поцелуя. Гарри почувствовал, что начинает не на шутку заводиться, и подумал об использовании Выручай-комнаты для занятия любовью. В ней можно было воссоздать любую обстановку, даже самую уютную и сексуальную. Но только не сегодня, потому что Дамблдор со Снейпом в любой момент могут появиться в ней. Значит, его и Драко снова приютит всё та же каморка за шахтой. Он потянул любовника за собой. Они миновали коридор и вызвали лифт. В этот поздний час мало кто бродил по замку. Поэтому в кабинке парни оказались одни. Они продолжили прерванный поцелуй, опускаясь всё ниже и ниже в подземелья. И вдруг знаменитое маггловское изобретение дало сбой — кабина остановилась где-то между первым и нулевым этажами. Ребята неохотно оторвались друг от друга и попытались трезво оценить ситуацию, в которой оказались по воле случае. Можно было набросить на Гарри мантию-невидимку, а Драко позвал бы кого-нибудь на помощь. В конце концов, он спускался в подземелья, где располагались спальни Слизерина, поэтому его нахождение здесь выглядело вполне логичным. Можно было попробовать применить Алохомору или другое отпирающее заклятье, но было очень сомнительно, что оно действует на маггловские двери, да ещё между этажами. А можно было ничего не делать, а просто воспользоваться сложившейся ситуацией. И Гарри, и Драко были уверены в том, что смогут выбраться наружу в любой момент. А пока Гарри снял с себя мантию и расстелил её прямо на полу. Драко брезгливо поморщился, но желание оказалось сильнее всякой брезгливости. То, что их в любой момент могут обнаружить, почему-то не пугало, а наоборот, придавало пикантности. Он опустился на мантию и притянул к себе Гарри, вовлекая в сумасшедший поцелуй и запуская руки под его рубашку. Гарри тихо постанывал, расстёгивая мантию Драко и стараясь побыстрее дотянуться руками до любимого белокожего тела. Конечно, хотелось раздеться полностью, но не в лифте же! Гарри просунул ладонь в расстёгнутую ширинку Драко и слегка сжал его яички, перекатывая их в руке. Драко издал громкий и протяжный стон. Неожиданно палец Гарри соскользнул немного назад и дотронулся до ануса. Это ощущение оказалось для Драко приятным, и ему захотелось логического продолжения. Он уже размышлял над этой возможностью, но представлял себе, что всё будет происходить в более комфортной обстановке. А впрочем, почему бы и нет. Главное, постараться расслабиться, как это сделал в прошлый раз Гарри. — Я хочу, чтобы теперь ты в меня вошёл, — прохрипел он, потому что горло перехватило от накатившей волны желания. — Ты уверен? — на всякий случай спросил Гарри. Его голос дрожал от представившейся ему перспективы. Ведь он ещё ни разу никого не трахал. Ну что ж, пусть его первый раз будет в лифте, главное, что с любимым человеком. — Уверен, — ответил Драко. — Я хочу почувствовать тебя внутри. Действительно хочу. — Он встал на четвереньки, спустил брюки до колен и приподнял подол мантии. От столь откровенной позы Гарри чуть не поперхнулся. Ему безумно захотелось поцеловать эти совершенные ягодицы цвета слоновой кости. Он встал на колени позади Драко и начал покрывать поцелуями и слегка прикусывать нежные половинки, а затем раздвинул их и для пробы полизал коричневатый вход. Драко снова застонал, раздвинул ноги и прогнулся сильнее, чтобы Гарри было удобнее совершать свои манипуляции. Неожиданно Гарри слегка шлёпнул своего любовника. — Если ты будешь так зажиматься, я ничего не смогу сделать, — пояснил он и продолжил атаковать языком сморщенную дырочку. Драко постарался максимально расслабиться, и это ему наконец удалось. Поттеровский язык беспрепятственно проник внутрь. За ним последовал палец, к которому скоро присоединился и второй. Видимо, Гарри добрался-таки до простаты, потому что в следующий момент Драко просто скрутило от прошившего его насквозь удовольствия. Он задрожал и не смог сдержать крик, чем вдохновил Гарри на более активные действия. Немного покрутив пальцами внутри Драко, он довёл его до полного исступления. Тот перестал себя контролировать и зажиматься. Тогда Гарри как следует смочил свой член и проник в Драко примерно на треть длины. Драко зашипел сквозь зубы и быстро-быстро задышал. — Может, не надо? — участливо спросил Гарри, который, несмотря на невыносимое возбуждение, боялся причинить любимому боль. — Надо! — отрезал Драко и сам с размаху насадился на член любовника. Он чувствовал даже не боль, а какое-то жжение, которое возникло одновременно с удовольствием. Постепенно привыкнув к нахождению чужого члена внутри себя, Драко понял, что болезненных ощущений больше не будет, и нырнул в омут наслаждения. Правой рукой он обхватил свой возбуждённый орган и начал двигать вдоль ствола в такт толчкам Гарри. Тот, в свою очередь, неистово вколачивался в любимое тело, рвано дыша и издавая стоны и крики. Наконец они оба почти одновременно дошли до грани, кончили и повалились на пол кабины в полном изнеможении. Спустя минут десять они более или менее пришли в себя, оделись и очистили испачканную мантию Гарри. Но взлохмаченные волосы, раскрасневшиеся лица и лихорадочный блеск в глазах совершенно недвусмысленно указывали на то, что здесь только что произошло. И в этот момент кабина, дернувшись, поползла вверх и достигла-таки первого этажа. Дверцы распахнулись, и взору парней предстала злорадно ухмыляющаяся физиономия Филча.