Open your Mind

— Гарри, как хорошо, что ты вернулся! — завопил кто-то из ребят. — Мы уже не знаем, что и придумать. — Да говорите наконец, что случилось? — попытался поторопить гриффиндорцев Гарри, которому не терпелось захватить из спальни кое-какие предметы и вернуться к Драко. — Рон, Гарри, Рон пропал, — запищала какая-то первокурсница. — Он ушёл искать вас с Гермионой в Запретный лес и не вернулся! — Девочка заплакала. Отправлять на ночь глядя поисковую экспедицию Поттер не хотел. Сам он был ещё очень слаб, а подвергать опасности сокурсников не имел права. Рассказать МакГонагалл? Что ж, это вариант. Но имеет ли смысл тревожить директора без особых на то оснований? Вполне возможно, Рон уже стоит на пороге замка. И тут Гарри осенило — Патронус! Он пошлёт своего оленя на поиски пропавшего друга. Возможно, с Роном ничего плохого не случилось, и он просто потерял дорогу в темноте. Тогда Патронус приведёт его домой. А если всё же случилось, серебристый олень вернётся один, и вот тогда уже придётся подключать Минерву и сокурсников-волонтёров. *** Какое-то время Рон Уизли следовал за единорогом, чей белоснежный силуэт просматривался сквозь густую листву. Неожиданно животное разогналось и перескочило через небольшой овражек. Рон тоже перешёл на бег и на полной скорости прыгнул как раз в самую середину овражка. Пока исцарапанный парень пытался выкарабкаться на поверхность, единорога и след простыл. Уизли огляделся по сторонам и понял, что заблудился окончательно. Темень в лесу была такая, что почти невозможно было разглядеть даже близко расположенные предметы. Рон пробирался на ощупь, ломая сухие ветки, которые так и норовили воткнуться в глаз или, по крайней мере, исцарапать лицо. Парень похлопал себя по карманам, надеясь обнаружить волшебную палочку, но внезапно вспомнил, что впопыхах оставил её в гостиной Гриффиндора. Конечно, Люмос озарил бы слабым светом небольшое пространство вокруг, но всё равно не помог бы выбраться из леса. Рон попытался было вернуться в то злополучное место, где он наткнулся на паука, но, преследуя единорога, сбился с пути окончательно. При мысли о пауке парню стало совсем жутко. А сколько ещё коварных безобразных тварей скрывается под пологом леса? Каждая ветка, задевающая Уизли, казалась чьей-то омерзительной лапой, а каждая травинка, цепляющаяся за ногу, — ядовитой змеёй. Рон совершенно обессилел, горло его пересохло, а сердце сковал ледяной ужас. Он наконец понял, что двигаться дальше невозможно, да и бессмысленно. Рон присел на поваленное бревно, поставил локти на колени и опёрся лбом о кулаки. Оставалось только надеяться на чудо. И чудо случилось. Где-то в глубине чащи замерцал свет, а ещё через пару минут прямо перед Роном предстал Патронус Поттера. Всё-таки зря Рон не доверял Гарри — тот уже в который раз доказал свою преданность. Следовать за оленем было куда приятнее, чем за единорогом. Во-первых, Патронус хорошо освещал путь, а во-вторых, Рон точно знал, что направляется олень в сторону замка. У входа в Хогвартс собрались сонные и испуганные гриффиндорцы. Они окружили Рона и повели в факультетскую гостиную. Гарри протиснулся к другу и, подхватив под руки, буквально потащил измученного парня на себе. Рон остановился, повернулся к Гарри и обнял его, хлопая по спине. — Спасибо тебе, Гарри! Я уж и не надеялся выбраться из чащи. Но передвигать ногами я пока в состоянии. Вот только очень пить хочется. — Агуаменти! — произнёс Поттер и направил палочку прямо в рот Уизли, вспомнив, как когда-то проделывал то же самое с Драко. Доведя Рона до спальни и переложив заботу о нём на плечи Лаванды Браун, Гарри с чувством выполненного долга вернулся в свою комнату, где уже не находил себе места Драко. Услышав рассказ Гарри, тот поразился, как у него хватило выдержки не кинуться очертя голову в лес посреди ночи. На что Гарри нежно его поцеловал и ответил: — Я, видимо, не такой тупой гриффиндорец, каким ты привык меня считать. — Он засмеялся, и Драко улыбнулся в ответ. — Тупым тебя считал Снейп, а я — безрассудным! — И он тоже весело засмеялся и кинул в своего парня подушку. Гарри с улыбкой ловко принял подачу. — А я вообще был уверен в том, что ты и эмоции — понятия несовместимые. Ты вечно навешивал на себя либо маску неприступности, либо откровенного презрения. Я, честно говоря, даже не мог себе представить тебя с весёлой улыбкой, озорным блеском в глазах. А когда на твоём лице отражается желание, ты вообще необыкновенно хорош. Мне достаточно лишь взглянуть на тебя, и я моментально завожусь. — Гарри снизил голос до шёпота. — Вот как сейчас. Он обнял Драко и потёрся щекой о его щёку. Затем переместился на шею и начал бережно и нежно целовать бархатистую кожу. Драко откинул голову назад, давая Гарри больше доступа. При этом руки как-то неожиданно оказались под свитером Гарри, который тот зачем-то нацепил прямо на голое тело. — Почему ты без майки? Колется ведь, — удивился Драко и начал стаскивать кусачий шерстяной свитер через голову любовника. — Да я у себя в спальне решил переодеться — после ритуала вся одежда оказалась в пыли. А тут выяснилось, что куда-то исчез Рон. Ну, я и надел первое, что попалось под руку. Думал уже бежать за ним, а потом решил выпустить Патронуса. Гарри очень не хотелось именно сейчас что-то объяснять. Он был не в том состоянии, чтобы отвлекаться на мысли о Роне, свитере и Патронусе. Но Драко, казалось, не замечал нежелания Гарри что-либо обсуждать и произнёс нравоучительным тоном: — И когда ты уже привыкнешь к тому, что твоё место здесь, рядом со мной, а не в бывшей спальне? Какого дементора ты всё ещё хранишь там одежду и ходишь туда переодеваться? Тебе здесь что, места мало?! — Драко резко отшвырнул сдавшийся на милость победителя растянутый поттеровский свитер и отошёл к окну, отвернувшись и скрестив руки на груди. — Слушай, ты чего это распсиховался? У меня там осталось ещё полно вещей. Постепенно я всё перенесу сюда. Ты ведь тоже ещё не полностью переехал? Твои сокурсники вообще не знают, куда ты каждый раз уходишь на ночь. Они ещё не в курсе того, что у тебя появилось отдельное жильё. Драко некоторое время стоял молча, глядя на унылый пейзаж за окном. Потом быстро обернулся и почти выкрикнул: — Почему я должен был сидеть здесь один и ждать, когда ты соизволишь явиться? Что, трудно было меня предупредить? Я так и знал, что Уизли для тебя важнее. Конечно, вы столько лет дружили, и тут появляюсь я и ломаю все твои стереотипы. До Гарри постепенно начал доходить смысл всей чепухи, которую Драко в запале вылил на его голову. Да он же ревнует! К Рону, к Гриффиндору, к спальне, ко всей предыдущей жизни, в которой ещё не было его, Малфоя. Это было уже слишком. Сначала бестолковый Рон разозлился, что его не взяли с собой в Запретный лес, теперь Драко устроил разборку. Гарри не на шутку рассердился. Он даже хотел напялить обратно дурацкий свитер и уйти к мерлиновой бабушке, громко хлопнув дверью. Какого чёрта Драко так себя ведёт?! Гарри невероятно устал от всех переживаний, связанных с ритуалом, потом волновался за Рона. А теперь, когда ему больше всего хочется тишины и покоя, Драко устраивает сцену ревности. Причем было бы к чему ревновать! Ведь Гарри не давал ни малейшего повода. Драко снова демонстративно развернулся к окну, выказывая полное нежелание что-либо обсуждать, хотя даже от его спины исходили ощутимые волны обиды и ревности. Гарри подошел к нему и нежно положил ладонь между его лопаток. Тот дернулся в сторону, намеренно уходя от прикосновения, и терпение Гарри лопнуло. Он резко развернулся, схватив свитер, рывком натянул его на голое тело и вылетел из комнаты, со всей дури хлопнув дверью. Пробежал по коридору и остановился. Ярость требовала выхода, а сердце просило вернуться и помириться с любимым. Что же делать? Было больно и обидно, и очень хотелось спросить у кого-нибудь совета. Но у кого? Не к директору же идти. И не к Снейпу. Хотя... Блин, зачем ему Снейп, если можно посоветоваться с Гермионой? Гарри быстро дошел до спальни девушек, нетерпеливо постучался и, так и не дождавшись ответа, распахнул дверь. Гермиона сидела на кровати, завернувшись в полотенце, и расчесывала мокрые волосы. При этом выглядела она как-то странно. На лице её застыло выражение, которому больше всего подходил эпитет «счастливое недоумение». Гарри замер на пороге. Сейчас идея посоветоваться с Гермионой не казалась ему такой уж хорошей. Что он ей скажет? Как объяснит ситуацию? Между тем Гермиона откинула волосы назад и наконец-то заметила Гарри. — Что-то случилось? — удивленно спросила она. Гарри устало кивнул. — Да, мы поругались с Драко, — почти равнодушно ответил он и упал на кровать. Было больно и очень обидно. Он ведь ничем не заслужил такого отношения Малфоя. А ещё он не заслужил такой резко негативной реакции на простое прикосновение. Гермиона удивленно хмыкнула. — Вы только недавно начали встречаться, а уже ссоритесь. Розовые очки неожиданно стали прозрачными. Гарри приоткрыл один глаз и внимательно посмотрел на подругу. — С тобой все в порядке? А то ты какая-то странная. В ответ Гермиона покраснела и резко отвернулась. Гарри на мгновение даже забыл про Драко. С ней-то что происходит? — Со мной все отлично, — сказала девушка. — Рассказывай, что у вас там случилось. Гарри с сомнением покосился на нее. — Точно все хорошо? Или, может, Снейп тебя обидел? Гермиона покраснела еще больше, вздохнула и созналась: — Мы поцеловались... Гарри ошарашенно вытаращил глаза и сел. — Как поцеловались? — Вот это новости! — Ну, вот так. Он меня схватил и поцеловал. А потом я убежала. Ты мне расскажешь, наконец, что у вас с Драко произошло?! Это сейчас важнее. Гарри покачал головой. «Надо же, поцеловались. А профессор-то времени зря не теряет! Ну что ж, посмотрим, что из этого получится». — Рон пропал. Вернее, теперь уже нашелся — я послал за ним Патронуса. А пока я находился в факультетской спальне и ждал Рона, по-быстрому переоделся. После того, как я во время ритуала повалялся на пыльном камне, мантию и рубашку пришлось снять. Первое, на что упал мой взгляд, был старый свитер, тот, что мне Молли подарила. Я его нацепил прямо так, без майки. Потом пришел к себе, а там меня ждал Драко. Он узнал, что я переоделся в спальне Гриффиндора, и это его почему-то взбесило. Он начал орать, что мое место рядом с ним, что вещи надо давно перенести в новую комнату. Спрашивал, почему он вынужден меня ждать и все такое. Мол, Рон для меня важнее, чем он, Драко. Я попробовал с ним поговорить, а он взял и отвернулся к окну. А когда я попытался его погладить по спине, он так дёрнулся, будто моя ладонь его обожгла. Ну, тут я психанул и ушел. Рассказ получился какой-то сумбурный и бессвязный, но лучше Гарри объяснить не мог. На него снова накатила обида. Гермиона хмыкнула. — Он ревнует. Просто ревнует. С какой-то стороны это даже понятно. В конце концов, с Роном ты дружишь уже шесть лет, а Драко появился в твоей жизни только недавно. И он не уверен в себе, боится, что всё скоро закончится. Опасается, что ты на самом деле не так уж сильно его любишь и можешь в одночасье бросить. Да еще и переживает за тебя. Мой тебе совет: сбегай в теплицу, там растет Роза Афродиты. Очень жестокое растение, разрушившее немало отношений. Но не в твоем случае. Этот цветок распускается, если его подарить человеку, которого ты на самом деле любишь. И который любит тебя. Искренне и всей душой. Я думаю, Драко знает, что это за цветок, и вы тут же помиритесь, потому что сложно дуться и обижаться на кого, кто принес тебе доказательство любви. Гарри медленно кивнул. Отличная идея. В своих чувствах он не сомневался, в чувствах Драко тоже. Он вскочил с кровати, поцеловал Гермиону в щеку и убежал в сторону теплиц. Вернувшись с цветком в свою комнату, Гарри Малфоя не нашёл. Поставив горшок с растением на стол, Поттер сел и попытался сообразить, где сейчас может находиться его возлюбленный. Скорее всего, он отправился в гостиную Слизерина, то ли чтобы забрать вещи, то ли чтобы остаться там. Второй вариант Гарри никак не устраивал, и он решил срочно отправиться за Малфоем, отдать ему цветок и расставить все точки над i. Он потянулся за картой Мародёров, желая удостовериться в том, что Драко действительно находится в подземельях. «Не хватало ещё, чтобы он тоже подался в Запретный лес посреди ночи», — подумал Гарри. Но Драко был именно там, где Поттер и предполагал. Отложив карту, Гарри встал, собираясь за ним идти, и тут взгляд наткнулся на свежий номер «Пророка», очевидно, доставленный заботливыми эльфами. На первой же полосе красовалась колдография Люциуса Малфоя, которого с двух сторон держали авроры. Люциус вырывался и что-то кричал. Крупный заголовок гласил: «Малфой арестован. Тёмный Лорд сбежал». «А что, если Драко видел статью? — подумал Гарри. — Я должен быть рядом с ним». *** Аппарировав в Ракушку, Северус поздоровался с Биллом и пошел к себе, рухнул в комнате на кровать и устало закрыл глаза. Долгий, тяжелый день наконец-то закончился, все насущные проблемы решены, и можно попытаться на время забыться. Просто уснуть, не думая ни о чем, не беспокоясь ни о ком. Все пока в безопасности, там, где они и должны быть. Северус вздохнул. Количество проблем не уменьшилось, и жизнь не стала легче, да и не станет, пока жив этот чёртов маньяк, задумавший приспособить мир под себя любимого. Но всё это можно оставить на потом, а прямо сейчас постараться отдохнуть, не обращая внимания ни на кого. Неожиданно он увидел перед собой кружащуюся по комнате Гермиону, упавшую затем прямо в его объятья. Такая удача выпадает редко, и Северус, воспользовавшись случаем, поцеловал девушку. Она жарко ответила, обняв его за шею и с силой прижимаясь к нему. Его тело моментально отреагировало на такую тесную близость. Северус углубил поцелуй, сжав обеими ладонями девичьи ягодицы. Гермиона чуть отстранилась, прерывая поцелуй. Северус нежно скользнул губами по ее шее вниз, осторожно прикусил тонкую кожу. Девушка застонала, прижимая его голову к своему плечу. Снейп подхватил ее на руки и понёс к широкой кровати. Осторожно поставил Гермиону на пол и снова жадно поцеловал. Она отвечала с таким энтузиазмом, что у него в глазах потемнело. Желание накатило жаркой волной, смыв остатки разума, заставив прижать ее к себе еще сильнее, почти вдавливая в собственное тело. Почему-то они оба оказались раздеты, а её кожа была нежной, гладкой и очень горячей. Гермиона отзывалась на каждое прикосновение, вздрагивала и тихо постанывала, заставляя его сжимать зубы в почти безуспешной попытке сдержаться. Сделав шаг вперед, Северус прижал Гермиону к кровати, приподнял за ягодицы и усадил на высокое ложе. Припал к груди девушки, осторожно покусывая соски и гладя стройные ноги. Пробежался пальцами по внутренней стороне бедра, положил ладонь на нежные складочки и надавил. Гермиона выгнулась и вскрикнула, прижимаясь сильнее к его ладони. Его тонкие пальцы скользнули в жаркую влажную глубину. Девушка застонала, вцепилась в его волосы, потянула голову наверх и впилась губами в его губы. Языки сплелись, Северус сжал ладонями ее ягодицы и рывком насадил девушку на себя, заставив ее снова вскрикнуть. Придерживая ее за бедра, он начал двигаться, сначала медленно, но постепенно наращивая темп, прикусил тонкую кожу на шее, вслушиваясь в громкие сладкие стоны. Сжал сильнее пальцы и... проснулся. Никакой Гермионы рядом не было, он сам находился в своей комнате в Ракушке на кровати в гордом одиночестве. Пульсирующий член настойчиво требовал внимания, и Северус с тихим стоном опустил руку. Всего пара движений — и он кончил, до крови закусив губу, чтобы не перебудить стонами весь дом. Вот так... Всего один поцелуй, а ему снится такая порнуха. Нет, с этим надо что-то делать. Вряд ли она вот так сразу согласится с ним переспать, но можно попробовать за ней поухаживать и потом соблазнить... Да, романтический ужин, со свечами и легкой едой. Полумрак, вино, запах роз. У него все получится... *** В это же время Гермиона проснулась в своей комнате от сладкой пульсации между ног. Она сильнее сжала бедра, стараясь продлить великолепные ощущения, и тихо застонала в подушку. Сон, такой реалистичный и жаркий, заставил ее испытать первый в жизни оргазм, но тело настойчиво требовало продолжения. С живым мужчиной. Почувствовать все это еще раз наяву, прижаться к его голой груди, подаваться бедрами навстречу каждому его движению, стонать и вздрагивать... Всего один единственный поцелуй, а она уже мечтает о сексе со Снейпом. Гермиона резко натянула на голову одеяло и зажмурилась. Ну что это такое? Можно подумать, она интересует сурового зельевара как женщина! Хотя... Поцеловал же он ее тогда в Выручай-комнате, может, он захочет чего-то большего? В любом случае, она против не будет. Гермиона улыбнулась, стянула одеяло с головы и закрыла глаза. Может, ей приснится еще что-нибудь в этом роде? *** Гарри появился в слизеринской гостиной в тот момент, когда Драко, отчаянно жестикулируя, рассказывал сокурсникам о поручении Волдеморта охранять Поттера днём и ночью. Панси сочувственно кивала ему в ответ и пожимала плечами, дескать, приказы не обсуждаются. Увидев вошедшего Поттера, она замерла. Взгляды остальных слизеринцев тоже устремились на него. Гарри молча подошёл к стоящему посреди комнаты Драко и протянул ему газету. Тот пробежал глазами текст и подробно рассмотрел колдографию. Эмоции на его лице сменяли одна другую. Неожиданно его губы расползлись в совершенно не подходящей случаю счастливой улыбке. — Ребята, Гарри, я свободен! — воскликнул он, подбежал к Поттеру и на глазах у изумлённых слизеринцев обнял его и поцеловал.