Чтоб грани страха перейти...

      Лестница спиралью вьется. Все вверх и вверх.       Даже голова закружилась.       На площадке знакомый кто-то…       — Невилл? Привет!       Взъерошенные волосы, сутулая спина…       — Ты чего? Плохо тебе?       Лица не видно. Уставился в окно, на серые прозрачные капли.       — Дома что-нибудь?..       — Применение этих заклятий запрещено! — голос разлетелся звонко. — Показывать их в классе…       — Гермиона…       — Что?! Ты видел лицо Невилла?!       — Гермиона, кхм…       Гарри скосил глаза.       Но сутулая спина не пошевелилась.       — Мэгги!       — Привет, ребята.       — Мэгги! Ты себе не представляешь…       Сзади вдруг — железное клацанье, стук посоха. Громко, эхом под сводами.       — А ну! Пустите.       Вздрогнула невольно.       На ключицах, у самой шеи.       Ладонь большая, тяжелая. Аж горячо сделалось.       Запах дымный какой-то, словно от костра. И крепкий. Как вuски.       — Посторонись, красавица. Сынок, ты как? Нормально?       Сутулая спина сжалась сильней.       — Ты… это… в общем…       Мэгги выдохнула.       Горячая ладонь разжалась, отпустила плечо.       Что-то скрипнуло, клацнуло — грузная фигура неуклюже развернулась на ступеньках.       — Идем-ка со мной, парень. Выпьем чаю. Я тебе кое-что покажу.       Нога и посох загрохотали вверх по лестнице.       Сутулая спина поплелась следом.       И дымный запах исчез.       — Мэгги, это просто ни в какие ворота… — голос звонко, карие глаза так и горят возмущенно. — Он чуть не довел Невилла до обморока! Да перестань ты меня дергать, Гарри!       — Мы загородили проход…       — Эй! Вы чего там застряли?!        — Подумаешь!       — Я шла навестить Габриэль в башне Равенкло, но, пожалуй, лучше с вами пройдусь.       Под руку подхватили крепко. Личико, как всегда, серьезное. Карие глаза горят.       — Так что у вас случилось?       — Непростительные заклятия! Он… этот профессор Грюм… совершенно… невменяем! Ты только подумай, что он сделал!       — Применил Непростительное?       — Все три!       — Ну… Не на ученике, надеюсь?       — Мэгги, это не смешно!        — Знаю. Я просто рада, что ты больше на меня не сердишься.        — Ты же извинилась.       — Ну…        — А Анджелине ты здорово врезала.        — Спасибо. Не думала, что тебе понравится.       — Это вы о чем? — рыжие вихры у самого лица.       — Так. Маленький секрет, — Гермиона подмигнула.       — А почему Невилл был такой… зеленый?       — Позеленеешь, когда у тебя на глазах применят Круциатус! Но все равно это было круто!       — Рональд! Ничего это не круто! Это просто возмутительно! Если Дамблдор узнает…       — Так он же сам пригласил Грюма. Чтобы мы учились у того, кто знает о Темных силах не понаслышке.        — Понаслышке или нет, здесь все-таки школа! И если он будет продолжать в таком духе, он здесь долго не задержится.       Взгляд за круглыми стеклами очков насторожился.       — Думаешь, у него и у Дамблдора будут неприятности, если в министерстве узнают, что мы занимаемся этими заклятиями?        — Тут и думать нечего, Гарри!        — Ну, Дамблдор всегда все делал по-своему. А Грюм наверняка годами не вылезал из неприятностей. Сначала стреляет, потом спрашивает. Так папа про него говорит.       — Н-да… Если он показывал в вашем классе Непростительные, что же он завтра устроит на уроке у седьмого курса?       — Ну, тебе ведь не обязательно ходить к нему…       — Что ты, Гермиона! Я такое зрелище не пропущу ни за что на свете.       — Вот это разговор! Верно, Гарри?       — Может, он чему полезному научит. Глядишь, в следующий раз и кулаки не понадобятся. Ну-ну, я шучу! Не смотри на меня так.       — Думаю, вы с Грюмом найдете общий язык.       — Ага… И нас обоих турнут из школы!       Карие глаза вдруг смешинками вспыхнули. Непривычно.       — Я этому не удивлюсь.