Начало
18 ноября 2017 г., 23:54
Машина, когда-то бывшая обычным самосвалом, с огромной (для нее) скоростью мчалась прочь из разрушенного города. Маршрут, по которому двигалась экспедиция, часто использовался Центром для торговли с другими полисами и фракциями, поэтому особых препятствий на пути группы не возникало. До Моста.
Мост, который верой и правдой служил людям до катастрофы, был разрушен еще лет десять назад. Восстанавливать его не было смысла, да и Дон обмелел достаточно сильно, чтобы Инженерному Корпуса Вооруженных Сил Центрального Правительства (ИКВСЦП — самая непроизносимая аббревиатура во всей области) удалось построить новый понтонный мост, получивший по старой доброй традиции какое-то странное и пугающее название. В простонародье же за ним закрепилось самое обычное имя — МОСТ (Мост, Опасный для Сильно Тяжелых). Там, как правило, находились постоянные части Инженерного Корпуса, которые выполняли функцию таможни, ремонта и пограничников.
— Документики предъявите.
На редкость серый голос заставил Кабана вылезти из кабины и вступить в крайне неприятный разговор с представителем власти, который и спустя 30 лет после Конца Света раздражал всех водителей.
— Отдел по безопасности Центрального Правительства. В данный момент мы находимся на задании особой важности. Как особый сотрудник второго класса я приказываю вам, во-первых, засунуть вашу палочку в ваше анальное отверстие, а во-вторых, обеспечить переезд транспорта по Мосту. Приказы ясны? — Кабан был не в духе. Он не любил подобные переговоры, когда приходилось или использовать служебные полномочия, или стрелять. Но, тем не менее, следовало побыстрее разобраться с ними, пока Ветер еще не достал до них.
— Предъявите документы, гражданин.
Нельзя же таких идиотов в армию брать, ну серьезно.
— Вы бы так контрабандистам мозги имели. Вот тебе мои документы, доволен? — Сталкер протянул солдаты сразу несколько пластиковых карточек, среди которых был его паспорт, права, страховка, а так же карточка особого сотрудника, которую Кабану пришлось подтвердить отпечатками пальцев и сканированием сетчатки.
— Можете продолжать движение по мосту, товарищ сотрудник.
Такой реакции, пожалуй, Кабан еще не видел. За свой достаточно богатый жизненный опыт он успел насмотреться и мокрых штанов, и слез и даже выстрелов в висок, но вот такой равнодушной и безэмоциональной реакции ему видеть еще не приходилось. Забрав документы обратно, он было уже начал забираться в кабину, как вдруг вспомнил, что забыл сказать кое-что важное.
— Через час будет Ветер, удачи вам, ребят! — Крик сталкера был достаточно громким, чтобы его услышали остальные солдаты.
Буквально через пару секунд раздалось несколько выстрелов, а когда БелАЗ уже начал ехать по мосту, то от КПП на всех парах в сторону Воронежа мчался БТР. На том самом месте, где Кабан разговаривал с военным, валялось мертвое тело в зеленой форме.
— Чет мне не по себе, ребят, — Бушлат нервно барабанил пальцами по рукоятке курсового пулемета. — Стремно это все. Да и жмуры те как-то тоже спокойствия не прибавляют.
— Да ну их всех в сраку, задолбали уже, — вздохнув, Кабан потянулся к рации громкоговорителя. Они уже подъезжали ко второму пропускному пункту, и оттуда на них мрачно смотрела пушка БМП. — ВНИМАНИЕ, ГОВОРИТ ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ОТДЕЛА БЕЗОПАСНОСТИ ЦЕНТРАЛЬНОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА. НАДВИГАЕТСЯ ВЕТЕР, ПРИКАЗ НЕМЕДЛЕННО ПОКИНУТЬ НЕБЕЗОПАСНЫЕ УЧАСТКИ В ТЕЧЕНИЕ ДЕСЯТИ МИНУТ.
Пока солдаты копошились, словно муравьи в развороченном муравейники, БелАЗ без задержки проскочил мимо КПП. До цели назначения оставалось еще километров двадцать, поэтому стоило поднажать. Дальнейшая дорога была достаточно безопасной и чистой — по ней, по словам Бурого, два дня назад проходил большой торговый караван, поэтому особых проблем не должно было возникнуть.
Бушлат, вдоволь наболтавшийся с женской половиной экспедиции, сменил Кабана на посту водителя и отослал того вместе с Самураем в повторную дипломатическую миссию. Приказав им без Иннокентия не возвращаться, сталкер устроился поудобнее и включил любимую музыку. В его жизни были редкостью те минуты, когда удавалось отдохнуть, не думая ни о чем. И что с того, что Смерть догоняла его с каждой секундой? Он это изменить не мог, а значит и волноваться не о чем.
***
В жилом модуле царила хоть рабочая атмосфера, хоть и сдобренная напряжением. Ученые, выполняя приказы Бушлата, сохраняли важные данные, делали резервные копии и прятали оборудование. Ветер плохо влияет на электронику, поэтому приходилось перестраховываться. К тому же, работа помогала не думать о грядущем и отвлечься. Однако, увы, усилиями четырех трудолюбивых (ага) девушек порядок был наведен быстрее, чем они ожидали. Наступили минуты тишины, когда любая сказанная фраза тонет под тяжестью молчания и сжатых в тугую пружину нервов. — Конишуааааа! — Самурай, используя свою коронную улыбку, поспешил загладить предыдущее впечатление. Кабан же только ударил себя по лицу, стыдясь того, что он знаком с этим человеком. Девушки, улыбаясь в ответ, так же поприветствовали своих компаньонов. Впрочем, лейтенант Александрова, презрительно пфыкнув, взяла какую-то книжку и улеглась на нары, не обращая внимания на гостей. Старший лейтенант Сидорова извинилась за поведение подруги, тыкнула ее и, отговорившись головной болью, последовала вслед за ней в мир печатного слова. Отгородившись ширмой, чтобы не мешать отдыхающим, остальные продолжили знакомство. — И вам драсте. Не обращайте на этих лежебок внимания, они не всегда такие буки. Меня зовут Оля, а вот эту русалку, — вслед за этими словами последовал многозначительный кивок в сторону расчесывающейся лейтенанта Вилюхиной, — можете звать Элей. Вас-то как звать, ребят? — Взяв быка за рога, разговор завязала лейтенант Стояльникова, уставшая уже от атмосферы напряженности и опасности. — Ну, клички вы знаете, а по именам — я Дима, а этот щекастик Слава, — Самурай только что беспощадно раскрыл одну из государственных тайн Центра, но даже не обратил на это внимание. — Да и ты тоже вроде бы не страдаешь анорексией, — Закончившая бесполезную борьбу с волнистыми локонами, лейб-медик всея экспедиции вмешалась в разговор. — У него идеальные формы, не надо тут. Он просто отлично затыкает своей тушкой щель между окнами, откуда постоянно дует, — Кабан решил заняться своим любимым делом — подкалывать друзей. Иннокентий, наблюдавший за этой чудесной беседой, тяжко вздохнул. Одиночество огромным ядовитым облаком дихлофоса нависало над ним, и не было от него спасения. Быстро перебирая всеми восемью лапками, он незаметно протиснулся в щель в двери и проник в кабину, ища общества такой же одинокой души, как и он. Устроившись на плече Бушлата, Иннокентий похлопал его одной лапкой и принялся обустраиваться. Он не боялся упасть или быть раздавленным. Он давно ждал смерти, но она избегала его. Вздохнув, паук отдал свою судьбу в руки богов и уснул, внутренне моля сталкера убить его спящим. Увы, но суициду свершиться суждено не было. Бушлат, заметив своего старого друга, улыбнулся, приглушил музыку и, дождавшись, пока паук не перестанет шевелиться, аккуратно перенес его в пепельницу, положив туда кусочек ватки. «Спи спокойно, мой друг, все будет хорошо.***
Разговор между представителями двух разных миров с каждой минутой становился все оживленнее. Знакомство прошло более, чем успешно. Большим сюрпризом для парней было узнать то, что у ученых бывают такие интересные случаи как, к примеру, уничтожение мутировавшей герани или спасение таракана от самоубийства путем утопления. А так же их поразило, что за масками строгих и неприступных, а так же практически бесполых существ в белых халатах, кроются самые милые и нежные девушки, которые им когда-либо встречались. Узнав, что Эля обожает сов, сталкеры торжественно поклялись достать ей живую или, на худой конец, сделать говорящую механическую. А Самурай надолго занял разговором Олю, обсуждая собак — вот уж кому было поделиться опытом. На памяти Кабана у Самурая на одежде всегда были собачьи волосы, непонятно откуда бравшиеся. Девушки так же крайне удивились, узнав, что мужественный и пахнущий соляркой Слава увлекается сборкой старой техники из пластика и дерева, а Самурай, распространявший харизму ловеласа и сердцееда, в восторге от японской культуры, а в частности такого жанра, как аниме. Договорившись как-нибудь устроить ночной киносеанс с ужастиками и мультиками компаньоны разошлись — БелАЗ прибыл на место назначения. По бокам машины виднелись только бескрайние поля, позади уходившая в горизонт дорога, а впереди — сплошная стена тумана. Судя по картам, единственные места поблизости, где можно было благополучно пережить Ветер, находились в Воронеже. Матюкнувшись, Бушлат съехал на обочину и приказал вернувшимся сталкерам загерметизировать БелАЗ. Пара нажатий кнопок, несколько задвинутых люков и, в общем-то, все. Автоматика была на уровне. Заглушив мотор, Бушлат достал из-под сидения небольшую лампу с аккумулятором и несколько фонариков, после чего направился в жилой модуль. — Ну, товарищи офицеры, мы на месте. На ближайшие 24 часа мы заперты в этой машине, поэтому советую побыстрее сходить по делам и расположиться поудобнее. Ветер, — тут сталкер взглянул на часы, которые начали ходить, — уже начался.
