Истощенная любовь

!!! ВНИМАНИЕ !!! На протяжение всего фанфика будут встречаться песни. Очень сильно не рекомендую, А НАСТОЙЧИВО ПРОШУ читать фикло именно под них. Благодаря им вы прочувствуете всю атмосферу, которую я хотела передать. Еще попрошу вас переключать песни только тогда, КОГДА ОНИ УКАЗАНЫ(включайте на повтор, ибо в некоторых моментах одна песня длиться очень долго). Надеюсь, вы меня поняли и будете читать под музыку, которую было сложно подобрать. Спасибо. <3 Приятного чтения. ♥♥♥ список песен: Twenty One Pilots – Lane boy Пицца – Романс Maroon 5 – Don't Wanna Know (feat. Kendrick Lamar) Maroon 5 – Cold (ft. Future) Arilena Ara – Nentori (Beverly Pills Remix) 1020prd – davay uletim Marina and the Diamonds – Starring Role LP – Other People One Republik – Counting Stars (original) James Arthur – Impossible Maitre Gims feat. Sia – Je Te Pardonne Sam Smith – Im Not The Only One Стас Шуринс – Прости ______________________________________________________________________________       Шаст хорошо прижился у Антона, быстро бегал по дому и радовал своим присутствием. Шастуна самого радовало наличие котенка дома, который был невероятно ласковым и гиперактивным. Отец никак не отреагировал на кота. Антону казалось, что он вообще его не видел, но как можно не заметить живность.       На следующий день Шастун поехал к Арсению в больницу. В это время оттуда уже выходил Сережа, что сыграло Антону на руку. Они перекинулись парой фраз, и Шаст отдал ключи от квартиры Арса. Матвиенко кинул какую-то шуточку и, хлопнув по плечу друга, попрощался. На дворе было не раннее утро, уже было около пяти вечера. Антон прошел к нужной палате и, немедля ни секунды, зашел. Попов поднял на него свои голубые глаза и мягко улыбнулся. Арсений не лежал, как обычно, а сидел, что немного сыграло Шастуну на руку. Он медленно подошел, крепко обнял парня, коротко чмокнув в щеку, и сел на стул. Арс слегка покраснел и улыбнулся. — С чего это такие приступы нежности? — поинтересовался Попов, все еще улыбаясь. — Настроение хорошее, — улыбался уже Шаст.       Арс рассказывал что-то веселое, что услышал от врачей или от Сережи, тем самым веселя Антона. Тот смеялся и улыбался, сверкая ровными белоснежными зубами. Арсений засматривался на Шастуна, когда тот что-то увлеченно рассказывал. Шаст посчитал нужным сказать, что забрал из квартиры Арса котенка. — Слушай, Арс, я Шаста забрал у тебя. — Блин, точно, у меня же кошак, — хлопнул ладошкой по лбу Попов.       После этого они вдвоем посмеялись и дальше о чем-то заговорили. И все бы так и продолжалось, если бы не звонок, прервавший их диалог. Звонила Маша и сказала, что прямо сейчас нужно встретиться в кофейни. — Блин, Арс, мне тут надо по делам съездить, прости, — Антон подхватил рюкзак с пола. — Да ладно, ничего страшного. Завтра приедешь? — спросил Арсений. — Конечно, — Шаст улыбнулся и быстро приобнял Арса. — Ладно, давай, пока. — Пока, — произнес Арсений, когда дверь уже закрылась.       Антон уселся в машину и поехал в названную Машей кофейню. Она находится относительно недалеко, поэтому Шаст добрался туда достаточно быстро. Внутри уже сидела девушка в мягком кресле и попивала чашечку горячего кофе. Антон забежал в кофейню и, подойдя к столику, приземлился кресло напротив. — Привет, — поздоровалась девушка, опустив голову. — Привет, — ответил Шастун и насторожился. — Ну, я по поводу того, что тебя хотели засадить, — девушка была максимально убитая, и ее эмоции не предвещали ничего хорошего. — Ну, — Шаст боялся лишний раз пошевелиться. — Так. Я поговорила со всеми на работе, подключила нужных людей. Антон, все хорошо и тебя не посадят, — девушка подняла голову и лучезарно улыбнулась. — Так, а… Блять, Маш… — спокойно выдохнул Шастун. — Я тут уже пересрал, пока ты показывала свою актерскую игру, — девушка лишь рассмеялась.       Они не думали пока что расходиться, ибо Бендыч никуда не спешила, да и Шастун тоже. Молодые люди сидели, разговаривали о жизни, рассказывали что-то. Маша вспомнила свое прошлое с Сережей и тепло улыбалась, но позже улыбка слегка угасла. Антон не хотел дальше расспрашивать, ибо девушка вмиг погрустнела, поэтому попытался перевести тему, что, вроде как, получилось. Маша отвлеклась от грустных мыслей и охотно поддерживала разговор. Просидев так несколько часов, они разошлись по домам, так как времени было немало.       День Шастуна прошел как-то максимально быстро, поэтому, придя домой, он насыпал еды Шасту, которую он съел за день и ушел спать, ибо очень устал, хотя проснулся достаточно поздно.

***

Twenty One Pilots - Lane boy       Тянулись дни, Антон каждый день ездил к Арсению, не переставая его навещать. Каждый день Арсений с силой улыбался, только чтобы Шаст не волновался и думал, что все хорошо. Но не было ничего хорошего. Абсолютно ничего. Попову было очень плохо, самочувствие не улучшалось. Он ощущал себя самым настоящим овощем. Арсений даже не спускался в столовую, так как думал, что назад просто не дойдет. Врачи не были этому очень рады, но носили еду в палату, но так, через раз. Еда из себя представляла зачастую кашу, которая была вся в комках и отвратительной на вкус. Давали и суп, который на вкус был не лучше. Как будто овощи были гнилые или протухшие, от чего хотелось блевать. Сейчас ничего не поменялось. На полдник или на поздний ужин Арсению приносили йогурт или творог, который он охотно ел, растягивая это удовольствие. За весь день Арс выходил из палаты лишь в туалет. Все тело ломило, иногда было то дико холодно, то дико жарко, а иногда мозги абсолютно ничего не соображали. Пару моментов было, когда на абсолютно простой вопрос доктора «болит что-то?» он отвечал около пяти минут, не понимая, что от него хотят. Поэтому улыбался он только для Антона через силу и через боль. Даже такое простое действие, как улыбка, давался с трудом, но Арс держался из последних сил.       Антон не уставал сюда приезжать, правда, бывало, сидел немного меньше, чем обычно. Так и тянулись обычные летние дни двух молодых людей.       Вот и на неделе Шастун снова приехал к Арсению, заходя к нему с широкой улыбкой. Тот улыбнулся в ответ и слегка приподнялся. Антон рассказывал, что вычитал в новостях на этот раз, какую шутку увидел в интернете и показывал смешные видео в инстаграме, которые он специально сохранял для него. На улице была прекрасная погода, все-таки середина, почти конец, июня и хотелось бы гулять с Арсом, а не сидеть в палате, но Шаст нисколько не обвинял в этом Попова. Да, хотелось, но перехочется. Сам Арсений зачастую смотрел с завистью на окно, в которое пробивалось солнце и освещало всю палату. Так и сидели Арс с Антоном, когда медсестра принесла бутылочку йогурта Попову, за что тот ее поблагодарил и улыбнулся, откручивая крышечку.       Шаст просидел ещё около часа и решил уже пойти, не забыв обнять Арсения. На удивление, это стало привычкой Антона. Выйдя из больницы, он сощурился от яркого солнца и решил, что неплохо было бы покататься сегодня. Шастун пролистал список контактов и остановился на Сереже, припоминая, что у того точно был скейтборд. Он набрал знакомому и назначил время и место. Сережа охотно согласился, а Антон поехал домой, чтобы взять скейт и покормить Шаста, который, наверное, съел корм, насыпанный несколько часов назад.       Через полтора часа Антон уже был на аллеи. Да, Шаст не хотел кататься на специально оборудованных площадках, он хотел просто проехаться по вечернему городу. Через какое-то время приехал Матвиенко и, толкнув Шастуна, который залипал в телефоне, медленно поехал по дороге. Антон кинул телефон в рюкзак и поехал за Сережей, который успел отъехать от него. Сергей поспешил узнать про Арса, ибо не мог ездить в больницу каждый день из-за работы. Все-таки не у всех такие богатые родители, которые буду обеспечивать сына в двадцать три года. Да и у Сережи родители вообще в другом городе, как и у половины молодежи в Питере. Антон все рассказал, и Матвиенко лишь помотал головой. Дальше по городу они катались или молча, или рассказывая какие-то новости и смешные истории из своей жизни.

***

Пицца - Романс       Следующий день из жизни Антона Шастуна ничем не отличался от других. Пробуждение, завтрак коту и себе, сборы, поездка в больницу. Времени было ещё совсем немного, все на работе, поэтому пробок не было и, чтобы поскорее вылезти из душной машины, Антон ехал достаточно быстро, поэтому через двадцать минут он уже стоял около двери, ведущей в палату. Он толкнул дверь, где сидел лечащий врач и измерял давление, через секунду встал, чуть помотал головой и вышел. Арсений абсолютно не выглядел здоровым, казалось, даже, наоборот. Шаст нахмурился, почесал затылок и сел на уже свой стул. За столько времени, проведенного тут, сидушка стула должна была принять форму зада Шастуна. Он легко улыбнулся и огладил ладонь Попова, который сейчас даже не улыбался. А смысл?       Они просидели в тишине около получаса. Антон перебирал холодные тонкие пальцы парня, а тот задумчиво смотрел в окно, где светило яркое и теплое солнце, освещая всех и все. Через время, проведенное в тишине, Арс повернул голову к Антону. — Шаст, — позвал его Попов. — М? — Шастун оторвался от перебирания пальцев. — Ляг ко мне, — попросил Арсений, из-за чего у Шаста поднялись брови.       Антон все ещё сидел на своем месте, думая было ли это шуткой, но взгляд Арса был абсолютно серьезен. Антон отпустил руку, обошел кровать и аккуратно пристроился на краю койки. Арсений повернулся и, положив руку на вздымающую грудь, удобно устроился около шеи. Шастун перекинул через худое тело, накрытое одеялом, руку, прижимая парня к себе. Попов прикрыл глаза, зарываясь в свои мысли, а Шаст аккуратно гладил того по спине, что успокаивало и расслабляло. Тишина абсолютно не давила, а наоборот давала отдохнуть от всей суеты. Наверное, впервые за некоторое время.       Через два часа Арс тихо посапывал. Антон медленно встал с кровати, пытаясь как можно меньше скрипеть на койке, которая была потрепана жизнью. Попов не проснулся, лишь немного покрутился, но сон не прервался. Шаст медленно вышел из больницы, тихо ступая по асфальтированной дороге. Солнце уже уходило, предоставляя глазам ярко-огненный закат. Настроение от того, что он полежал на одной кровати с Арсом, не прибавилось. Расслабился, но лучше не стало. — Алло, Дим? — позвонил Шастун лучшему другу. — Привет, Антош, — поздоровался Позов. — Мы можем бухнуть? — перешел сразу к делу Антон. — Да, конечно, у меня как раз завтра выходной. А где? Бар, у тебя, у меня? — задал вопрос Дима. — Неплохо было бы у меня, плюс кота покормить, но надо про отца узнать, повиси немного, — произнес Шастун, уже набирая Андрею. — Алло, пап? — Да, здравствуй, — ответил Шастун-старший, шелестя бумагами. — Ты сегодня будешь дома? — спросил Шаст. — Нет, завтра к обеду, — ответил Андрей. — Ясно, пока, — попрощался Антон и скинул, возвращаюсь к разговору с Димой. — У меня. За тобой заехать? — спросил Шастун, примерно прикидывая, сколько ехать до друга. — Ну да, неплохо было бы, — ответил Поз.       Через полчаса медленной езды по городу, Антон оказался около подъезда лучшего друга, который как раз успел собраться. Он плюхнулся на переднее сиденье, и они направились в супермаркет, дабы купить алкоголя, закусок и корма коту. — Кстати, откуда у тебя кот? — задал вопрос Дима, когда они были около полок с кормом для животных. — Это кошак Арса. Он же в больнице, а ездить каждый день никто не хочет. Сережа брать его не захотел. Говорит, в прошлый раз хватило, — ответил Шаст и поставил пакет корма в тележку, захватывая ещё наполнитель для лотка. Да, сначала он забыл лоток дома у Попова, но на следующий же день забрал его.       Парни помчались к отделу с алкоголем. Глазам предстала невероятное разнообразие. Вино, коньяк, водка, виски, пиво и не только. Глаза разбегались и светились. Позов подошел к коньяку, глянув на ценник, поставил его в тележку. Антон же поставил бутылку более дорогого виски и, на всякий случай, вина. Не факт, что они все выпьют, если что, поставит в бар отца, откуда он всегда мог что-то взять. Под веселые разговоры они направились к отделам разных закусок и не только. Тут парни особо не спорили, накидали разных продуктов, да пошли на кассу. Отстояв большую очередь, они выгрузили продукты и бутылки на ленту. — Ещё, пожалуйста, две пачки синего винстона и две толстого ментолового кента, — попросил Антон сигареты Диме и себе. — Паспорт, — произнесла продавщица противным голосом. — Не видно, что мне двадцать три? — спросил Антон, но продавщица не поменяла своего мнения, выжидающе смотря на него.       Шастун похлопал по карманам, но ничего не нашел, кроме телефона. — Дим, у меня все в машине, может у тебя есть? — Позов похлопал по своим карманам и ничего не нашел. — Я в машину, — произнес Антон и рванул к автомобилю со всех ног. Послышались недовольства покупателей.       Антон пришел буквально через пять минут с правами и паспортом. Женщина внимательно посмотрела и пробила алкоголь с сигаретами. Шаст вякнул что-то похожее на «спасибо» и, сложив все в пакеты, парни направились на парковку. Пакеты оказались в багажнике, а Дима и Антон поехали к загородному дому. Дорога оказалась быстрой, так как уже было около двенадцати ночи, что говорило о пустой дороге. Дима что-то рассказывал про свои отношения с Катей, о которых Шаст ничего не знал, но и сейчас не вслушивался, а лишь следил за дорогой и был погружен в мысли. Через полчаса спокойной езды они оказались дома, чему Шастун был несказанно рад. На умные разговоры в прихожей пришел маленький пушистый белый комочек, из-за чего Дима начал очень умиляться и, оставив пакет на полу, подошел к котенку и начал его гладить, что-то приговаривая. Антон лишь вздохнул, поднял пакеты и отнес их на кухню. Он расставил бутылки на стол, положил какие-то продукты в холодильник, а какие-то положил на стол и кинул четыре пачки сигарет на рядом стоящую тумбу. — Начинаем? — произнес Шаст, раскупоривая бутылку коньяка.       Дима мотнул головой и насыпал корма коту, так как Антон уже искал стаканы.       Парни начали распивать коньяк, изредка чем-то закусывая, но это не помогало. Когда бутылка была почти опустошена, пошли философские, и не очень, разговоры. Мысли, которые были в голове Шастуна все это время, пошли наружу, что не говорило о чем-то хорошем. — Он, блять, вообще пиздец, — произнес Шаст уже в третий раз и прикурил сигарету, открыв окно настежь. — Я сколько раз говорил «вот, поешь», а он «не хочу, нет». Говорил, что жрал, но пиздел. Бля-я-ять, как я этого не замечал, — Антон глубоко затянулся. — Пиздец, я такой отвратительный. — Антош, ну ты че, — произнес Позов, подсаживаясь ближе и закуривая. — Все хорошо будет, выкарабкается Арс, я тебе обещаю, — пьяно произнес Дима. — Прям обещаешь? — спросил Антон, выдыхая дым. — Прям обещаю, — ответил Поз и приобнял Шастуна. — Я его пиздецки люблю, — шепотом произнес Антон, но Дима услышал, никак не отвечая. Он прекрасно это знал.

***

      На следующее утро Шаст проснулся не сам, а его разбудила головная боль, которая не давала покоя. Он хотел подняться, но как только чуть-чуть оторвался от подушки, то сразу же рухнул обратно. Было такое чувство, что голова так никогда не болела, но это только казалось. Дима, видимо тоже проснулся и простонал от боли. Шаст лежал на диване так, что ему открывался вид на кухню. На столе была пустая бутылка коньяка, половина виски и на туалетном столике в гостиной стояла открытая бутылка вина, но бокалы были наполовину целые. — Нормально мы так бахнули, — произнес Антон, рассматривая остатки вчерашнего вечера.       Как бы сильно не хотелось, но пришлось встать, чтобы выпить таблетку. Антон хороший друг, поэтому он принес стакан с водой и таблетку Диме. Тот был невероятно ему благодарен. Шаст глянул на часы и понял, что скоро приедет отец, так что нужно убирать этот срач. Пустая бутылка полетела в пакет, где вскоре оказались всякие шкурки от колбасы, банана, остатки сыра и хлеба. Продукты, которые ещё были съедобны (Антон проверил на себе), он поставил в холодильник. Пол был грязный. Множество крошек, какие-то пятна, что-то засохшее и это не вызывало никаких положительных эмоций. Шастун поставил бутылку вина и полбутылки виски в домашний бар, где места почти не было. — Ди-и-им, — протянул Шаст, на что услышал только короткое «М». — Выброси мусор, пожалуйста. — Антош, я тебя очень люблю, но я сейчас даже подняться не могу, — ответил Поз. — У меня скоро отец приедет, так что поднял свой зад и выбросил мусор, или я его сейчас на тебя высыплю, и будешь сам все собирать, а потом еще и мыть пол, — Дима услышал шаги и быстро поднялся, отчего голова немного закружилась. — Какой хороший друг, — натянуто улыбнулся Шаст и пошел в кладовку на поиски швабры и ведра.       Буквально через двадцать минут пол на кухне сиял от чистоты, только немного корма разбросал котенок около своей миски. Антон протер лоб рукавом, где выступили маленькие капельки пота и, вылив ведро с грязной водой, поставил его на место. Дима уже хотел обратно завалиться, но Шастун не позволил этого сделать. — Собирайся, я тебя отвезу, — произнес Шаст, натягивая какую-то растянутую майку.       Дима лишь промычал, но решил, что нужно хотя бы почистить зубы и умыть лицо, что сделал Антон парой минут раннее. Он еще успел и душ принять, прохладный такой, отчего, значительно, полегчало, но голова все равно немного побаливала. Антон захватил таблеток, на всякий случай, и начал обуваться. Через пару минут вышел Дима, тяжело вздыхая. — Вот тебе не херово? — спросил друг. — Херово, но принял душ и стало как-то полегче, — ответил Шаст, ожидая, когда Позов зашнурует кроссовки. — Пошли, — поднялся он с пуфика, слегка толкая Антона в спину.       Выходной день, машин не очень много, но и не так мало, как хотелось бы. Шастун включил радио, где крутили какие-то зарубежные хиты девяностых. Он сделал звук очень тихо. Чтобы тишина не была такой тягучей. Радио это немного разбавляло. Позов все еще страдал, тяжело выдыхал, потирал лоб и открыл окно, чтобы в машину пробрался свежий воздух. Он подставил лицо под потоки ветра и слегка улыбнулся.       Через сорок минут машина остановилась, а Дима успел немного подремать и встрепенулся от толчка в плечо. — Гуд морнинг, приехали, — ответил Антон, немного улыбнулись. — Антош, ты лучший, сам бы не добрался, — поблагодарил друга Дима. — Я бы тебя и не повез, если бы мне никуда не надо было, — ответил Шаст, когда Поз вылезал из машины. — Антон, ну ты и скотина. Мог подыграть, чтобы сохранить образ хорошего друга, — ответил Дима, уже стоя на земле. — Я и так хороший друг, ты знаешь, — улыбнулся Шаст, немного отъезжая.       Сейчас он ехал немного медленнее, так как голова все еще кружилась, и не хотелось бы попасть в какое-нибудь ДТП. Через двадцать минут уже виднелось здание больницы. Шаст устало потер лицо, закинул в рот жвачку, которую нашел в бардачке и, вылезая из машины, направился к зданию. Женщина на регистратуре уже его знала и даже не ругала его, если он был без бахил. Сегодня было людно, так как выходной, но, увидев вид Антона, она ничего не сказала. Обходя людей, Шастун дошел до заветной палаты, где лежал Арс и смотрел в окно. Это становится его хобби. — О, привет, а я думал ты уже и не приедешь, — сказал Арсений, заметив Шаста. — Ну как это я, и чтобы не приехал. Огорчаешь, — улыбнулся Шастун.       Прошло какое-то время, как они помолчали, наслаждаясь друг другом и тишиной. Сейчас она почему-то не давила. Так получилось, что время близилось к обеду, и через десять минут распахнулась дверь, зашла медсестра с подносом и поставила его на прикроватную тумбу, пожелав приятного аппетита. Арсений никак на это не отреагировал, а все еще осматривал окно, которое можно было выучить за эти дни. — Арс, поешь, — сказал Антон после того, как Попов пролежал так около трех минут. — Что поесть? — спросил Арсений, смотря на Шаста. Тот указал ему взглядом на тумбу. — А, поесть, — спустя пять минут разглядывания еды произнес Попов.       Антон округлил глаза от такого, но Арс не обратил на это никакого внимания. Такого еще ни разу не было и сейчас Шастуну стало еще беспокойнее, чем раньше, но он попытался подавить это в себе и не показывать свой страх на глазах у Арсения. Тот взглянул на суп, который не выглядел как еда и взял лишь тарелку с салатом и макаронами. На самом деле, макароны тоже не выглядели съедобными, поэтому покрутив макарошку на вилке, Попов снял ее и решил, что съест салат. — Арс, может, поешь макарон? — с надеждой произнес Шаст.       Попов же лишь уставился на него, как на дурака. Антон ещё раз посмотрел на эти макароны. — Ну да, — все-таки согласился он со взглядом Арсения.       Попов отставил пустую тарелку, где парой минут ранее был салат. Он снова прилег на кровать и слушал, что рассказывал ему Шастун. Когда Антон шутил, то ответная реакция была лишь через пару минут. Шаста это реально пугало, ибо эта заторможенность не вела к чему-то хорошему. Они просидели так ещё около трех часов, а потом Попов просто уснул под какой-то рассказ Антона. Шастун вышел из палаты и направился к доктору Арсения, который, скорее всего, сейчас в своем кабинете. — Вы меня извините, но не вы ли вы вы ли, а? — да, Антон очень ясно излагает свои мысли, когда это нужно. — Что, простите? — доктор оторвался от бумаг и уставился на парня. — Э-э-э-э, вы Попова лечите вообще? — это было больше похоже на предъяву. — Мы делаем все возможное, — спокойно ответил доктор, и сложил руки на столе. — Мы не сидим, сложа руки. — Тогда почему Арсений такой тормознутый? — снова задал вопрос Антон. — Раньше было все нормально, а сегодня он около десяти минут соображал, что нужно поесть. — Мы обязательно обратим на это внимание, хорошо, что вы сообщили, — произнес доктор. — До свидания. — До свидания, блин, — произнес Антон и вышел из кабинета врача.       После этих слов он вышел, не забыв чуть хлопнуть дверью, и пошел к выходу из больницы. Внутри кипели эмоции от всей ситуации, которую Шастун не может изменить. Он сел в машину, пытаясь немного остудить свой внутренний пыл. Он включил радио, из которого полился приятный звук, не раздражающий слух. После своего несколько минутного отдыха, Антон завел машину и поехал по направлению к своему дому. Уже немного смеркалось, из-за чего город становился более интересным и таинственным, что ли. Радио все также облучало машину приятным звуком, отчего дорога стала более приятной.       До дома он доехал без ненужных мыслей, только с компанией приятной музыки. Он медленным шагом дошел до дома и через секунду оказался в нем. Из-за поворота появился котенок, который подбежал и начал тереться о черные джинсы, на которых осталась белая шерсть. Антон, разувшись, направился на кухню и, заметив пустую миску для корма, сразу же наполнил её. Шаст, который кот, сразу же подбежал к заветной еде. В рядом стоящей миске появилась вода, а Шастун был в поиске еды уже для себя. На полке в холодильнике стояла жареная картошка и несколько котлет, что себе и подогрел Антон. Да, у них все еще работала Марина, но неполный день. Она приходила, готовила, что-то убирала и уходила. Ну, ибо, откуда еда появляется? Отец дома бывает также «часто», как и Шастун. Да и готовить, что Андрей, что Антон, особо-то не умеют. Их максимум — спаленная яичница.       Шаст сидел, поглощал жареную картошку с котлетами и листал ленту инстаграма. Улыбчивые лица его однокурсниц, селфи, о, милый видос с котиком, какие-то смешные видео и все такое. Впрочем, ничего нового. После позднего ужина, Шастун помыл тарелку и отправился на второй этаж, прихватив с собой кота, который плелся за ним. Антон скинул с себя уличные вещи и накинул на свое тело легкие шорты и такую же майку. Спать совершенно не хотелось, хотя проснулся он достаточно рано. Шастун уселся на мягкую кровать, подогнув длинные ноги под себя. Откинулся на мягкие подушки, а на кровать запрыгнул Шаст. Незаметно, но он немного подрос. Котенок подошел к Антону и лег около его груди. Шастун умилился и начал гладить его рукой, отчего тот заурчал и прикрыл глаза. Парень очень умилился этому, что все лишние и ненужные мысли будто бы разом испарились из головы. Так Шаст и погрузился в сон, медленно водя рукой по белой шерстке кота и слушая его успокаивающие урчание.

***

Maroon 5 - Don't Wanna Know (feat. Kendrick Lamar)       Все было бы замечательно, если бы не зазвонивший телефон в девять утра. На удивление Антона звонил отец. Шаст поворочался еще пару секунд, но все-таки ответил на звонок, нарыв телефон рукой. — Алло, — промычал в трубку Шастун. — Доброе утро, — поздоровался Андрей. — Я понимаю, что у тебя заслуженный отдых, но мне необходима твоя помощь. — Ммм, — Шаст слушал все краем уха, особо не вслушиваясь в слова. — Я всю ночь в бумагах, плюс сейчас совещание и я ничего не соображаю. Приедь, пожалуйста, я объясню, что делать, — попросил отец. — Ладно, — спустя пару минут ответил парень, прикинув все свои грешки. — У меня лучший сын! — послышалось по ту сторону.       Шаст лишь усмехнулся из-за этого, а после перевел взгляд на окно, дабы узнать, какая там погода. Ну, знаете, такое себя. Небо затянуто, казалось, что сейчас пойдет дождь, поэтому Шастун подошел к окну. Асфальт был еще мокрым, потому выбор Антона пал на толстовку с огромным капюшоном и джинсы. Он быстро оделся, спустился на первый этаж, чтобы насыпать коту корма, которого он уже так ждал, и поехать к фирме. Сегодня будний день, но уже около половины десятого, так что люди должны быть на работе. Есть Шаст особо не хотел, да и это заняло бы время, а чем быстрее он справиться, тем быстрее освободиться и сможет поехать к Попову. Поэтому он схватил яблоко, лежащее в вазочке и сладкий батончик, который лежал на полке. Он потрепал кота по голове и поплелся к выходу, чтобы обуться. Не забываем, что один дурачина Арс дал имя коту Шаст, поэтому именно этот Шаст сейчас абсолютно не обратил внимания на хлопок двери, так как полностью отдавал себя еде.       Шастун же уже сидел в машине, поудобнее устраивая свой зад на мягком кресле. Он вставил ключ зажигания, другой кнопкой открыл ворота и, выехав, так же закрыл их. Через пять минут он уже повернул на трассу и, прибавив скорости, поехал в нужном направлении. Он прекрасно помнил адрес фирмы отца, так как часто тут бывал, когда учился в одиннадцатом классе и на первом, втором курсе. Возможно, то время было самым веселым и незабываемым. С Димой, который учился в параллельном классе, они творили невообразимую ерунду, за которую потом получали по полной от директора. А когда пришли в университет, то пытались себя вести максимально круто, как это показывается в американских сериалах и, знаете, у них получилось. Они притянули к себе множество студентов, с которыми вскоре раззнакомились и поддерживали дружеские отношения. А сейчас… А сейчас всем просто плевать, ибо все повзрослели. Все-таки на пятый курс перешли, как никак.       Через сорок минут Шастун припарковал машину и направился в фирму. Его все тут прекрасно знали. Антон прошел на второй этаж, ища офис отца. Найдя кабинет, на котором висела табличка «Шастун А.В», Антон открыл дверь и увидел отца. Тот привстал, улыбнулся сыну, что тот его все-таки выручил и приехал. — Антош, смотри, — отец подвел сына к столу, показывая на какие-то бумаги.       Андрей внимательно объяснял, что нужно сделать Шасту. Сначала показалось, что ничего сложного. Отец показал на бумаги, на цифры, указанные на них и сказал, что нужно все посчитать и поделить, но на этом все не закончилось. Дальше он стал показывать что-то еще на бумагах, какие-то инициалы, где нужно высчитать проценты от продаж, а где найти высший коэффициент продаж этого года и ещё много ерунды. Андрей еще не раз объяснил, что нужно сделать, чтобы Шастун все понял. После отец вышел из кабинета, оставляя Антона наедине с бумагами и тем, что нужно с ними сделать. Он пыталась это все как-то уложить в голове, чтобы все не перепуталось, что получалось не очень-то хорошо. Хоть отец и объяснил пару раз, но говорил он достаточно быстро. Антон медленно сел на кресло, рассматривая все бумаги. В столе он нашел калькулятор, чистые листы и принялся за расчеты. Хоть он шарил в экономике, которую не особо-то и любил, но заниматься какими-то расчетами и вычислениями сейчас абсолютно не хотелось. Все-таки он недавно сдал экзамены, а тут опять что-то.       Антон надеялся побыстрее все начать и закончить, чтобы уехать от этого дерьма куда подальше.

***

      Кто же знал, что у отца остальной день совещания в своей фирме и еще множестве других, с которыми он хотел сотрудничать. Он-то этого не сказал, поэтому Шастун просидел один в офисе до самого вечера, даже не замечая отсутствие отца. Антон взялся за свое дело очень основательно, выписывал все расчеты, чтобы не допустить ошибку. Все-таки это не школьные примеры, а немалые деньги и, если тут будет хоть малейшая оплошность, то все будет очень плачевно, поэтому Шаст был максимально сосредоточен на числах и вычислениях. Находил проценты, высшие коэффициенты, бóльшие продажи и все в таком духе. Для серьезности только не хватало очков и костюма. Вообще, раньше отец хотел, чтобы Антон тоже работал в его фирме, позже был управляющим, но Шастун сразу сказал, что не хочет этого, что ему это абсолютно не интересно и не нужно. На самом деле ему и его специальность неинтересна. Если бы не пятый, последний курс, то он бы, скорее всего, кинул универ. Но последний год и он свободен. Только это спасало от побега.       Как бы не было удивительно, но на часах было около трех ночи, и телефон позвонил, из-за чего стол слегка завибрировал. Антон записал последнюю цифру и ответил на звонок. — Алло. — Алло, Антон, ты дома? — спросил отец. — Нет, ты же сам сказал, что делать. Тут дохрена бумаг, — ответил Шаст, окидывая взглядом стол. — Э-э-э, ну уже просто три ночи, езжай домой, я сам все закончу, — сказал совет, открывая дверь машины. — Ну нет, я сам почти закончил. Раз уж я взялся за это дерьмо, то сам и закончу. Все, остался часик какой, ты только мешаешь, — произнес Шаст и скинул, откладывая телефон подальше от глаз.       У обоих Шастунов удивление поднялось выше максимального уровня, ибо Андрей не ожидал, что Антон вообще что-то сделает и просидит так долго, а Антон не ожидал, что усидит на месте и еще удивлялся от того, как его голова не лопнула. Шаст и сам не заметил, как просидел тут целый день. Он машинально залез в рюкзак в середине дня, чтобы съесть яблоко и так же машинально сходил за стаканчиком кофе. Что можно говорить, когда Антон даже не заметил, как начало смеркаться и как день подошел к концу, а сейчас почти что начался новый.       Через полтора часа Шастун вычислил все оставшееся и был невероятно горд собой. Он откинулся на спинку стула и оглядел все бумаги. Он улыбнулся, рассматривая свои исписанные листы, и положил их в полку. Остальные листы, которые были разбросаны по столу в хаотичном порядке, он просто кое-как сложил вместе и положил на край стола. Шаст медленно потянулся, из-за чего хрустнула спина и, тяжело вздохнув, он встал из-за стола, решаясь отправиться домой. Удивительно, но вся усталость проявилась только сейчас, когда он шел к машине. Охранник, который спал на удобном диванчике, закрыл дверь за Антоном и отправился обратно на диванчик. Шаст зевнул два раза, пока шел до машины и заранее решил, что ехать будет с минимальной скоростью. Не хватало еще за рулем уснуть. Сейчас он жалел, что не захватил себе стаканчик с кофе, который взбодрил бы его. Но сейчас выбора нет и нужно садиться за руль. Шастун провел рукой по лицу, пытаюсь снять всю усталость, но получилось, знаете ли, не очень. Антон уселся, пристегнулся и взялся руками за руль, зажигая фары. Он выехал с парковки, стараясь моргать меньше, чтобы случайно не закрыть глаза. Сейчас Шаст ехал максимально медленно – пятьдесят километров в час, когда его средняя скорость – это около семидесяти, иногда и восьмидесяти километров в час. Спать хотелось просто нереально, но главное не заснуть за рулем.       Шастун ехал до дома с единственной мыслью: поскорей бы лечь спать. Он буквально засыпал на ходу, но держался из последних сил, и рухнул бы, выходя из машины, но сдержался, так как падать на асфальт или траву, ну, такое себе. Антон зашел в дом, где было темно, хотя на улице уже светло. В кухню проходили частички света, так как там было окно, которое не было завешено шторами. Все-таки пять утра на дворе, светлеет уже. Антон понимал, что хуй поднимется завтра с кровати, поэтому решил насыпать корма и налить воды коту именно сейчас. После этих действий, он пошел к себе в спальню, проходя через гостиную, где на диване спал отец, который даже не переоделся. Было чувство, что он заебался даже больше Антона, что, вполне возможно. Его два дня не было дома, но кто знает, был он ночами на работе или нет. Шастун взглянул на это зрелище еще разок и пошел к лестнице. Ноги совершенно не хотели передвигаться, но Антон старался пересилить себя.       С трудом и усталостью, но Шасту удалось дойти до своей спальни и даже скинуть одежду. Понимая, что ложиться, не сходив в душ, ну такое себе, особенно после такого дня, он пошел в ванную. Скинул уже домашнюю одежду и залез в душевую кабинку, прикрывая глаза. Еще секунда и, если бы не пошла холодная вода, то Антон бы упал в этой кабинке, но слава холодной воде, которая спасла его от падения. Он сразу же вышел, обтер тело полотенцем и, снова накинув одежду, пошел к себе в комнату. Уже была половина шестого и, знаете, даже если бы Шаст не лег, то просто вырубился стоя, ибо девятнадцать часов активности такое себе. Антон сам еще не понял, как у него это получилось, и как он не умер в фирме за столом отца.

***

Maroon 5 - Cold (ft. Future)       Утром Шаст проснулся, достаточно хорошо выспавшимся. Ну, как утром, в три часа он проснулся. Антон довольно потянулся и, прислушавшись, услышал шкрябанье о дверь. Парень зевнул, потер глаза кулаками и открыл дверь, где мурлыкал кот. Шастун улыбнулся, подхватил кота на руки и пошел на первый этаж. Весь дом наполняли солнечные лучи, которые намеревались пробиться в каждое окно. Антон мило сощурился и подсыпал немного корма коту, так как тот давно ел. Машины отца уже не было, соответственно, он уже был на работе или на каком-то совещании. Шаст давно привык к этому. Такая работа.       Юноша уселся за стол, найдя в холодильнике любимый питьевой йогурт. Он посматривал на котенка, который уплетал, видимо, любимый корм. Чуть прислушавшись, Антон понял, что у него звонит телефон. Оставив на столе бутылочку йогурта, он побежал на второй этаж. Буквально в последнюю минуту ответил на звонок, даже не посмотрев, кто звонит. — Алло, ты уже проснулся? — послышался голос отца. — Ага, буквально пятнадцать минут назад, — Антон поплелся обратно на первый этаж. — Слу-у-ушай, ты можешь еще сегодня подъехать? Мне посоветоваться тут нужно, — попросил отец.       Шастун тяжело вздохнул, припоминая все свои косяки, начиная с девятого класса. Андрей ничего не скажет, если Антон откажет, но потом Шаста будет жутко мучать совесть. — Ладно, это надолго? — сдался Шастун, допивая свой йогурт. — Нет, конечно, максимум полчаса, час, — ответил отец. — Скоро буду, — сказал Антон и скинул.       Шаст быстро собрался, погладил пару раз кота, который тут достаточно хорошо прижился, и направился к машине, которая очень нагрелась на солнце, и в ней теперь было невозможно находиться. Антон надел очки, чтобы солнце не слепило его, открыл окно и поехал на фирму. Четыре вечера, кто-то откуда-то едет, и дорога немного заполнена, в отличие от двух часов дня. Он надеялся, что освободиться до шести, семи часов дня, ибо потом он будет добираться до дома час, а то и больше. Ну или сидеть на фирме до десяти, ибо он хрен выедет из центра даже на общественном транспорте, что уж говорить о машине. Кстати о машине. Раньше, когда Антон учился в одиннадцатом классе и на первом курсе, он часто менял машины. Мог каждый месяц приезжать на фирму, выбирать машину и ездить на ней. Причем, все автомобили, который Шаст брал себе, он возвращал в идеальном состоянии. Ни царапин, ни вмятин. Но это ему было в кайф, что ли. Сейчас Антон таким, конечно же, не занимается. А зачем? Только ездил на другой, когда Игорь оставил вмятину, и тачка была в фирме отца на ремонте.       Шастун быстро забежал в фирму, коротко кивнул головой сотрудникам в знак приветствия, и побежал к офису отца, где просидел вчера весь день. Зайдя вовнутрь, отец улыбнулся и подозвал его к своему столу. Сначала, он достал с ящика бумаги и показал на ту, где были все вчерашние расчеты. Андрей что-то уточнил у Антона, который все пояснил отцу. — Помнишь, я тебе рассказывал про проект? Ну, месяца четыре назад, наверное, говорил, — произнес отец и полез в самый нижний ящик.       Шаст лишь коротко кивнул головой, и на столе появилась огромная папка бумаг. — Смотри, тут есть версия продуманной машины, но это очень глобальный проект. Я не знаю, оставлять так или что-то подправить? Возьми, посмотри, — Антон взял в руки бумаги, начал рассматривать макет автомобиля.       Отец был погружен в другие бумаги и, незаметно для его глаз, Шаст перевернул пару листов, пробегаясь глазами по информации. Раньше было написано, что половина ставки пойдет Илье, но сейчас никого не было написано. Также было написано, что фирма, после смерти Андрея переходит Илье, но сейчас тоже было пусто. Шастун коротко улыбнулся и вернулся к машине. Она, вроде как, и нормальная, а вроде как надо что-то менять. Шаст вертел в руках карандаш, прикусывая его сверху и пытаясь понять, что же ему не нравиться.       Корпея над моделью около часа, и поправляя какие-то мелочи простым карандашом, он отдал бумаги отцу и, выглянув в окно, понял, что хер доберется до дома. Он подумал, чтобы поделать. Выбор, так-то невелик. Либо около двух часов сидеть в фирме, где полная скукота и все в работе, либо сходить в соседнюю кафешку или кофейню, которую он тут найдет. — Пап, а есть где близко кофейня? — спросил Шаст, отвернувшись от окна. — Да, выходишь, переходишь дорогу, идешь до конца и за углом будет, — ответил Андрей, не отрываясь от бумаг. — Спасибо, — ответил Шаст и пошел по направлениям отца.       Антон медленно дошел до кофейни, осматривая машины, которые стояли в пробке и сигналили. В заведении была очень приятная атмосфера. Все выполнено в молочных и кофейных тонах, играет приятная тихая мелодия, на фоне слышны какие-то негромкие разговоры людей, которых тут не особо много и временами ходят девушки в форме, разнося заказы. — Можно, пожалуйста, капучино? — произнес Антон и, увидев кивок, сел за недалекий столик.       Он глянул в окно, где солнце то светило во все, то пряталось за облаками, прячась от глаз прохожих. Все еще была пробка, и Шаст жалел, что вообще выбрался из дома в такое время. Шастун очень удивился, когда через десять пять минут к его столику подошла девушка. Тут, наверное, максимально быстрое приготовление кофе. Но еще большее удивление у него вызвала официантка. — Ира? — Привет, Антон, — спокойно ответила девушка, оглянувшись и присев напротив. — Я понимаю, что ты злишься на меня. Прости, пожалуйста. Я понимаю, что хотела сделать ужасную вещь, усадить тебя за решетку, но ведь я не знала все о том убийстве до конца. Прости, — протараторила Кузнецова и уже хотела подняться и идти к рабочему месту. — Хорошо, — резко произнес Шаст, сам немного удивившись. Ира резко остановилась. — Прощаю, — улыбнулся Антон.       Девушка улыбнулась и обняла друга. — А ты чего тут? — спросил Шастун у подруги. — Ну деньги же надо зарабатывать, — ответила Кузнецова, пожав плечами.       Шаст понимающе кивнул головой, и девушка пошла работать дальше, а Антон вновь остался в своих мыслях. Он попивал кофе и смотрел на улицу через окно в надежде на то, что скоро пробка закончиться и Шастун сможет спокойно добраться до дома.       Только к десяти вечера Шаст был дома, так как он поехал домой в восемь вечера. Парень увидел, что пробки, вроде бы, больше нет, но потом попал в нее, когда был выезд за город. Веселье. Но до дома он все-таки добрался, а отец все еще сидел на работе, загребая все бумаги. Придя домой, он почесал Шаста за ушком и насыпал корма. Антон взял себе запеканку, которую нашел в холодильнике, и разогрел. Есть хотелось жутко. Скромно поужинав, он пошел в свою спальню, и кот увязался за ним. Шастун открыл инстаграм, просмотрев истории своих друзей и однокурсников, а после листал ленту, аккуратно водя руками по шерсти кота. Через два часа такого время препровождения, телефон упал на лицо, так как глаза закрылись, а рука расслабилась. Шаст понял, что пора закругляться и, скинув одежду и сходив в душ, он накрылся одеялом, а кот удобно устроился в ногах, подгибая длинный белый хвост под себя. Так и уснули два Шаста.

***

Arilena Ara — Nentori Утром Шастуна разбудил громкая музыка, стоящая на звонке телефона. Он глянул на экран, где был неизвестный номер. Антон, немного помявшись, все-таки ответил на звонок. — Алло? — Алло, Антон? — произнесли по ту сторону. — Да, — насторожился Шаст, приподнимаясь на кровати. — Я увидела ваш номер в избранных у Арсения Попова. Мы просим вас приехать, так как больной при смерти, — произнесла девушка.       После этих слов Антон скинул и накинул на свое тело вещи, которые первыми попались по другу. Он бежал и ничего не видел перед собой. Он вообще ни о чем не думал после таких слов. Шастун очень боялся опоздать. Очень боялся. Шаст хватает ключи от машины в прихожей, выбегает из дома и садиться за руль. Парень выезжает на трассу и несется на максимально высокой скорости, не обращая внимания, что можно ехать максимум восемьдесят километров в час. Он давит на педаль все больше и больше, и уже гонит на скорости сто пятьдесят километров в час, обгоняю каждую машину, вырываясь на всех светофорах первым. А в мыслях только одно: Хоть бы успеть, хоть бы успеть, хоть бы успеть…       На лбу выступают мелкие капли пота, но Шастун их полностью игнорирует. Подъезжая к больнице он паркует кое-как машину и поднимается на нужный этаж. Он даже не помнит, точно ли закрыл машину. Сейчас на это абсолютно пофиг. Абсолютно. Девушка, которая сидит на регистратуре, взволнованно смотрит на Антона, который вбегает сюда как ошпаренный. Другие косо смотрят на него, но тому абсолютно плевать. Шастун забегает в палату, где было множество медсестер, склонившихся над Арсом. Увидев Шаста, они отстранились и подпустили его к парню. Антон, не отрывая глаз от Попова, медленно опускается на стул и нервно перебирает кольца. Медсестра, которая иногда заходила, когда тут находился Антон, показала другим, чтобы они все вышли за пределы палаты. Они одни.       Шастун достает из-под одеяла ледяную руку и смотрит на Арсения, к которому были подключены какие-то проводки, на руке был какой-то не понятный аппарат, и на лице была маска. Антон удивился этому. Очень удивился. Это пиздец. Антона не было только два дня, а тут такое, что Арс практически умирает, если не уже. Шаст сильно сжимает руку Арса, пытаясь откинуть ужасные мысли, и дает скатиться одинокой слезе по щеке. Он с силой зажмурил глаза, но все-таки глянул на Попова, который сейчас не подавал никаких признаков жизни. Это он во всем виноват, Шастун корит себя и вешает всю вину на себя. Пиздец.       Антон смотрит на него еще, рассматривает полностью, а потом подвигается максимально близко, отодвигает маску с губ и мягко целует, все еще сжимая руку и переплетая пальцы. Целует со всей нежностью, которую он никогда и никому не отдавал. Со всей любовью к этому парню. К этому, сука, Арсению Попову, которого он так сильно полюбил. Рука.       Антон чувствует, как его руку сжимают другие пальцы и, отодвинувшись, смотрит на Арса, который открыл глаза и смотрел на Антона. Шастун просто не верит. Шаст улыбается во все тридцать два и, расцепляя руки, обнимает Арсения так сильно, но чтобы не навредить Арсу. Тот улыбается и пытается приобнять в ответ, но сил нет. Сейчас глаза Шастуна на мокром месте, но уже от радости. — Мистика какая-то… — произосит медсестра, которая заглянула в палату, но сразу скрылась. — Ты меня пиздецки напугал, — говорит Антон, держа руку Арсения. — В..Все хорошо, — с трудом произносит Арс и слабо улыбается.       Арс понимающе кивает, но вскоре Шаст зовет медсестер, которые снова склонились над Поповым. Сам же Антон пошел к лечащему врачу. Тот сидел в кабинете, тяжело дышал и искал нужные бумаги. — Я, конечно, дико извиняюсь… — произнес Шастун и сложил руки на груди. — Да подожди ты! — крикнул врач, заглядывая под каждый лист.       Антон даже опешил и удивленно вскинул брови, но говорить не продолжил, пока врач не посмотрел на него. — Я вас слушаю, — привычным будничным тоном произнес доктор. — Эм-м-м, ну, вы, вроде, говорили, что Арсению уже не так плохо, но сегодня я этого не заметил. — Антон, извините, мы делаем все, что в наших силах, — спокойно ответил врач и полез в ящики.       Шаст слышал это уже не впервые, поэтому просто вышел и хлопнул дверью, так как это уже невозможно. 1020prd - davay uletim       На город надвигался вечер, а Антон спокойно ехал, проезжая оживленные и не очень улицы. Кто-то весело смеялся, кто-то шел в обнимку, кто-то был невероятно зол, а кто-то просто устал и шел с работы. Шаст спокойно доехал до дома, даже не попал пробку и зашел домой. Каждый вечер его дома встречал кот, которого он так сильно полюбил. Возможно, он его встречал только потому, что хотел есть, но не суть. Шастун потрепал котенка по голове и прошел на кухню, доставая с верхней полки пакет с сухим кормом, а себе достал открытую бутылку вина, которую они покупали когда-то с Димой, но не допили. Антон был абсолютно потерян, ничего не хотелось. Хотелось напиться и забыться, скажем так. — Алло, пап? — позвонил Антон отцу. — Да, алло! — перекрикивая музыку, ответил Андрей. — Ты сегодня не приедешь? — спросил Шаст, уже зная ответ. — Нет, у нас корпоратив, — крикнул отец и сбросил.       Шастун лишь пожал плечами на это и покрутил в руках телефон. Чуть подумав и подождав, он отправился в ближайший супермаркет, который находился не особо далеко, но ехать все-таки нужно. Дорога была пустая, поэтому Антон доехал вообще без проблем. Он сразу же отправился в алкогольный отдел и кинул в корзину две бутылки коньяка, виски и две бутылки вина. К этому набору он прихватил каких-то готовых полуфабрикатов и направился на кассу.       Когда Антон уже сидел в машине, а бутылке перекатывались на задних сиденьях. — Алло, Дим, — произнес Шаст, выезжая с парковки. — Ага, — спокойно ответил друг. — Слушай, бухнуть хочешь? На халяву, у меня, — спросил Антон. — Ты еще спрашиваешь? — загорелся друг. — Конечно! — он был явно рад, чего не скажешь о Шастуне. — Скоро заеду. — Алло, Серега? — позвонил Шаст второму другу. — Опа, Шастун, тебе чего? Кошак сдох? — посмеялся Сережа. — Не, бухнуть хочешь на халяву, у меня? — спросил Антон. — Ну нихуя себе предложение, конечно, — Матвиенко был рад не меньше Позова. — Скоро заеду, — Антон сбросил, останавливаясь на очередном светофоре. — Алло, Ира? — позвонил Антон и даже усмехнулся. — Да, привет, — ответила подруга. — Я думаю не нужно спрашивать, хочешь ли ты бухнуть у меня на халяву? — Шаст уже заворачивал во двор Димы. — Конечно хочу! — крикнула Кузнецова. — Скоро буду, собирайся, — произнес Шастун и скинул.       Он набрал Диме, чтобы тот спускался, и через пять минут на переднее сидение плюхнулось тело. Позов пристегнулся и не понял, куда они едут, когда Антон повернул не в сторону дома. — За Сережей, а потом за Ирой, — пояснил Шаст, включая поворотник. — А, так у нас прям… Стоп, что?! Ира? — Поз явно не понимал, что происходит. — Да, Ира. Дим, все нормально. Мы все разрешили, да и она поняла, что хотела сотворить глупость. Все хорошо, — Шастун сидел с каменным лицом, ни на секунду не улыбаясь. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил друг. — Ага, все хуево, — Антон не видел смысла скрывать что-то от лучшего друга. — Сегодня с больницы позвонили, где Арс лежит. Утром. Сказали, что пиздец, он при смерти. Приехал максимально быстро. Я никогда еще так быстро куда-то не приезжал. Пришел, там медсестры все такое, но все нормально все-таки. Живой, — произнес Шаст, заворачивая во двор Сережи. — Пиздец, конечно, — согласился Дима, опуская голову, а Шастун позвонил Матвиенко и сказал, чтобы тот выходил.       Через три минуты на заднем сиденье оказался хвостатый армян. — Я знаю, что на халяву, но я тут прихватил… — произнес Сережа, показывая бутылку водки в руке.       Позов усмехнулся, а Шастун схватился за руль и поехал к дому Кузнецовой. Через двадцать минут, так как Ира очень долго выходила, они уже все вместе сидели в машине. Кузнецова сидела сзади с Сережей, и они очень оживленно о чем-то разговаривали. Изредка Ира смеялась, а Шастун абсолютно никак не реагировал на окружающую атмосферу. Дима тоже был не особо веселый, ибо настрой Антона частично передался.       Вскоре они доехали до дома Антона, где, конечно же, никого не было, кроме кота. Шастун потрепал его по голове, как только зашел, это уже стало привычкой. — Какой котик! — завизжала Ира и присела, начиная что-то тихо говорить и гладить.       Сережа улыбнулся и тоже потрепал кошака, а затем пошел за двумя парнями на кухню. Дима попытался повеселеть, но получалось как-то не очень. Антон достал из пакетов весь купленный алкоголь, достал не начатую в прошлый раз бутылку вина. Ира закончила тискать кота и пришла тоже на кухню, шлепая но паркету. — Нихера себе, четыре бутылки вина. Я могу их одна выпить? — спросила Ира, смотря на Шастуна. — Я его тебе и покупал, — тут Антон позволил себе улыбнуться.       Дима с Сережей переглянулись и посмотрели на Кузнецову, которая по-хозяйски полезла в шкафчик за бокалами. Она быстро их нашла и, взяв один, плеснула себе вина, сделав большой глоток. — Ну че, музло и танцы или разговоры по душам? — Ира оглядела всех парней. — Я пока тут посижу, вы, если хотите, включайте музыку, танцуйте, я позже присоединюсь, — ответил Антон, доставая стакан для виски.       Сережа глянул на Иру и, пожав плечами, они двинулись к гостиной. Начали листать каналы, искать музыку, а Дима сел напротив Шаста. — Да иди, повеселись, я подойду через полчасика, — произнес Шастун. — Да не хочется особо, им вдвоем неплохо, — сказал Поз, делая пару глотков коньяка.

***

      К двум часам ночи две с половиной бутылки вина были осушены Ирой, а коньяк и виски выпили парни на троих, но сейчас водка Сережи оказалась, как никогда, кстати. Сережа нашел какую-то спокойную мелодию и пригласил Кузнецову на танец, а та, пьяно улыбнувшись, приняла его руку и положила ему голову на плечо. Дима и Антон сидели за столом, разговаривая пьяным голосом обо всем подряд. За этот вечер Шастун ни раз упомянул Арсения, а Позов слушал и пил, иногда кидая парочку слов. Парни сидели спиной к этой парочке, которая распивали уже одну бутылку вина на двоих, хотя Сережа немало виски выбухал. Дима почти спал на плече у Шаста, а Антона самого клонило в сон и, выпив еще рюмку водки, он решил, что пора бы идти спать.       Он разбудил друга и они вместе, придерживая друг друга, доковыляли до дивана и упали на него мертвым грузом. Шастун даже не заметил, что телевизор все еще включен, оттуда доноситься тихая музыка, а Сережа и Ира непонятным образом испарились. Marina and the Diamonds — Starring Role       Тем временем Сережа и Ира поднялись на второй этаж и зашли в какую-то комнату. Она была очень пустой и спокойной. Кузнецова тихо хихикала. Матвиенко вообще хотел зайти в первую дверь, которая пристала его глазам на втором этаже, но Ира не позволила. Хоть она и была пьяна, но помнила, что это комната Шастуна, а напротив — отца. А дальше была парочка гостевых комнат, где они сейчас и находились. Кузнецова закрыла комнату на замок и через пару секунд оказалась прижата к этой двери. В ее губы впились чужие с жарким, страстным и настойчивым поцелуем. Ира улыбнулась и, подняв руки вверх, позволила сильным рукам снять с нее футболку. Сережа оглаживал худую талию руками, слегка сжимая, а девушка в ответ прижималась как можно сильнее. Через пару секунд Матвиенко подхватывает девушку под бедра, сжимая их с невыносимой силой, и Кузнецова обхватывает того ногами за торс.       Сергей нежно уложил девушку на кровать, а Ира потянулась к его футболке. Матвиенко сам скинул ее с себя, а руки Иры оказались на еле заметном прессе. Матвиенко прильнул вновь к губам и сжал грудь через ткань лифчика. Кузнецова улыбнулась через поцелуй и чуть приподнялась. Сережа понял намек и быстро справился с застежкой на спине. Бюстгальтер полетел на пол. Кузнецова же дотронулась рукой до возбужденного органа через ткань штанов, а в ответ получила сдавленный хрип. Руки Матвиенко во всю блуждали по телу Иры, сжимая грудь до боли, а сама девушка расправилась с джинсами, которые невыносимо мешали. Кузнецова крутилась на кровати, стонала и изнывала от нетерпения. — Быстрее, — выдавила она из себя.       Матвиенко перешел к шее, оставляя там засосы, которые багровели. Он медленно перешел с шеи на грудь, покусывая соски, из-за чего девушка стонала и выгибалась от наслаждения. Медленными мокрыми поцелуями Сережа дошел до живота и начал расправляться с джинсами. Он медленно спустил их с ног девушки вместе с бельем. Ира сама раздвинула ноги и согнула их в коленях. Матвиенко вновь припал в поцелуем и проник в нее двумя пальцами сразу. Та выдавила стон и попыталась еще больше насадиться на пальцы, после чего Сергей добавил третий. Ира стонала от удовольствия но этого было мало. Кузнецова стянула со своего партнера белье и положила руку на член. Матвиенко понял намек и пристроился между ног. — Любишь нежно или грубо? — прошептал на ухо Сережа, упершись головкой члена. — Как хочешь, — выдохнула Ира, находя губы.       Матвиенко посмотрел на нее и, войдя во всю длину резким толчком, поцеловал вночь, заглушая крик. Он начал медленно двигаться, вызывая у девушки стоны. Парень начал ускоряться, вырабатывая свой темп и вызывая все больше стонов. Кузнецова не знала куда деть руки и то сжимала простыни до побеления костяшек, то перемещала руки на спину, прижимая Сережу еще ближе к себе и царапая ему спину.       Через какое-то время Матвиенко кончил на простынь, а следом и Ира. Сережа свалился на мягкую кровать, укрыл себя и девушку одеялом и притянул к себе, обнимая рукой. Оба закрыли глаза и через пару минут заснули.

***

LP - Other People       Утром у всех, кто находился в этой квартире, кроме кота, болела голова. Шаст проснулся, видимо, раньше Димы. Еще в лежачем положении он понял, что вряд ли встанет с этого дивана. Экран его смартфона загорелся, и Шастун посмотрел на дисплей, морщась от яркого света. Папа Буду ближе к вечеру. «Ну слава богу» — пронеслось в голове у Антон и он отложил телефон.       Сколько бы ты не лежал, голова не пройдет и ты, скорее, умрешь от боли. — По-о-о-оз, — протянул Шаст, но ответа не последовала. — Ну, По-о-о-оз, — снова промычал Антон. — М-м-м-м? — послышалось в ответ. — Принеси воды и таблетку. — Дохуя хочешь, — произнес друг, не открывая глаз и не отрываясь от подушки.       Так они и лежали, не желая вставать. Шастун думал, что если он поднимется с кровати, то либо умрет, либо умрет, вариантов нет. Но пришло спасение — Ира. На ней была только футболка, которая еле-еле прикрывала ягодицы. А еще Шаст сразу же заметил яркие засосы на шее, но промолчал. — Ир, ну ты бы хоть оделась. Ладно я, но другие… — произнес Антон, немного улыбнувшись. — Ты думаешь, кроме тебя, никто бабской жопы не видел? — Ира усмехнулась и приподнял бровь. — Ирочка, родная моя, дай воды и таблетку, — попросил Шаст у девушки, ибо ей, видимо, не болело ничего.       Через пару секунд она дала стакан воды и таблетку Антону, а затем Диме. Оба парня благодарили ее всеми возможными словами, а Кузнецова лишь смеялась на это. — Пожрать че есть? — задала вопрос Ира, и он повис в воздухе.       После этого послышался звук открывающегося холодильника, а со второго этажа, держась за голову, спустился Матвиенко. Он шел максимально медленно, видимо, боясь упасть. — Ир… Дай водички, — простонал Матвиенко он боли.       Кузнецова налила в стакан холодной воды, нашла таблетку в аптечке, которая стояла на столе и подошла к парню, который еще стоял на лестнице. Тот поблагодарил и обнял ее. Кузнецова улыбнулась и глянула на двух других парней на диване, но они лежали с закрытыми глазами. Голова у Сергея сразу не прошла, поэтому он медленно спустился и лег на диван. Он был внушительных размеров, так что могло уместиться больше трех людей, с учетом того, что никто не будет лежать вплотную друг к другу.       Ира же сейчас стояла у плиты и, походу, что-то готовила. Все парни не понимали, каким образом она выпила три бутылки вина, ну может две, а ей прекрасно, будто бы и не пила. Мощная девушка.       Через какое-то время Шастун все-таки поднялся с дивана и пошел на кухню, где Кузнецова готовила яичницу, а на столе было немереное количество бутылок. Какие-то были пустые, в каких-то еще осталась жидкость, поэтому пустые полетели в пакет, а другие отправились на полку с другим алкоголем. Кажется, скоро нужно будет покупать второй навесной ящик для алкоголя. — Антон, у тебя все хорошо? — достаточно тихо спросила девушка. — Ты вчера какой-то потерянный был. — Да так, там проблемы небольшие, — произнес парень. — Не хочешь поделиться? — поинтересовалась Ира, раскладывая яичницу по тарелкам. — Не, Ир, извини, — произнес Шастун, подвигая тарелку. — Как знаешь. Если захочешь, можешь в любое время прийти в ту кофейню, — сказала Кузнецова, погладив друга по плечу и пошла будить Диму с Сережу, которые успели уснуть за это время.       Друзья, с горем пополам, но все-таки отправились домой. Они умоляли Антона, чтобы тот их подбросил, но Шастун не под каким предлогом не соглашался на это, ибо в таком состоянии лучше не садиться за рулем. Поэтому, проводив друзей, он улегся на кровать, захватив телефон. К нему пришел Шаст, удобно устроившись на животе. Антон гладил кота по гладкой шерстке, а тот урчал и прикрывал глаза от удовольствия.       Шастун почему-то начал прокручивать вчерашний день в голове и вспомнил, почему вообще решил пить. Это же из-за всей херни с Поповым! Антон встал с дивана и направился в прихожую, чтобы обуться. Все-таки нужно поехать в больнице. Шастуна не было два дня, и Арс был при смерти. Почему-то сейчас Антону показалось, что он помогает Арсению развеяться, отвлекает его от плохих мыслей. И за эти два дня, которые он был абсолютно один, он чуть не загнулся. Это приводило в ужас. А вместе они все смогут. Они выкарабкаются. Вместе с Антоном, Попов выздоровеет. Вместе. Вместе.

***

      Через какое-то время Шастун уже поднималась по ступенькам к нужной палате. Он зашел и заметил, что на лице у Арса уже нет вчерашней маски. Он обрадовался этому, но заметил, что к руке подсоединена не одна игла. Антон ужаснулся, но пытался не подавать виду и выдавил из себя улыбку, пытаясь делать ее максимально естественной. — Привет, — ласково произнес Шаст. — Привет, — тихо сказал Арсений, поворачивая голову на Антона. — Ты как? — Немного лучше, — слегка улыбнулся Попов. — Это хорошо, — произнес Шастун и нашел руку под одеялом.       Шаст переплел пальцы и поднял взгляд на Арса, который улыбался и смотрел на их руки. В этот момент у Антона, будто что-то внутри перевернулось, но он тоже улыбнулся Попову. Они молчали, и тишину лишь разрывал аппарат, который противно пищал во время ударов сердца.       В этот день не случилось ничего необычного. Как всегда, Шаст рассказывал что-то забавное, шутил, пытаясь поднять настроение Арсению, что, кажется, получалось. Но вечером за дверь его уже выпроводил доктор, так как сегодня Антон засиделся непозволительно долго. Но перед тем, как зашел врач, Шаст успел поцеловать Арсения. Если бы не врач, то они бы так проговорили, пока Попов не уснул. Антон вышел из больницы вместе с доктором Арса, и они, попрощавшись, разошлись в разные стороны. Шаст сел в машину и спокойно поехал домой.

***

One Republik - Counting Stars(original)       Как ранее говорилось, утренние пробуждения Антона абсолютно ничем не отличаются. Подъем, кормежка кота, завтрак, водные процедуры. Как каждый день, как у всех людей во всем мире. И это утро тоже ничем не отличалось. Шаст слегка улыбнулся из-за того, что по его лицу бегали полуденные лучи солнца и, поняв, что пора завтракать коту и самому, спустился на первый этаж. Отец уже обувался и поднял глаза на сына. — Доброе утро, — он поднялся с мягкого пуфика. — Доброе, хорошего дня, — произнес Шаст, заворачивая на кухню. — Спасибо, — послышался хлопок на двери, а о ногу Шастуна потерся кот.       Шаст достал корм, которого было уже не так много, и насыпал в миску, а в рядом стоящую налил воды. Кот сразу перешел к поеданию пищи и не замечал ничего вокруг. Антон нашел в холодильнике какой-то пирог, неизвестно откуда взявшийся и, отрезав себе пару кусочков, положил на тарелку, попутно нажимая на кнопку на чайнике. Так как нужно дождаться, пока чайник закипит, Шаст взял телефон и прошелся по всем соц. сетям. Ничего нового, ничего интересного. В тишине сидеть было невозможно, поэтому Антон прошел к телевизору и включил музыкальный канал, который разбавлял эту звенящую тишину.       Вскоре закипел чайник, и Антон заварил себе чай, разбавляя холодной водой. Он смотрел на сад, на который открывался прекрасный вид из кухонного окна и медленно отправлял маленькие кусочки пирога. Как оказалось, бананового. Позавтракав, Шаст удобно устроился на диване в гостиной и решил, что через час поедет к Арсу в больницу.       Через семь минут зазвонил мобильный и, увидев на дисплее «Сережа», Антон ответил. — Алло, — спокойно сказал Шаст. — Шастун, быстро в больницу, блять! — крикнул Матвиенко. — Э-э.. Что? Что такое? — обеспокоенно произнес Антон и побежал на второй этаж. — Да блять, Шастун, в больницу быстро! Попову пиздецки плохо, при смерти! Шастун, блять, быстрее! — кричал Сережа. — Через пятнадцать минут буду, может меньше, — отчеканил Шаст и скинул, быстро натягивая на тело толстовку.       Буквально через пару минут Антон уже ввалился в машину и выехал со двора, даже не пристегнувшись. Он не обернулся, чтобы посмотреть, закрыл ли он ворота, когда выехал со двора. Через пару секунд Шастун несся по трассе на немыслимо бешеной скорости, даже не думая о последствиях. Главное доехать. Главное успеть. Сейчас ему было плевать, если он разобьется. Хотя об этом он думал в последнюю очередь и просто гнал на полную, объезжая других тупоголовых водил. Останавливался только на светофорах и то, чтобы не произошло ДТП, но когда загорался зеленый, то вырывался самым первым, что в такой ситуации неудивительно.       Через пятнадцать минут, кое-как припарковав автомобиль, он побежал в больницу, до которой добирался около тридцати, а то и сорока минут. Антон влетел в палату, где находился Матвиенко. Он стоял в углу, около окна, в то время как несколько врачей столпились над Поповым. Шаст был весь красный и они расступились, пропуская его на стул. Матвиенко вышел из палаты и, что-то сказав одной из медсестер, остальные тоже вышли. — Арс… Арс, — тихо произнес Шастун, по привычке беря его руку. Ледяная.       Тот с усердием открыл глаза и посмотрел на Антона. Он смотрел такими туманными, но в то же время ясными глазами. Со всей нежностью, любовью, будто бы он ее копил. Арсений слегка сжал руку Шаста в ответ и улыбнулся уголками губ, почти незаметно. James Arthur – Impossible — Ну, — шепотом начинает Арс. — ты мне понравился сразу. Помнишь, в той маленькой квартирке, ты сказал, что тебе нравятся худые? — он пытается сильнее сжать руку. — Надеюсь, теперь нравится, — слегка улыбается Арсений.       Шастун опускает голову и по щеке катиться одинокая слеза. Он вспоминает эти слова. Его никто не тянул за язык, но Антон тогда сказал это, совершенно не подумав. Сказал ведь. Совершенно не задумывался о тех словах до этого момента. Шаст поднимает глаза на Попова, чей взгляд излучает всю доброту, любовь и нежность. Антон чуть улыбается, сжимая холодную руку, и придвигается ближе, целуя со всевозможной любовью, которую он только может вложить в это. Он смотрит в голубые глаза, чуть отодвинувшись, а через пару секунд они закрываются. Рука ослабевает, а аппарат начинает пищать.       Шаст удивленно хлопает губами. Он смотрит то на Арсения, то на этот несчатный аппарат. — Арс! Арс! Арсений! — кричит Шастун. Maitre Gims feat. Sia - Je Te Pardonne       Он резко встает со стула, слегка тряся Попова за плечи, но ничего. Антон кричит, пинает стул, аппарат, все, что только видит. На звуки прибегают врачи и пытаются его выпроводить, но одному из них Шаст чуть не ударил по лицу. Через пару секунд в палату заходят Сережа и Дима. Они хватают его за локти мертвой хваткой и уводят куда подальше из палаты. В итоге они спустились на второй этаж и сели, где не было людей. Они все еще держали его локти, боясь, что он побежит обратно. Через какое-то время хватка все-таки ослабевает, а позже Шастун вообще не чувствует, что его кто-то держит. Он закрывает лицо ладонями и пытается вникнуть в произошедшее, но, кажется, это нереально. Антон мелко дрожит. Дима снимает очки и потирает глаза, а Сережа сидит точно так же, как и Шастун. Через пару секунд Шаст открывает руки от лица, а на щеках две мокрые дорожки, которые он сразу же стирает. Он уже не думает что-то громить, что бить, разбивать. Антон опустошен. Полностью.       Через какое-то время пришел врач. Он медленно подошел к ребятам, набирая побольше воздуха. — Мне очень жаль, — лишь произнес он тихо.       Да, Антону хотелось на него наорать, вырвать эти седые волосы, которых было не так уж и много. Это дедок тоже виноват. Еще как виноват, но у Антона просто не было сил. Он сидел и пялился в одну точку, не отрывая глаз. У него как будто забрали жизненный, необходимый для жизни, орган. Хотя, так оно и есть. Арсений был его всем. Он был абсолютно всем для него. Арс будто бы заменял абсолютно все. А теперь его просто нет. Просто нет.

***

Sam Smith - Im Not The Only One       После смерти Попова, Антон полностью утонул в себе. Он целыми днями сидел в своей комнате, даже не высовывался из нее. Отец, поняв, что с сыном что-то не так пытался что-нибудь узнать, но все без толку. Часто приезжали Дима, Сережа, Дима с Сережей. Они приносили ему еду, ибо казалось, что Шастун даже в душ не выходит. Антон не ел, но все-таки голод брал свое, поэтому приходилось хоть что-то есть. Собственно, что он и делал, когда приходили его друзья. Они не пытались как-то его развеять, развеселить, лишь спрашивали, в порядке ли он. Да о каком порядке тут может идти речь?! Но Шаст лишь коротко кивал головой, чтобы от него отстали. А кота хотел забрать себе Сережа, но Антон не позволил этого сделать. Его сейчас кормил отец, но если Антон все-таки выходил из комнаты (да, иногда приходилось, вот, ради кота), то насыпал корм сам.       Через время состоялись похороны. Антон, конечно же, пришел. Он видел многие лица, которые видел в университете, а рядом с Шастуном стояли Позов и Матвиенко, а рядом с Сережей Ира. Сейчас Дима и Ира были огромной поддержкой для этих двоих, хотя самим было нелегко. Напротив Антона, как оказалось, стояли родители Попова. Мать плакала, косо поглядывая на Шаста, а отец прожигал его взглядом, гладя жену по спине. Когда гроб уже оказался под землей, а Антон пошел к машине, то на него налетели Поповы-старшие. — Это ты во всем виноват! Ты и только ты! — грубо произнес мужчина.       Шастун лишь опустил голову, смотря на черные туфли, а Позов, Матвиенко и Кузнецова смотрели на парочку и недоумевали. Через пару секунд они ушли, а они вчетвером пошли в машину. Дима не позволял Антону садиться за руль, поэтому сейчас водил машину он. — Ну, а вообще это правда, — тихо сказал Антон, отворачиваясь к окну. — Шаст, ты идиот… — произнес Дима, смотря на дорогу. Он уже это слышал несколько раз, потому что Шастун корил только себя.

***

Стас Шуринс - Прости       Через какое-то время Антон пришел на могилу и, положив цветы, присел на рядом стоящую маленькую железную скамеечку. Он посмотрел на лицо Арсения, которое было на памятнике. Такое счастливое, радостное, беззаботное. Такое… Живое. Шастун опустил голову, ничего не говоря и прикрыл глаза.       В голове начало проноситься все, что было с ними.       Первая их встреча была на коридоре в университете. Шаст быстро шел, а Арсений не заметил и врезался, и тогда Антон грубо бросил <i>«Аккуратнее ходи». Та драка, в доме у Антона, когда была вписка. Это было начало года, он праздновал вместе с университетом, приглашал абсолютно всех. Именно из-за той разбитой вазы, которую разбил Попов, наказали Антона. А еще наказали из-за его прогулов. После того случая Шастун жил в доме рядом с Арсением и ходил в универ каждый день. Сергей Иванович, преподаватель литературы, сказал провести пару. Но кто же знал, что это будет группа Арсения. Антон сразу заметил это лицо. И Шаст прекрасно помнит, как хотел его засадить, попросив рассказать произведение, но тот прекрасно все рассказал. Именно тогда появилась какая-то еле заметная искра между ними. А что потом было? А потом Арсений шел по улице и был явно удивлен, увидев в своем дворе Антона. А Шастун тогда расстался с Ирой, а потом к нему подошел Арс и предложил выпить, на что Шаст согласился. Тогда они вместе заснули, много выпив и не понимая, что происходит и Антон чмокнул Арса в макушку. Все утро они пытались что-то вспомнить, но потом Антон и сам все вспомнил, но решил ничего не говорить парню. Ах да, а потом Антон запустил его в кабинет, когда у Арса дико болел живот. Дал ему таблетку, а Попов проспал сорок минут. М, а что насчет той игры в снежки? Все начиналось хорошо, но потом они упали на льду и просто лежали друг на друге, смущаясь и пытаясь встать, что получалось не очень хорошо. И вроде в тот же вечер они сидели у Антона на кухне. И в тот вечер произошел тот ужасный разговор. Антон тогда ляпнул, не подумав, что ему нравятся худые парни. Да ему и Арс уже начинал нравиться. Фигура была шикарной, да и сам Попов красивый, но Шаст всячески это опровергал. Лучше бы этого разговора не было. А потом, когда Арс шел в универ, его догнал Антон. Попов тогда сказал, что им надо поговорить, а в итоге поцеловал. Казалось, что Шаст взлетит там, но на деле он лишь наорал на Арса и стал его динамить, хотя совершенно не хотелось. Сейчас Антон вообще не понимает, зачем это делал. А потом Новый Год. Арс ходил по магазинам, но все-таки нашел подходящий подарок. Он купил Антону ярко-красную толстовку, которую Шаст достаточно часто носил, радуя этим Попова. А Антон подарил вязаную игрушку — мини-Арсения, которая была зацеплена за бутылку шампанского. А потом, в новогоднюю ночь с тридцать первого на первое они переспали. Первый раз. Голова была одурманена алкоголем, и никто не понимал, что происходит. И они потом из-за этого поругались. Ну, а потом они все-таки помирились, общались и все медленно перетекало в более, чем просто дружелюбные отношения. Один раз Антон отвез Арсения на своё место, куда он приходил только один и никогда никого больше не приводил. И Шастун медленно, но понимал, как сильно ему нравится Попов. Ну, а потом это усиленное похудение. И все. Все вот так закончилось, хотя этого абсолютно не хотелось.       Кто же знал, что все вот так произойдет. Два человека, которые в первый день «знакомства» подрались, в итоге полюбят друг друга. — Арс, ты главное знай, — произнес Антон, открывая мокрые глаза. — Я. Тебя. Очень. Сильно. Люблю, — тихо произнес Шаст, делая паузы после каждого слова и слезы потекли сильным потоком, скатываясь по подбородку и падая на землю.