Истощенная любовь

      Вечером того дня Арсений больше ничего не съел, так как организм этого и не требовал. Когда уехал Антон, то Арс залез на кровать и, проверив разные приложения в телефоне, заснул. Шастун же приехал домой и сел за конспекты, дабы хоть немного подготовиться к завтрашнему зачету. Уже сегодня Шаст запланировал завтрашнюю поездку к Арсению.

***

— В смысле с Ильей? — удивился Антон тому, что заявила ему Ира. — В коромысле, — огрызнулась Кузнецова. — Э-э-э-э… Ну, а… Как давно ты с ним? — спросил Шаст, остановившись на очередном светофоре. — Ну, около месяца, может быть чуть больше, — ответила ему девушка. — Так это… Ты же мне рассказывала там про девушку какую-то, — попытался как-то разгладить ситуацию Антон. — Ну, Шаст, это же давно было, — протянула Кузнецова. — Ты вообще думал, что делаешь? Антон, ты убил человека. Антон! — сорвалась Ира на крик в конце. Антон лишь молчал, не зная, что тут и сказать. —Антон, ты, конечно, мой лучший друг, но… Я не знаю, что тебе сказать. Возможно, следующая встреча будет в суде, — быстро сказала Ира, не дав вставить слово Шастуну.       Шаст так и держал трубку у уха, будто бы застыв. Ему уже сигналили другие водители, так как загорелся зеленый. Шастун положил телефон на соседнее сиденье и поехал вперед, запустив одну руку в волосы, и пытаясь что-то придумать. Ну, единственный вариант – это завтра встретиться с ней, попытаться как-то обсудить все это. Но тут тоже есть проблемы. Ира же не знает всей ситуации полностью? Или знает? По её обвинениям в сторону Антона, походу не знает. Но и Шаст не может сказать, что это сделал Игорь. Хотя, может, у Кузнецовой нет таких связей, которые могли бы найти его. Он же может быть где угодно, по сути. Шастун ехал до дома и размышлял, что же ему делать. Но встретиться с Ирой надо точно. А сейчас просто доехать до дома.

***

      На следующий день Антон сдал зачет, хотя вечером он не особо-то повторил все. Наверное, ему просто повезло с темой. Арсений был дома и по времени должен был уже позавтракать. Шастун же пошел в столовую с Димой и Сережей, который догнал их на половине пути. Половину дороги до столовой Позов и Матвиенко травили такие шутки, которые понимали только эти двое. Шаст спокойно шел, надеясь, что не начнутся расспросы про его настроение, которые так бесили. Антон пару раз доставал телефон, заходил в контакты и находил знакомый номер, который был подписан, как «Ира», но потом убирал смартфон в карман джинсов. Наверное, будет удобнее позвонить позже, так как у Кузнецовой тоже учеба и, возможно, именно сейчас у нее идет пара. — Шаст, все нормально? — спросил Сережа, который шел рядом. — Да-да, все ок, пойдемте, — быстро произнес Антон и перешагнул порог, оказавшись в шумной столовой.       Когда они зашли, то взялись рукой за голову от количества людей, но живот слишком сильно урчал и говорил о том, что все равно нужно что-нибудь купить. Парни прошли в начало, чтобы не стоять в этой километровой очереди. Спустя десять минут они уже сидели на местах и уплетали купленную еду за обе щеки. Каждый проверял социальные сети на наличие новых сообщение и каких-то новостей. Шаст решил, что может написать Ире. Да, может быть, она его проигнорирует, но, как говорится, попытка не пытка. Он открыл диалог с девушкой и вбил «Мы можем сегодня встретиться вечером?» и отложил телефон, посмотрев на сидящих парней, которые смеялись с какого-то видоса в инстаграме. Он улыбнулся уголками губ и отправил в рот очередную порцию салата.       Посидев ещё около пяти-десяти минут, они пошли на следующие пары. Все парни разошлись по разным этажам и корпусам. У Антона была экономика, на которой преподаватель не давал ни минуты на перерыв, и студенты, не переставая, писали конспекты. На паре у Шастуна звонил телефон, но он не смог ответить, ибо рука писала то, что говорил преподаватель. Можно было бы отвлечься и отключить хотя бы вибрацию, но тогда бы Шаст потерял мысль и не смог нормально писать дальше, а на зачетах этот человек задавал вопросы не по каким-то книгам, а именно по тому, что говорил он сам.       После пары Антон проверил социальные сети, и в сообщениях горела метка «+1». Он незамедлительно ткнул в раздел «сообщения» и посмотрел на непрочитанное сообщение. Шаст открыл диалог с Ирой.

Антон Шастун, 11:15 Мы можем сегодня встретиться вечером?

Ирина Кузнецова, 12:29 Да, не помешало бы. Давай в 7 в «64зерна».

Антон Шастун, 13:12 Ок.

      Ну, хоть с чем-то разобрался. Пока Антон не убрал телефон, то решил глянуть страницу Арсения. Под аватаркой светилось «был в сети вчера в 22:34». Шастун понимает, что Арс может проснуться в любую минуту и прочитать его сообщение. Через секунду он нажимает на кнопку «отправить сообщение» и набирает текст. Через пару мгновений Шаст отправляет набранное сообщение.

Антон Шастун, 13:16 Жди сегодня после пар.

      После этого он положил телефон в карман и, осмотревшись, понял, что его группа уже зашла в аудиторию и ждала преподавателя. Шастуну надоело сидеть на этих парах и хотелось поскорее свалить отсюда, поехать к Попову и просидеть с ним целый день. Уж очень Шаст полюбил его за все это время. Кто же знал…       Сам Антон заметил, что изменился. Он перестал быть тем самым пафосным и крутым парнем всего университета, от которого текут все девчонки. Но все равно репутация Шастуна сохранилась и первые, вторые курсы смотрели на него, как на какое-то божество. Некоторые девушки до сих пор предлагали сходить прогуляться, в кино, да хоть куда, но Шаст закатывал глаза и уходил, под тяжелые вздохи этих девушек или под обзывательства, которые летели ему вслед. Возможно, иногда, ему хотелось вернуться на восемь месяцев назад, когда он не всегда ходил в университет, вместе с Димой они творили все, что душе угодно, но Антона и сейчас все устраивало. Даже больше, чем устраивало.       С горем пополам Шаст все-таки отсидел все пары, выкурил сигарету с Димой около университета и, сев в машину, поехал к Арсению, который жил достаточно недалеко отсюда, где, по сути, временно жил Антон несколько месяцев назад. К счастью, Шастун не попал в пробку и доехал очень быстро. Выходя из машины, он разблокировал телефон и зашел ВК, но сообщение, отправленное Попову, оставалось все ещё непрочитанным. Антон набрал номер квартиры в домофоне, но через пару секунд вышла бабка и звонок прекратился. Антон решил позвонить на телефон, но ответа не последовало. Шаст нахмурился и, благодаря длинным ногам, забежал на третий этаж и позвонил в дверь. Один раз. Два. А теперь он не отрывал палец от звонка, а за дверью слышалась звуковая трель. Через несколько секунд послышались шаги (наконец-то!) и дверь открыл, никто иной, как Арсений Попов, который потирал мокрые волосы бирюзовым полотенцем. — Ты чего не открываешь и не отвечаешь? — задал с ходу вопрос Антон. — А ты чего трезвонишь? — ответил вопросом на вопрос Попов. — Мало ли что произошло… — тихо буркнул Шаст, разуваясь.       Арс сделал вид, что не услышал и ушел в гостиную, где стоял ноутбук с открытой работой в ворде. Попов быстро сохранил все написанное и выключил на время компьютер, давая ему небольшой отдых. — Ты ел? — снова вопрос он Шастуна, когда он прошел в комнату. — Нет ещё. Я недавно проснулся и сразу в душ пошел, — произнес Арс, все ещё потирая мокрые волосы. Антон, ничего не сказав, развернулся и пошел на кухню, а за ним и Попов. — Ну, че, творога поешь. И йогурт ещё, — прозвучало из уст парня.       Арсению ничего не осталось, как смириться и сесть за стол, на котором лежала упаковка творога и банка питьевого йогурта. Шастун поставил чайник, чтобы заварить себе чай. — Дай сахар, пожалуйста, — попросил Арс, потянувшись рукой к сахарнице.       Антон немного странно смотрит на него, но все-таки отдает сахарницу. Арсений набирает маленькие кристаллы на ложку и посыпает ими творог, разминая его и смешивая с сахаром. Он берет пару крупиц на ложку и пробует, достаточно ли. Распробовав, Арс понимает, что ему чего-то не хватает и вдумывается. В детстве он очень любил творог, как делала его бабушка. И тут смысл не в том, что это был домашний продукт, а в том, что бабушка добавляла сахар и ещё что-то. Но в голову Попова не приходило, что же могла добавлять его покойная бабушка. Арсений держал во рту пустую ложку, проводя по ней языком и думая, чего же так не хватает. В итоге он встает и подходит к холодильнику, смотря, что же можно добавить. Антон все это время смотрит на него с каким-то интересом и ждет, что же этот парень добавит. Арсений очень внимательно всматривается в холодильник и медленно тянется к чему-то. Через пару секунд он рассматривает баночку сметаны и садится на свое место. — Ну, хуже уже не будет, — произносит он вслух.       После своих слов, Попов набирает на ложку сметану и поливает ею творог, который был уже смешан с сахаром. Глаза Антона округляются из-за действий этого парня, но он продолжает смотреть на это, попивая недавно заваренный чай. Через несколько секунд Арс начинает мешать творог со сметаной и в итоге набирает немного на ложку. Он подозрительно смотрит на то, что сотворил, но все-таки отправляет в рот и закрывает глаза, не зная чего ожидать. Через пару секунд, когда Арсений распробовал весь вкус, то он открывает глаза, и губы расползаются в довольной улыбке. Хочется прыгать и радоваться, потому что это именно тот творог, как делала ему бабушка, когда он был мальчишкой восьми лет. Антон, смотря на такого счастливого Арса, улыбается сам. — Попробуй, — произносит Попов и подносит ложку к губам Антона.       Тот нехотя открывает рот и во рту оказывается творог, смешанный с сахаром и сметаной (звучит не очень вкусно). Но распробовав, ему это немного понравилось. Шастун в принципе не любит творог, но с этими составляющими он немного лучше по вкусу. — Не самое вкусное, что я ел, но это лучше, чем творог без ничего, — улыбнувшись и сделав глоток чая, отвечает Антон, смотря в яркие глаза Арсения.       На удивление, Арс съел все, что намешал. Шастун этому был несказанно рад. Антон взглянул на время и понял, что у него осталось около двух с половиной часов до встречи с Ирой, но выехать придется пораньше, так как он может спокойно попасть в пробку, да и ехать до той кофейни около двадцати минут, если без пробок. Кузнецова, конечно, молодец. Выбрала кофейню поближе к своему дому. Хотя, все бы так сделали…       Шаст предложил Арсению посмотреть какой-нибудь фильм, на что тот охотно согласился. Они пошли в гостиную и уселись на диване. Антон вбил в поисковике «лучшие фильмы 2018» и выбрал тот, который никто из них не смотрел. Арс открыл бутылочку с йогуртом и сделал пару глотков, когда начался фильм. Антон удобно устроился на диване, залез на него с ногами и, положив голову на плечо Попова. Тот, повернувшись, взглянул на светлые волосы и, улыбнувшись, снова повернулся к монитору. Арсений с интересом смотрел в ноутбук, где главные герои вели диалог. — Хороший фильм, — произнес Попов, выпивая остатки йогурта, но ответа не последовало.       Арс и не заметил, как на его плече уснул Антон и сейчас тихо посапывал. Но как назло, на ноутбуке высветилось уведомление, что через пару минут он выключится, если не подключить зарядное устройство. Попов начал аккуратно отодвигаться, но чуть не упал, запутавшись в ногах, и голова Антон упала на диван, из-за чего он и проснулся. Шаст сел и потер глаза, зевнув. — А сколько время? — сонным голосом спросил Антон. — Половина седьмого, — ответил Арсений, когда подключал к ноутбуку зарядку. — Ой, Арс, слушай, мне тут надо сгонять в кофейню одну, — начал Антон, поднимаясь с дивана и стараясь не показывать, что он пипец как спешит. — Я там с Ирой встретиться должен, она не сказала из-за чего, — немного соврал Шастун. Сейчас он точно не будет рассказывать про Илью, Игоря и всю эту путанину. А может и вообще не расскажет. — А, хорошо, — спокойно ответил Арсений и пошел вместе с Антоном с прихожую, где стояла его обувь.       Шаст быстро завязал кроссовки и, накинув на плечо рюкзак, открыл себе дверь. — До завтра? — спросил Арс, подходя ближе и опираясь на косяк. — До завтра, — улыбнулся Антон и, чмокнув Попова, скрылся за поворотом.       Арсений улыбнулся и закрыл дверь на замок.

***

      Антон выехал с парковки около дома Арсения и поехал в нужном направлении. Точного расположения этой кофейни Шастун не знал, поэтому посмотрел адрес в интернете и вбил его в навигатор в телефоне. Он ехал не по главной дороге, а какими-то поворотами и надеялся, что приедет вовремя и не попадет в пробку. Хоть сейчас многие ехали с работы, но в пробку Шастун все-таки не попал и в кофейни был ровно в назначенное время. Он осмотрел кофейню, где было много пустующих столиков, но не увидел Иры, поэтому сел у окна. Парень взглянул на карточку горячих напитков, которая стояла на столе, но решил не брать специальные предложения и ограничился обычным латте. Через несколько минут двери открылись, легкие занавески подлетели, а в кофейню зашла Ира. Она осмотрела зал и, увидев Антона, направилась к нему, поправляя на ходу маленький клатч. — Привет, — поздоровалась девушка, присев на мягкое кресло. — Привет, — произнес в ответ Шаст и повисло молчание. — Ну… — спустя пару минут начал Антон, понимая, зачем он вообще сюда приехал. — Да, точно, — Ира сразу поняла парня. — Ну, расскажи, наверное, как ты вообще оказалась с Ильей? — попросил Шаст, делая глоток обжигающего напитка. — Спасибо, — ответила Кузнецова девушке, которая принесла ей капучино и кусочек шоколадного пирога. — Ну, как я оказалась с Ильей… Один раз, когда удачно сдала зачет, то мы решили с девочками зайти в клуб. Я не помню точное название, но, похоже «MustHave». Мы с девчонками выпили, потом ещё выпили и ещё… Ну, прям отметили. Пошли на танцпол, а потом я как-то от них отстранилась, и ко мне подошел парень. Ну, Илья. Он предложил какой-то коктейль мне, потом я с ним за столиком сидела. Потом предложил к нему поехать, ну, а я такая пьяная была, ну и согласилась, а про девочек я как-то вообще забыла. Но они не вспомнили ничего потом, слава богу. Мы едем в машине, я смотрю на него и понимаю, что рожа очень знакомая, что видела где-то его, но не могу понять, где. Он мне что-то говорил, но я вообще ничего не помню. Вот. Ну, мы не переспали, я отрубилась, — усмехнулась Ира. — На следующий день я уехала домой. Потом он мне звонил, звал иногда гулять, в кафе, в кино, когда у него было свободное время. Через какое-то время Илья стал где-то пропадать, звонил реже, но потом всегда извинялся. Вот. Ну, про Игоря я твоего знаю же, все-таки ты мне тогда много рассказывал. Я дома готовила стояла, работал телевизор, новости, ну и я услышала про Илью. Миска, где мешала крем, выпала из рук, весь пол заляпала, а я не хотела это воспринимать. Я в этот же день поехал к Диме, — она посмотрела на Антона, который недоуменно смотрел на нее. — Ну, Журавлев, одноклассник мой, сейчас в ментуре работает. Вот, я ему позвонила и поехала, даже пол не вытерла. Он как-то что-то там посмотрел в базе своей, потом вышел на минут тридцать, может чуть больше или меньше, узнала, что тут замешан ты с какой-то Марией Бендыч, — наконец договорила Ира, выдохнула и сделала глоток кофе, запивая кусочек пирога. — Нихуя себе, — произнес Шастун, потирая шею. — Антон, я не знаю, как мне теперь к тебе относиться. Я… Я не знаю… — её глаза метались по столу, а руки лежали на коленях. — Так же, как и раньше, Ира! Ты хоть немного соображаешь? Он мою мать убил, блять, Ир! — если бы они находились не в кофейни, то Шаст орал бы в полный голос. — А я его любила! — в ответ крикнула Кузнецова. — Сука, да как ты не понимаешь. Макаров — это работник Игоря, блять. Он убийца. Возможно, это был чей-то заказ, а может личное желание, но скорее всего его желание, ибо как-то проскочила фраза одна и… — Антон! Тут мы на равных. Убили любимых людей, — произнесла снова Кузнецова. — Ира, блять, ты серьезно?! — Шаст встал и кричал на девушку. — Ты сама понимаешь, что говоришь?! Моя родная мама и какой-то, блять, хмырь, который убийца! Ты хоть немного своей башкой подумай, блять, Ир! — Ты тоже подумай! — в ответ крикнула девушка. — Блять, это бесполезно. Делай, что хочешь, но, если тебе вздумается меня посадить, то я, блять, ахуею от твоей тупости, — грубо сказал Шаст и, положив на стол пятьсот рублей, вышел из кофейни. — Ну просто пиздец, ну, — произнес он и пошел к машине, поправляя челку.       Как оказалось, в кофейни молодые люди просидели около полутора часов. Антон ехал домой по наполовину пустой дороге, все ещё пребывая в шоке от поведения Иры. Походу, на нее так повлиял Илья, с которым она пробыла около месяца, не больше. Сейчас найдет себе мужика нового или девушку, она может, и забудет его. Шастун все ещё надеялся, что Кузнецова подумает обо всем, и не будет пытаться засадить его за решетку.       До дома он ехал спокойно, пытаясь переваривать все, что услышал в кофейни от Иры.

***

      После того как уехал Антон, Арсений больше ничего не ел, только пил воду, так как в квартире было как-то душно, из-за чего окно было открыто, но это ничего не дало. На улице конец мая, погода невероятно хорошая, теплая, если ветер и дует, то очень теплый, невесомый. Но, вполне возможно, что через неделю уже будет лить дождь, а сейчас все наслаждаются солнцем и теплом. Завтра последний день, когда Попов отсиживается дома и то, не по своей воле. Шастун запрещал Арсу выходить эти дни в университет, как и сказал доктор. Попова же немного это волновало, так как буквально через неделю начинаются экзамены, а он пропускает пары. Придется наверстать все упущенное. А пока, так как время ещё не позднее, он решил сесть за конспекты и повторить все остальное. Первый экзамен, вроде бы, всемирная история, так что тут боятся нечего.       Шло время, тянулись минуты, а для Арсения время летело незаметно и быстро. На улице уже стемнело, а он все сидел и повторял. Но, когда глаза начали слипаться, то Арс решил пойти спать, так как мозг перестал соображать и что-то усваивать. Через несколько минут тело Попова уже лежало под одеялом и мирно посапывало, с улыбкой на губах.       Антон же приехал домой только где-то к половине одиннадцатого, так как кофейня находился вообще на другом конце города, Шаст жил за городом и вообще в другой стороне. Ехал Шастун медленно, не спеша, смотря на темнеющее небо.       Приехав домой, он поужинал (да, в половину одиннадцатого) и пошел в спальню, чтобы повторить хоть что-нибудь к завтрашнему зачету. Отец либо сидел в кабинете и решал какие-то вопросы, связанные с фирмой, либо уже спал, что ему не помешает, так как работа давала о себе знать. Шаст зашел в комнату и вместо кровати, он подошел к столу, где лежало несколько тетрадей. Он нашел конспект по менеджменту и начал пролистывать страницы, останавливаться на некоторых темах и вчитываться. Как оказалось, конспект у него совсем маленький, поэтому Антон пролистал тетрадь ещё пару раз, вчитался и, решив, что он все сдаст, лег на кровать, слегка улыбнувшись.       Утро началось не так гладко, как хотелось бы. Хотелось жутко спать, хотя Шастун проспал около восьми часов. Он выключил будильник, потом ещё один, и ещё… В итоге, вместо того, чтобы встать в семь, Шаст встал в семь сорок. Отца дома уже не было. Они уже около недели как-то не пересекаются дома, да и вообще отец очень потерянный. Да, Антону стыдно, но он не мог сделать по-другому. Всем близким людям угрожала опасность в лице Ильи и, отчасти, Игоря. Сейчас же нет ни Макарова, ни Чехова, который сейчас обитает в Норвегии.       Шастун спустился вниз, в столовую и, открыв холодильник, увидел уже готовую еду, которая выглядела очень аппетитно. Он положил себе на тарелку порцию и поставил её на длинный стеклянный стол. Раньше в их доме была домработница, которая готовила, убирала, а потом, на ночь, уходила домой, так как жила не далеко от их дома. Андрей много раз предлагал ей оставаться у них, если вдруг она поздно заканчивает или просто лень, но она лишь улыбалась и говорила такие слова: — Как говорится, в гостях хорошо, а дома лучше.       Сейчас Шаст вообще не видел Марины. Скорее всего, она ещё работала у них, ибо как объяснить наличие вкусной еды? Возможно, Марина быстро убиралась, готовила и уходила домой, а может Антон её не видел просто потому, что бывал целыми днями у Арсения, который Попов. Через двадцать минут Шастун уже сидел в машине и выезжал со двора, надеясь не опоздать на пары и успеть покурить с Димой.

***

      Арсений проснулся достаточно рано и пошел в душ, совершенно ни о чем не думая. После водных процедур он, сам не замечая этого, уселся за стол, где вчера читал конспекты. Арс взял очередную тетрадь по ненавистному предмету и с мерзостью стал вчитываться в строчки, чтобы понять хоть что-нибудь. Мозг просто не хотел принимать материал и будто бы говорил Попову «ахахаха, ты ничего не поймешь», но он продолжал смотреть на непонятные слова и термины. Так он и просидел около двух, может, даже больше, часов. А сейчас Арсений услышал звонок в дверь. Он пошел к двери, но ноги будто бы не хотели идти и передвигались максимально медленно, будто бы ты должен отрывать приклеенную к полу ногу. — Привет, — сходу начал Антон, проходя вовнутрь и закрывая за собой дверь. — Привет, — поздоровался Арсений и облокотился на тумбу. — Ну, ты походу ещё не ел, — разуваясь, сказал Шастун. — Я так заебался, Арс. Иди бери себе что-нибудь и глянем фильмец. И сделай чайку мне, если тебе не впадлу, — произнес Антон, глядя на него щенячьими глазами. Попов лишь мотнул головой и скрылся за поворотом на кухне.       Арсений шел к кухне, еле переставляя ноги, не понимая с чем это связано. Когда он оказался на месте, то в глазах как-то потемнело и Арс слегка пошатнулся. Затем, Попов открыл глаза, встряхнул головой и уже шел, чтобы открыть холодильник, но в один момент ноги не выдерживают и он с грохотом падает на пол. Хотелось бы подняться, но в глазах снова темнеет, на затылке ощущается слабая боль, так как Арсений слегка ударился головой о пол. Последнее перед тем, как отрубиться, он слышал слова Антона: — Арс! Арсений, твою мать! Ну какого хуя, Арс, блять… Темнота.

***

      Шастун, уставший после учебы, сидел в гостиной, ища какой-нибудь фильм на вечер. Все было хорошо. Антон удобно устроился на диване, выбрал фильм и осталось дождаться Арсения с чаем. Но вдруг раздается грохот из кухни. И это было не падение кастрюли, чайника или чашки. Шаст встает с места, быстро идет в сторону кухни и видит, как на полу лежит Арсений, который держится за голову. Антон покричал, но у парня закрылись глаза. Шастун, не медля ни секунды, достает телефон и звонит в скорую, которая должна приехать в ближайшие десять минут. Шаст кладет телефон обратно в карман, смотрит на Попова, который потерял сознание и очень сильно хочет плакать от этой безысходной ситуации, блять. Антон берет его за руку и перебирает фаланги пальцев. Он пиздецки переживает.       Как и обещали, машина скорой помощи приехала, забрала Арсения, который до сих пор не пришел в себя, и повезла, вколов что-то в руку. Шастун наблюдал за всем этим, дрожа всем телом и теребя браслеты и кольца.       Больница находилась не слишком далеко, ну или машина ехала быстро. Врачи выкатили Арса на каталке и максимально быстро направились к зданию. Внутри женщина с мужчиной максимально быстро шли, неожиданно заворачивая на поворотах, что Шастун еле успевал за ними. Когда доктора дошли до определенной двери, то девушка отчеканила «вам туда нельзя» и вместе с мужчиной закатили его за дверь.       Шастун уселся на скамейку, и ему оставалось ждать доктора, который вынесет хоть какой-то вердикт.       Врач вышел примерно через полчаса, держа в руках планшет с прикрепленными бумагами. — Добрый вечер, уважаемый. Итак, у пациента нестабильное состояние и мы должны его оставить у нас на время, — произнес доктор, смотря что-то на бумагах. — У него анорексия, вы, должно быть, знаете это. Сейчас он пришел в себя и не спит, можете побыть с ним, но не долго. Больному нужен сон и отдых, — сказал лечащий врач и куда-то ушел, свернув за угол.       Антон тихо открыл дверь в палату, где лежал Арсений. Одеялом было накрыто тело до груди, к руке присоединена иголка, от которой идет трубка к капельнице. Глаза открыты и смотрят в окно. Он не поворачивается в сторону Шастуна, не хочет видеть грустные глаза, которые смотрят с неимоверной жалостью на него. — Как же ты так себя довел, Арс, — произносит Антон, беря свободную руку Попова в свою, чуть ближе подвигая стул. — Ша-а-аст, не переживай, я поправлюсь, — улыбается и поворачивает к нему голову Арсений. — Надеюсь, — выдохнул Антон.       Все остальное время, которое было дозволено Шастуну, они проговорили о какой-то ерунде. Арсений улыбался, местами смеялся. Как же Антону хотелось, чтобы Арс не морил себя голодом, вернул себе прежнее тело, не было бы всех этих проблем. Все было бы хорошо. Но время не отмотать назад и остается только ждать действий врачей и поправки Попова.       Через время пришел доктор и проводил Антона за дверь. На прощание Шаст крикнул, что завтра обязательно придет.

***

      Всю неделю, что Попов лежал в больнице, Антон ходил к нему. Уже начались экзамены, и Шастун был очень плохо подготовлен из-за долгих посиделок в палате, но было как-то плевать. Мысли об экзаменах вообще не лезли в голову, зато мысли об Арсе из нее вообще не выходили. Шаст надеялся, что во время письменных экзаменов его мозги начнут двигаться и подкинут то, что нужно. Ну, а на устных, например, на истории, он надеялся на свою импровизацию. Все-таки он что-то учил, когда-то… Да все он сдаст, нечего тут париться.       Попова освободил декан от экзаменов, но Арс думал сбегать из больницы во время проведения экзаменов, потому что «Как так? Меня же не переведут на следующий курс», но его успокаивал Антон и говорил, что все будет нормально. Если он уж очень сильно об этом беспокоится, то может подойти к декану, когда будет здоров и спросить, когда может сдать экзамены. А Шаст переходил на пятый курс и совершенно не парился, хотя не мешало бы. Он совершенно не подготовлен, наверное, самую малость. В голове только то, что отложилось за весь учебный год. Но сдать нужно. Не хотелось бы вылететь на последнем курсе.       В университете Антона учились подружки Кузнецовой, как оказалось. Одна из них Дарина. Фамилии он её уж точно не вспомнит, да и имя он услышал, когда другая звала её на коридоре. Эта самая девушка как-то шла универу и говорила своей подруге, что-то на подобии: — Ой, ты знаешь что? Ира, ну Кузнецова которая, она хочет какого-то парня засадить. Какого и за что пока не сказала, но я, наверное, узнаю это. Она сказала что парень дрищуга и высокий, но это ничего нам не говорит. — Ну дает Ирка наша! — ответила ей подружка.       Сказать, что Шастун охуел – ничего не сказать. Он быстрым шагом направился на выход и, сев в машину, рванул к, уже такой знакомой, Маше. Экзамен только послезавтра, так что у Арсения можно будет засидеться даже позже, чем обычно. К Бендыч же он доехал достаточно быстро. Оставив на машину на парковке, он зашел в участок и, быстро сказав «Я к Маше», прошел внутрь. Антон постучался в дверь, где висела табличка и, услышав короткое «войдите», толкнул дверь. — О, Антон, привет. А ты чего это ко мне пришел? — Маша была очень удивлена визитом парня. — Маша-а-а-а, мне уже жуть как стыдно о чем-то тебя просить, но просто нет выбора. Одна моя, кхм, подруга, хочет меня засадить. Она мутила с Макаровым, увидела новости, все сопоставила и поняла, что тут замешан я, но до конца ничего не знает. Её зовут Ира Кузнецова, если что. Мы с ней как-то пересеклись в кафе, она говорила, что подумает, все дела. Сегодня я шел по универу и увидел как девушка говорила про Кузнецову, про то, что она хочет засадить кого-то высокого и худого, — Антон показал на себя. — Девушка, которая это говорила, зовут… э-э-э-э… Дарина, кажется. А, ещё у Иры этой знакомый есть в ментуре. Его зовут Дима… Журавлев, кажется, — закончил говорить Шаст и уставился на Бендыч, которая что-то вбивала в компьютере. — Та Дарина случайно не так выглядит? — Маша повернула компьютер и показала фотку девушки. — Да. Да, точно она, — ответила он. — Шаст, не проблема вообще. С Ирой я общаюсь, но не очень хорошо, мы как-то на вечеринке пересекались. А вот с Дариной я очень хорошо общаюсь, я с ней поговорю, чтобы та отговорила Иру. Журавлева тоже знаю, мы работаем вместе, он в одном из соседних кабинетов. Короче, Антон, я думаю ничего сложного, — Маша улыбнулась Шастуну. — Боже, Маш, спасаешь из раза в раз, — Шаст облегченно выдохнул. — Ну, я ещё тебя не спасла, не благодари, — Бендыч улыбнулась и снова повернулась к компьютеру. — Ну, ты все? Больше ничего нет? — Нет, ничего. Спасибо, пока, набирай, если что, — Антон поднялся и пошел к двери.       Ясное дело, что этого Арсений не должен знать. Он и так слабый, а тут ещё переживать начнет, нафиг надо такое. Антон взглянул на время и решил, что пора бы поехать к Попову. Уже четыре вечера, а врач, может, разрешит посидеть какой час, если не меньше. Тут уж зависит от самочувствия Арсения.       Примерно за сорок минут Антон доехал до больницы. А все из-за пробок, так бы был минут через двадцать. Он прошел в нужную палату, где лежал Арсений и, не увидев рядом врачей, зашел. Попов спал, и будить его Шастун не собирался. Он просто посмотрел на него и, решив, что есть немного времени, достал телефон, открыл нужные фотографии и начал повторять материал для следующего экзамена, кстати, последнего. Время все шло и шло. Медсестра приходила пару раз, проверяла капельницу. Один раз, ближе к вечеру пришел лечащий врач Арсений. Он ничего не сказал Антону и, записав что-то на лист бумаги, ушел. Кажется, уже все привыкли к присутствию Шастуна в этой палате. Возможно, они бы были не против, даже если бы Антон тут заночевал, но наглеть тоже не стоит. Да, не хотелось бы разлучаться с Поповым, но у Шаста есть машина и он может приехать сюда в любой момент.       Просидев до восьми вечера, Антон решил поехать домой. Перед выходом, он наклонился и невесомо поцеловал Арсения в щеку, чтобы не прерывать его сон.       Тихо выйдя за дверь, он медленно спускался на первый этаж по лестнице. На ходу он достал телефон и, найдя нужный номер, нажал на него. — Алло? — послышалось по ту сторону, спустя какое-то количество гудков. — Димас, привет. Слушай, можем сейчас встретиться? — Шастун уже подходил к своей машине. — Ну, давай, я не занят. Где и во сколько? — спросил Дима. — Давай в «Даблби». Приходи, как можешь быстрее, — ответил Антон и, услышав ответ, сбросил и пристегнулся.       Антон медленно поехал по вечернему городу, так как понимал, что Диме надо одеться и добраться до назначенного места. Шаст выбрал кофейню, которая находилась максимально близко к Позову, но не около подъезда же. Пока Антон медленно проезжал красоты города, то в мыслях лишь был Попов и то, что нужно скорее поговорить с Димой. Шастун больше всего доверял Позову, так как это его лучший друг, знакомы ещё со школьной скамьи. Казалось, что если Антон сейчас не выговорится своему другу, то его просто разорвет на мелкие кусочки.       Приехав на место, Шастун припарковал машину и зашел в кофейню. Внутри было мало людей, лишь некоторые столики были заняты. Антон подошел к бариста и заказал латте. Через пару минут он забрал чашку и направился к пустому столику, так как Дима ещё не пришел. Вообще, было настроение пойти в бар и напиться там просто в щи, но Шаст за рулем. Вы скажете, что можно оставить машину дома, доехать до ближайшего клуба общественным транспортом, но не забывайте, что Шастуны живут за городом и ближайший клуб будет не ближе, чем в часе езды от дома на автобусе. Так что спасибо, посидит в кофейне. Если уж очень захочет, то выпьет немного дома, дабы расслабить свой организм. Пока Шаст сидел и размышлял об алкоголе, то дверь скрипнула, и в проходе появился Позов. — Даров, Шаст, — поздоровался Дима, приземляя свой зад на мягкий диванчик. — Привет, — произнес Антон угрюмее, чем Поз. — Че у тебя произошло? Давай выкладывай, — Дима сразу стал серьезнее и увидел как ему несут кофе. — Да я тебя поэтому и позвал, жди очень незанимательную историю, — Шаст сделал глоток горячего напитка и посмотрел на своего друга.       Дима поблагодарил миловидную официантку за доставленный ею кофе и, сделав глоток, приготовился слушать Шастуна.       Я думаю не нужно быть дураком, чтобы понять, о чем разговаривали эти двое. Антон рассказал все свои переживания по поводу Арсения, сказал, что теперь он лежит в больнице. Много говорил об этом. Позже их разговор плавно перетек к Кузнецовой. Шаст решил, что нужно сказать про Илью, про Игоря, хоть кому-то, ибо хранить это в себе, уже просто нет сил. Дима молча слушал, не прерывал, но внутри мысленно рассуждал. Ну, и напоследок Шастун рассказал о том, что Ира хочет его засадить, а Маша будет пытаться выпутать из этого дерьма Шаста. После тирады Антона оба молчали какое-то время. — Что ж, — произнес Дима, сделав глоток кофе. — Пиздец, — информативно выдавил Позов. — Согласен, — Антон тоже сделал глоток, уже холодного, напитка.       Парни посидели ещё какое-то время в кафе, пока в городе окончательно не стемнело, а освещали улицы лишь фонари, разбрасывая свой оранжевый свет. Позов не знал, какой совет дать в такой ситуации, но пытался всячески подбодрить Шастуна. Все-таки друзья и существуют для того, чтобы поддерживать друг друга в различных ситуациях. Антон поблагодарил Диму за все, за его поддержку и сел в машину. Позов приобнял друга и пошел по направлению к своему дому, пока Шаст заводил автомобиль. Возможно, сейчас Шастуну стало немного лучше. Он очень надеялся, что у Маши все получится. А сейчас Антон, наверное, может расслабиться, так как завтра выходной.

***

      Антон, на удивление, выспался и был полон сил. Было начало июня, а погода уже испортилась, и небо было затянуто серыми, почти черными, тучами, что никак не радовало. Но Шастун не собирался сидеть дома, так как нужно съездить к Арсению, узнать его самочувствие, так как вчера этого сделать не удалось.       Что неудивительно, отца дома уже не было. Сейчас он проводил нереально много времени в фирме. Антон знал лишь то, что у них какой-то крупный проект, который они делали с Ильей. Сейчас Шастун-старший сам разгребал этот проект, кто-то помогал, но не больше. Но, возможно, это пойдет Андрею на пользу, отвлечется от Макарова. Ну, а Антон уже сидел в машине и заводил её, чтобы двинуться к больнице, которая находилась не очень близко от дома. По сути все находилось не очень близко от дома Шастуна, так как он жил за городом.       Так как было ещё полдень, то машин на дорогах было мало. Наверное, сейчас многие сидят в деревнях или на дачах, но по погоде не очень похоже, ибо шел дождь. Ну, бабушкам хорошо, польет огород. Хоть Шастун и не гнал, но доехал он очень быстро. На светофорах долго не стоял, в пробки не попадал. Ну замечательно же!       Шаст спокойным шагом поднялся на нужный этаж и зашел в палату. Арс лежал, приоткрыв глаза. К руке все ещё было присоединена капельница, а щеки стали ещё более впалыми. — Привет, — улыбнулся Арсений, когда услышал, как дверь закрылась. — А ты чего вчера не пришел? — А, я приходил. Просто ты спал, я не хотел тебя будить, — ответил ему Антон. — Как экзамены? Ты хоть готовишься? — Арс смотрел на Шаста, рассматривал его лицо. — Да-да, все хорошо, ещё завтра экзамен и, кажется, все, — Антон улыбнулся в ответ и потянулся, чтобы взять чужую руку в свою. — Тебе холодно? — сразу спросил он, почувствовав ледяные пальцы. — Да нет, вроде, — скомкано ответил Арс и хотел уже что-то сказать, но открылась дверь и зашел доктор. — Здравствуй, молодой человек, наденьте, пожалуйста, халат, — вежливо попросил доктор, обращаясь к Антону, а затем присел на край больничной койки. — А вы, Арсений, как? — пожилой мужчина снял стетоскоп с шеи, засунул в уши и попросил Попова поднять майку, чтобы его послушать.       Шастун уже надел халат и повернулся. Он заметил ребра, которые можно пересчитать даже издали. Арс старался соблюдать спокойствие, но лицо выражало… вину? Возможно. Попов смотрел на врача, говорил что-то про свое самочувствие, а Шастуну хотелось все разнести тут. Зачем, просто зачем Арсений довел себя? Просто довел. Хотелось вернуться обратно, когда все ещё было нормально, когда тело Арса было худым, манящим, но не катастрофически худым, как сейчас. Да, тогда Шаст восхищался им, но не признавался в этом даже самому себе.       Врач ещё измерил давление пациенту и вышел из кабинета, что-то записав в прикрепленные листы бумаги на планшет. — Арс, а ты какие-нибудь лекарства пьешь? — произнес Шаст, как только доктор скрылся за дверями. — Да, конечно, медсестры приходят, — ответил Попов, но это как-то не очень внушало доверие. — Подожди минуточку, — Антон улыбнулся, ещё раз взглянул на Арсения и вышел.       Антон медленно пошел по коридору и подошел к одной из медсестер, которые стояли не очень далеко. Он не знал имени этого доктора, но описал, как он выглядит, и девушка сразу же сказала куда он сейчас пошел и где его кабинет. Шаст дошел куда надо и, увидев на этаже мужчину, крикнул: — Мужчина! Мужчина, подождите! — Антон подошел ближе к доктору. — Да, вы по поводу Арсения? — это было легко понять, так как он приходил только к нему. — Именно по поводу него. Вы вообще его лечите? Почему он стал ещё худее, щеки впалые, ребра более заметны и выглядит он вообще не важно? Что же у вас за больница такая?! — казалось, что ещё несколько минут и Шаст разнесет тут все. — Молодой человек… — начал врач, но его перебили. — Нет! Серьезно! Вы вообще работаете?! Или вы получаете деньги за то, что вы придете, послушаете его и померили давление?! Я же могу и жалобу накатать, не одну. Вы быстро вылетите отсюда, — Антон реально разозлился. — Так. Стоп, — остановил его доктор. — Наша больница делает все возможное. Тут отчасти виноват и он сам. Чтобы он выздоровел и шел на поправку, нужна не одна неделя, и вы должны это понимать. Всего доброго, — пожилой мужчина развернулся и пошел дальше, а в Антоне кипела злость.       Шастун спустился обратно в палату и, пытаясь выглядеть максимально спокойным, толкнул дверь. Попов сразу же улыбнулся, снова увидев его и, чуть-чуть привстал. Антон провел рукой по волосам, поправляя челку. Он присел на рядом стоящий стул и посмотрел на Арсения, в котором совершенно не было сил, но он старался, он пытался показать всем своим видом, что все хорошо и Антону совершенно незачем переживать, но Шаст видел все насквозь. Нина тоже пыталась. А Антон и не может ничего сделать. Наверное… — Слушай, давай тебя переведем в частную больницу? — Шастун улыбнулся и взял холодную руку. — Не, ты чего, это очень дорого, да и не намного лучше, — сразу же начал Попов. — Ну, слушай, по поводу денег ты вообще не должен переживать, а вот лучше или нет, я узнаю. Если я найду хорошую, достойную, то переведем, окей? — Антон с надеждой посмотрел на Арсения, который хмурился и всем своим видом показывал, что этого не нужно. — А-а-а-рс, ну слушай, это же для твоего же блага. Я хочу, чтобы ты поправился, — Антон склонил голову и сделал максимально щенячий взгляд. — Ладно, — сдался Арс. — Но только, если это не очень дорого, — сразу же добавил он. — Хорошо, — улыбнулся Шастун, пропуская это мимо ушей, потому что стоимость абсолютно не важна.       Так они просидели ещё пару часов, а позже пришел доктор и сказал, что Антон последний, кто остался в больнице из гостей и пора бы свалить оттуда. Шаст нехотя поднялся на ноги и, попрощавшись с Арсением, вышел за дверь. Постояв пару минут, он дождался доктора и сообщил о том, что завтра он, скорее всего, переведет Попова в другую больницу и спросил, нужны ли какие-то документы, подписи, печати. Врач сказал, что с этим всем они разберутся завтра, на свежую голову. Антон кивнул, согласившись, и ушел из больницы.       Не хотелось совершенно ничего. Все силы Антона уходили на натянутую улыбку для Попова, смех и все в таком роде, чтобы хоть как-то развеселить Арсения в этой ненавистной больнице. Сейчас Шастун медленно тянулся к своей машине и, если он сейчас встрянет в пробку, то очень сильно постарается не вырвать руль, ибо сегодня он максимально измотан. Всю ситуацию усугублял завтрашний экзамен, на который идти, конечно же, не хотелось. И, возможно, Шаст уже бы успокоил внутри себя всю злость, ненависть и усталость, но зазвонил телефон и высветилось «Поз». Шаст, нехотя, ответил и выехал со стоянки. — Алло, — произнес он, поднеся смартфон к уху. — Слушай, Шаст, тут такое, — начал Дима достаточно веселым голосом. — Дим, давай быстрее и ближе к делу, — грубо и устало ответил Антон, выезжая на дорогу. — Короче, Катя моя, она же немного совсем общается с Ирой и этой подружкой её… Как это её… Дарина! Во! Они знакомы, но общаются не очень хорошо. Я рассказал Кате про ситуацию с тобой и Ирой. Про то, что она хочет тебя засадить. Моя Катька сейчас немного сблизится с ней, пообщается и начнет, короче, её отговаривать, — Дима явно был горд собой и такой помощью. — Спасибо, — безэмоционально выдал Шастун. Нет, он на самом деле благодарен другу, но сейчас нет сил даже на эмоции. — Эх, Шастун, таких как я тебе ещё поискать надо, — усмехнулся Позов, но не услышал взаимного смешка по ту сторону. — Ладно, давай, — серьезно сказал Дима, понимая, что у Антона херовое настроение, и скинул.       А Шаст все ещё продолжал свой путь по ночному городу. Он ехал медленно, будто бы наслаждаясь тем, как машина скользит по дороге. Ровно, аккуратно, размеренно. Возможно, это немного успокаивало, но не настолько сильно, чтобы Шаст стал абсолютно спокоен. Внутри все ещё будто кто-то кричал от безысходности, внутри его лились слезы, но в реальности у Антона было каменное лицо, которое следило за дорогой. Не хотелось абсолютно ничего. Абсолютно.       В общем итоге Антон медленно, но доехал до дома. Он зашел в дом и стал разуваться. На кухне горел свет, а это означало то, что отец сейчас не в офисе. Если бы не голод, то Шаст даже не зашел бы на кухню. Там сидел один отец, стояла полупустая тарелка и такая же бутылка алкоголя. Возможно, он взял уже начатую и выпил совсем немного, или же реально вылакал половину в одну харю. — О, Антоха, привет, я так давно тебя не видел, — произнес отец немного пьяным голосом. — Да, привет, — тихо сказал Шаст и положил себе порцию запеченной картошки с мясом, выпив перед этим стакан воды.       Было тихо. Андрей и Антон молчали. Тишину разбавлял звук вилки, которая каждый раз ударялась о тарелку, набирая картошку и мясо. Это все как-то напрягало и хотелось побыстрее скрыться в своей комнате. А отец выглядел так, будто очень сильно хочет поговорить, выпить с кем-нибудь, но Шастун сегодня на это точно не согласится. Первое, что отбивало все желание – это все случившееся с Поповым, а второе – экзамен. — Ну, че, может, расскажешь отцу, что у тебя в жизни происходит? — попытался Андрей, шкрябая вилкой по тарелке. Тишина. — Как универ? Экзамены? — вторая попытка отца. И снова тишина. — Ну, а девушки как? У тебя, вроде бы, Ира была, да? — третья попытка. Последняя капля.       Антон сидит, пытаясь сдержать себя, но его уже колотит от всего. От произнесенного имени стало невероятно паршиво. Да, отец абсолютно ничего не знает, но его все начало интересовать именно в эту секунду, когда Шастуну хочется кому-нибудь въебать. — Не, ну на сколько я знаю, ты, вроде, встречался с Ирой… — и он продолжал, будто бы издевался. — Сука, хватит! — Антон резко поднимается. — Какого хуя, скажи мне?! Скажи, какого хуя ты спрашиваешь все только сейчас?! Вспомнил, что есть сын?! Да я тебя поздравляю, блять! — тарелка с недоеденной едой летит в кухонную тумбу. — Надо было раньше хоть немного думать! Тебе было всегда плевать на меня! Всегда! Только мама интересовалась моей жизнью, только мама знала все! — глаза защипало, а все стало мутным. — Мама! А кто убил маму?! Да, Илья, твой лучший друг, как я посмотрю. Приходили, пили тут вместе, смеялись. Ах, откуда знаю?! Так это же работник Игоря, прикинь?! Ну да, откуда же тебе знать, ты закрывал на все глаза, делал вид, что все окей и даже не пытался разобраться, кто её убил! Тебе было, блять, плевать! Просто, сука плевать! — недопитая бутылка дорогого виски летит в стену. — Сказал, мол, искал, а то, что он был в Америке, ничего тебе не сказав! Блять, ты жалок. Очень.       Андрей сидел молча и смотрел на весь хаос, слушал все слова. Все выпитое будто бы испарилось, а голова вмиг стала трезвой. Он ясно воспринимал все слова сына, но не пытался его как-то остановить. Андрей смотрел на сына, на летящую тарелку, затем бутылку, а потом на лицо. Хоть ему и было двадцать три года, он был ещё таким ребенком, таким, казалось, беспомощным. А ведь Майя и правда знала все о нем.       Антон, произнеся все эти слова, просто развернулся и ушел из кухни в свою комнату. Он почувствовал на щеках влагу, но грубым движением руки все стер. Шастун громко хлопнул дверью, кидал подушки в стену, кидал какие-то книги, которые не очень любил, кидал все, что попадало под руку, но это абсолютно не помогало. Тогда он переоделся, надев на свое тело такую родную красную толстовку, и спустился к машине, совершенно не обращая внимания на слова отца, которые он слышал краем уха. На улице шел настоящий ливень, на город начали опускаться сумерки, хотя времени было ещё немного. Шастун сел в машину, открыл ворота кнопкой на ключах и выехал со двора, поехав в совершенно другую сторону от города. Ехал достаточно быстро, но смотрел на дорогу, так как умереть, даже в таком состоянии, не очень-то хотелось.       Проехав около получаса, Шаст оказался в поле, где не было фонарей и ни одного человека. Уже стало даже темно. Лишь изредка проезжали одинокие машины. Антон остановился, вышел из машины и подошел к капоту, залезая на него. Сразу вспомнилась та ночь, когда так сидели они вдвоем, с Поповым. Шастун медленно поднял глаза, вглядываясь в затянутое небо. Хотелось разглядеть хотя бы одну звезду, но черные тучи не позволяли этого сделать. Однако, где-то вдали, где уже прошел дождь и тучи оттуда уплыли, были видны звезды, которые Шаст так обожал. Он стоял с поднятой головой, подставляя крупным каплям свое лицо. Антон прикрыл глаза и вдохнул полной грудью. И только сейчас он расслабился.       Все мысли только сейчас ушли. Их будто бы смыл дождь.

***

      Утром Антон проснулся нехотя, но ничего не оставалось, так как экзамен никто не отменил, а жаль. Приехал он далеко за полночь, отец уже спал. Шаст лишь выпил стакан воды и пошел спать. Он абсолютно не подготовился к завтрашнему экзамену, но надеялся на свою интуицию. Завтра экономика, но на всех парах Антон записывал, что диктовал препод. Конспект был полностью исписан и в голове у Шаста все равно что-то отложилось. Но не мог же он весь год что-то писать и ничего не запомнить. Все он сдаст, главное верить в себя.       Настроение было, ну, нормальное. По дороге в университет, Шастун загуглил частные больницы, когда стоял на светофоре, а на следующем светофоре просмотрел список, который ему выдал мистер Гугл. Двинулся он, когда ему посигналили. Подъезжая к учебному заведению, Шаст понял, что времени хватает. Антон посмотрел ещё парочку больниц и, выбрав ту, которая больше всего ему приглянулась, он забрал рюкзак с заднего сиденья и набрал номер, идя к зданию. Ответила, видимо, доброжелательная девушка, дала ответы на все интересующие вопросы, и Шастун сказал, что сегодня хочет перевести туда пациента с анорексией. Девушка дала ещё несколько указаний и сбросила. Ну, а сейчас Антон пошел на экзамен.       Экзамен был письменный, за что Шаст был невероятно рад. Хоть преподаватель смотрел на всех, Антону удалось подсмотреть несколько ответов в конспекте. Он сдал лист с ответами и, попрощавшись с преподавателем, вышел за дверь, оставляя остальных студентов. Сейчас нужно было ехать снова в больницу, в которой, казалось, Шастун бывал чаще, чем дома. Наверное, он там бы и ночевал, если бы ему разрешил доктор.       Больница находился очень близко к университету. Проехать буквально пару кварталов и ты на месте. А если ещё немного, то ты дома у Арсения. Ну, наверное, это близко только когда ты на машине, ибо Шастун помнит, как добирался до универа. Буквально за десять минут Шаст доехал до больницы, где находился Попов уже полторы недели. Он даже не успел нормально попрощаться с Димой, который его окликнул. Антон крикнул что-то вроде «я тебе позвоню» и побежал к машине.       Придя в больницу, Шаст пошел сначала к врачу Арсения, а не к самому Арсению. Доктор находился в своем кабинете. Антон зашел с широкой улыбкой и сказал, что сегодня забирает Арса и переводит его в другую больницу. Врач поднял на него глаза и помотал головой, что не понравилось Антону. — Да, я помню, вы вчера это говорили мне и, чтобы не терять ваше время, я узнал все заранее. Сказали, что перевести нельзя, только если на этом настаивают врачи. Даже если вы и больной поставите все возможные подписи, мы несем ответственность за пациента. Извините, но перевестись никак не получится, — произнес мужчина и вновь взглянул на Антона. — Что, прям вообще никак? — Шаст был удивлен. — Вообще никак, — подтвердил врач. — Да не может быть такого. Позовите мне администратора или кто тут главный, — произнес громче Шастун, а врач лишь встал со своего места и подошел к двери, позвав парня за собой.       Они спустились на первый этаж, прошли коридор и дошли до нужного кабинета. Доктор постучал в нее и толкнул дверь. На них уставилась пара глаз женщины. Она смотрела то на Антона, то на врача. — Семен Иванович, в чем дело? — женщина оторвалась от каких-то бумаг и положила руки на стол. — Вот этот молодой человек попросил администратора. Хочет узнать про перевод в другую больницу, — произнес доктор. — Так я же вам все сказала, — сказала женщина с недопониманием. Врач лишь пожал плечами и вышел из кабинета, оставив Антона наедине с этой дамой. — У вас какие-то вопросы? — спокойно спросили у Шастуна. — Да. Тут лежит мой друг с анорексией, я хочу перевести его в другую больницу. Все нужные бумаги подпишу, он тоже, ответственность возьму на себя, — на одном дыхании произнес Шаст. — Я все понимаю, но мы не можем этого сделать. Семен Иванович вам, наверное, сказал, но я повторю. Мы можем перевести пациента только если на этом настаивают врачи. Если мы не в силах и мы передаем больного более опытным врачам. Если сейчас вы переведете его по своей воле, мы все равно несем за него ответственность. Не дай бог с ним что-то случиться, — женщина плюнула три раза через левое плечо и постучала три раза по столу кулаком, — все будет висеть на нас. Мы не можем этого позволить, извините, — женщина сказала все спокойно и максимально понятно.       Антон лишь тяжело вздохнул и опустил голову, на секунду задумавшись. — Слушайте, а может мы договоримся? — спросил он тихо. — Нет, это невозможно, — строго отрезала женщина. — Сколько нужно? Десять тысяч? — Антон стоял на своем. — Я сказала нет, — женщина опять наклонилась к бумагам. — Ну сколько? Пятьдесят? — Шастун не отставал и смотрел щенячьими глазами. — Я позову сейчас охрану, — серьезно и строго сказала она. — Ну, хотите дам шестьдесят тысяч…       Женщина потянула руку к рядом стоящему телефону и начала набирать какие-то цифры. Шастун сразу встрепенулся и пошел к выходу. — Да ладно вам! Все, все, я ушел, — сразу же произнес Шаст и пошел к человеку, ради которого он все это делал.       Антон медленно пошел на нужный этаж в нужную палату, дабы встретиться с этим человеком. Медленно дойдя до нужной двери он толкнул её, надавив при этом на ручку и зашел внутрь. Попов все также безжизненно лежал на больничной койке и смотрел в окно. Нужно было зайти Шастуну, как он сразу же оживал, улыбался и даже пытался шутить. Шаст улыбался в ответ, но ему становилась иногда физически больно от вида впалых щек, от сухих губ, от его бледного цвета кожи. Но он улыбался. Пытался улыбаться. Он хотел, чтобы Арсений тоже улыбался, смеялся, жил хотя бы в эти моменты. Но, что Антон, что Арсений, обоим было невероятно плохо от всего этого.       И все было бы нормально, но буквально через секунду распахнулась дверь, и послышался женский пискливый голос. Шастун, не оборачиваясь, понял, кто это и поспешил выйти. Он вывел девушку из палаты и отошел подальше, чтобы Попов не услышал лишнего. — Шастун, блять! Я тебя засажу! Какого хуя про все знает Катя, с которой я вообще не общаюсь? Хули ты направо и налево это рассказываешь?! Пиздец, как я только с тобой встречалась? — орала Кузнецова, кажется, на всю больницу. Антон никогда не слышал от нее столько матов. — Ир, Ир, успокойся, — сразу произнес Шаст, когда на них покосились некоторые медсестры. — Я никому ничего не говорил, сама пойми, мне это абсолютно не нужно. — Ага, как же. Да пошел ты, — произнесла девушка и вырвалась. — Я тебя засажу, пидор, — сказала она, идя к лестнице.       Антон лишь покачал головой и все ещё надеялся на помощь Маши, что она как-то поговорит с Журавлевым, Дариной или кем там ещё. Очень не нужно сейчас этих проблем. Хватает сейчас одной и такой глобальной проблемы. — Что такое? — сразу спросил Попов, как только Антон зашел в палату. — Да ничего, там мелочи, — улыбнулся Шастун, пытаясь перевести поскорее тему. — Как твоё самочувствие? — А чего она так орала? — зато Арс не собирался переводить тему. — Да я ей деньги должен. И сейчас у нее телефон выпал из рук, она в этом меня обвинила и начала буянить, — нагло врал Шаст. — Все нормально, не парься, деньги отдам, стекло поменяю и успокоится, — усмехнулся он и вновь присел на стул.       Так они и провели вместе ещё около двух часов. Антон сегодня вновь уходил последним.

***

      На следующий день, когда Антон нежился в кровати, телефон начал звенеть. Шаст нехотя потянулся к нему и, не посмотрев на контакт, провел по экрану. — Алло, — сонно протянул он. — В какой больнице Попов? — послышался голос Матвиенко. — И тебе, Сережа, привет, — ответил Антон. — В двадцать шестой. — Ага, — видимо, поблагодарил его Сережа и скинул.       Шастун же продолжил спать, но проснулся примерно через два часа. Понимая, что делать абсолютно нечего, он направился в больницу. Медленно натянул красную толстовку, так как погода не улучшилась, и все ещё шел дождь. Черные джинсы, которые немного висели на его ногах. Отца дома, конечно же, не было. После того случая они вообще не пересекались. Странно, да? Живут в одном доме, но не видятся. Просто Антон либо спит, когда приходит отец, либо его нет дома, когда Андрей уезжает на работу. Так и получалось.       Настроение было хорошим, что удивительно. Сев в машину, Шаст подключил свой телефон и включил плейлист, чтобы ехать было веселее. Все-таки не так уж и близко. Он медленно ехал, подпевая песням, которые знал почти что наизусть.       Доехал он за час, ничего удивительно, с учетом того, что ехал он медленно. Он зашел в больницу. Сегодня там было достаточно пусто. Прошел в палату, до которой, кажется, дошел бы с завязанными глазами. Арсений улыбался, когда он уже зашел и Шаст очень удивился. — Ты чего лыбишься? — усмехнулся Шастун. — Да Серега приезжал недавно, вот уехал только что, поржали от души, — улыбался Арсений. «Хоть что-то»       Антон улыбнулся и сел на такой уже родной стул.       Весь день пролетел как одно мгновение. Казалось, они уже не могут друг без друга. Сегодня у Арсения болели скулы от улыбки и смеха, которые были на его лице целы день. Шастун делает каждый его день только лучше своим присутствием. Если бы не он, то Попов и представить не мог, как бы проходили его дни.       Когда пришло время уходить, то доктор позвал его на пару слов и вместе с ним прошел до выхода. — Хочу сказать, что есть небольшие улучшения. Вы могли заметить, что Арсений хоть что-то ест и это уже хорошо, — произнес Семен Иванович и Шастун в самом деле вспомнил, что Попов что-то ел. Из-за улыбок, смеха и хорошего настроения он даже не обратил особого внимания на это. — Если будет так продолжаться, то через неделю-две мы сможем его выпустить. — О, так отлично, — повеселел Антон и улыбнулся. — Согласен. Ну, что ж, всего доброго, — попрощался мужчина. — До свидания, — ответил Шаст и вышел из больницы.       Антон залез в машину и снова подключил телефон. Пока он ехал по городу, то резко вспомнил про кота, который жил у Арсения. На секунду стало страшно, что этот маленький пушистый клубочек умер там от голода. Ключей у Антона не было, он бы прямо сейчас поехал туда. Шаст не поехал к себе домой, сейчас он катался по центру, где было приличное количество машин, что не очень-то радовало. Не хватало ещё встать в пробку. Ничего не оставалось, как позвонить тому человеку, который разбудил его сегодня утром. — Алло? — ответил ему голос, по ту сторону. — Серый, дарова, — поздоровался Шаст. — Слушай, а ты случайно не забрал к себе кошака Арса? — Неа, нафиг он мне? Хватило в прошлый раз, — ответил Сережа. — Ты даже не заезжал ни разу, что ли? — со страхом спросил Антон. — Нет, зачем? — усмехнулся Матвиенко.       На секунду повисло молчание, а после смех по ту сторону. — Блять, Шастун, представляю, какое у тебя лицо сейчас было, — отсмеявшись, произнес Сергей. — Сук, Матвиенко, когда-нибудь я тебе въебу, — произнес уже Антон, усмехнувшись. —Ну, конечно, я заезжал к Попову домой. Не каждый день, но раз в два дня. Насыпал коту корм и воду. Правда, заебался немного, — сказал Сережа. — Чего себе не заберешь на время? — задал вполне логичный вопрос Антон. — Не-не-не, мне хватило в прошлый раз, — сразу отказался от такого Матвиенко. — Давай я заеду, дашь мне ключи, я кота себе заберу, — предложил Шастун. — Че, серьезно? — Ну, а что мне? Экзамены сдал, дома бываю, по крайней мере, каждый день, — Антон ехал по направлению к дому Сережи. — Окей, давай. Я сейчас дома, как приедешь – напиши мне или позвони, — произнес Серый. — Ок, — ответил ему Антон и скинул.       Так как Шаст катался в городе и сейчас уже ехал к дому Сережи, то оставалось не так и много. Но потом приличное расстояние ехать до Попова. Они не очень близко жили друг к другу, что немного огорчало. — Приехал, — позвонил Антон Сереже, когда стоял около его подъезда. — А, окей. Второй подъезд, пятьдесят четвертая квартира, — Антон готов поклясться, что Матвиенко сейчас улыбался. — Ты серь.. — Шастуну не дали договорить, и послышались гудки. — Да бля.       Ничего не осталось, как подняться самому в эту самую пятьдесят четвертую квартиру. Слава богу был лифт и Шасту не пришлось самому тянуть свои длинные ноги на шестой этаж. Матвиенко открыл дверь с улыбкой на лице. Он прислонился к двери, не переставая улыбаться. — Держи ключи, — протянул он на связке два ключа. — Этот – от верхнего, этот – от нижнего, — Сережа показал на ключи. — А, ещё, слушай. Ты мне сможешь сегодня привезти обратно ключи? А то меня Попов грохнет, — произнес Сережа. — Ты совсем обнаглел? Я не повезу тебе обратно ключи, — Шаст уже подошел к лифту. — Бля. Давай тогда завтра пересечемся где-нибудь. Я, может, в больницу к Арсу поеду, — предложил Сергей. — Да, окей, — согласился Антон и зашел в лифт. — Ну все, пока, — произнес он, когда двери лифта почти закрылись.       Матвиенко лишь закрыл входную дверь и пошел снова на диван.       Сейчас Антон тоже был бы не против лечь на диван, да поваляться, но нет, он поедет в другую сторону от Сережи, к дому Попова, чтобы забрать Шаста. Только Арсений мог дать коту имя, как фамилия парня, который ему симпатичен.       Шастун был рад, что не попал в пробку в такой час и спокойно добрался до дома Арса. Он по памяти набрал код и зашел внутрь. Поднялся на нужный этаж и открыл дверь ключами, на которые указывал Сережа. Дверь скрипнула, и послышалось протяжное «мяу». Антон улыбнулся и зашел в квартиру, прикрыв дверь. — Ну, что, Шаст, скучно тебе тут одному? — котенок, который немного подрос, ластился об руку.       Антон, нося на руках кота, зашел на кухню, забрал остатки корма, которые остались, и миски. Нет, он не жмется и может заехать купить, но просто сейчас уже все зоомагазины закрыты. На сегодня и на завтра, на утро, хватит, а там Шаст купит новый. Антон открыл дверь, закрыл её на ключ и пошел вниз по лестнице, что-то говоря коту на ухо. Когда они оказались в машине, то Антон положил Шаста на переднее сиденье и завел машину. Он немного вздрогнул и задрожал, но Шастун положил на него свою руку, начал чесать за ушком и тот успокоился.       Приехали быстро, Антон опустил кота на пол в гостиной. Поставил миски, насыпал корма и налил воды. Котенок с зелеными глазами стал осматривать свой временный дом, но услышав звук пакета корма, понеся на кухню, в ожидании еды.       Антон посмотрел на него, улыбнулся и достал себе еду. На телефон пришла СМС от отца, что сегодня не приедет, так как корпоратив. Антон лишь подумал «зачем мне это знать» и, ничего не ответив, отложил телефон.