Ангельский хрусталь

      Капли дождя отбивали ритм по крышам домов. Они объединялись в лужи на неровном асфальте, смешивались с грязью на сырой земле. Ветер срывал с деревьев листья, отправляя их в танец. Улицы пустовали, как будто на них никто раньше не гулял. Редко по дороге проедет машина. Она неожиданно появится и так же неожиданно пропадёт из поля зрения, оставляя за собой слабый шум брызгающей из-под колёс воды и приглушённый грохот мотора. Город будто вымер в один момент. Словно всех людей вывезли из него по причине какого-нибудь опасного вируса или ещё чего ужасного. Но всё гораздо проще. В Лос-Анджелесе объявили штормовое предупреждение. Это было странно. Странно, потому что всего несколько часов назад небо было чистым, без малейшего облачка. Лучи солнца опускались на землю, ласкали человеческую кожу своим прикосновением. Люди гуляли по ныне пустым улицам, веселились, загорали и занимались спортом на пляже. Жизнь кипела. События происходили одно за другим: то плохие, то хорошие. Больше всего внимания привлекал пляж Малибу. Сегодня там должно было произойти лучшее событие за весь день. Рок-концерт. Должны были выступить самые известные группы Америки. В том числе и Hollywood Undead. Но из-за внезапно изменившейся погоды концерт был отменён. Никто и не думал, что погода может так резко измениться, особенно в такой тёплый, солнечный день…       Даниэль сидел у окна, облокотившись на спинку стула. Мрачным и скучающим взглядом он наблюдал, как капли дождя медленно скатываются по стеклу, как они объединяются в одно целое, как ускоряются. Заняться было нечем. Этот концерт был как спасательный круг для человека, который тонул в море проблем. Но его отмена позволила утопающему опустится на дно. Он сопротивлялся, пытался выплыть на поверхность, но безрезультатно. Море поглотило его глубоко и надолго. Этим тонущим был Денни. Проблемы, в которых он погряз существовали ещё давно, но тогда они казались пустяками. Сейчас же всё гораздо хуже. Куча долгов, непогашенный кредит, и этот, чёртов, переезд, который они с Терезой давно затеяли. Всё это портило настроение и заставляло уйти в любимую карьеру с головой.       Ах да, Тереза. Она вместе со Скарлетт уехала в гости к родителям. Обещала, что в ближайшие три дня её не будет. С одной, стороны Муриллио был рад, что остался один. Надо было побыть наедине с собой. Разобраться, как действовать дальше, чтобы не остаться умирать на дне того самого моря. С другой же, сейчас никак не хотелось чувствовать одиночество. Мысли, словно озлобленные пчёлы; жалили Даниэля по очереди. Принося всё большую и большую боль.       «Как же всё задолбало» — Подумал Роуз, отворачиваясь от окна, и смотря куда-то в даль — «Так, надо чем-нибудь заняться, пока я тут не сдох.» Он начал осматривать помещение в поисках чего-нибудь занятного, что могло скоротать время. По всей комнате лежали коробки, в которых находились неразобранные вещи. На стенах уже висело пара фотографий и картин. Присутствовал запах ремонта. Аромат отдавал оттенками свежей древесины в переплёте со слабым духом незасохшей краски. Семья Муриллио переехала сюда несколько дней назад. Так что не все вещи были на своих местах, а ремонт только подходил к концу.       Поняв, что разбор барахла это единственное, что может занять его на ближайшие время, он принялся за работу. Встав со стула, Муриллио посмотрел на часы. Шесть вечера. День пролетел быстро…       Время шло. Дождь усилился. Ветер превратился в ураган. Казалось, что наверху кто-то злится и посылает на город весь свой гнев. За окном сверкнула молния. Она осветила весь дом своим белым светом. Даниэль замер у окна с большой коробкой в руках. Она была последняя. В ней лежали вещи Скарлетт, которые он хотел отнести в её комнату. На улице было так темно, что казалось, будто где-то там обитают самые страшные монстры, которых только можно представить. «Темно же…» — Роуз украдкой посмотрел на часы — «Десять вечера. Надо бы отдохнуть.»       Денни направился на второй этаж. Зайдя туда он осмотрелся по сторонам. На белых стенах висели фотографии. В углу коридора стояли цветы в вазе. В другой части помещения — комод. Было темно, но достаточно, чтобы разглядеть всё это. Снова сверкнула молния, подсветив силуэты Муриллио и предметы, что его окружали. Даниэль зашёл в комнату своей дочери. Включил свет. Детская была самым ярким и красочным пространством в доме. На стенах были розовые обои с цветами и бабочками. Пол был покрыт бежевым ковролином. Таким мягким, что на нём можно было легко уснуть. Рядом с кроватью стоял кукольный домик, напоминавший замок принцессы. В нём сидели куклы с разным видом причёсок. Самым большим в комнате был шкаф. Он был старым, скрипучим и некрасивым. Но Скарлетт он нравился. И когда Тереза собиралась его выбросить, девочка запротестовала и залезла внутрь. Долго шли переговоры о том, чтобы она оттуда вылезла и разрешила совершить затеянное. Но её упёрство не позволяло. «Вся в отца» — Сказала тогда Тереза. Наконец они нашли компромисс и поставили шкаф в новой комнате Скар. Сейчас его внешний вид гораздо лучше, чем раньше. Выкрашенный в белый цвет с наклейками в виде цветочков и бабочек, он хранит самые красивые наряды маленькой Муриллио. Поодаль стоял рабочий стол, где девочка обычно делает уроки, рисует или играет. На нём стояла большая настольная лампа, а рядом лежала стопка книг. Денни положил коробку на пол и подошёл к столику. Сказки, одни сплошные сказки, которые Скарлетт любит слушать на ночь. Взяв один из мистических рассказов, Роуз раскрыл его и начал читать. От тёплых воспоминаний на лице невольно появилась улыбка. Эту книжку он читал дочке недавно, перед их отъездом с Терезой. Кажется, они её не дочитали.       «Было это на самой заре времен. Далеко на востоке того края, где живут индейцы пуэбло, на вершине горы обитало страшное чудовище…» — Прочитал про себя Муриллио, сев на край кровати — «…Его прозвали Пожирателем Туч. Был он величиной с гору, а пасть свою раскрывал с востока далеко на запад…»       Мужчина не заметил, как прилёг. Он продолжал читать, слушая, как дождь за окном то ускорял темп, то замедлял. Рассказ шёл медленно, текуче. Иногда слова запоминались, а иногда — нет. Они отражались в памяти плохо, так же, как если увидишь своё отражение в запотевшем зеркале. Всё размытое, нечёткое. Время шло, и Денни всё чаще то пропускал слова, то перескакивал на другую строчку, не заметив разницы. Он зевнул, его глаза начали слипаться. То ли чары сказки убаюкивали, то ли колыбель, которую нашёптывал дождь. Руки ослабли. Открытая книга упала на грудь. Глаза закрылись. Даниэль уснул.       Ветер срывал листья с деревьев, отправляя их в танец. Где-то вдалеке гремел гром. Капли дождя отбивали ритм по крышам домов. Ливень стихал, ведь его песня подходила к концу. Она всё тише и тише. Дождь закончил петь. Петь колыбель.