Мусорщик

У него было и настоящее имя, но сейчас он Крысенок, потому что живет в трюме. Живет и работает. Капитан не потерпит дармоедов на корабле. Посудина, на которой летает Крысенок, занимается сбором мусора и переработкой его во что угодно, в том числе в энергию. Кочуют по космосу, очищая пространства вокруг обитаемых планет и поля былых сражений. В обязанности Крысенка, а коротко — Кры, входит слежение за работой тяглового луча, который собирает все, что оказывается в зоне его действия и затаскивает в горловину реактора, и за данными сканеров, определяющих безопасность мусора и биологические объекты. Биологические объекты привлекают особенно сильно, поэтому затаскиваются в трюм при первой возможности, хоть это и не законно. Реактору все равно, что перерабатывать, но Кры считает, что уничтожать живое — не гуманно. В конце концов, его тоже выловили в открытом космосе, болтающегося в спасательной капсуле. Он ценил жизнь. Мечту о собственном зоопарке капитан зарубил на корню. Всех найденных животных списывали с корабля при первой возможности. Растения оставлять разрешил, они пополняли коллекцию биоотсека доктора Ныэма. Нельзя отрицать, что без проколов не обошлось. Черную слизь удалось вытравить только жестким излучением и кислотой. Капитан был жутко зол и велел запереть в железный гроб карцера на три дня. Едва не помер, но был выхожен другой своей находкой — разумным богомолом двухметрового роста. Богомол оказался хорошим навигатором. Капитан забрал его наверх, а Кры вернул в трюм, где заставил сутками напролет перетаскивать погрузочным роботом разнообразные контейнеры всех видов и сортов. Это было жутко утомительно, парнишка едва добирался до койки и падал замертво. Когда капитан разрешил вернуться к прежним обязанностям, Крысенок едва не рыдал от счастья. Почти год все было тихо и скучно. В свободное время развлекался, разбирая различные узлы и механизмы, попадающиеся под руку. На пятнадцатилетие капитан сделал ему подарок, позволил выходить в открытый космос с другими сортировщиками. Теперь он не только сидел у приборов, но мог лично забрать интересный обломок. Или живое. Смена подходила к концу, когда запищал биосканер. Кры остановил погрузку, и мусор завис в поле тяглового луча. Он ужом ввинтился в тяжелый скафандр, натянул шлем, проверил герметичность баллонов с воздухом, прицепил к поясу портативный сканер. — Дипси, я наружу, открой переходник номер три! — проорал в коммуникатор. Раздалось ответное хрипение, связь здесь всегда была никакой, и люк открылся. Внутри голубого свечения застыли камни и обломки самого разного происхождения. Почти сразу наткнулся на спасательную капсулу, потом еще одну и еще… Со своего места он насчитал семнадцать штук. Наверняка их было больше. Эмблема и название корабля ему ничего не говорили, надо запрашивать через бортовой компьютер. Многие были открыты или повреждены снаружи и изнутри. Будто эвакуировавшиеся взрывали себя сами. Может, так и было, ресурс капсул выработан подчистую. Но, какая-то подавала же признаки жизни! Он полетел вдоль луча, сканируя каждый объект, и, почти на пределе действия, обнаружил то, что искал — целую капсулу с живым обитателем. Попробовал разглядеть через стекло, кто там внутри, но оно почернело от высоких температур. Отложив любопытство на потом, подцепил находку и потащил в док. Силовое поле плавно обтекло и сомкнулось за спиной, пропустив в пустой ангар. Сейчас это на руку. Кры не любил разбираться с находками при свидетелях. Это его добыча. Дождавшись сигнала, что атмосфера восстановлена, скинул скафандр, обошел капсулу. Она здорово пострадала, открыть обычным путем не удастся, значит механический. Сбегал за манипулятором 2412. 2412 был трехметровым роботом со сменными насадками и сервоприводами, увеличивающими собственную силу во много раз. Кры звал его Железная рука и почти любил за легкое управление и надежность. Быстро забрался в кабинку, вставил руки и ноги в крепежи, запустил моторы и пошагал к капсуле, стараясь сильно не грохотать. Надрезал оплавленный металл по контуру двери, проткнул дыру в предположительно безопасном месте, и рванул. Овальный кусок металла повис в зажиме. С высоты кабины казалось, что внутри пусто, но сканер упорно показывал наличие жизни. Может там маленький зверек? Тот, кто был внутри, выбираться не спешил. Кры спустился, пару раз глубоко вдохнул, пытаясь унять внутреннюю дрожь, и заглянул в темноту. На дне капсулы, свернувшись в тугой комок, лежал гуманоид. Кры потыкал его сканером, реакции не последовало. Тогда парнишка ухватил его за одежду и вытащил наружу. Существо было удивительно легким и холодным, донести его до своей каюты не составило труда. Укутав находку во все тряпки, которые нашлись под рукой, пошел убирать капсулу в надежное место. Рабочие узлы и запчасти всегда пригодятся. Заодно запустил тягловый луч и сдал смену. Найденыш лежал на том же месте, исправно дышал, но больше никаких признаков жизни не подавал. Кры сел рядом и принялся его рассматривать. Рост и пол определить было затруднительно из-за позы эмбриона, но, предположительно мужской, судя по покрою одежды темно-зеленого цвета и чертам лица. Сквозь пергаментно-тонкую белую кожу просвечивали зеленоватые венки. Брови и волосы спереди обгорели, оставшиеся были тёмные, тусклые и свалявшиеся. Кожа лица тоже пострадала, но ожоги успели почти сойти. Или он умел лечить себя или болтался в космосе довольно долго. Судя по сухим тонким пальцам — второе. Кры попробовал говорить с ним, тормошить, поить водой, но не смог разжать челюсти ни на миллиметр. Провозившись несколько часов кряду, плюнул, лег спать, работу никто не отменял. Так как кровать была одна, пришлось отодвинуть мелкого к стенке, забрать у него одно одеяло и лечь с краю. Не сразу, но удалось заснуть. Проснулся от судорожного шепота на непонятном языке и боли в запястье. — Компьютер, свет на пятьдесят процентов. Теперь можно было разглядеть, что найденыш развернулся, вцепился в его запястье, оставляя синяки, и быстро говорит хриплым голосом, глядя в лицо Кры черными, из-за расширившихся зрачков, глазами. Единственное, что парнишка понял без всяких слов, это, что мелкому больно. Судороги пробегали по бледному лицу, приподнимая губу в оскале, заставляя морщиться и задыхаться. Речь замедлилась, он закатил глаза и потерял сознание. Без лазарета не обойтись. О чем думал раньше? Почему не пошел сразу? Боялся. Теперь его отнимут, а Кры даже не успел понять кого же спас. Кое-как натянув штаны, подхватил тщедушного постояльца на руки и понес в лазарет. Дежурил доктор Ныэм. Спокойный, как танкер, центавриец. Кры даже обрадовался, что попал на его смену, а не к нервной, мнительной Лане Ру. — Доктор, я вот, в мусоре нашел… Ныэм степенно поднялся из-за стола, указал на биокровать. — Никак не успокоишься, — полувопросительно, полуутвердительно пробасил он. — И кто в этот раз? — Не знаю. Но ему очень плохо. — Положил? Отойди. — Не могу! — показал запястье Кры, в которое мертвой хваткой вцепился спасенный. Доктор кивнул, взялся за медицинский сканер, долго водил вдоль тела, хмыкал, угукал, потирал, то ухо, то подбородок. Взял немного крови на анализ, запустил аппаратуру. Результат заставил его изумленно вскинуть брови и почесать затылок. — Что там, доктор? — не выдержал Кры. — Умеешь ты удивить. Знаешь кто твой спасенный? Кры мотнул головой. — Гибрид трех кровей. Терранской, вулканской и орионской. Во как. Кры присвистнул. Даже ему было понятно, что такое сочетание случайно не получишь. — И анатомия у него совершенно оригинальная. — Его можно вылечить? Доктор еще раз посмотрел на результаты анализов и сканера. — Можно попытаться. — А отцепить его от меня? Доктор пробежал глазами по полкам, нашел нужный препарат, зарядил в гипошприц. — Это транквилизатор. Если я угадал, то через минуту он тебя отпустит. Препарат подействовал правильно, Кры оказался на свободе. — И что теперь? — Сделаю, что смогу. Остальное решит капитан. Идите спать, молодой человек. Кры попрощался кивком и вышел. Работа не ладилась. Ничего непоправимого он не натворил, но уже три раза вставал тягловый луч, приходилось останавливать и перенастраивать. Постоянно казалось, что загорается тревожная лампочка, или звонит коммуникатор. Пять раз бегал в конец ангара, где связь была лучше, боясь пропустить сообщение. Вдруг капитан вызывает, а он не слышит. Реальный вызов поступил после окончания смены, как только дошел до каюты. — Крыс, поднимись в лазарет, — прохрипел вечно простуженный Дипси. — Иду, — переодеваясь в местный аналог формы, бросил в коммуникатор и отключился. По лестницам и коридорам буквально бежал. У дверей лазарета остановился, привел одежду в порядок, пригладил вихры. Едва открылась дверь, его чуть не снесло звуковой волной. Отчаянный визг звучал на одной ноте с кратким перерывом на вдох. Доктор Ныэм знаками велел пройти внутрь и закрыть дверь. Кры осторожно приблизился к кровати, на которой сидел, обняв колени руками, найденыш и визжал, запрокинув голову назад. Кры протянул руку и коснулся его плеча. Мелкий молниеносно вцепился в его запястье и замолчал. — Блаженная тишина, — пропыхтел доктор, доставая затычки из ушей. — Давно он так? — Как действие транквилизаторов заканчивается, так открывает рот. Настойчивый малый. На данный момент вполне здоровый, осталось откормить. Я ему даже уши восстановил. Только волосы пришлось сбрить. — Новые отрастут, — задумчиво ответил Кры, рассматривая полуострые уши ребенка. Где-то он такие уже видел. Не круглые, как у терранцев, не острые — вулканские, средний вариант, очень изящный и аккуратный на вид. В палату вошел капитан, все вытянулись по стойке смирно. Доктор доложил положение дел. — Пробили мы твоего найденыша по информационным базам, — капитан посмотрел на Крысенка тяжелым взглядом. — Он из экспериментальной лаборатории, разрушенной в ходе военных столкновений. Его согласна забрать другая научная станция, но только в качестве опытного материала. Мальчишка сделал большие глаза и вцепился еще крепче, заставив Кры поморщиться и глянуть на него сердито. — Капитан, но вы же не отдадите его… для опытов. Он же живой и разумный, — неуверенно начал Кры. — Насчет разумности не подтвержу, — вставил своё мнение доктор. — За все время, сколько он был в сознании, разумных действий я не увидел. — Просто он испугался, — парнишка, не задумываясь, погладил пальцы, сжимавшие запястье. Мелкий судорожно икнул и кивнул, подтверждая сразу два факта, и что испугался, и что понимает космолингв, на котором общались остальные. Доктор попытался получить ответы на свои вопросы, капитан — на свои, мелкий молчал, переводя испуганный взгляд с одного на другого. Его опять затрясло. Он уже закатил глаза и вдохнул поглубже, но Крыс резко приказал: «Отставить!», и мелкий захлопнул рот, под одобрительные возгласы доктора. Капитан еще раз внимательно посмотрел на нового члена экипажа, перевел взгляд на Крыса. — Разрешаю оставить его на корабле при условии, что за неделю ты приведешь его в чувство и найдешь работу. Бездельников не потерплю. — Есть, сэр! — облегченно выдохнул Кры. Капитан на секунду снял фуражку, характерным жестом всей пятерни поправляя седые волосы, и Кры увидел точно такие же полуострые уши. Вот это да. Значит капитан тоже… Все свои мысли и открытия быстро спрятал под бесстрастное лицо. Мало ли что. — Доктор, значит, мы можем идти? Вы же сказали, что он здоров. — Идите. Приведешь его на осмотр через два дня. — Хорошо. Пошли, — потянул за собой подопечного. Тот спустился с кровати и замер в нерешительности. — Что еще? — обернулся Кры. — Одежда, — едва слышно прошелестел тот. Действительно, мальчик стоял в одноразовом медицинском халате с парой редких застежек на спине, переступая босыми ногами. — Доктор, дайте ему что-нибудь, добраться до репликатора. — Воспользуйтесь нашим. — Неет, мне свой привычнее, — улыбнулся Кры. — Заворачивайся в одеяло, мигом донесу, — обернулся к мелкому. Тот нежно зазеленел от смущения, но сделал, как просили, притих на руках. — Спасибо, доктор, одеяло потом занесу, — кивнул Кры и отправился в свою каюту. Широко шагая по коридорам, Крыс радовался, что сейчас корабельная ночь и никого нет. Болтать и объясняться не хотелось. Потом. — Какой же ты легкий, — слегка подбрасывая мальчишку, веселился Кры. — Сейчас хоть водой напитали, кожа не такая бумажная, а то думал, порвется от любого прикосновения. И чего орал? Подумаешь, пару уколов сделали, зато во, живой, — он широко улыбнулся, прижимая ношу покрепче к груди. — Ты ушел, якоря нет, страшно. Думал опять лаборатория, будут изучать, делать больно. Что это за корабль? От шелестящего голоска у самого уха пробежали мурашки, веселье как рукой сняло. — Мусорщик. Я нашел тебя среди обломков. — Лабораторию взорвали, меня выкинули в космос. Я плохой, гибрид, таких нельзя делать, надо убивать, — он немного отстранился. — Выдумал тоже, убивать. Даже капитан согласился, чтобы ты остался, а уж его не разжалобишь слезами, он в корень зрит. Так что сейчас сделаем тебе одежду, поедим и спать. Завтра работать. Они пересекли гулкий ангар и свернули к каюте Крыса. Сгрузив ношу на кровать, парнишка замялся смущенно. — У меня тут немного не убрано… Мелкий обалдело огляделся и чуть улыбнулся, согласно кивая. Помещение, служившее Крысу домом, было довольно большим, по корабельным меркам. Около двадцати квадратных метров, с высокими четырехметровыми потолками. Со светом и теплом проблем не возникало, а вот с порядком было напряженно. Справа от входа располагались койка и откидной стол со стулом, заставленные тарелками и чашками из репликатора. Рядом на полу грудой навалены чертежи, остальное пространство пола и стен заполнено запчастями и механизмами всех видов и сортов. Освещалось металлическое богатство гирляндами лампочек и светящихся трубок, разных размеров и цветов. Это выглядело… живописно. Кры разгреб пространство перед репликатором, углубился в программу. — Придется подождать. Одежды такого размера в меню нет, но я сейчас допишу, — он быстро застучал по клавиатуре. Первый комплект одежды полетел в утилизатор, так же как и второй. Выругавшись, он опять полез править программу и не заметил когда за плечом встал мелкий. — Ошибка в шестнадцатой и пятидесятой строке, — прошелестело над ухом. Кры вздрогнул и обернулся. — Я уже два раза перепроверил. Если такой умный, исправляй, — выудил его из-за спины и посадил на колено, давая доступ к компьютеру. Мальчик быстро изменил указанные строки, потом еще несколько, и нажал «пуск». Репликатор тихо загудел и выдал водолазку, штаны, жилет и ботинки. А чуть позже пару комплектов белья и носки. Все было в коричнево — бежевых тонах, а жилет получился двусторонний — коричнево — оранжевый. — Я думал зеленое тебе привычней, но это тоже ничего, практично, — согласился Кры, рассматривая свежеодетого подопечного. — А что ты любишь есть? Мальчик опять забрался к нему на колени и углубился в изучение меню. — Меня зовут Тройнек, а тебя? — не оборачиваясь, спросил он. — Крысенок, Крыс или Кры, — непонятно почему вновь смутившись, ответил паренек и поёрзал на стуле, заставив мальчика ухватиться за край стола, чтобы не сползти на пол. — Это кличка, а имя? Кры завис. Именем его не называли много лет, хотя оно и не сильно отличалось от клички. — Кристобаль. — Значит, не Крыс, а Крис, — легкая дымка веселья, казалось, окутала мальчика и повисла в воздухе, заставляя улыбаться. — Для меня ничего нет, но подойдет это и это, — он заказал пару салатов и травяной чай. — Тройнек, а сколько тебе лет? — задал Крис свой вопрос, чтобы отвлечься от охватившего беспричинного веселья. — Четырнадцать лет и десять стандартных месяцев. Из-за своей гибридной природы выгляжу младше. Зато я сильный. Он сжал край металлического стола, и на поверхности осталась вмятина. — Ого, — восхитился Крис. Тут же спохватился и ворчливо добавил: — Стол испортил. — Извини, — зеленея ушами, сполз с коленок Тройнек. Он забрал свои тарелки и хотел перенести на стол, но там не нашлось и клочка свободного места. Крис поспешил освобождать пространство, скармливая мусор утилизатору. Заказал себе сардельки с картошкой, придвинул табуретку, сел с другого края и принялся есть. Химическая имитация была так себе, но он давно привык и не помнил вкуса настоящих продуктов. Поев, мальчик пошел рассматривать содержимое комнаты, а Крис — рассказывать о своих задумках. Оба чувствовали себя так, будто знакомы не первый день. Сторонний наблюдатель не поверил бы, что несколько часов назад Трой заходился криком, не в силах успокоиться. Крис тоже с интересом наблюдал за стремительной переменой и ждал подвоха. Подвох не заставил себя ждать и появился в лице Дипси — молодого связиста с вечно охрипшим голосом. — Крысенок, пошли, посидим полчасика, Тиль и Улли уже ждут. Дон бражку выгнал на твоём аппарате. — И как? — заинтересовался парнишка. — Без тебя не пробовали. Крис подхватил робу и направился к двери, когда подал голос Тройнек. — Я с тобой. — Опа, а это у нас кто такой маленький и хорошенький? — Дипси сделал шаг в его сторону, протягивая руку к лицу. Тройнек напрягся и неуловимо быстро перегруппировался, готовясь к драке. — Стоп, стоп, стоп! — Крис встал между ними. — Дипси, иди, я догоню. Тот многозначительно хмыкнул и вышел. Крис повернулся к найденышу. — Ты не можешь всюду ходить со мной. Жди здесь, я скоро вернусь. Тот никак не отреагировал, а когда Крис вышел и закрыл дверь, сел между кроватью и столом, сжался в комок и тихо заскулил. Тройнек был недоволен собой. Очень недоволен. После месяца болтания в спасательной капсуле, когда все думы передуманы, практики перепробованы и с жизнью попрощался, но не смог насильно прервать, как другие, он потерял себя. На первый план вышел животный инстинкт выживания. Ускользающий разум зацепился за яркий ум Криса и хотел его в полное и нераздельное владение. Пригодилась и врожденная хватка и орионские феромоны. Хорошо, что никто не заметил, какую прочную связь установила вулканская часть его сознания. Терранская треть руководила захватом, она же теперь мучила угрызениями совести. Психологи лаборатории пищали бы от удовольствия, расскажи он им о таком раскладе. Из-за них же и чувствовал себя расколотым на отдельные куски. Надо взять себя в руки и восстановить ментальные щиты, чтобы Крис не чувствовал его панику, и не чувствовать самому, как он напивается жидкостью подозрительного происхождения. Если быть хорошим, не прогонят же? Выбравшись из-под стола, Тройнек пошел реплицировать свежее постельное белье и пижаму. Спать на заляпанной машинным маслом постели совершенно не хотелось. В полчаса дегустация самогона не уложилась. Даже трех часов показалось мало, но навязчивая мысль, что пора вернуться, таранила затуманенный мозг. Дошел на автопилоте, проснулся под навязчивую трель будильника, с больной головой, и обнятый грамотным захватом. Не придушили, но сбежать невозможно. — Трой, — завозился паренек, пытаясь вырваться из кольца рук и заткнуть будильник. — Трой! — поморщившись от звука собственного голоса, рявкнул Крис ему на ухо. Мелкий вздрогнул, часто заморгал, пытаясь понять в чем дело, осознал своё положение в пространстве, разжал руки, нежно зеленея ушами. — Будильник. Выключи будильник, у меня сейчас череп треснет, — простонал Крис, медленно садясь на кровати и сжимая голову ладонями. Тройнек быстро исполнил просьбу, вернулся на кровать, сел сзади и принялся массировать какие-то точки, на голове и шее незадачливого алконавта. Очень хотелось сказать, что пить надо меньше, но сдержался. Кажется, Крис это и сам понял. Минут через пять парнишке стало легче, а потом настолько хорошо, что захотелось целовать волшебные руки массажиста. И не только руки. Стоп, дурацкая идея. Раньше такие в голову не лезли. — Спасибо, мне уже лучше, — криво улыбнулся Крис и быстро смылся в ванную, стараясь не поворачиваться передом. Трой остался анализировать полученные эмоции и обрывки мыслей. Вулканская часть ругалась с орионской ни на жизнь, а на смерть. Голову бы оторвать тому умнику, который решил совместить в одном теле такие разные по физиологии и традициям расы. Хотя, обе уже напортачили. Интересно, а пон-фар в двадцать один год тоже накроет? Вулканская ярость крови, плюс орионские феромоны, да с человеческой фантазией… смерть всему живому в радиусе большого взрыва. Можно пока об этом не думать? Спрыгнул с кровати, быстро переоделся и занялся завтраком. Крис уже вполне оклемался, переоделся в рабочее и быстро принялся за еду, попутно оглядывая расчищенное пространство и застеленную кровать. — Чем ты обычно занимался до… — он запнулся, подбирая нейтральное слово. — Учился. Физика, химия, биология, языки, программирование, история и культуры разных планет, борьба. Разное другое, — свернул он повествование, видя все расширяющиеся глаза старшего товарища. — Если тут есть доступ к информационной базе, то могу продолжить учиться. — Доступ есть, только коды у капитана. Сходим, когда придумаем тебе основную работу. — Почему он не назначил её сам? — Не знаю. — Тебе во сколько на смену? Крис взглянул на часы и быстро побросал грязную посуду в утилизатор. — Опаздываем. Они быстро зашагали по коридорам и через три минуты были на месте. — Грей, я пришел, сдавай смену. Из кресла перед пультами поднялся пожилой терранец, с хрустом потянулся, охнул, схватился за поясницу. — Происшествий нет, все системы работают штатно, — отрапортовал он уставшим голосом. — Биологических объектов не было? — Не было. Тебе одного мало что ли? — ухмыльнулся он и пристально поглядел на Троя. — Смазливенький. Хорош? — Да вы что, сговорились?! — разгневанно воскликнул Крис. — Не сплю я с ним! — Значит можно передать мужикам, что он ничей? — В смысле? — В прямом. Посмотри, в нем же орионская кровь за парсек видна. Никто не откажется от такой куколки. — Он мужчина! В смысле, мальчик. — Так у мальчиков тоже есть куда вставить, — недвусмысленно выразился Грей и с вызовом посмотрел на Криса. — Решай сейчас, Крысенок, твой он или не твой. Потом передумать не дадут. Крис посмотрел в полные ужаса глаза мелкого и твердо заявил: — Мой. Так мужикам и передай. Кто тронет — убью и в реактор скину, концов не найдут. — Ладно, ладно, не кипятись. Понял. Смену сдал. — Смену принял. Окинув, напоследок, мальчишку масляным взглядом, мужчина вышел. Крис выдохнул, подошел к мелкому, прижал к себе, погладил по бритой голове. — Спасибо. — За что? — Что не отдал этим. — Вот еще, обломятся. И чего это они все, как с цепи сорвались? Никогда такого не было. — Феромоны, — с тяжелым вздохом пояснил Трой пуговице на робе Криса. Крис вспомнил свою реакцию на мелкого и мысленно застонал. — А что-нибудь сделать с этим можно? Чтобы хоть не кидались? — Я попробую, только нужен доступ к базам данных. Мне не успели объяснить, как же это контролируется осознанно. — Понял. К капитану идем сразу после смены. А пока вот тебе сборник инструкций, наслаждайся чтением. Тройнек устроился в свободном кресле с информационным устройством и затих. Крис сосредоточился на показаниях приборов и забыл о его существовании. За узким длинным иллюминатором медленно проплывали выловленные куски металла, разный мусор и мелкие камни. Мерное мигание индикаторов и плавно плывущие обломки за бортом постепенно убаюкивали. Крис дважды наливал себе кофе, но реплицированный вариант содержал крайне мало кофеина. Достать бы настоящий, говорят — бомба. Одна кружка и будешь бегать по потолку. Крис представил себя на потолке, Трой закашлялся, скрывая смех. Картинка оказалась такой яркой, что легко прилетела по внутренней связи. В этот момент раздался страшный скрежет, индикаторы бешено замигали. — Что это? — испугался Тройнек. — Мне надо выйти развернуть эту чертову железяку, а то она борт пропорет. Садись за пульт. Это кнопка связи, это блок тяглового луча, это сканеры. Ты много успел прочесть? — Почти все. — Ну и скорость. Значит, никого звать не будем, разберешься, если что. Я быстро. Ушел в переходник, отработанными движениями облачился в скафандр, запросил выход, нырнул в открывшийся люк. Железяка была не только огромной, но и рогатой. Никак не хотела поворачиваться как надо в массе других обломков. Луч неумолимо затягивал мусор в жерло реактора, не давая времени на обдуманные действия. Крис включил резак и попытался найти самое тонкое место, чтобы разрезать рогатину на куски. Металл поддавался туго, времени оставалось все меньше. — Давай я остановлю луч? — предложил Трой. — Не надо. Потом придется заново разгонять все это дерьмо, тратить лишнюю энергию. Я успею. — Вероятность успеха пятнадцать целых, двадцать сотых процента. — Это вулканская часть считает? — хохотнул парнишка и увернулся от острого обломка, чуть не протаранившего плечо. — Ты тоже будешь делить меня на части?! — со злостью выпалил мелкий и отключился. Крису стало не по себе от накатившего отчаяния. Странная и неуместная эмоция. Будто не его. Он со злостью оттолкнул неподатливый обломок, тот закрутился, зацепил другие обломки, один больно ткнул в спину, выкинул из луча, оставляя себе один из маневровых двигателей и повреждая питание другого. Чертыхаясь, Крис летел от корабля, не имея возможности двигаться в нужном направлении, а только кувыркаться в пространстве и орать в молчащий коммуникатор. Корабль постепенно отдалялся. С этого расстояния можно было разглядеть его целиком. Огромный и сияющий, как ёлочная игрушка, переливающийся рекламными слоганами на всех языках. «Наша энергия доставит вас к любой звезде!» Сбоку присосались два больших шаттла, заряжаясь. Тревожно замигал датчик герметичности, к нему присоединился воздушный. Отлично. Жить оставалось от силы десять минут. Пора начать думать о вечном. Крис закрыл глаза и раскинул руки. В голове уже все кружилось, холод проникал под одежду, видимо термосистема тоже сдохла. Интересно, он быстрее замерзнет или задохнется?