Неприкасаемая

Крыша. Ночь. Звезды. Даже летом в футболке немного холодно. Меня преследует необычное ощущение: я хочу отдать этой девушке все, что у меня есть. Умереть, но добыть то, чего у меня нет, и тоже отдать ей. Стать для нее всем, чем она пожелает. Только пусть она никогда не отпускает мою руку. Я постаралась поднять глаза и посмотреть на Аленку. В ее взгляде я заметила какой-то странный и неуместный интерес, какой ей совсем не был свойственен. Подруга сделала шаг вперед, чтобы сократить расстояние между нами до минимума.  — Вы опять здесь? — послышался голос со стороны входа на крышу, и Аленка отшатнулась от меня, отпустив мою руку. Меня будто водой окатили. Я пришла в чувства и посмотрела в сторону вошедшей.  — Что не спишь? — улыбнулась Аленка Маше и закружилась в вальсе вокруг нее. Мне стало немного неловко. — На-на-на, на-на-на, — мурчала она себе под нос, ставя явное ударение на сильную долю.  — Да вот, нашла все же важную информацию, — сказала Маша, открыв свой ноутбук, который, кажется, вообще никогда из рук не выпускала. — Хочу сообщить сразу, если вы не спите.  — М? — Аленка перестала танцевать, подошла к подруге и уставилась в экран гаджета. Я заметила розовое пятнышко на шее у Маши и немного задумалась.  — Вот, читай здесь, — она ткнула пальцем в ноутбук и отдала его Аленке.  — Та-ак, — вторая забродила кругами по крыше, быстро пробегаясь глазами по строчкам. — Так-так-так, угу-угу, та-ак, хм… — вдруг она остановилась с широко распахнутыми глазами. — Что?.. — Аленка бросила взгляд на нас, а потом снова уткнулась в экран. — Не может быть… Она резко захлопнула крышку умного устройства, подорвалась с места и на полной скорости бросилась на Машу. Я отшатнулась.  — Спасибо-спасибо! — радостно воскликнула рыжая подруга, обнимая шатенку и целуя ее в щеки. Я была бы не против оказаться на ее месте. Ой, как не против. — Сейчас же и приступим к поискам! — она встала в позу капитана корабля и устремила свой взгляд в даль.  — Спать пора, завтра начнем, — зевнула Маша и направилась к спуску с крыши. — Это, конечно, важно, но не настолько, чтобы губить свое здоровье отсутствием сна, — напоследок обернулась она и скрылась из виду.  — Ты представляешь? — возбужденная Аленка схватила меня за плечи. Как она так быстро возникла передо мной? — Есть несколько зацепок по местоположению ключа от врат, Маша их все обработала и получила точное место! — тарахтела подруга. — Теперь я вернусь к родителям! — она сжала мои плечи и запрыгала на месте. Вдруг девушка замерла, после чего улыбка сползла с ее лица. Аленка отпустила мои плечи и отошла немного назад. Повисла неловкая тишина. Я знаю, что не так в ее поведении, и знаю этому причину. И у кого угодно спроси — любой ответит, почему она так поступает. Но мы с ней еще дети, поэтому нужно это учитывать и стараться не обращать внимание.  — Я… — голоса все еще не было. — Спать, — я стала спускаться по лестнице, но в этот раз Аленка не остановила меня. Наверное, это и правильно, потому что тут нет ничего, что можно было бы сказать или сделать, чтобы изменить существующее положение. Она хочет уйти. Несмотря на мои чувства к ней, на то, что здесь останутся ее друзья. Несмотря на то, что за вратами ее ждут люди, которых она даже не знает. Я упала на постель лицом в подушку и постаралась забыть о том печальном факте, о котором узнала сегодня. Нужно просто смириться с тем, что меня это никак не касается, я не являюсь частью жизни Аленки и никогда не смогу даже претендовать на то, чтобы ей стать. Она существует независимо от других, ни к кому не привязывается, никого не пускает в свое сердце. Не знаю, правда, осознанно или нет, но это мало что меняет. Она недосягаемая. Она неприступная. Она неприкасаемая.

***

 — Снежка, вставай, сегодня важное дело! — чей-то голос настойчиво будил меня, а чужие руки раскачивали мое тело из стороны в сторону.  — Идите без меня, — я отвернулась к стене и накрылась одеялом с головой. Повисла тишина. Руки перестали меня трясти.  — Что это с ней? — прошептал кто-то. — Обычно она очень рада приключениям.  — Хм, — хмыкнул другой человек, вполголоса. — Не знаю, но давай тогда не будем ее сегодня трогать. Спустя минут десять нарочито тихих сборов, подруги ушли, закрыв за собой дверь на ключ. Я осталась лежать в постели. Я понимаю, что поступаю эгоистично, но ничего не могу с собой поделать. Я не хочу помогать Аленке уходить в другой мир и бросать меня здесь. Хотя я и понимаю, что они и без меня смогут найти этот дурацкий ключ, тем не менее, я не хочу быть тем, кто в этом поучаствовал. Мне так будет спокойнее — знать, что я не была соучастником в преступлении против меня же. Я ворочалась и не могла спать. В голову лезли плохие мысли. На глаза наворачивались слезы от одной мысли, что девушка, в которую я так долго была влюблена, скоро уйдет. И я понимаю, что может случиться и так, что люди захотят оставить врата открытыми или объединить миры снова. Но она все равно будет далека от меня. Хотя бы мыслями. И, конечно же, чувствами. Меня удивило то, что я не слышала голоса Аленки, когда девочки собирались на поиски ключа. Обычно она всегда прибегает к нам, встав раньше всех, будит жителей этой комнаты и бурно рассказывает, как надо срочно куда-то бежать, а то что-нибудь где-нибудь не успеем. А сегодня не пришла. Интересно, почему. Ведь это было действительно важно для нее. Это дело, пожалуй, самое важное из всего, за что мы брались. И самое пугающее своей неизвестностью. Весь день я пролежала в кровати в своих мыслях, даже не вставая что-то перекусить или отойти в уборную. Все это время я была в полусне, и биологические потребности будто просто отключились. Нет, это не полусон. Это полукома. Осталось только умереть.  — Снежка, мы пришли! — заявила, кажется, Варя, входя на чердак и впуская с собой прохладный вечерний ветер. Хотя, возможно, это от нее так дует: она же все-таки обладает стихией воздуха.  — Все еще в постели? — спросила Маша и дотронулась до моего лба.  — С ней все в порядке? — я услышала любимый и губительный одновременно голос и вздрогнула.  — Температуры нет, — Маша убрала свою руку, и я снова накрылась с головой.  — Ладно, мы с Машей отойдем к Коту, а ты присмотри за ней, — скомандовала Варя, и спустя несколько секунд хлопнула входная дверь, оповещая о ее выходе. Единственная девушка, оставшаяся в комнате помимо меня, — Аленка — села на краешек моей кровати и положила свою руку на мое плечо. Я все еще была повернула к стенке, поэтому не видела ни лица, ни эмоций — ровным счетом ничего. Вдруг Аленка стянула с моей головы одеяло. Я почувствовала теплое прикосновение губ на моей щеке. По телу побежали мурашки. Сердце заколотилось будто в последний раз. Хотя вполне вероятно, что это и есть его последний раз. Аленка аккуратно перевернула меня на спину и теперь уже поцеловала мои губы. Потом легонько укусила и потянула нижнюю.  — Касайся, — прошептала она мне в губы, взяла мою руку и поднесла к своей щеке. Такая теплая. Эта девушка вся теплая. Я хочу получить хотя бы часть этого тепла. Правда, иногда я забываю, что если получу его, то растаю, как кусочек льда. Огонь нельзя подносить к нему, если не хочешь, чтобы он растаял. И именно лед растает, потому что огня здесь настолько много, что его никогда не потушить даже целым океаном воды. Она провела языком по моей нижней губе. Одна ее рука была в моих волосах, а вторая — забралась под футболку и одним пальчиком водила по моему животу. Жарко. Вдруг входная дверь со скрипом открылась (видимо, ее не закрыли на ключ). Я пыталась оттолкнуть Аленку, но ей, кажется, было все равно на свидетелей.  — Что здесь… — я опять не смогла отличить голос, а глаза у меня были закрыты (не только веками, но и еще кое-кем). — Ален, иди домой, — почему-то разозлилась Варя. Аленка отодвинулась от меня, повернула голову и посмотрела на вошедшую каким-то хитрым взглядом. Пугающим взглядом. Будто она задумала что-то нехорошее. Варя указала ей на дверь, у которой в непонимании стояла Маша. Аленка встала и, не спеша и не оборачиваясь, прошла в открытую заранее дверь.  — Снежка, ты что творишь? — закричала Варя, смотря на меня непонимающим взглядом. Маша быстро проскочила мимо нее к компьютеру и стала что-то наигранно искать.  — Ну… — я не могла найти слов, потому что всегда терялась, когда на меня повышали голос. Хотя я и так бы не нашла ответа на этот вопрос.  — Это для тебя все невероятно серьезно, а Аленка просто играется, разве это не очевидно? — меня передернуло от того, что я понимала сама, но не могла даже в собственных мыслях произнести.  — Ты знала?.. — прошептала я, смотря на нее, как провинившийся котенок.  — По тебе сложно не заметить, — она вздохнула и уже тише продолжила: — Просто она не тот человек, с которым нужно иметь дело в этом плане. Да, она хороший друг и все такое, но она слишком любопытная. Настолько, что не может пропустить через себя какие-то вещи и просто будто наблюдает их со стороны. Почему Варя так странно отреагировала на эти ненормальные действия? Почему не сказала, что то, что она видела, мерзко, а то, что я испытываю, так и вовсе заставляет ее меня ненавидеть? Будто такое в порядке вещей. Я снова отвернулась к стене и накрылась одеялом.  — Снежка? — позвала меня Варя, но я проигнорировала. — Снежка! — теперь она опять повысила голос. — Ну и ладно, — сдалась подруга и прошла вглубь комнаты. «Не заставляйте меня лишний раз думать. Не заставляйте снимать розовые очки. Позвольте насладиться тем, что сейчас происходит, пока не стало слишком поздно», — вот, что я хотела им сказать. Но я промолчала.