Не малыш

— Да, как ты смеешь после всего, что я сделала для тебя? — А что ты сделала детка? Только ножки раздвинула. Сама ведь знала, чем всё закончится. — Но я думала, между нами появилось что-то большее. — Вы все так думаете, — ухмыльнулся Чонгук, но однокурсница так и не отпускала его, заставляя еще больше злиться. Настроение Чона и так скакало из стороны в сторону, то он чувствовал удовлетворение, что Чоншин застукал его с нуной, то злился вспоминая Юнджи, отрываясь на своих друзьях, посылая всех к черту. — Отпусти мою руку, — прошептал Чон сквозь зубы и взглядом нашел, наконец, на парковке нужную машину. — Видишь вон там в машине девушку. Она сейчас на нас смотрит. Она явно сейчас злится, так как ревнует меня. Думаю, она сдерживается, чтобы не подойти и не врезать тебе, тем самым поднимет шумиху, которая тебе тут ни к чему, — дьявольски шептал парень на ушко второкурснице. — Кто она тебе такая? — Девушка. — И она знает, что ты сделаешь с ней, когда тебе надоест? — Конечно, она знает и понимает, в отличие от тебя, — улыбнулся Чон, но резко похолодев, приблизился в плотную. — А теперь убрала руки.       Чонгук залез в машину, нуна глядела на парня с ухмылкой. — И что это сейчас было? — Я трахал её как-то раз, — ухмыльнулся, полностью довольствуясь происходящим, Чонгук. — Ревнуешь? — Нет, — спокойно ответила няня, больше не глядя на студента. — Просто, раз ты трахаешься со всеми подряд, не подцепил ли ты какой-нибудь опасной болезни? — Не переживай, нуна. Я проверяюсь почти каждую неделю. — У тебя вообще перерывы бывают? Ты что же каждый день трахаешь своих однокурсниц? Член так не отвалится? — Только старшекурсниц. Едем домой. В штанах уже тесно. — Так чего не трахнул ту девчонку? — Потому что сейчас мне хочется трахнуть тебя, — улыбнулся Чонгук своей хитрой улыбкой, кладя руку на бедро девушки. — И мне это должно льстить? Много хочешь, — так же бесстрастно продолжала нуна, совсем не отреагировав на ласкающие движения Чона, который не ответил, а приблизился к лицу и поймал чужой взгляд. — Ты же сама этого хочешь, — прошептал Чонгук, поймав чужие губы и оставив свою слюну, вернулся на свое сиденье, пристегивая ремень безопасности.

***

— Хочу сделать это в машине, — вдруг выдал парень свое желание, когда они уже подъезжали к дому. — Что прямо днём здесь? А если соседи увидят? — Точно. Миссис Мин это не понравится. — Миссис Мин? — Её дом справа от нашего, — кивнул он, указав на здание. — Мы почти приехали. — Но я хочу в машине, — томно продолжал Чонгук на своем, выдыхая громче обычного, разряжая воздух внутри авто. Рука снова полезла на бедро нуны, медленно двигаясь к промежности. Нуна опешила от неожиданности, остановив резко машину у дома Чонов. — Езжай туда, где нас не увидят, — Чонгук так и не убрал руку, но также другой рукой он потирал свой член, который четко очерчивался под черными брюками. — Только убери руку, иначе без аварии не обойтись, — выдохнула девушка, содрогаясь.       Рука сразу исчезла, оставляя горящий след, от которого расплывалось возбуждение. Чонгук продолжал ласкать свой орган в нетерпении. Ткань брюк натянулась так сильно, что в любой момент эрегированный член мог разорвать ее просто по швам. Расстегнув штаны, член выскочил из-под темной ткани, и парень простонал, почувствовав холодный воздух. Пенис все еще наливался кровью и твердел, и нуна видела это все краем глаза, кусая губы от собственного желания сесть на это большой орган полностью и ругая себя за такие вульнарные мысли. Чонгук медленно начал двигать рукой по органу, глядя своими бессовестными черными омутами на нуну, вспоминая всё, что он с ней сделал вчера. Он заметил, как девушка глубоко задышала и покусывала губы, как легкий румянец проявился на щеках, как она сводила ноги и как затвердели соски, отчетливо видневшиеся через легкую ткань футболки. Машина проехала не так много и остановилась на месте, где их точно никто не спалил бы за грязными деяниями. Чонгук даже понятия не имел, как они сюда добрались и где они вообще. Нуна заглушила мотор и повернулась к возбужденному парню, уставившись сначала в безбожно пошлый взгляд, а потом опустила глаза ниже на зажатый в остановившейся руке пенис. — Иди сюда, — Чонгук опустил пенис и, хватая нуну за талию аккуратно, поднял и усадил на свои колени, сразу врезаясь в покрасневшие губы и сминая их, словно они единственные должны получить за боль ожидания. Крепко держа за талию, плотно прижимая к себе, он прикусил чужую губу, когда холодные руки протиснулись между телами и обхватили его член. Пришлось отодвинуться, чтобы увидеть, как ладони нуны двигались вверх вниз, полностью обхватывая орган. — Черт, — прорычал Чонгук, резко потянулся расстегивать джинсы нуны, приподняв, стянул их вместе с розовыми трусиками вниз и без церемоний вторгся во влажную вагину почти полностью, опуская девушку. Нуна вскрикнула от неожиданности, почувствовав, как член давил на пульсирующие стенки. Мелодичный стон вырвался из ее уст, означая лишь, что боль сменилась самым приятным чувством, что окутывало полностью её тело, покрывая мурашками. Чонгук поймал этот стон губами и, играясь языком, досчитав до пяти, приподнял нуну и двинул бедрами вверх, заставляя все громче стонать её. Наконец, ускоряясь, член проходил все глубже, совсем не выходя. Наконец, пересилив себя, нуна, схватившись за плечи Чона, сама заскакала, подстраиваясь под его ритм, и пошлые шлепки друг о друга вместе со стонами смешались в воздухе. Чонгук снял женскую футболку и припал к грудям, сразу захватывая сосок в плен, оттягивая его. Нуна выгнулась еще сильнее, иногда ударяясь о крышу машины, замедляясь от подступающего оргазма и ощущая, как Чонгук сам управлял, вбиваясь членом все быстрее, выбивая последний воздух, до первого оргазма, что сносил их разумы подчистую.