Не малыш

      Ускоряя шаг, скользя по мокрому асфальту в новых туфлях, вдыхая через сдавленные легкие влажный воздух и пропитываясь холодными каплями дождя насквозь, Чонгук с полным рвением обдумывал прошлое, как еще две недели назад светило яркое солнце и мелкая пыль накрыла весь город. Белая маска закрывала рот и нос. Сверху была натянута бейсболка.       Тогда Чонгук возвратился спустя два года в родной город, принявший его в жаркие опасные объятия, но его не волновали в тот день ни жаркая температура, из-за чего пот водопадом стекал под тонкой цвета хаки одеждой, неприятно прилипавшей к коже, ни спертый воздух, который ощущался тяжелее с каждым вздохом. Покинув салон автобуса, Чонгук направился в сторону одного знакомого здания в рабочем районе, где рядом шумела магистраль и где виднелся бизнес-центр. Он шел уверенными шагами с выпрямленной спиной, с поднятой головой, с мыслями об одной девушке. И ничто не смело тогда стать у него на пути.       Серое здание так и стояло на своем прежнем месте, как и два года назад. Чонгук не мог точно сказать, что здесь изменилось или осталось прежним. Он был в этом месте всего пару раз, но все же он чувствовал, что изменилось многое, а главное изменился он сам. Того Чон Чонгука, который жил обычной студенческой жизнью, не заботившийся о чужих чувствах, уже не существовало, так думал двадцатилетний юноша. Жизнь заставила его измениться и осознать, кое-что связанное с девушкой, которая когда-то проживала в этом сером здании. Желание увидеть ее было таким ошеломляющим и безумным, что Чонгук моргнуть не успел, как оказался напротив её квартиры. Рука, тянувшаяся к кнопке звонка, остановилась на секунду. Чонгук был все еще не уверен, не эгоистично ли было вот так вернуться.       Была не была!       Чон поглубже вдохнул охлажденный воздух подъезда, вырисовывая в голове образ русоволосой нуны, что однажды нянчилась с младшим братом, которая стояла в своей квартире напряженно, глядя влажными глазами на молодого парня. Если бы в тот момент, она попросила остаться с ним, все бы было иначе. Если бы тогда он не лгал самому себе, он не солгал бы старшекурснице Дахён, которая просто случайно оказалась в его поле зрения. Чонгук всё еще ненавидел себя за то, что сделал с ней. Он хотел раскаяться перед ней, но это оказалось сложнее, переступить через свою гордость. Чон надеялся, что после случившегося, Дахён всё-таки счастлива.       И почему я думаю именно об этом, — нахмурился Чонгук, замечая, что всё это время нажимал на кнопку. Только вот никакого звука эта кнопка не издавала с другой стороны, как было раньше.       Что-то не так?       Чонгук прижал ухо к двери, пытаясь расслышать что-нибудь. В то же мгновение завибрировал телефон в кармане. Парень достал его и взглянул на экран. — Алло? — ответил он. — Чон мать его Чонгук, — услышал недоброжелательный голос хена парень и тогда же послышался щелчок от двери. — Разве ты не должен был уже приехать на вокзал? — Я вылез раньше, — замер Чон, чувствуя дрожь по телу. Вот-вот он увидит её, даже не догадывался он, что произойдет дальше. — Что? — смутился Тэхен. — Какого черта? Ты где сейчас? — Я не могу… — Чонгук медленно двинулся назад, чтобы дверь не ударила его, глядя стеклянными глазами перед собой. Собираясь увидеть её спустя два года, Чонгук даже не представлял, что встретит какого-то незнакомца — мужчину лет тридцати с неприятной лысиной в висках и загорелым красным лицом. Мужчина, увидев юношу, испуганно затормозил, выставляя перед собой руки. — Ой. Простите… Кто вы?       Возвращение в родной город спустя несколько лет не принесло ничего. В надежде увидеть её в первый же день, Чонгук не ожидал не встретить её вовсе. — Вот оно что, — замер Тэхён уже поздним вечером, хмыкнув, и продолжил наливать алкоголь по стопкам, протягивая одну младшему. — А в университет ты хоть собираешься возвращаться?       Чонгук покачал головой и выпил. Алкоголь обжигал горло и пищевод, оказавшись в желудке, смешался с желудочным соком и затем попал в кровь, разливающейся по всему телу, возвращаясь в сердце, опьяняя организм. — Это конец. — Давно пора было покончить с этим. Ты и та девушка… Между вами толком то и ничего не было. Ну, потрахались пару раз. И что? Снова собираешься страдать из-за этого? — Тэхён был недоволен, что в день возвращения лучшего друга, настроение над их столом затянулось серыми облаками. — Ты не понимаешь, — покачал головой Чонгук. — Это сейчас неважно, — снова выпивая алкоголь, он уже потерял счет количеству стопок, которые все громче стучали о деревянный стол. Звон разливающегося алкоголя и шум бара казались все громче и громче, а боль все меньше и меньше. И Чонгуку это нравилось. И вовсе мысли о разбитой надежде смешались также в крови.       Перед глазами расплывался образ сидящего напротив хёна, когда тот сказал, что у него есть кое-что важное для младшего, и вытащил из внутреннего кармана пиджака маленький конверт, протянув вперед с довольным лицом. — Что это? — неуверенно взял Чон закрытый конверт, разглядев с расстояния выделенные белые полосы, похожие на скрученные ленты, и громкое слово посередине. — Ты наверно сам догадываешься что это, и «нет» не принимаются, — пригрозил Ким, глядя на читающего Чонгука. — Я не могу, — резко ответил юноша, бросая приглашение на стол. — Ничего не знаю. Ты идешь и точка. — Но… — Чонгук потер лоб, чувствуя, как разболелась голова, как загорели щеки. — Как я могу пойти к ним, — повысился его голос. — Не переживай ты так. Чимин хочет, чтобы ты пришел. — Но я только вернулся, — Чонгук осушил еще одну стопку и устало взглянул на хёна. — Еще две недели до свадьбы. И потом разве ты не собирался забыть ту няню?       Чон промолчал снова, понимая, что сейчас думать совсем тяжко. Мысли спутывались и не выдавали ничего ясного, укутываясь в тумане. — Там ведь будет Юнджи… — пришло в голову. — О боже. Разве с ней не покончено ещё сто лет назад? — возмутился Ким, замечая, как младшего быстро разнесло. — Угу. — Ну вот. Тебе не о чем волноваться. Найдешь там себе кого-нибудь. И я заодно тоже. Жизнь не заканчивается на первой или второй. Всё еще впереди. Разве не так? Ты ведь не был таким размазней раньше. Где тот Чон Чонгук посылающих всех на хуй и живущий своей жизнью? — Я тебя понял. — Серьезно?! — восторженно потянулся вперед Тэхен, что аж глаза заблестели. — Да, — ухмыльнулся Чонгук, откинув все неприятное, думая только об алкоголе, которое больше не обжигало горло и пищевод, продолжало опьянять организм, и даже не представлял юноша, что в самый важный день лучшего друга Пак Чимина встретит призрак прошлого и не один.       Всё происходило так быстро. В назначенный праздничный день пансионат с большой вывеской у ворот и распростёртыми землями покрытыми зеленью и прогулочными дорожками с маленьким прудом и лесом на другой стороне очень удивил Чонгука. На лестнице каменного здания встречали сначала родители пары вместе с близкими членами семьи, среди которых не оказалось Юнджи. Чон взволнованно всё равно огляделся. Чимин выглядел бесподобно, словно ангел спустившийся с неба и собиравшийся заключить сделку с самим дьяволом. Хотя по лицу он походил на мертвеца, улыбающегося одинаковой улыбкой, но выражение сразу изменилось, когда прибыли лучшие друзья. — И с каких пор таким педикам, как вы, разрешены браки в Корее? — поинтересовался шепотом младший. — Завались и не испорти мою свадьбу, Чон, — прошипел Чимин. — Обязательно, — натянул широкую улыбку младший. — Надеюсь, вы не обсуждает план побега жениха со свадьбы, — неожиданно объявился Мин, буравя холодным взглядом Чонгука. — Поздравляю, хён, — поклонился уважительно юноша и снова осмотрелся. — Она сейчас внутри, — безразлично сообщил Юнги. — Я думал, ты будешь против моего присутствия из-за неё. — Ты друг Чимина, как я мог быть против, — Мин отвернулся на последних словах, скрывая смущения. — Так всё-таки пассив. Оу! — и осознал Чон, что сказал это вслух. — Что ты сказал? — нахмурился Юнги. — Иди уже. Нам ещё нужно поздороваться с остальными гостями, — Чимин подтолкнул друга. Чонгук, не сдерживая злобного смеха перед старшими, прошёл дальше в каменное старинное здание, где его любезно поприветствовали еще раз. — Юнги лучше не зли. Еще выбросит при всех отсюда, — тут как тут оказался рядом Ким, доставая из кармана подарочный конверт с деньгами. — Вы успели уже подружиться? — скрестив руки на груди, спросил хмурый Чонгук, оставляя свой конверт среди остальных. — Тебя не было два года. Как думаешь, с кем я тусовался всё это время? — О нет… — словно весь мир рухнул снова перед Чоном. — О да! На самом деле хён крутой и не такой пугающий. — Ну да, ну да. Сам виноват, — хотел себя стукнуть Чонгук. — Вот не надо было неожиданно пропадать. — А что мне оставалось делать, — вздохнул младший и прошел в зал за Кимом. — Поговорить с нами не думал? — Вас это не касалось, — отрезал Чонгук, оглядывая украшенный зал, музыкантов, непрерывно играющих на классических инструментах, еду расставленную на одной стороне, гостей, непринужденно беседовавших друг с другом. — И что? Мы твои друзья, Чонгук. У всех у нас есть проблемы. Нет ничего плохого в том, чтобы делиться ими с близкими людьми, — продолжал Тэхён, все больше напрягая Чона. — И это говорит мне Ким Тэхён. Да у тебя совести поменьше, чем у меня. — Ты так думаешь? Ну и ладно. Тогда закроем эту тему прямо сейчас. — Ага. Пойдем, выпьем. — Только за! — вдруг взбодрился Тэхён и зашагал в сторону официантов.       Церемония прошла достаточно быстро, продолжаясь аплодисментами после того, как объявили замужнюю пару после клятв. Чонгук продолжал пить бокал за бокалом шампанского, которое было тут и там. Когда все стали поздравлять молодожёнов, вокруг столпились гости, и Чонгук потерял Тэхена из виду. Решив остаться на месте, юноша, покачивая головой в такт классической музыкой в полном умиротворение, взглянул в сторону счастливого друга, принимающего поздравления от родственников и улыбаясь своей самой широкой улыбкой. Все это было так необычно. Чонгук ощущал себя таким довольным, расслабленным, но в голове ощущался безмятежный хаос и печаль?       Его друг действительно был счастлив, найдя того самого, с кем был готов прожить до конца своих дней. Чонгук никогда не думал о подобном, чтобы кому-то клясться в вечной любви до гроба. Счастье и любовь для него были чем-то непостоянным и даже ложным. И вовсе отравляло всё. Было ли это вообще счастьем, любовью… Возможно, когда-то в детстве, когда реальная жизнь не казалась такой черствой и гнилой изнутри. Неожиданно Чонгук осознал, что никогда больше не будет счастливым как раньше…       Ни отличные оценки, ни награды, ни секс не делали его по настоящему счастливым. Все это проходило, оставляло шрамы и не имело значения. Чонгук хотел бы быть таким же счастливым как хён, чтобы не бояться что скажет общество или лучшие друзья, чтобы не бояться самого себя. Он понимал это, продолжая выискивать в толпе черноволосую девушку, которая нашла свое счастье.       Возможно где-то в будущем меня тоже ожидает это всё, — рассуждал Чон, натягивая улыбку, от которой все крошилось внутри.       Может где-то там она все еще ждет меня — опустил он взгляд на бокал, пытаясь сфокусировать всё внимание на нём. — Чонгук, — послышался знакомый голос девушки, которую он ожидал встретить. Голос призрака, преследовавшего его долгие годы, впервые стал реальным. Закрыв глаза, Чонгук усмехнулся про себя. Опьяненное тело в полном спокойствии обернулось на зов прошлого, которое еще яснее стояло перед глазами, начиная с подглядываний обычного подростка до разбитого сердца ложью. Слабая улыбка исчезла сразу же.       Лиён?!       Чон не верил своим глазам.       Я сплю? — проскользнула мысль и сразу же испарилась, как и девушка в светлом образе словно еще один ангел, растворившийся в тот же миг в толпе.       Показалось? — нахмурился Чонгук, чувствуя в груди взрыв. — Что это за чувство? — блуждал его взгляд, пока не остановился на бледной ладони, промелькнувшую перед глазами. Опустив голову, Чон увидел маленькую брюнетку с выпирающим животом, в черном платье, открывающем бледную кожу у ключиц. Алые губы девушки были поджаты, а в черных, как пуговки, глазах была все та же хитринка. Мин Юнджи совсем не изменилась за эти годы. — Ю…нджи, — выдохнул Чонгук и поклонился, пытаясь успокоить свое сердцебиение, вырывающееся из груди. — Ну здравствуй, Чонгука, — хриплый голос слетел с маленьким губ.       Спустя шесть лет они вновь встретились. Чонгук рассмеялся правде, хватаясь за голову. — Невероятно. — Что такое? — округлила глаза Юнджи, не понимая поведения юноши. — Не думал, что когда-нибудь встречу тебя снова, нуна, но… я рад этому, — слова так легко слетали с уст. — Рад? И чему же? — Тому что теперь всё по-другому. Ещё два года назад я был вне себя только из-за тебя, а сейчас я совсем ничего не чувствую. — Это ведь хорошо? — Да. Ты ничуть не изменилась, нуна. — А ты изменился, — заглядывая прямо в глаза отметила брюнетка и осмотрела парня с ног до головы. Перед ней стоял уже не тот четырнадцатилетний подросток ничего не понимающий с болью в глазах, каким запомнила его Юнджи. Чонгук стал настоящим мужчиной, завидным женихом, высоким красавцем. Она не знала, что еще сказать, чувствуя себя виноватой за ошибки прошлого, но она не могла чувствам взять над ней вверх. Именно такой всегда была Мин Юнджи. — Нуна?       Чонгук помнил, как Юнги поведал, наконец, всю правду, и сейчас он видел всё в другом свете. Никакие голоса не преследовали его. Только теперь мелькал испуганный взгляд другой девушки. — Да, Чонгука? — У тебя похоже скоро родится ребенок. Поздравляю.       Юнджи захлопала глазами и опустила взгляд на свой живот, будто только осознав, что беременна. Она замерла, поглаживая себя. Ее глаза заблестели. — Ты ведь всё знаешь теперь, — догадалась она. — Угу. Ты ведь наверно всё еще чувствуешь вину? — голос Чонгука стал тише. — Чувствую каждый божий день. — Всё в порядке, нуна. Мы были еще детьми. Особенно я. — Это так, но всё же я должна была тебе рассказать правду. Я неправильно поступила по отношению к тебе и причинила боль. — Но всё равно ты решила нести это бремя в одиночку. Ты сильная, нуна. Нее думаю, что это было неправильно. Сейчас уж точно не скажешь. Все ошибаются. Если бы я узнал еще тогда про беременность, я бы просто испугался, а мои родители наверно никогда бы не приняли этого. — Но возможно ты был бы отличным отцом, Чонгука. — Возможно, — пожал плечами Чон. — Я ещё был ребенком, но теперь я вырос. Спасибо тебе за это, нуна. — Не понимаю, ты злишься на меня или нет, — рассмеялась Юнджи. — Уже не злюсь. — Вот как. — Прости, я должен идти. — Ты не останешься? А как же свадьба? Всё ведь только началось. — Не могу. Чувствую, что сейчас я должен быть в другом месте. — Понимаю. Ты же знаешь, что никогда не поздно, малыш. — Что? — покосился парень, выгнув бровь. — Ох, — Юнджи смутилась, прикрыв губы ладонью. — Точно я ведь называла тебя так. Прости. — Ничего, — Чонгук не заметил, как сам улыбнулся. — До встречи, нуна. — Ещё увидимся, Чонгук.       Юноша еще раз поклонился и, больше не смея задерживаться, не оглядываясь назад, покинул зал, наполненный гостям, мелодией и волшебной атмосферой любви, которую Чонгук тоже хотел бы однажды испытать. Возможно, он уже был влюблён, желая встретить одну девушку, чтобы наконец, уже понять самого себя. — Ох, простите… — случайно в холле он врезался в незнакомку. — Ничего страшного, — подправив свое лиловое платье, девушка с улыбкой посмотрела на парня. — Ты! — вдруг изменился её взгляд. Большие карие глаза уставились с яростью на Чона. Чонгук, опешив, пригляделся к незнакомке, вспомнив вечер в клубе. Вытянув лицо, он схватил девушку за руку. — Где она? Где Лиён?

***

      Вода неприятно хлюпала в чёрных туфлях, которые Чонгук специально приобрел на свадьбу, как и весь костюм, так как ничего из старого не налазило на накаченное обновленное тело парня. Но сейчас все это было бессмысленно. Одежда промокла насквозь и неприятно прилипала к горячему телу.       Спустя двух жарких недель именно сегодня, как будто специально, на город обрушился нескончаемый ливень, видимость стала нулевой, и вокруг ни души, только прибитая зелень, шум падающих капель об асфальт и пар поднимающийся из-под ног.       Я должен! — прибавляя шагу, Чонгук бежал по мокрому асфальту к воротам, куда направилась Лиён по словам её подруги, которая лишь по одному взгляду сменила свой гнев на милость.       Чонгук не мог поверить, что так просто решил, что Лиён была не настоящей. Но она была там. Стояла прямо позади всё это время. Он был уверен, что она тоже видела его. — Скажи мне только одно, — остановился он, на мгновенье обернувшись. — Должен ли я пойти за ней?       Сола кивнула с улыбкой. И это было единственное, что сейчас ему нужно было знать. Чонгук был ей нужен так же, как он нуждалась в ней.       Я хочу её увидеть.       В голове сразу вспомнился образ девушки, когда они впервые встретились на кухне в доме родителей, затем когда она открыла дверь в ванную, когда оказалась возле его кровати во время мастурбации и взяла член в руки. Она оказалась смелей его. Ведь она не боялась сказать о своих чувствах, в то время как Чонгук прятался от них.       Мы похожи. — Нет! — выкрикнул юноша, борясь с преграждающим путь дождем. — Мы не похожи! И поэтому ты нужна мне… Лиён?       Впереди показались, наконец, железные ворота, окруженные зарослью. Рядом стояла будка, в которой сидел охранник, и девушка в светлом промокшем платье, открывающая дверь машины. — Лиён! — чувствуя, как сдавило легкие, Чонгук остановился. Голова резко запульсировала. Ноги гудели. Чонгук пытался отдышаться, как перед глазами всё закружилось. — Нет… — выдохнул он, глядя на асфальт, по которому еще сильнее начали отбивать капли в своем подгоняющем ритме. Свет фар заставил опомниться парня. Лиён, так и не обернувшись, села в такси, что сразу тронулось с места. — Нет, нет, нет, нет, — побежал быстрее Чонгук, оказываясь за воротами и глядя на удаляющиеся фары вдалеке. — Эй, ты кто? — выглянул охранник в черном плаще. — Чёрт, — выругался юноша, падая обессиленно на колени и выставляя руки перед собой, утопая ладонями в луже. — ЧЁРТ! — кричал он, ударяя руками об асфальт. Было слишком поздно.       Никогда не поздно, малыш.       Ты снова солгала, Юнджи, — горько рассмеялся Чонгук, продолжая так стоять под холодящим ливнем, смывая всю боль и слезы. — Чонгук! — послышался голос Чимина чуть позже и над головой исчезли капли дождя. Подняв взгляд, Чонгук заметил Пака и девушку в лиловом платье, взволнованно глядящую сверху под своим зонтом. — Ты! — тут же подскочил Чонгук, расплескивая вокруг воду. — Куда она поехала? Домой? Скажи мне её адрес? — как безумец кричал он, вздымая грудью. — Эй, ты что решил свалить с моей свадьбы. Ну-ка пошли обратно. Еще успеешь к ней, Чон Чонгук. — Но я должен, хён… — Я знаю. Теперь ты уж точно найдешь её. Не хочу быть эгоистом, но я бы хотел, чтобы мой лучший друг остался на моей свадьбе. — Да, Чонгук. Повеселись, а потом я сама отвезу тебя к ней, — поддержала его Сола. — Но как же она? — С Лиён всё будет в порядке. Я позвоню ей позже. Она будет ждать тебя все равно. Будет обманывать себя, доводить, но всё равно будет ждать. — Хочешь сказать, что она ждала меня всё это время? — Она сходила с ума из-за этого. Хоть знаешь, сколько проблем ты доставил ей? Где же ты был все это время? — Я… — Чонгук не мог ответить и посмотрел в сторону, куда уехала машина. — Идём, Чонгук, — Чимин насильно повел друга к машине, на которой Чимин и Сола оказались у ворот, а за рулем сидел всё это время Юнги, нервно глядя на стоящих под зонтами. — Ты ведь Сола? — Так ты знаешь обо мне? — удивилась девушка. — Юнджи-нуна всё рассказала. — Не переживай на мой счет. Нам было по пять лет тогда с твоим муженьком. — Но все же. Разве вы не клялись друг другу, что поженитесь, когда станете взрослыми? — Ты ревнуешь? — рассмеялась Сола. — Что? Нет, конечно, — смутился Чимин, поджимая губы. — О чём вы? — Чонгук переглянулся с Юнги, злобно выглядывающего из-за руля. Чимин остановился у двери. — Залезай уже в машину, Чонгук. — Если только она пообещает, что скажет, где она, — Чонгук повернулся к Соле. — Обещаю, — подняла руку девушка и положила на сердце, а затем под мрачный взгляд залезла в салон, стряхнув капли с зонта. Чимин и Чонгук переглянулись. — Ты не герой этого дня, Чонгука. — Она была так близко. Я почти успел, — шептал юноша себе под нос. — Ты правда её… — Эй, вы двое! Я вас тут оставлю, если сейчас же не залезете в машину, — крикнул Юнги. Парни сразу же запрыгнули внутрь, и машина двинулась в сторону пансионата. — Так что случилось с тобой, Чонгук? — спросил первым Мин, пока остальные неловко переглянулись. — Эм… — Просто кое-кто влюбился, — подметил ехидно Чимин. — Ой, заткнись. Ты вообще сегодня вышел замуж за мужчину. — Уф, как обидно, — надув губы, поддразнивал старший. Юнги взглянул на мужа и улыбнулся невольно. — Ой, ты это сейчас видел, — прошептала вдруг Сола, сидящая рядом с Чонгуком на заднем сиденье. — Лучше бы не видел, — скривился юноша. — Так ты искал её все эти годы? — спросила девушка. — Я вернулся только две недели назад. — Серьезно? — Угу. И я был в её квартире. — Что? В квартире Лиён? — Да, но там жил какой-то мужчина. Это её парень? — Что? — раскашлялась Сола. — Нет. Это точно не её парень. Онни переехала полгода назад. Наверно это новый жилец. — Вот как. Но почему? — Наверно думала, что так забудет тебя. — Что? — Ну вы даёте, — вздохнула Сола. Чонгук заметил улыбку лучшего друга в отражении. — Сейчас мы вернемся и сделаем вид, что ничего не было. И напьемся. Да, Юнги-я? — Да, милый. — Ой, фу! — Заткнись! — бросил Мин.       Они вернулись на свадьбу. Чонгук пытался подсушить одежду, тогда Ким принес рубашку и чистые штаны. — Что, черт возьми, произошло? — возмутился он пуще, чем кто-либо. — Я видел её. — Кого? Юнджи? — Нет. Лиён, — переодеваясь, ответил Чон. — Что прости? — замер Ким, хлопая глазами. — Её подруга поможет мне встретиться с ней. — Разве это не хорошо? Почему у тебя тогда такая рожа кислая? — Ничего не кислая. — Кислая-кислая. Прям смотреть тошно. А ну взбодрись.       Празднование продолжилось дальше. На утро Чонгук уже не помнил, как все завершилось и каким чудом он оказался в своей квартире в одиночестве. Но первой мыслью после пробуждения были не о свадьбе, головной боли, которая объявит о себе позже, а одна девушка, которая все это время ждала его. — Черт. И как я найду теперь ту девушку, — Чонгук схватил телефон и сразу наткнулся на сообщение с неизвестного номера.       «Если ты уверен в себе, позвони. Сола.» — Хм, — также заметил он пару пропущенных звонков от родителей. Стерев уведомления, Чонгук встал с кровати и с полной уверенностью направился на встречу с девушкой, которая не выходила из головы все эти два года. — Я не могу ей дозвониться, — первое, что сообщила подруга Лиён, когда Чонгук залез в такси. — Что это значит? — То и значит. Она игнорирует все еще меня.       Чонгук вспомнил, как Сола пыталась дозвониться пьяной до Лиён еще на свадьбе, но нуна так и не взяла трубку. — Ну если гора не идет к Магомеду, то мы сами придем к ней. — Она ведь не могла ничего сделать себе? — напряженно спросил Чонгук, хмуря лоб. — Не знаю, — спокойно ответила Сола. — Что? Но ты ведь сказала?.. — Я сама не знаю, что с ней в последнее время, — вздохнула девушка. — На свадьбе, когда она увидела тебя, то решила, что должна отпустить тебя. — И ты говоришь мне это только сейчас? Твою мать. Я должен был поехать за ней. — Не волнуйся. Она не глупая, чтобы покончить с собой, — Сола знала подругу слишком хорошо. — Где она живет? — В этом здании, — Сола вышла из машины и указала на многоэтажное здание. — Идем быстрее, — не останавливаясь ни на секунды, Чонгук по скорее желал увидеть Лиён. Добравшись до квартиры, Сола продолжала названивать подруге на телефон, но та, так и не взяла трубку. — Ладно, — девушка достала из сумки запасные ключи и открыла дверь. — А нельзя было так сразу? — хмыкнул Чонгук. — Ну да. Ты правда хочешь вломиться к ней? — А что если что-то случилось? Открывай уже, — Чонгук прошел внутрь небольшой квартиры, но Лиён нигде не было. — И где она? — еле сдерживался парень, вздымая грудью. — Без понятия. На работе она тоже не появлялась сегодня. Обычно в такие дни она заваливается в квартиру и много пьет, но видимо не сегодня. По крайней мере она была дома, — Сола нашла в шкафу вечернее платье, в котором онни была на свадьбе. — Звони ей еще. — Хорошо. — И включи громкоговоритель. — Ладно, — выдохнула громко Сола, закатывая глаза. Гудки раздались по всей квартире. Чонгук плюхнулся на диван и схватил рядом лежащую подушку в руки, сжимая ее, чувствуя знакомый запах. От Лиён пахло также иногда. Запах был мягким и свежим. Он так сильно проникся к месту, где жила Лиён, что подпрыгнул, когда из динамика телефона, который держала всё это время Сола, наблюдая за странным парнем, раздался уставший голос. — Лиён? — округлила глаза Сола. Чонгук подошел ближе. — Да, Сола? Звонила? — Звонила много раз вообще-то, — вспыхнула подруга. — Извини-извини, — голос был все таким же, подметил Чонгук, не сдержав улыбку. — Ты хоть представляешь, как мы тут волновались за тебя. — Прости. Просто мне нужно было время. Ты же понимаешь. — Где ты сейчас? — Я… — Только не говори, что дома. — Ты что у меня в квартире сейчас? — оживился голос старшей. — Нееет, — протянула подозрительно Сола, переглянувшись со вторым взломщиком. Чонгук усмехнулся, продолжая подслушивать. — Ну так где ты? — Я не говорила, но тут кое за кем присматриваю сейчас, — неуверенно ответила Лиён, оглядевшись из машины. — Присматриваешь? — напряглась Сола. — Да. Маме нездоровится, а она пообещала присмотреть за одним мальчишкой. Ну помнишь я как-то нянчилась пару лет назад, когда встретилась с тем самым парнем… — Эй, стой! — Что? Я стою, — удивилась Лиён резкому тону подруги. — Нет. Я не тебе. — А кому? С кем ты там? — Лиён заметила Чоншина, направляющегося из школы. — Лиён, — снова подала голос Сола, которая не знала, стоило ли говорить, что произошло на самом деле прямо сейчас, когда Чонгук, услышав ответ девушки на другом конце, рванул из квартиры, хлопая железной дверью. — Слушай, Сола. Я перезвоню тебе, как отвезу Чоншина на занятия. — Нет, стой, онни. Ты должна знать кое-что. — Что такое, Сола? — напряглась Лиён, взглянув на школьника отвечающего на звонок и забирающегося в машину. — Да, хён. Где я? Что?.. — захлопал глазами Чоншин, посмотрев с широкой улыбкой на няню. — Ты не поверишь, хён…