Похождения Сумеречного Генерала. Книга 4.Зиккурат: логово Хохи

Дверь нашлась довольно быстро. Самая обыкновенная. Деревянная. С профильными вставками и резными накладками. Мастер ещё раз прошёлся по пыльной комнате. И, не нашедши ничего интересного, вышел. На этот раз, его встретило некое подобие рабочего кабинета. Такого же пыльного и заброшенного. Внешник хмыкнул и начал исследования. В небольшом помещении, заставленном огромными, в потолок, книжными шкафами, на совсем уж крохотном пятачке примостился добротный массивный стол. Из-за него сиротливо выглядывало кожаное кресло с ободранным подлокотником и поточенным крысами изголовьем. А рядом примостился высокий, почерневший от времени, бронзовый торшер с тускло светящим сквозь пыльные стёкла огоньком. Стол был пуст. Не самое приятное открытие, наводящее на мысль, что где-то тут нужно будет найти активатор, который, по идее, должен перенести искателя в очередной сон-подсказку. Мэрлок призадумался. На ум не приходило ничего, кроме книг, выставленных ровными рядами в серии с соблюдением цветовой гаммы или по схожести орнаментов на корешке. Красиво. Завораживающе. Но! Да, так и есть. Мастер быстро нашёл несоответствия. Пять книг, выбивающиеся из общего гармоничного рисунка. Много. Слишком много, чтобы действовать наобум. Квестор был уверен, что фолианты содержат ключ. Оставалось понять, к чему приведёт неправильно подобранная последовательность их активации. И дадут ли силы, охраняющие этот мир, хотя бы вторую попытку. — Глори, детка, дай свиток и перо, пожалуйста. Торба ничего не ответила. Увы, в вотчине кошмаров она была заперта в этой форме. И не имела даже возможности общаться. Благо, остальные магические силы от неё не ушли. Что не могло не радовать обоих приключенцев. Через краткий миг, на столе перед Владыкой развернулся добротный свиток. А рядом с ним плавно опустилось чёрное перо ворона отороченное серебряным наконечником. Квестор начал чертить. Довольно быстро, на пергаменте возник точный план помещения со всеми ключевыми отметками. На всякий случай, искатель сделал модель объёмной, разнося заинтересовавшие его находки ещё и по высоте. Руководствуясь наитию, он соединил все точки между собой, создавая пространственную пентаграмму, и всмотрелся в места пересечения. — Ну, точно! — озарила белозубая улыбка бородатое лицо. — Фонарь! Так. Теперь повернём его так, чтобы стёклышки смотрели на книги. И наведём малость марафета. Следующие пол часа, Мастер двигал торшер, вымерял векторы направления света и, высунув от натуги язык, убирал пыль со стёкол так, чтобы свет упал точно на корешок каждой выделенной книги. Задача оказалась не из лёгких. Но рисковать Внешник не хотел. В конечном счёте, его старания увенчались успехом. Стоило лучу заполнить накладку последнего из фолиантов, как в комнате что-то тренькнуло, будто лопнула натянутая до предела струна, а древние труды охватило неистовое свечение. Книги, будто зеркала, отразили и раздробили мистический свет, создавая ту самую фигуру, нарисованную не так давно Героем. На пересечениях линий поочерёдно начали загораться символы неизвестного языка. Мэрлок не спал. Перерисовывать быстро было довольно не просто, но он боялся, что вязь потухнет, как только заполнит все доступные гнёзда. Зря боялся. Стоило последнему символу проясниться, как по столешнице бесшумно скользнула в сторону скрытая панель, открывая взору Героя бронзовые, такие же почерневшие, как и торшер, кнопки. Воин подождал немного. Так, на всякий случай. Вдруг, символы на световой пентаграмме начнут светиться или прыгать, выдавая последовательности для ввода. Но ничего не произошло. Тяжело вздохнув, чёрный рыцарь разложил свиток и начал набор так, как проявилось послание. Последний элемент привёл в действие очередной скрытый механизм. Нажатые кнопки вновь проиграли последовательность. И панель так же бесшумно, как до этого часть столешницы, отъехала в сторону, открывая скрытое. Подъёмный механизм медленно поднял новую платформу. Она с тихим щелчком встала в пазы, идеально заполняя нишу. И перед взглядом Мастера появился ещё один фолиант. Значительно крупнее и массивнее тех, что стояли сейчас подсвеченными на полках книжных шкафов. Искатель дотронулся до обложки, и книга ожила, быстро перелистывая странницы, пока не добралась до искомого. В тот же миг, воина окутал серый туман, чтобы перенести в очередной сон. И, скорее всего, чей-то кошмар. *** «До чего ж замечательно порой после тяжелой рабочей недельки в лес выбраться по грибы-ягоды. А в компании зверинца домашнего так вообще просто замечательно. Вот и мы вчера решили таки хоть раз за месяц в лес стягаться. Погода великолепная, солнышко вовсю — чего б не сходить. Тем паче, что повод компанию нашу хвостатую сдружить появился. Для тех, кто не в курсе, поясню: наша хвост-компания — это красавец конь подросткового возраста Тамирлан, полусредняя сявка-бобтейл дворянских кровей Ляля трех лет от роду и переехавшая наконец из города красавица волсоб Гульнара, заслуженная боевая мамаша 14 годков жизни. Каждая из животинок уникальна по своему, но объединяет их одна черта характера — чувство собственничества к хозяевам (и немалая ревность на этом замешанная) Прогулка началась, как и предполагалось, с потасовки. Сначала собаки между собой отношения выяснили (еще бы. Лялька за 3 года успела выселить и извести с десяток собак, считая себя полноправной хозяйкой имения, а тут, понимаешь, волка привели). Бросок через спину и пропеллер из «обрубка» хвоста поставили все на свои места. И Гуля с подобострастием была принята в стаю на правах «мамки». А вот отношения с копытными не заладились… Пока я недоуздок плел, старушка наша успела напороться на непробиваемую защиту козла Дебошира, попасть на мощные рога козы Зинки, а на последок умудрилась таки цапнуть Тамика за заднюю ногу (зря она это. Конь с младенчества жутких конеедов боися). Ну и слетала от прямого задней в голову метров на пять (У тамика при этом даже не дрогнуло ничего и взгляд не поменялся. Как от мухи назойливой отмахнулся.) Волчара наша тоже не из слабых оказалась. Как пинок по носу получила, домой в считанные секунды в два прыжка умчалась… Полежала минут мять, глазки в кучку собрала… и назад гулять. «А что, остальные на улице, а мне дома? Счасц!!!» Правда, больше к странной мыши-переростку подходить не рисковала… мало ли. Так и пошли. Лес у нас недалече от деревеньки, ежели по дороге шуровать, то всего с 9 км, а коль на прямую через стерню да пахоту (а заодно и каналы мелиоративные) — так и вообще рукой подать, каких-то 4 км. Да и ходить туда хорошо. Вышел прям от дома, да и пошел в конец улицы. А оттуда конная дорога бывшая прям до самого леса тянется (одна беда — мосты через каналы деревяннве сгнили за неиспользованием). Пока через деревню шли, всех собак подняли. Некоторые даже с других улиц прибежали «волка погонять». Ага, удачи. Вот прям взяли и погоняли. Я и не знал, что у нашей маленькой трусливой Ляльки такая грива на закарке. Ощетинилась не хуже волчары заправской, Гулю защищая. Вышли в поле, собак с поводков спустил, а жену верхом усадил, так и поехали. Красота… Гектары скошенной пшеницы. Солома в руллоны спресованная и уже частично в штабеля-пирамиды уложенная. Жизнь кругом. Возле недалеких, с километр, кустов небольшое стадо косуль пасется, под ногами мелкие птицы и грызуны суетятся, в небе гуси дикие летают, молодняк крыло держать учат… А на пахате свежей, что сразу за полосой ольшанника началась, Новенький Беларус последней модели дисковые бороны тягает, земельку после плугов отвальных пуховой делает. За трактором же туча черная по пятам — огромная стая ворон, грачей, галок и воронов на сежего червячка охоту объявила. Так и шли до самой деревушки соседней, что с лесом граничит. А там уж и люд местный повыскакивал на диво посмотреть. «В лес с конем? А зачем? Да еще и собак… Непонятно!!! Странные вы.» Ну и пусть себе. Добрались. Решили привал на берегу озера устроить. Конь как лужу большую увидел, так и попятился от нее на выход. Правда, как понял, что купать никто не будет, таки отважился водицы испить. Да не рассчитал. Упряжь я ему фиксированную сделал, чтоб учился голову держать, а не по земле волочить. Вот и пришлось мелкому в воду по самую грудь лезть… А тут еще и Гулька с разбегу да нырять и плавать, копытный и не выдержал — макнулся по самые ушки!!! И только дворянка наша целомудренно водички от берега испив чутка снисходительно наблюдала за играми непримиримых врагов — волка и лесного торпана. Накупались, насмеялись, отдохнули — пора дальше. Не на озеро же пришли, в самом-то деле (куда ближе есть лужа побольше — одно из самых больших озер Беларуси Сорро.) А лес-то вона, рукой подать. Вот и перекресток, за 5 лет родным ставший. На лево пойдешь — к Святому озеру, на право — к базе отдыха Елочки и дальше на минскую трассу, прямо стопы направишь — к болоту черномошному доберешься. Вот туда наш путь и был. К самым вкусным грибам, которые акромя нас в этих местах никто и не собирает: свинушкам всех мастей, груздям, волнушкам, рыжикам, млечникам да рядовкам с поплавками и зонтиками. 30 метров лесной дороги и развилка к трассе и на Святое. Нам же прямичком в чащу (хотя какая уж тут чаша — так, лесок сосново-еловый редкоствольный, можжевельником да лещиной подоткнутый). Мы с дороги сходить (собаки спущенные уж давно в лес умчались — волчьи крови жаждали охоты на вкусного дикого лесного жителя), а наш потомок лесных торпанов — на пятую точку садиться. Вожжи натянул и все тут: «Кто — я? Куда — туда? Не пойду!!! Там конееды, темно и сыро. А еще под ногами мягко!!!» А потом вдруг на кустик лещины посмотрел… да так плотоядно. Короче, дальше мы посши без сопротивления. Уж и не знаю, что он нашел в кустах лесного ореха, но после Тамика от кустиков оставались лишь огрызки в мою руку толщиной (вроде коня в лес вели, а оказалось — помесь козла с бобром). А до чего ж бесшумно ходить начал — даже Юляшу напугать умудрился, которая «мышь в лесу слышит». Еще бы. Подошла к грибочку — нет никого рядом, наклонилась срезать — а вместе с ней губищи загребущие к тому же грибочку тянутся. И когда только подойти успел???? Лось в миниатюре. И не нужно мне рассказывать, как сохатый по кукурузе ломится. В лесу вы в пяти сантиметрах от него пройдете, и если ЕМУ это будет нужно, так и не узнаете, что тот странный корч с дуплами был очень даже копытным. Идем дальше. Болотина все ближе, валежника все больше. По земле черника с брусникой все гуще. Уже и ягодки появились на глаза буйными гроздями (а рядышком незабвенные ярко-алые грозди ядовитого ландыша, из-за которого многие городские горе-ягодники бруснику да клюкву ругают на все лады). А вот орешника да мелких и таких вкусных маленьких елочек — все меньше. Лосенок наш не сразу то и заметил (только когда очередная огромная ветка была полностью пережевана и проглочена), что вкусняшки закончились, а хозяева дальше прут. А еще вдруг пришло в его голову осознание, что это лес, и тут должны водиться конееды. С диким рёвом «Убивають, каты!!!», рыжий подловил ноздрями запах недалекой дороги и идущей сразу за ней «цивилизации» (как раз по лесной дороге трал лесхоза проехал — запах сгоревшей в движке соляры все еще в воздухе стоял) и ломанул петлями в том направлении. Всю охоту сбил. А я только на грибное место натолкнулся. Пришлось бросать все и бежать за хулиганом испугавшимся. Были бы ближе к дому, так не волновался бы. В деннике нашли бы или в леваде, а тут… первый раз на маршруте… Далеко смутьян не убег. До перекрестка только и хватило. И сколько радости было в глазах, когда из чащи сзади вдруг вывалился не жуткий конеед, а родной хозяин. Целовашки-обнимашки на десять минут и абсолютная покорность «Куда ты — туда и я!!!» Поверил. Повел назад. На этот раз решили с женой дальше поросли орешника в лес не заходить. Отпустили мелкого снова веточек погрызть… Зря!!! Стоило нам только на грибы отвлечься, как рыжик припустил галопа в сторону цивилизации. Что поделаешь, бросил сумки жене, и уже налегке напрямую к заветному перекрестку. Естественно, тихая охота на этом практически подошла к концу. Тамика я нашел все на той же развилке все в той же растерянности и на этот раз привязал вожжи к поясу: «Не хочешь сам гулять, пойдешь за мной». Дошли до хозяйки и решили таки, что пора бы и честь знать — темнеть начало. На небо тучи наплыли». На этот раз, Мастер пришёл в себя значительно быстрее. Голова кружилась, как после знатной зуботычины. Перед глазами плясали пьяные вдрызг демоны. А во рту, казалось, устроило знатную пирушку, перетёкшую в не менее знатную оргию, целое полчище свиноорков. Собрать глаза в кучку и сориентироваться оказалось тяжёлой, но, всё же, выполнимой задачей. Всё тот же полутёмный кабинет, освещённый мистическими символами и силовыми линиями пентаграммы. Всё та же огромная книга, разложенная на столе. И всё так же светящиеся лунным серебром корешки древних фолиантов на шкафах. Воин присмотрелся. Переплёты незначительно изменились. В их центрах отдельными мотивами проступили новые орнаменты: воющий на луну волк, несущийся через лес конь, парочка, встречающая закат, лукошко грибов и пучки сушеных трав под стрехой. Герой порылся в памяти и выбрал нужную последовательность. Символы загорались один за другим, втягивая обратно воздушные надписи и силовые линии. Пока не остались лишь связи между книгами и торшером. По чернёной бронзе поползли бирюзовыми змеями пульсирующие разводы, оживляя древний прибор. У основания на полу появилось несколько кругов, каждый из которых, отразившись непонятным образом, высветил на металлической стойке свою часть рисунка. Пока, в конечном итоге, все они не сошлись в общую картинку. Щёлкнул очередной скрытый механизм. Стенка фонаря раскрылась, и в руку искателя легла трость, отороченная сверху пазом, зеркально отражающим точно такой же, какой был в навершии. — А вот и вторая деталька. Радует. Он отдал запчасть дочери и вышел из кабинета.