Смерть — тоже приключение

Маленький чемоданчик на колесиках — с ним Надя приехала в «Логос» — стоял готовым. — Ну все, — выдохнула девочка. — Давай обнимемся на прощание! Алисе было так страшно, что ей хотелось плакать. Она топталась в комнате, не представляя, как бы удержать подругу. — А вдруг Андрюша не на волшебном острове? Давай позвоним ему! — предложила она, грызя кончик косички. — Он никогда-преникогда не покинул бы меня просто так! — Надя серьезно, как взрослая, покачала головой. — Он обещал. А теперь пропал. Значит, Андрюша на волшебном острове. И звонить туда не получится, там роуминга нет. — А как ты туда поедешь? — задала Алиса новый вопрос. — Автобусов по ночам не бывает! Надя растерялась — но лишь немного. Она не сомневалась, что так или иначе все сложится именно так, как надо, и если она решила, сам мир расстелет ей под ноги дорогу. — А кто бывает? — уточнила она, хмурясь. — Ну, такси… Это такая машина. Она остановится, а ты скажешь — мне на волшебный остров. — Хорошо, поеду на такси, — согласилась Надя и протянула руки к Алисе, которая на миг прижалась к подруге. — Пиши мне оттуда, хорошо? И не забывай меня! — девочка едва не плакала, но Надя решительно выдвинула ручку чемоданчика и потащила багаж к двери. Мир действительно словно шел навстречу Наде, ей удалось проскользнуть мимо учителей и выйти на заснеженную дорогу. Уже стемнело. Густой лес стоял стеной, молчаливый и грозный. Хмурое беззвездное небо с удивлением смотрело на маленькую девочку в смешной вязаной шапочке с помпоном, одиноко бредущую по дороге. Если Наденьке и было страшно, то совсем чуть-чуть. Оставаться без мамы, папы и Андрюши не имело никакого смысла, уж лучше попасться в лапы лесному чудищу. И тут над лесом вдруг поднялся столб света. Он сиял посреди сплошной темноты торжествующе и грозно. Отблеск этого света упал на лицо застывшей от ужаса маленькой девочки, озарил сидевшую на остановке Галину Васильевну, заставил директора «Логоса» Виктора Николаевича бросить на столе просматриваемые счета и в изнеможении прижаться лбом к стеклу. Увидел его и Максим Морозов, как раз поднявшийся на крышу в поисках Даши и Андрея. — «Когда над лесом свет взойдет — и боль, и кровь, и смерть придет», — прошептал невольно Макс, чувствуя, как холодеют губы, как стынет в венах кровь. Неужели все это — правда?.. Но что же ждет их? Что это за загадка или, вернее, смертельная западня?! Притормозившая возле Нади машина показалась девочке оплотом спокойствия и стабильности. — Вы такси? — спросила она, адресуясь скорее к затянутой в перчатку руке мужчины — лица его девочка не видела. — Да, — послышался голос. — Вы отвезете меня на волшебный остров? — Садись, — дверца открылась, и Наденька, счастливо вздохнув, уселась в машину. Вот и удалось избежать встречи с лесным чудовищем!..

***

— Никто не знает, что мы здесь, и никто нам не поможет! — Даша была на грани истерики и крупно дрожала — и от страха, и от холода. — Прости, — Андрей снял с себя куртку, бережно, как когда-то Надю, закутал в нее девушку. — Это я виноват. Не надо было ввязываться, да еще тебя тащить… — Нет, ты не тащил! — Даша попыталась улыбнуться, и Андрей обнял ее, прижимая к себе, согревая теплом собственного тела. — Знаешь… ты мне сразу понравился. С первого взгляда… — Да? — он осторожно вытер горячей ладонью слезы с ее щек. — Да, — девушка кивнула. — Я видела, как ты успокаивал сестру, когда ей было страшно. Вы смотрелись так трогательно… Жалко Надю. Без тебя ей будет очень плохо. — Погоди! — Андрей покачал головой. — Еще не все кончено. Нас еще могут найти… — Я люблю тебя.— сказала Старкова. — Я тебя тоже.— ответил ей Авдеев. Их губы встретились — сначала неуверенно и робко, затем поцелуй превратился в настоящий, глубокий, от которого захватывает дыхание и улетает куда-то сердце. От таких поцелуев забываешь обо всем на свете, даже о близости смерти, холодной тенью застывшей за их плечами. И в этот момент небо над головой вдруг просветлело. Кто-то убрал крышку с люка. — Ой голубки,я не помешал?— пошутил Макс. — Ха-ха,очень смешно. Помоги нам.— попросила Даша. долгую, словно вечность, минуту ничего не происходило, а затем сверху опустилась веревка. — Ты первая! — Андрей помог Даше, а уже затем поднялся сам. — Твою мать Андрюха! Тебе точно жить надоело. Второй раз за день тебя спасаю.— произнёс Морозов отдышавшись. Из душевых для мальчиков раздавался такой грохот, будто кто-то собирался разрушить всю школу и вот сейчас планомерно реализовывал свою светлую мечту. Да что это такое! Грохот прекратился, когда Маша была уже у двери, и послышался то ли рык, то ли стон. Может, внутри заперто животное? Вершинина осторожно приоткрыла дверь и застыла, словно получив удар под дых. На полу, скорчившись под одной из раковин, сидел Максим, а с его разбитых пальцев капала на свежевымытый кафельный пол кровь. — Максим! — негромко окликнула она. Парень, насколько мог, отвернулся, еще сильнее сжимаясь в комок, отер с лица слезы, оставляя на щеках кровавые полоски, похожие на те, что рисуют индейцы, вышедшие на тропу войны. Он не понимал что вызвало у него такую бурную реакцию. Ну целовалась Аня с Артёмом и что? Парень всячески пытался отрицать то,что новенькая ему понравилась,но увиденное 10 минутами ранее заставило Макса пересмотреть свои мысли. После ночной "прогулки" Максим решил зайти в душевную перекурить. Одному парню идти не хотелось и он решил позвать с собой Тёму. Подумав,что тот сейчас находится в комнате Морозов побрёл туда. Завернув за угол коридора перед старшеклассником предстала неприятная ему картина. Возле их с парнями комнатой обжимались Аня и Калинин. Ревность затмила его разум и он сорвавшись с места побежал в душевную комнату. Запер дверь изнутри и выпустил свою злость на зеркале, висевшем на стене. Разбив руки до крови Макс впервые в своей жизни заплакал. Не так сильно как плачут девочки во время расставания,а по мужски,выпустив на волю лишь несколько слезинок. — Что надо? Вали отсюда! — голос сорванный, хриплый. — Ты только скажи… — Она нагнулась над ним, мечтая принять на себя любую самую страшную боль. — Оглохла? Я сказал, отвали! — он резко вскочил и, схватив Машу за горло, припер ее к прозрачной стене душевой кабинки. На миг их глаза встретились. В ее глазах — сквозь страх — любовь и боль; в его — только боль и еще мгла. Короткий перехлест взглядов, и его руки разжались. — Максим, расскажи, что случилось? Я помогу тебе… — Маша умоляюще сжала руки. — Ты мне поможешь? — Макс произнес это «ты» словно презрительно сплюнул. — Да кто ты вообще такая? Что ты обо мне знаешь? — Я… — Маша вздохнула. Вот он — шанс раскрыть правду. Но правда, столько лет лежавшая тяжелым камнем на ее сердце, на ее губах, не срывается так, в один момент. Что может быть хуже этого подвешенного состояния? Только то, что сын не захочет иметь с ней ничего общего, если он раз и навсегда отвернется от нее. — Я знаю главное. Ты не такой, как твой отец! Он, уже уходя, оглянулся. Посмотрел на нее растерянно… На миг, всего лишь на миг Маше показалось, что Максим останется, и тогда она сможет… Но он ушел, и хлопок двери лучше всего доказал ей: сказок не существует.

***

— Надюша?.. — Андрей осторожно заглянул в детскую. Обе девочки спали на своих кроватках. Алиса улыбалась во сне, Надя хмурилась, словно ей снилось что-то страшное. — Спи, — Андрей, присев на кровать, погладил девочку по голове. — Извини, что я опоздал… так получилось… Просто знай, что я очень-очень тебя люблю. Он поцеловал сестру в лоб и ушел, так и не увидев, как Надины глаза вдруг открылись, сияя странным, неестественно-голубым, словно зажженные тем светом, что полыхал сегодня над лесом. Письмо Даша увидела, едва только вошла в свою почту. Олег Птицын, журналист, человек, к которому в трудный час обратился Савельич. Кто, если не он, ответит на все вопросы?! Птицын приглашал встретиться на старом кладбище. Видимо, это их с Савельичем любимое место встречи. Или самое безопасное в округе. Даша взглянула на часы и подскочила! У нее уже почти не осталось времени! Из-за этого приключения с колодцем она увидела письмо слишком поздно. Теперь придется нестись туда сломя голову. Хорошо хоть Вика с Аней пошли в душ и не станут задавать ненужных вопросов. Девушка быстро натянула свитер и джинсы, подхватила зимнюю куртку и выскользнула из комнаты. На старом кладбище никого не было. Птицын или опаздывал, или не пришел… как когда-то Иван Савельевич. — Птицын! Олег! Где вы? — позвала Даша. Где-то поблизости заскрипела ветка. Девушка испуганно вздрогнула. Нет, ничего. Пустяки. Она едва успела перевести дух, как рот вдруг зажала чья-то жесткая ладонь. Вместе с тем ее потащили куда-то. У Даши все похолодело внутри, когда она поняла, что у нападающего всего одна рука — вторую заменял ужасный металлический протез. Старкова забилась, пытаясь вырваться из страшных объятий, и в этот момент мужчина застонал и, разжав руки, упал на снег. За ним стоял Максим Морозов, все еще сжимающий в руке большой камень. — Но к-как… — заикаясь, проговорила девушка. — А так, — Морозов смотрел мимо нее. — Второй раз за сегодняшний день тебя из переделки выручаю. Всё-таки вы с Андреем идеальная пара. Вечно в какой-то заднице оказываетесь. Скажи спасибо, что забыла выключить компьютер. Вика увидела письмо и подняла нас на уши. — И мы как раз вовремя успели! — гордо добавил Ромка. — Макс, а ты его не убил? — осторожно проговорил Темыч, наклоняясь над упавшим. — Смотри, не шевелится. Он был немолодой, примерно возраста Ивана Савельевича, с волосами, густо припорошенными сединой, с простым усталым лицом. Одет тоже неказисто — в старый вылинявший пуховичок. — Плохо дело, — покачал головой Рома. Но тут мужчина слабо застонал. Приподнявшись, он осторожно ощупал голову. — Вы кто? — спросил Максим, не выпуская из рук камня. — Олег Птицын… — просипел человек и попытался подняться. Рома с Артемом с двух сторон протянули ему руки, помогая встать на ноги. — А вы?.. — Мы — ученики Ивана Савельевича, — выступила вперед Фадеева. — Это мы вам написали. — А где Иван Савельевич? — Птицын встревоженно огляделся. Он сейчас и вправду напоминал большую черную взъерошенную птицу. — Пропал, — тихо, словно извиняясь, произнесла Даша. — Мы сами его ищем. — Пропал! — Птицын поднес здоровую руку к лицу, вытирая слезы. — Это конец! Господи, я же предупреждал его, чтобы не совался один в это дело! — Что за дело? Объясните наконец, — ребята сгрудились вокруг мужчины. Он снова внимательно взглянул на каждого, будто взвешивая, можно ли им доверять, и наконец заговорил. Это было дело более чем двадцатилетней давности. Тогда из детского дома, расположенного в старой усадьбе графа Щербатова, пропали несколько сирот. Птицын и Иван Савельевич преподавали в детском доме, пытались узнать об их судьбе. Но, увы, сведений оказалось слишком мало. Они поняли только, что столкнулись с некой странной организацией, могущественной и распустившей свои щупальца, словно спрут. Обращение в милицию ничего не дало. Вернее, дало, но вовсе не тот результат, на который рассчитывали, — на Олега Птицына напали, он чудом остался жив, всего-то потеряв при этом руку. — Теперь они добрались до Ивана Савельевича, — закончил свой рассказ журналист, склонив седую голову. — Боюсь, его уже нет в живых. — И… что же нам делать? — Даша Старкова беспомощно смотрела на человека, который, как казалось, должен решить все их проблемы. — Не лезть в это дело, — вздохнул Птицын. — Они не остановятся ни перед чем. Они убьют и вас, если вы кому-то расскажете… На кладбище было тихо-тихо и страшно-страшно. Аня обрадовалась, когда Артем Калинин подошел к ней и положил на плечо руку.

***

Ночь у друзей выдалась бессонной. Утром они вместе направились в столовую. Учителя были в шоке. Ранее всегда весёлая, шумная компания сегодня сидела как никогда тихо. — — Нужно снова спуститься в колодец, — сказала Даша. — Ты же видела, проход замурован… Нужны инструменты… И потом, это все-таки опасно. Помнишь, что случилось вчера? — напомнил Андрей. — Мы же не можем сдаться так просто!.. Сейчас, когда нашли Птицына. Он оставил мне номер своего телефона! Мы добудем для него доказательства, и он напишет свою статью… — Даш, он же нас предупреждал, как это опасно!.. — Ты что, боишься? — У меня есть Надюша. Понимаешь, я должен думать прежде всего о ней! Первым уроком у 10 класса стояла история и ученики зашли в знакомый кабинет. Елена плела что-то про Французскую революцию, но это было так далеко и не важно, что Макс и не пытался слушать. Он всё ещё думал об Ане. Ну да,девчонка неплохая, даже лучше Дашки,но за все 2 недели её пребывания в школе она ни разу не проявила внимания к особе Максима,Фадеева проводила всё время в компании Ромы и Артёма. Морозов не мог злится на своего друга за его поцелуй с новенькой,ведь Калинин не знает о чувствах Макса ,а если бы знал,никогда бы даже не посмотрел в сторону Ани. В этом брюнет был уверен. — Старкова, Авдеев! Мне кажется, новый материал вас не интересует? — Елена стояла между ними, и от нее словно шли во все стороны волны холода. — Ну хорошо! Раз так, закрыли все учебники и пишем самостоятельную работу! — Елена Сергеевна, за что? — взмолился Тёмка. — Скажите спасибо вашим товарищам, — отрезала она. — У нас только вчера зачет был! И вообще мы не готовились! — внес свой вклад Ромка. — И вообще нельзя наказывать учебой.— выпалила Вика. — Это не наказание. Вы сюда приехали учиться, а не разговаривать. А ты, Виктория Кузнецова, запомни: я тебе не Иван Савельевич, никто тебе пятерку натягивать не будет. Все пишут проверочную, — подытожила Елена. — А Старкова, Авдеев, Морозов, Павленко, Калинин,Фадеева и Кузнецова — к директору, за самостоятельную получаете «два», — добавила она. — Вот ведь стерва!— подвела итог Аня выйдя из кабинета.

***

— Что случилось? — спрашивал их Виктор. — Вы постоянно нарушаете школьную дисциплину. Ты, Даша, съехала на тройки.Аня,я рад что ты так быстро влилась в коллектив,но твоя успеваемость заметно ухудшилась. Артем с Максимом с каждым днем учатся все хуже, а про Рому я вообще молчу. Елена Сергеевна сказала мне, что ты, Павленко, в прошлой проверочной работе умудрился написать, что Робеспьер — один из мушкетеров короля. Виновные против воли захихикали. Виктор Николаевич покачал головой и серьезно посмотрел на ребят: — Что все-таки случилось? — Понимаете… — тихо проговорила Вика, — Ивана Савельевича убили… — Вика, молчи! — попыталась остановить подругу Аня,но было поздно. — Что за чушь? Откуда такие странные фантазии? — удивился директор. — Вот послушайте… Он открыл один из ящиков своего стола, поискал среди бумаг и достал оттуда открытку: "Виктор Николаевич,приветствую!Ты оказался совершенно прав — отпуск мне был абсолютно необходим. Я примкнул к знакомым археологам из Крыма, зарылся с головой в античность. Всем горячий привет. Ваш Иван Савельевич. — прочитал директор.

***

— Я все-таки хочу осмотреть колодец. Ты пойдешь со мной? — спросила Даша Максима, когда они вышли из кабинета Полякова. — Нет, — ответил он решительно. — А вы? — она обвела взглядом остальных. — Извини,но я изначально была против этой идеи.— признала Аня и подошла к Максу. — Да и нам с Ромычем не хочется остаться без руки.— произнёс Калинин и также подошёл к друзьям. — Мне нужно историю подтягивать… — замялась Вика. — Понимаешь, я не могу позволить себе потерять этот грант. — Понимаю, — Даша резко отвернулась, так что волосы взлетели и золотистым водопадом вновь упали на ее плечи. — Ну и хорошо. Я пойду одна.

***

Идти к колодцу одной было страшно, но отступить она уже не могла. Только не сейчас. Даша достала из кармана телефон и набрала записанный туда вчера номер. — Олег Валентинович?.. Это Даша. В колодце есть некая дверь, но мы не знаем, куда она ведет… Да… Я сейчас туда спускаюсь. Еще позвоню… Снять деревянный щит, закрывающий колодец, оказалось делом недолгим. Далее девушка достала из прихваченного с собой рюкзака все необходимые инструменты, привязала веревку и, хотела уже спускаться. Но тут ее схватили чьи-то руки. Даше вскрикнула и вывернулась, чтобы лицом к лицу очутиться с… Андреем. — Андрей! Ты все-таки пришел! — она не скрывала своей радости. — Я не мог отпустить тебя одну, — ответил он, стараясь говорить безразлично и строго. — Подежурь наверху, я спущусь сам. Он включил прилаженный к черной вязаной шапке фонарик и довольно ловко заскользил по веревке. Девушка опустилась на каменный сруб, переводя дыхание. Все-таки как здорово, что Андрей пришел. Даша почему-то думала что ей на помощь всё-таки придёт Макс, но тот видимо решил воздержаться от очередной прогулки? Словно в ответ на ее мысли на тропинке появился Морозов. — Что ты здесь делаешь? — Даша встала навстречу ему. Он остановился рядом, заглянул в глаза. — Я не хочу, чтобы ты спускалась одна. Там опасно. Злой стук молотка разбил напряженную тишину. — Что это? — Максим удивленно посмотрел вниз, где сияла одинокая звездочка фонаря. — Там Андрей… Он тоже пришел. — Как же Надя?— удивился брюнет но быстро исправился. — Ну что же, еще лучше — вдвоем мы быстрее справимся. И в этот момент стена поддалась. Сначала выпал один кирпич, открывая узкую брешь. За ним потянулись и другие. Вскоре проход был освобожден. — Ну как? — спрашивала сверху Даша. — Кажется, что-то нашли, — откликнулся Андрей. — Ой, да тут настоящие катакомбы. — Подождите, уже иду! Вскоре она тоже оказалась в колодце, глядя на круто уходящую вниз лестницу. Вдалеке виднелся узкий каменный коридор и арка, из которой сочился странный тусклый, какой-то гнилостный свет. Все трое шагнули в проем. — Да тут целый мир! — присвистнула Даша. — Я чувствую себя девочкой Элли. Они не успели уйти далеко, когда за спинами послышался плеск, а затем появилась странная четырехногая тень. Максим, затаившийся за углом, поднял молоток, готовясь отразить нападение, и едва удержал руку, когда перед ними появились Ромка и Вика. — Вот и мы! — довольно улыбнулся Ромка. — А Тёмыч с Анькой у колодца на стреме остались. — Уединились голубки?— съязвил Макс, но на самом деле ему стало очень больно. Аня там с Артёмом. Впервые девушка предпочла его друга, а не его самого. — А как же история? — Даша испытующе посмотрела на подругу. — Да ну ее! — Вика с деланной беззаботностью махнула рукой. — Не это самое главное. И не грант. — Спасибо, — Даша сжала руку подруги и посмотрела на ребят. — Ну что, идем?.. Коридоры показались им лабиринтом. Они пересекались под странными углами, разветвлялись и вновь соединялись. Где-то виднелись металлические глухие двери. Все молчали, и в тишине каждый слышал только стук собственного сердца, тревожно бьющегося в груди. И вдруг… — Вы слышите этот звук? Будто что-то жужжит?.. — спросила Даша. Теперь его уже слышали все. Он привел ребят в конец коридора, где из-за приоткрытой железной двери лился свет. В странной глухой комнате работал кинопроектор, и на беленой стене возникали страшные кадры. Кости, пялящиеся пустыми глазницами черепа, близнецы, сиамские близнецы, сросшиеся разными частями тел… Непонятно и вместе с тем как-то жутко… Отвратительно жутко… — Кто-то знает, что мы здесь. Он включил для нас проектор, — тихо произнес наконец Макс. — Но зачем? — успел спросить Андрей. И тут на импровизированном экране появилось изображение пятерых ребят в старых школьных синих форменных костюмах, с красными пионерскими галстуками на груди. Камера сняла, как эти мальчики смотрят ту же запись. Вдруг пионеры оглянулись, и рты их раскрылись в страшном безмолвном крике. — Это же те самые пропавшие сироты, которых мы видели в газете! — воскликнула Вика. В это время изображение пошло рябью, а на следующем кадре появились тела пятерых ребят. Они лежали в беленой глухой комнате. Беспомощные, как сломанные куклы. На лицах кровь, глаза застывшие, мертвые. — Их здесь убили… — хрипло прошептал Ромка, и в этот миг дверь комнаты с грохотом захлопнулась.