Хела: путь силы

Pov Лукус       Если бы кто-то спросил у Лукуса, нравится ли ему быть дворецким, то этот кто-то тут же получил бы положительный ответ. И даже больше — Лукус был идеальным дворецким, он любил свою работу столь нежной и чувственной любовью, какой, на его взгляд, не мог похвастаться никто во вселенной. Но иногда он ненавидел её, вот прямо как сейчас, когда толпы вельмож велеречиво расхваливающих её Темнейшество, топтали своими пыльными сапогами полы замка, те самые полы, которые он не менее чем полчаса назад вымыл до зеркальной чистоты. И почему это, спрашивается, Хела так долго терпит всех этих пресмыкающихся перед ней? Может, слухи, пускаемые чернью, правдивы, и Хела не та, за кого себя выдаёт. Лукус помнил её до исчезновения. Властная, она давила своим превосходством, резкая на расправу, беспощадная, с тьмой вместо сердца. Могло ли заточение так её изменить? Дворецкий сомневался. А значит, что-то точно было не так, в который раз протирая пол, подумал Лукус. Впрочем, что бы там ни случилось с Её Темнейшеством, дворецкий был уверен: всё ещё вернётся на своё место. И он, третий Воитель армии объединённых земель, вновь поведёт армию Королевы, уничтожая на своём пути миры, пополняя армию умертвий. А после, набрав мощь, они бросят все свои силы на Асгардианцев. Безумная улыбка на миг появилась на его губах, подобная оскалу дикого зверя, готового к прыжку на беззащитную жертву, и тут же пропала, едва Лукус услышал звонкий перестук каблуков его Госпожи, шедшей в сопровождении очередного посла, Дворецкий в который раз убедился, что Хела изменилась, ранее она убила бы наглого посланца, посмевшего спорить с ней, сейчас же она участвовала в споре, активно жестикулируя, и при этом с её лица не сходила улыбка, она, казалось, наслаждалась всем тем, что происходило вокруг. И Лукус не мог понять, нравится ему это или нет. And Pov       Артаниэль была в раздумьях: вернуть к жизни Инхарига Великодушного или поддаться на уговоры его пра-пра-пра и ещё раз правнука. Оба этих варианта несли в себе как выгоду, так и проблемы. Так, соблюдение условий договора покажет соседним королевствам, что Хела сдерживает данные обещания, а взаимоотношения с Лутоанцами могут перейти на другой уровень. А вот из минусов, как минимум Нынешний король не согласится просто так отдать королевство, пусть хоть тысячу раз прославленному предку, а значит, внутренние разборки Лутоана, способные перерасти в полномасштабную войну, могут коснуться и её королевства. Конечно, она сможет отбить любые поползновения на свои границы, но воевать Артаниэль не любила, хотя и имела за спиной двухсотлетнюю практику из прошлой жизни, тогда, ещё будучи только подмастерьем магии жизни, она и ещё дюжина эльфов были отправлены на практику, на передовую, к самым границам Империи людей, будучи целителем, Артаниэль вообще не должна была выжить в той бойне, таких, как она, старались выбить в первую очередь, война диктовала свои правила.       Именно тогда, осознав, что не умея защищать себя, она может и не выжить, Артаниэль вступила в особый отряд — отряд смертников, — так их называли из-за жесточайших методов обучения, но оно того стоило. За тридцать лет, проведённых в отряде, она научилась убивать. Без эмоций, любым оружием или предметом обихода — диверсии, во время которых уничтожались целые поселения, дети, женщины, старики. Всё это способствовало тому, что Артаниэль стали называть чёрным целителем. Император лично назначил награду за её голову. Её жизнь оценили в тысячу золотых империалов, спустя полгода цену подняли до ста тысяч, не проходило и недели, как очередной охотник, считающий её своей добычей, появлялся на горизонте.       — Лукус, — позвала дворецкого Артаниэль, — мне нужен твой совет, я слышала, ранее ты был Генералом моей армии?       — Был? — в голосе Лукуса послышалось удивление. — Ваше темнейшество, никто не отнимал у меня этих полномочий, и смею надеяться, что и в дальнейшем это звание будет принадлежать мне. Но если ваша воля противоположна моим желаниям, то кто я такой, чтобы ей противиться, лишь скромный дворецкий, который, к вашему сведению, прекрасно справляется со своими обязанностями.       — Лукус! — Хела устало вздохнула. — Я ценю твой вклад в благоустройство замка, но сейчас у меня нет желания обсуждать чистоту моих покоев. Мне нужен твой совет, за столетия моего отсутствия мы утратили своё влияние, королевства разрознены, и что-то подсказывает мне, что не все рады моему возвращению, ты, как третий Воитель, скажи мне, готов ли ты вновь повести армию умертвий на соседние королевства? — для себя Артаниэль решила, что пора соответствовать статусу тёмной богини, а значит, быть войне. В глазах Лукуса мелькнуло удовлетворение вопросом Хелы.       — Да, моя королева, я, как и Мельтор, второй Воитель, а так же Асворк, первый среди первых, Воитель полуденного солнца, готовы повести войска в наступление хоть сейчас. В стазизе зачарованны три тысячи костяных драконов, а армия умертвий насчитывает более двухсот тысяч единиц, — Лукус взглянул на посла, лицо которого в этот момент выражало крайнюю степень изумления. Он, казалось, не верил в то, что сейчас услышал, но вот его осанка выпрямилась, а во взгляде появилась искра решимости, смешанная с толикой испуга.       — Ваше Темнейшество, — раболепно начал он, — но с кем вы собрались воевать? Смею напомнить, что королевство Лутоан всегда было в стороне от войн.       Артаниэль раздражённо повела плечом и, взглянув на Лутоанца, произнесла:       — Вы видимо забыли кому присягали на верность короли, и кому они обязаны своим возвышением? Думаю пришло время напомнить. Асгард Слушай, могучий Тор, в тебе столько силы, так и какой от неё сейчас прок? Ты меня слышишь, брат?! Ты ничего не можешь сделать! Что ты делаешь? Разрушив мост, ты больше никогда её не увидишь! -Локи в шоке смотрел как его брат крушит Мьёльниром Биврёст,-В отчаянном прыжке он хотел остановить Тора, но не успел. И вот теперь они висят над бездной, спасённые Всеотцом. И Локи хотел всё объяснить, по крайней мере пытался. -- У меня бы все получилось, отец! Ради тебя! Ради нас всех! - Нет, Локи.-Один с укоризной и разочарованием посмотрел на бога обмана-Не получилось бы. Нельзя спасти мир, которого никогда не было. Ни ради кого-то, ни ради самого себя-Локи не смог выдержать этого взгляда, и отпустил жезл, он больше не видел цели в этой жизни, и не хотел жить, он проиграл, так есть ли теперь смысл бороться?-Спросил себя локи проваливаясь в зияющую дыру портала.