В прямом смысле

Доктор Майерс заявила, что на момент совершения преступлений Кайло Рен был невменяемым, и предъявила список ингредиентов смеси, которая выдавалась за лекарственный препарат. Она долго перечисляла побочные эффекты и упомянула дистресс, возникший после эпидемии. Адвокат добавил к перечню комплексы, развившиеся после развода родителей, душевные страдания подростка, вынужденного разрываться между отцом, матерью и любимым дядей, и то, как это все повлияло на развитие личности Бенжамина Соло. Хакс, сидевший в зале суда, с сомнением посмотрел на Кайло, который выглядел невозмутимым, словно от нечего делать зашел на огонек. Адвокат правильно истолковал скептические взгляды слушателей и сменил курс — на раскрытие злой сущности президента Сноука. Хакс заскучал. Он знал, что этот курс в корне неправилен. Накануне первого заседания суда адвокат нанес визит Кайло, который содержался в центральном следственном изоляторе округа Колумбия, и предъявил требования сенатора Органы. — Зачем ей это нужно? — Кайло был настроен враждебно. Адвокат порядком устал от сенатора Органы, которая шла напролом, и ему совсем не хотелось препираться с ее сыном. К тому же адвокату было не по себе в обществе Кайло. Он не скрывал отвращения и страха. — Ваша мать тратит силы и денежные средства для решения возникшей проблемы, — устало проговорил он. — Вы должны всячески ей содействовать. — Я не буду жить с ней. — Кайло возмущенно выпрямился, звякнула цепь наручников. — Что за бред? Если от моего ответа зависят мои жизнь и свобода, то, пожалуйста, делайте что хотите. Я приму любое наказание, но никогда не откажусь от Армитажа Хакса и никогда не соглашусь жить под домашним арестом в доме моей матери. Ясно? — Подумайте, прежде чем давать столь категоричный ответ. — Где вы были во время эпидемии? — Э-э, а какое это имеет значение? Я был в Канаде, на острове. Туда эпидемия не докатилась. — Вам повезло. — Кайло утратил интерес к разговору. — Передайте сенатору Органе, что я не буду с ней сотрудничать. Она спасает прежде всего свою репутацию, а не меня. Я неудачный сын, ее сплошное разочарование. Пусть смирится с моим окончательным падением и не старается меня поднять. Адвокат передал слова Кайло сенатору Органе. Та оскорбленно ответила: — Кажется, мой сын действительно сошел с ума. Если не прокатят наркотики, будем строить защиту на его безумии. Пусть проведут экспертизу. Лучше сумасшедший Бенжамин Соло, чем казненный Кайло Рен.

***

Скуку заседания немного разбавили снимки Кайло на дороге, когда он остановил машину доктора Майерс, хотя они ничего не решали. Кайло, который молчал или односложно отвечал на вопросы, вполголоса прокомментировал снимки: «Выгляжу как псих». Адвокат толкнул его локтем в бок, попав прямо в едва зажившую рану. За это он удостоился такого взгляда, что вечером принял немного больше бурбона, чем обычно. Проведенная экспертиза выявила генерализированную амнезию*, спровоцированную воздействием препаратов и постоянным давлением со стороны президента Сноука. На момент экспертизы Кайло был признан полностью вменяемым и осознающим свои нынешние поступки. Как и предполагал Люк, Сноук полностью избежал ответственности за убийства. В результате импичмента за покушение на Конституцию он был вынужден сложить полномочия президента. Его место временно занял вице-президент. Адвокаты Сноука заявили, что Кайло проживал некоторое время в Белом доме, занимая помещение, переоборудованное под лабораторию: «У Кайло Рена иммунитет против вируса так называемого „бешенства”, поэтому на основе его крови собирались произвести вакцину». Это объяснение никуда не годилось, но было принято к сведению. Свидетелей как таковых не было. Все, кто участвовал в убийствах вместе с Кайло, исчезли. Доктор Майерс попыталась заявить о врожденном иммунитете Кайло, но все результаты исследований пропали. Вирус резво делился в образцах крови и не собирался погибать. В теории требовалось ввести вирус непосредственно в кровь Кайло, но подопытный мог просто обратиться в «бешеного». Конечно же, никто не рискнул провести такой эксперимент. Тема иммунитета была закрыта навсегда. Те, кто работал в Белом доме, твердили, что ничего не знали об истинном предназначении Кайло Рена. Хакс хотел навестить Кайло, но ему в этом отказали. Он поселился в маленькой квартирке Люка, мирясь с его безалаберностью и общительностью.

***

Начиная со второго, каждое последующее заседание федерального окружного суда вызывало неподдельный интерес общественности. Толпы журналистов дежурили на ступеньках здания суда, мечтая получить интервью. В итоге они ничего не получали, но приходили снова и снова. Сенатор Органа усиленно противостояла шумихе, но потерпела поражение. Она снизошла к Хаксу, посоветовав ему не попадать под прицел фотографов. Супруг сенатора Органы вообще не показывался на публике. Народ требовал справедливости, и скоро стало понятно, что дело не удастся свести на нет, прикрываясь влиянием наркотиков. Кайло Рен превратился в кого-то наподобие Чарльза Мэнсона, не хватало преданных поклонников, но они были на подходе. Наряду с обвинителями, в интернете нашлись те, кто стали обелять «цепного пса президента», именуя его «несчастной жертвой обстоятельств». Едва Хакс осознал, что дело может закончиться казнью или принудительным лечением в психиатрической клинике, он начал жить в состоянии постоянного страха за Кайло. Порой Хаксу казалось, что он спит и видит нескончаемый кошмар. Люк, как мог, пытался его развеселить, но грубоватые шутки вперемежку с изящными каламбурами не способствовали улучшению настроения. Хакс утратил аппетит, вернулось головокружение, он начал спотыкаться на ровном месте, ронял вещи. — Сынок, так дело не пойдет. — Люк обнял его, остановив в прихожей. — Давай ты расслабишься и успокоишься. Я уверен, что Лея все уладит. — Нет, не уладит. — Хакс истосковался по прикосновениям, поэтому не оттолкнул Люка. — Я больше не могу. Ты читал, что пишут в интернете? Все против Кайло, его считают исчадием ада, а про Сноука забыли. Все хотят, чтобы Кайло отправили на электрический стул. Никто не верит в его временное помешательство. Те, кто считает его невиновным, делают только хуже, рассуждая о его инфантильности и детских травмах. Люк погладил Хакса по спине и отстранился. — Сынок, мы должны найти записи. Видеозаписи где-то архивировались, я уверен. Жесткие диски серверов Белого дома были отформатированы, вся информация исчезла. Но, возможно, информация копировалась в облачное хранилище. — Зачем ты меня обнял? — Дурень, потому что ты мне как сын. А ты о чем подумал? — скривился Люк.

***

Хакс подрабатывал в очередной благотворительной организации, где сортировал одежду. Монотонное занятие помогало ему ни о чем не думать. Вскоре он понял, для чего сенатор Органа просила его не лезть под объективы камер. — Эй, парень. Это ты? — Ему под нос сунули телефон. — Это ты? Точно ты. Эй, у нас тут знаменитость! Это же ты, верно? Хакс сказал «нет», но от него не отставали. Взбесившись, он выбил телефон и заодно пару-тройку зубов. Его попробовали повалить и избить, но Хакс был настроен решительно. Тем более что имел дело не с Бобом и компанией, а с обычными задирами, которые были уверены, что способны кого-то напугать своим криком или наглым видом. Хакс вдоволь отыгрался на них, выместив всю горечь последних недель и подавляемую злость. Затем он поехал прямо к сенатору Органе. — Впустите его, — велела сенатор. — Обыщите на всякий случай. Растрепанный Хакс, не удосужившийся вытереть кровь из разбитого носа, ввалился в кабинет сенатора Органы. Она окинула его холодным взглядом. — Ужасно выглядишь. Хакс провел рукой по разорванной рубашке и только хмыкнул. — Значит, вы больше ничего не собираетесь делать? — Он рывком отодвинул стул и уселся без приглашения. Сенатор поджала губы, не зная, как приструнить нахала. — Странные претензии, молодой человек, — наконец сказала она. — Я делаю что могу. — Неправда. Вы смирились со всем, что произойдет с Кайло. — Его зовут Бен. — Нет! Он хочет, чтобы его называли Кайло! — крикнул Хакс, выплескивая отчаяние и боль, которые в нем накопились. — Вы обязаны его уважать таким, какой он есть! — Неуравновешенный, нестабильный, страдающий приступами неконтролируемого гнева, с пониженным инстинктом самосохранения, ненавидящий самого себя, неблагодарный, жестокий. Мне продолжать? — вежливо осведомилась сенатор. — Вы виноваты в том, что он вас ненавидит. — Да, я плохая мать. Отвратительная, — поддакнула сенатор. — Меня стоит лишить материнских прав, но только поздновато, тебе не кажется? И не тебе меня осуждать. Хакс только сейчас ощутил саднящую царапину на шее. — Я дергаю за все ниточки, до которых могу дотянуться. Ты не представляешь, насколько это виртуозное занятие. Раз не получилось снять обвинения, нужно свести их к минимуму. — Сенатор провела ладонью по лицу. — Невероятно устала. Дверь в соседнюю комнату открылась, впуская высокого темнокожего мужчину. — Хакс, это мой супруг, Лэндо Калриссиан. Лэндо, это партнер моего сына, Армитаж Хакс, — произнесла сенатор. — Опустим приветствия и прочие ритуалы. Ты что-то разузнал? Лэндо протянул Хаксу руку. — Есть крохотная зацепка, но нужен твой брат, Люк. Я могу обо всем говорить? — Он посмотрел на Хакса. — Обо всем, — подтвердила сенатор. — Зачем нужен мой брат? — Наркотики. — Лэндо достал из стенного шкафчика бутылку виски и три бокала. — Нам всем нужно успокоиться. Хакс, ты что, подрался? — Мы знакомы три минуты, а ты ведешь себя, будто мой отец, — огрызнулся Хакс. — Понятно, больше не спрашиваю. — Лэндо налил виски в бокалы. — Такие все напряженные. Я же говорил, что мальчик попадет в переплет. Надо было его раньше заарканить. Но ты прямо-таки уперлась не на жизнь, а на смерть. К удивлению Хакса, сенатор молча слушала выговор. — Представляешь. — Лэндо вручил Хаксу бокал. — За твое здоровье! Так, о чем это я? Ну да. Лея вбила себе в голову, что ты дурно влияешь на Кайло. — Бена, — поправила сенатор. — Он желает, чтобы его называли Кайло, пусть будет, как он хочет. И вот, Лея поставила ультиматум. Или ты, Хакс, оставляешь Кайло, и он живет рядом с матерью. Или он будет предоставлен сам себе. Но, как мы видим, Кайло не умеет жить без присмотра. Лэндо немедленно получил удар в подбородок. Хакс, дрожа от ярости, поставил бокал на стол. — Вы все ошибаетесь. — Он хотел уйти, но услышал: — Забавный звереныш вполне достоин своего приятеля. Тебе не интересно узнать новость? — Лэндо улыбался, но без насмешки или презрения. — Я нашел хакеров, которые временами сливали информацию с серверов Белого дома. Они согласились обменять ее на пакет разной наркоты. Вот зачем мне нужен Люк Скайуокер. — А ты сам не можешь найти дурь? — Хакс ощутил пустоту внутри себя. — Не хочешь замарать руки? — Иди домой, мальчишка, — покровительственно сказал Лэндо. — Пусть Люк позвонит Лее.

***

Люк исчез на два дня, а когда вернулся, то выглядел тяжело больным. Встревоженный Хакс заглянул в его комнату, заваленную вещами бывших жильцов. Люк перенес их к себе, чтобы освободить пространство для Хакса. — Ты как? — Он присел на край постели. Люк отвернулся, надсадно кашляя. — Я слишком стар для этого дерьма. Банку пива не осилю, не говоря о другом. — У кого информация? Люк порылся в многочисленных карманах и вручил Хаксу потертую флешку. — Я выторговал копию того, что отдал сестре. Проверил, не волнуйся. — Он слегка сжал руку Хакса. — Иди, просмотри сам. Мне нужно отдохнуть, я отвык от этой гадости. Хакс, поддавшись порыву, крепко обнял Люка. — Да иди, смотри, нежность проснулась, — заворчал Люк, пряча довольную улыбку. — Поторопись, время не ждет. Хакс не сразу вставил флешку в ноутбук. Больше всего он боялся, что файлы или архивы окажутся поврежденными. Всего на флешке было десять архивов с шестого по пятнадцатое сентября. Хакс посмотрел на дату на панели задач. «Двенадцатое ноября», — он облегченно вздохнул. В архивах лежало по одному видеофайлу, содержащему беседу Сноука с Кайло. «Он морочил ему голову каждый вечер». — Хакс с болью в сердце смотрел на Кайло, который послушно отвечал на вопросы Сноука. Он видел, насколько Кайло утомлен, как медленно двигается, и ему хотелось придушить Сноука. — Как твоя рана? — участливо спросил Сноук. — Плохо. — Покажи. Кайло задрал футболку, и Хакса затошнило от вида гнойной раны с ярко-красными воспаленными краями. — Почему плохо? Я не медик, но вижу, что дело идет к выздоровлению. — Вы уверены? — Опусти футболку. Вот так. Теперь прими лекарство и ложись спать. На сегодня заданий не будет. Кайло взял инъектор со стола, невидимого для Хакса. — Введи препарат рядом с раной, — приказал Сноук. — Завтра придет врач и обработает ее, обещаю, тебя вылечат. Когда Кайло приставил инъектор прямо к ране, Хакс не выдержал и выключил запись. Он заскрипел зубами от бессильной злости. Чтобы хоть как-то ее унять, Хакс вскочил и ударил кулаком в стену. Резкая боль в костяшках пальцев немного отрезвила.

***

Суду предоставили новое доказательство вины Сноука. Адвокат Кайло принес запись разговора президента с киллером. В ней Сноук давал распоряжение убить двух журналистов, слишком рьяно копавшихся в его прошлом. Кайло отвечал односложно, и сразу было заметно, что он под влиянием наркотиков. Судья назначил экспертизу голоса президента Сноука, так как самого президента на записи не было видно. — Разве это единственное видео? — Хакс улучил момент и перехватил сенатора Органу, прежде чем она сбежала из здания суда. — Нет. Но на других видео Бен обсуждает планы убийств, и там он совершенно вменяемый. Поэтому останется только это, другие записи я уничтожила. Приходится доверять брату — он утверждает, что все записи не копировались, и это единственный экземпляр. — Вы можете посодействовать моей встрече с… Беном? — Хакс говорил как можно почтительнее. — От тебя не избавишься, — со вздохом ответила сенатор. — Так что? Вы поможете? — крикнул Хакс ей вдогонку. — Спасибо за ответ! Люк почти не выходил из своей комнаты, мало ел и много спал. Хакс подумал, что однажды обнаружит его мертвым. На третье утро он приоткрыл дверь, приготовившись ко всему. На кровати никого не было. Хакс поморгал, решив, что плохо видит. Хлопнула входная дверь, и в квартиру вошел сияющий Люк, держа пакет с продуктами. — Смотри, что я принес! — Он достал ломоть сыра и помахал перед носом Хакса. — Сыр! Хочешь кусочек? На, я не жадный. Есть зелень, немного мяса и спагетти. Готовить буду я, у тебя руки из задницы растут. — Ты плохо готовишь, — возразил Хакс. — Подожди, а где ты все это взял? — Знаешь, хоть сестра и считает меня фриком, но она ошибается. — Люк достал кастрюлю и сковороду. — Мы росли в разных семьях, так получилось. Я жил на ферме. Веселые были времена. Я научился налаживать отношения, не пользуясь своим происхождением, не козыряя титулами и званиями. — Ты ходил на черный рынок? — догадался Хакс. — Ну вот, такой рассказ обломал. — Люк щелкнул его по лбу. — Балбес. Между прочим, ты мне должен. Не за продукты, хотя я помню, как ты зажал сыр. И молоко. Шучу. Сегодня у тебя свидание с Беном. — В каком смысле свидание? — Без свечек посреди стола, пирожные не подадут, кремом обмазываться не разрешат. Но десять минут у тебя будет. Сегодня в два часа. Я тебя отвезу и заберу, потому что меня там знают. — Ты был в тюрьме? — Нет. Но у меня много полезных знакомств. — Ты мог раньше устроить встречу. — Мог. Но ты был сильно расстроен, а Бену меньше всего нужен кислый вид своего любимого. О, я это сказал. Ты заметил? Давай, дуй в ванную. Наведи лоск, начисть обувь. Чтобы выглядел на миллион, как с обложки журнала. Что ты стоишь? Сейчас уже одиннадцать часов. Придурок.

***

— Конфетка. — Люк засмеялся, когда Хакс в очередной раз посмотрел на себя в зеркало заднего вида. — Смотри, не устрой истерику. — Пошел ты. — Хакс пригладил волосы. Дядя Сигизмунд неоднократно критиковал его за это, но Хакс упорно отказывался делать короткую стрижку. — Десять минут, понял? Но договорились, ты ничего не приносишь. Ничего такого, что можно использовать как оружие. Да? Хакс ответил «да». Его обыскали и пропустили через металлодетектор, нацепили пропуск и провели в отдельную комнату. Хакс оглянулся в поисках мебели, но помещение было пустым. — Десять минут, — повторил охранник, вталкивая Кайло в комнату. Хакс еле дождался, пока закроется дверь, и сказал: — Знаю, что за нами следят, но мне все равно. — Мне тоже. — Кайло притянул его к себе, крепко обнимая и что-то бормоча на ухо. Хаксу попадалось выражение «таять в руках», сейчас он прочувствовал это на себе. Он хотел прорасти в Кайло, стать единым целым, никогда не расставаться. Хакс молчал, от волнения перехватило горло. — Время вышло. — Его дернули за плечо. Хакс едва не ударил охранника, но Кайло поймал его руку. — Не надо. Не сходи с ума. Хакс закусил щеку, чтобы погасить эмоции. Люк ничего не спрашивал, когда Хакс вернулся. Он завел мотор и поехал к ближайшей закусочной. — У меня есть земельная собственность возле Буффало, — сообщил Люк, уплетая гамбургер. — Небольшой участок, давно купил. Как чувствовал, что пригодится. Там ободранная хижина, но подведены все коммуникации. Можно на крышу прицепить спутниковую антенну. Хакс слушал его и не понимал ни слова. Он все еще чувствовал Кайло, но это ощущение постепенно пропадало. — Эй, парень, не спи с открытыми глазами. — Люк похлопал его по голове. — Ты есть будешь? Только не плачь, я теряюсь при виде слез. Ты же не будешь плакать? Типа, мужики не плачут, они дерутся и бухают. Давай напьемся? Нет, алкоголь не для тебя. — Ты же сказал, что банку пива не осилишь. — Хакс заставил себя есть. — Вкусно. — Надо знать правильные места. — Люк снова хлопнул его по голове. — Дома пустишь слезу. Я совсем не против, когда мужики эмоции показывают. — Ты всегда один жил? — Ну, не люблю я такие вопросы. — Люк посерьезнел. — Близкие отношения меня никогда не привлекали. Увлечения, кратковременные романы, да, конечно. Но чтобы любовь, жизнь вместе, нет. Я слишком фрик для такого. Ты бы не страдал, если бы жил один. А так, видишь, к чему приводит любовь. — Он покачал головой. — Проведем полдня, разъезжая по городу? Ты согласен? Бензина под завязку, деньги есть. Мы живы и почти здоровы. Пока для счастья хватит.

***

Кайло находился в одиночной камере, считалось, что на него попробуют совершить покушение. Сенатор Органа боялась, что в таком случае Кайло кого-нибудь убьет, и это негативно скажется на развитии дела. К счастью, охрана добросовестно исполняла свои обязанности. Кайло думал, что его ведут на встречу с адвокатом, и немного занервничал, когда маршрут изменился. Увидев Хакса, Кайло остолбенел. Он прижал его к себе, сразу поняв: лучше бы этой встречи не было. Он научился жить без Хакса, и одиночество снова стало невыносимым. — Экспертиза доказала, что с вами разговаривал президент Сноук, — сообщил адвокат. — Одна запись снимает обвинение в двух убийствах из ста двадцати семи. — Если бы вы знали, как я устал от всего этого, — со вздохом сказал Кайло. — Извините, но за все приходится платить, — едко ответил адвокат. — Уверен, что в вашем случае спасение заключается в психиатрической клинике. — «Полет над гнездом кукушки»? — Не знаю, не слышал о таком. — Кстати, за кого моя мать вышла замуж? — За Лэндо Калриссиана. — Что? — недоверчиво переспросил Кайло. — Она разум потеряла? Лэндо был другом моего отца. Известный аферист и карточный шулер, правда, обаяния ему не занимать. — Не понимаю, о чем вы говорите. Мистер Калриссиан — известный инвестор в сфере строительства. — Времена меняются, но люди — нет.

***

После еще одного заседания Хакс понял, что все усилия защиты ни к чему не приведут. Последний гвоздь в свой гроб собственноручно вбил Кайло. Обвинитель в красках живописал несчастную пожилую женщину, слепую и глухую, которой срубили голову. Адвокат собрался использовать эту историю как подтверждение полной невменяемости подсудимого. — Она громко кричала, — вдруг сказал Кайло. — Громко и противно. Звала свою сестру, Мириам. Если бы она промолчала. Я хотел оставить ее в живых, но она подняла ненужный шум. Пришлось ее убрать, ничего личного, поверьте. Я даже не знал ее имени. Сенатор Органа немедленно покинула зал суда. Адвокат подумал, что подзащитный не только безжалостный убийца, но и круглый дурак. Прокурор потерял дар речи. Люк вслух обозвал племянника «ослом». Присяжные кивали головами, как заведенные. Они были несказанно рады окончанию процесса. Кайло отыскал взглядом Хакса и улыбнулся.

***

— Сынок, ты окончательно свихнулся, — сказал Люк, выслушав план Хакса и увидев пакет с гнилыми останками «бешеных». — Отнеси это обратно и забудь как страшный сон. Как ты их раздобыл? Хакс знал, где в Вашингтоне утилизируют трупы «бешеных». Он знал, как можно туда попасть: ему довелось там проработать неделю до того, как он снова подрался. Здание охранялось, но не особо усердно, считалось, что никому в голову не придет добровольно лезть в рассадник заразы. Останки сжигали, а до того хранили в мешках для трупов в морозильных камерах. — Безалаберность и безответственность угробят нашу цивилизацию, — посетовал Люк. — Я не буду участвовать в этом. Как хочешь, так и делай. Я без промедления убираюсь из города. — Ты будешь ждать нас у входа, через который проводят подсудимых. Возьмешь оружие и продукты. — Не командуй. У тебя что, совсем нет совести? Тебе не жаль всех, кто погибнет из-за твоей одержимости Беном? — Нет, мне никого не жаль. Я знаю, что Кайло виновен по всем пунктам. Но мне наплевать на тех, кого он убил. — Я тебя не узнаю, — негромко сказал Люк. — Ты был другим, а сейчас похож на маньяка. — Сначала бродячие животные. Они способны распространять заразу. Затем я добавлю немного гнили в готовую пищу, которую бесплатно раздают в благотворительной столовой. Люк слушал его и подходил все ближе и ближе. — Заражение должно начаться через несколько минут после попадания вируса в организм. Я наблюдал похожую картину — член отряда по сбору трупов испачкал руку в крови мертвеца. Он быстро обратился после обеда, а всего-то надо было соблюдать личную гигиену. Люк обнял его, осторожно взяв за шею. — Что ты делаешь? — возмутился Хакс, потому что прикосновения Люка были совершенно не похожи на отеческие. — Ты что, клеишься? Он захрипел, когда Люк сомкнул пальцы на его горле, одновременно подсекая колени. Хакс непременно упал бы, но Люк подхватил его одной рукой, второй продолжая душить. Удостоверившись, что Хакс потерял сознание, он отволок его в комнату и оставил лежать на полу. Чтобы Хакс не пошел за новой порцией «бешеных», Люк связал его проводами по рукам и ногам. Люк забрал пакет с гнилыми останками и, выйдя из дома, задумался, что же делать дальше. По всему получалось, что идея Хакса является единственным выходом из сложившейся ситуации. «Бена в любом случае осудят. — Люк поехал по направлению к зданию суда. — Его казнят, ведь он практически признал свою вину. Ему попросту все надоело, и он эгоистично решил покончить с собой посредством чужих рук. Так разве он стоит тех жертв, которые задумал принести Хакс? По всему получается, что нет. Мой племянник — моральный урод. Хакс прав, называя нас чокнутой семейкой». Приехав к суду, Люк устроился так, чтобы не уснуть до утра. Ждать оставалось три с половиной часа.

***

Ярости Хакса не было предела, когда он обнаружил себя связанным. Он высказал все, что думал о Люке и его семье, потом долго сыпал угрозами, в конце затих, выбившись из сил. Хакс не мог высвободиться, поэтому пришлось лежать и ждать неизвестно чего. Люк просыпался ни свет ни заря, даже настроил телевизор на включение в шесть утра. После бурного возмущения Хакса, он согласился сменить время на восемь. Хакс уснул, как засыпают дети после продолжительной истерики. Его разбудил громкий звук телевизора, точнее, новостей. Люк не хотел признавать, что у него немного снизился слух. В новостях сообщали о вспышке эпидемии, разразившейся в здании федерального окружного суда. Хакс закричал от злости и бессилия. — Люк, сволочь! — орал он. — Я тебя убью! Вырву твои поганые мозги! Запихаю твое сердце тебе в глотку! — Очень интересно. Я умру после такой операции. — Люк появился, как всегда, словно из воздуха. — Давай я тебя развяжу. Только не драться, договорились? — Ненавижу галстуки. — Кайло прошел мимо ругающегося Хакса и убрал звук в телевизоре. — Там дурдом. Люк воспользовался затишьем и снял провода с Хакса. — Извини, сынок, я не мог допустить, чтобы ты взял на себя такой тяжкий грех. Хакс забыл, что собирался четвертовать Люка. Он смотрел на Кайло, соображая, это сон или нет. — И пиджаки я тоже не терплю. — Кайло снял галстук и пиджак. — Туфли жмут. Дядя, не говори о грехах, ты атеист. — На твой размер шмоток нет, — доложил Люк. — Но если постараться, то можно найти. Нужно выехать из города. И, между прочим, я агностик, а не атеист. Ты путаешь понятия. — За окнами полным-полно «бешеных». Что у нас из оружия? — деловито спросил Кайло, осматривая квартиру. — Ну как же, нет шмоток. — Он выудил из картонного ящика старые кеды. — Вроде подойдут. А тут что? — Он полез за продавленный диван. — Отлично! Хакс был вынужден сесть на шаткий табурет. — Но как? — Он уставился на Люка, который ходил туда-сюда, собирая самое необходимое. — Видишь ли, у меня есть привычка узнавать входы-выходы и вообще планировку зданий. На всякий случай. Заседание должно было начаться в девять часов утра. Здание суда открывают в семь для подготовки, уборки и прочего. Тогда происходит небольшая толчея и если прикинуться своим, то можно преспокойно проникнуть в здание. Дальше все было делом техники. — Как ты заразил людей? — Хакс безотрывно смотрел на переодевающегося Кайло, который нашел за диваном потертые джинсы. — Взял и запихнул в рот первому встречному ту мерзость, которую ты приволок в дом. — Люк говорил так, словно Хакс обо всем знал заранее. — Если кто волновался, то я надел перчатки. Никто не волновался, я так и думал. В поднявшейся суматохе вызволил Бена, конвоиры не возражали, мертвые не возражают. Черт, Бен, зачем ты раскидываешь вещи? Останься в рубашке, не на выставку собрался. Хакс, принеси мечи, я их спрятал под свою кровать. Как дети неразумные, все нужно объяснять. Кайло начал препираться с Люком, заявляя, что рубашка не подходит к джинсам. На что Люк ответил: «К этим джинсам ничего не подходит, разве что мусорный бак». Хакс выполнил его распоряжение, заодно прихватив свой пистолет. — Отлично! — Кайло взял вакидзаси. — Итак, что мы делаем? Люк выглянул в окно. — Возле машины никого нет. Улица пока чистая. Это наш шанс беспрепятственно отчалить. Готовы? Хакс снял пистолет с предохранителя, Кайло шел за ним, держа меч на изготовке. Люк замыкал процессию, тоже вооруженный мечом — как-то он нашел на блошином рынке кодати** в куче металлического барахла. — Ого, отлично, — одобрил Кайло. — Долго искал? — Не поверишь, он сам в руки прыгнул. — Люк прижал палец к губам, показывая, что стоит сохранять тишину. Им удалось сесть в «Хаммер» и проехать квартал, прежде чем за машиной увязались «бешеные». — Прорвемся? — спросил Люк, ни к кому конкретно не обращаясь. — Он меня чуть не задушил, — невпопад ответил Хакс. Кайло коротко рассмеялся и сказал: — Люк, если ты раздолбаешь машину, то все сумки потащишь на своей спине. И, кажется, здесь не бронированные стекла. У Хакса случилось дежавю: он словно вернулся в Дарем и опять ехал по улице, заполненной «бешеными», давя их и сбивая с ног. Люк не стал дожидаться, пока лобовое стекло разобьется под ударами зараженных. Он пристегнулся ремнем безопасности и взялся покрепче за руль. — Я старый человек в самом прямом смысле, поэтому ничего тащить не буду, — сварливо произнес Люк, вдавливая педаль газа. — И машины я не разбиваю.