В прямом смысле

Хижина, о которой Люк рассказывал Хаксу, была не такой уж и ободранной. Разве что пришлось перекрыть крышу и покрасить стены внутри — никто не захотел возиться с поклейкой обоев. Сваи, на которых стоял дом, были в отличном состоянии. Водопровод, канализация и электропроводка работали не хуже, чем в городе. Оказалось, что Люк хранил большую сумму денег, закопав их под домом. Он вырыл их и отправился в Буффало за покупками. На что Кайло заметил: «Будешь трясти деньгами, сюда приедут любопытные припасть к золотому источнику». Люк рассмеялся ему в лицо: «Дорогой племянник, не учи меня жить». Он постепенно благоустроил дом, покупая подержанные вещи. Съездил куда-то на день и вернулся с набором документов для Кайло и Хакса, включая медицинские страховки. — Тебе нужно было работать вместе с моим отцом, — заявил Кайло. — Может, ему бы больше везло. — Ты знаешь, как мы относились друг к другу. — Да, знаю. Ты ревновал к сестре, а он не понимал твоей ревности. — Так это была его проблема, а не моя. — Люк привычно загрустил, как всегда делал при упоминании Хана Соло. Буффало сильно пострадал от второй эпидемии, в городе осталась едва ли треть населения. В больницах катастрофически не хватало персонала, поэтому почтенный возраст Люка не помешал ему восстановить лицензию врача и устроиться в терапевтическое отделение главного медицинского центра Буффало. В отличие от него, Хакс не мог позволить себе такой роскоши, как возвращение к прежней профессии. Человек, имя которого он сейчас носил, не значился в Ассоциации юристов. — Ты можешь заново пройти обучение. — Кайло хотел успокоить расстроенного Хакса. — Да нет. Хватило одного раза, — отмахнулся тот. — Обойдусь. — Ну, в Буффало много предприятий, — вмешался Люк, горящий желанием помочь. — Перспективы и все такое. — Нам нужно меньше высовываться. — Хакс взглянул на Кайло. — Особенно тебе, когда ты примелькался в сети и по телевизору. — Люди уже забыли обо всем, — убеждал Люк. — Посмотри, о чем пишут. Никого даже особо не волнует, почему произошла вспышка эпидемии, тем более не заботит, куда делся Кайло Рен. — Смотри, а то сам окажешься под следствием, — заметил Кайло. Люк снова посмеялся: — Да кому нужен старик? Мало ли таких, как я. Он не ошибся. Расследование ни к чему не привело, и общественность переключилась на тяжелые условия труда на фермах. Мало кто обратил внимание на то, что материалы о Кайло Рене постепенно исчезали, и вскоре нельзя было найти даже самого завалящего снимка.

***

Кайло раздобыл отлично выделанную медвежью шкуру и расстелил ее в самой большой комнате, которую все дружно согласились использовать как гостиную. Люк занимал дальнюю комнату, подальше от Кайло и Хакса. «Ребята, я все понимаю, но мне хочется спать, а не краснеть от стыда», — признался он. Хакс сказал привычное «чокнутая семейка», когда Кайло засмущался от слов Люка. Дом стоял на отшибе, это всех устраивало. Люк и Кайло построили ветрогенератор, чтобы не зависеть от энергетической компании. Хакс думал, что работа на конвейере «Дженерал Моторс» — это весьма странный поворот в его жизни, но постепенно втянулся в процесс. Кайло не стал испытывать судьбу и работал удаленно линк-менеджером. После эмоционального обсуждения было решено не вешать мечи в гостиной, а разместить их в спальнях. «Мало ли кто зайдет, — предположил Хакс. — Мечи — это не бантики и не картины, они сразу привлекут внимание». К ним никто не заходил, но мечи так и остались в спальнях.

***

— Неужели у тебя не было угрызений совести? — Кайло крепко прижимал Хакса к себе, как во время свидания в изоляторе. Он всегда так делал при малейшей возможности, разве что избегая проявлений близости во время редких выездов за покупками. — Нет. — Погибло столько людей. — Мне все равно. — Хакс чувствовал покой, лишь когда оказывался в объятиях Кайло. — У меня зависимость от тебя. — Хорошо. Это хорошо. — Тебе нравилось убивать? — Мне было… безразлично, словно это не я делал. Кто-то, вселившийся в мою голову, руководил моим телом и моими эмоциями. — Хм-м-м? — Мне нравится убивать. Но то, что я сказал, тоже правда. — Твоя мать будет тебя разыскивать? — Пусть думает, что я умер. Кайло уткнулся носом в волосы Хакса, собираясь уснуть. Он не страдал от кошмаров, часто видя во сне бесконечную череду смертей. Кайло воспринимал их, как часть своей сущности. Он был счастлив, что Хакс полностью с ним согласен.

***

— Дорогая, я нашел Бена! — Лэндо стремительным шагом вошел в кабинет супруги. — Хочешь знать, где он живет? Сенатор Органа ответила без промедления: — Не хочу. Бен Соло умер, как указано в официальных документах. Причина смерти — травмы, несовместимые с жизнью. — В каком смысле? — опешил Лэндо. — В прямом. — Сенатор сняла очки и протерла глаза кончиками пальцев. — Мой сын мертв, я его оплакала. На кладбище установлено надгробие с именами моего сына и его партнера. Точка. Сейчас я занята законопроектом, как ты видишь. Извини. — Подожди. — Лэндо не собирался отступать. — Дорогая, я тебя не понимаю. Ты так боролась за Бена, всей душой желала ему лучшей судьбы, а теперь говоришь, что он мертв. — Дорогой. — Сенатор вздохнула. — Я потратила уйму денег, чтобы уничтожить все упоминания о моем сыне в интернете. Мне стоило больших, нет, титанических усилий, чтобы отпустить Бена, точнее, Кайло Рена. Я никогда его не пойму, впрочем, он в этом не нуждается. А еще он не нуждается в матери, и до меня это наконец дошло. Я приняла все как есть. Извини, я должна работать. И прошу, не устраивай никаких сюрпризов в виде поездки к мистеру Рену и его партнеру. Не беспокой людей почем зря. Она склонилась над бумагами. Лэндо немного постоял, качая головой, потом ушел, заявив, что «всё семейство Органа-Соло ненормальное».

***

В сейфе сенатора лежала фотография, сделанная смартфоном и распечатанная на цветном принтере. На ней Кайло и Хакс ставили «рожки» очень серьезному Люку Скайуокеру. За ними высился густой лес и виднелся дом на сваях. На обратной стороне фотографии рукой Кайло были написаны адрес и номер телефона.