Ловец снов

«Time will help you through But it doesn't have the time To give you all the answers to the never-ending why» Placebo — The Never-Ending Why

«Время поможет тебе выкарабкаться, Но у него просто нет времени Отвечать на все твои бесконечные "почему?"»

С приходом первых солнечных лучей Наруто смог почувствовать себя в безопасности, словно Тьма, почуяв угрозу, покинула маленькую студию, оставляя её хозяина наедине с собственными мыслями. Только вот мысли, рассыпаясь подобно бусинам, разлетелись по углам. Ничего. Только пустота, вгрызающаяся в тело, привлекала внимание своей фантомной болью. Как же быть? Вопрос так и повис в воздухе. Он с интересом заглядывал Наруто через плечо, пока тот, собирая и подавляя в себе всю нервозность, заваривал кофе. Вместо привычной ложки сыпалось две, а отсутствие сахара и вовсе говорило красноречивее любых слов. Наруто боялся. Боялся уснуть. И этот необоснованный страх засел внутри паразитом, съедая здравый смысл и перемешивая реальность с выдумкой. Кофе ложился лёгкой горечью на языке, обжигая горло и безвкусной жидкостью ухая вниз желудка. Его немного трясло, как в лихорадке, а зубы то и дело стучали о фарфор. Фантом ледяных рук на своей шее, дыхания, шёпота, темноты прилепились к коже, облизывая холодом, пробуждая страх. Пугая. Глаза пустым взором смотрели в стену кухни. Обычно синяя радужка была залита нефтью ужаса, и почти терялась, уступая чёрной пропасти зрачка. Он походил на наркомана при ломке, или безумца, хотя отчасти оба эти утверждения верны... Нормальный человек не видит такие сны! Казалось бы, что тут такого? Хотелось засмеяться над нелепостью ситуации и его странным состоянием. Но... Ледяной кулак ужаса вцепился в позвоночник, встряхивая, как тряпичную куклу и не позволяя уйти напряжению. Шшш... Еще не время... Вибрация телефона, едва слышимая, прозвучала громом в напряжённой тишине квартиры. Расплесканный от неожиданности кофе неприятно обжёг руки, но эта незначительная встряска позволила Узумаки вернуться в реальность, заставляя себя смахнуть остатки кошмарного сна. Вот он. Здесь. Настоящий. Живой! — Чёрт! — парень пропустил воздух сквозь зубы, злясь на себя за слабость и испуг перед подобного рода мелочами. Засунул руку под холодную воду на мгновение, а потом стёр со столешницы уже засохшие кофейные кляксы, попутно прижимая телефон к уху. — Дружище, ты там не спишь? — подпорченный связью голос звучал довольно оживлённо. Слишком радостный, словно за этим вопросом должен последовать анекдот или очередная глупая история, какими привыкли обмениваться друзья. И сейчас этот тон не предвещал ничего хорошего. По крайней мере, для нынешнего состояния Наруто. — Нет, в чём дело? Отстранённость Наруто заставила голос замолчать. Ненадолго. — Сегодня в клубе вечеринка! Вход свободный. Что скажешь? А что он мог сказать? Выбраться наружу, дать себе возможность вдыхать, пусть и не чистый, но всё же не пропитанный этой студией воздух. Быть там, где совсем не останется времени на обдумывание посторонних мыслей, где атмосфера вновь сделает его самим собой. Узумаки хотел этого. — Заходи вечером. И не забудь купить новую палитру. В последней остались дыры от твоих бычков, — услышав смех, Наруто, заразившись хорошим настроением, улыбнулся сам, и, распрощавшись, положил трубку. Оптимизм Кибы, кажется, имел вирусную составляющую, потому как Наруто, усевшись на кухонный стул, ещё какое-то время улыбался, заранее предвкушая успех сегодняшней ночи. Несмотря на работу и хобби, Узумаки прослыл душой компании, легко вписываясь и располагая людей к себе. То ли природное обаяние, то ли простоватый вид делал его в глазах людей "своим". Он и сам не знал, почему так выходило, однако сейчас, кажется, этот большой круг общения не решал основную проблему. Наруто чувствовал, как события из сна постепенно нагоняют и даже опережают мысли о предстоящем веселье. И снова лёгкий мандраж прошедшей ночи холодом пробежался по телу. "Надеюсь, эта ночь будет другой"... - Еще не время...

***

Весь оставшийся день Узумаки решил потратить на рисование. Он вновь стоял перед мольбертом, а чуть подрагивающая в руке кисть оставляла на некогда чистом листе понятные одному только хозяину очертания. Он изображал силуэт, нарочно искривляя линии, создавая иллюзию плохой видимости, словно фигуру скрывал плотный туман. Оставшийся белый фон резал глаза, но Наруто не спешил это исправить. В нарисованном грязно-сером пятне чувствовалась тревога, какая и двигала художником. Он рисовал бездумно, опираясь лишь на свои ощущения, двигаемый неизвестными доселе эмоциями. Затем срывал лист, комкая и откидывая куда-то в сторону, заменял его другим и всё повторялось заново. Ничего из созданного не впитывало в себя все его чувства. Ничего из этого не показывало весь пережитый ужас. Ничего из этого не приближало самого художника к собственным вопросам. Что же он видел тогда? Стук в дверь оповестил о наступлении вечера, и Наруто, совсем потерявший счёт часам, нелепо переступая через разбросанные повсюду листы, поспешил впустить гостя внутрь. — Приятель, как же я давно тебя не видел! — не давая сообразить, Киба моментально набросился на своего друга, сжимая того в объятиях. Когда Наруто был готов поклясться, что чувствует хруст собственных костей, Инузука, поубавив пыл, вошёл в квартиру и почти сразу же уселся на незаправленную ещё с утра кровать. — Вот же придурок, — беззлобно бросил Наруто вслед уходящему другу. Дважды прокрутить ключ в замочной скважине. Проверить дверь. Закрыто. Проверить ещё раз. Точно закрыто. — Это ты придурок. Я вообще-то соскучился, — жалобно протянул Киба, толкнув ногой остановившегося напротив него друга. Отчего-то, при взгляде на Кибу, на душе потеплело. Словно за несколько дней Наруто и правда окоченел, превратившись в ледяное изваяние, а теперь оно, под давлением приятеля, будто бы начало отогреваться. — Я тоже, дружище. Я тоже. Кибу нельзя было назвать серьёзным человеком, собственно, как нельзя было назвать и самого Узумаки. Слишком вычурное поведение, слишком громкий голос и звонкий смех, слишком спортивно-домашний вид даже сейчас, несмотря на договоренность веселиться всю ночь. В Кибе всегда слишком много "слишком". Даже неизменно любимая тёмно-зелёная толстовка смотрелась на друге по-детски неряшливо. Может, поэтому они и были друзьями? — Ладно, слушай. Подожди меня пару секунд. Я только рубашку накину и мы идём. Окей? — Поторопись, принцесса. Не хочу упустить шанс познакомиться с красоткой только из-за того, что ты так долго искал прикид! — Придурок.

***

Неоновые блики, какими был усыпан весь клуб, казалось, прожигал ткань одежды насквозь, выжимая из той неожиданно яркие цвета. Блондинистая макушка подсвечивалась какими-то слишком кричащими цветами, и Наруто был отчасти счастлив оказаться в столь шумном и отдалённом от его квартиры месте. Здесь, среди снующих туда-сюда весельчаков, среди красивых девушек и изрядно подвыпивших компаний он чувствовал себя хорошо, словно уходил от реальности, забывался, попадая в совершенно другой мир. Мир, где ничего в действительности не имеет значения. Где нет проблем, где не нужна смелость, чтобы попросить о помощи. Единственное, о чём нужно просить — ещё один бокал виски. Со льдом, и поменьше колы. Хотелось пробыть в этом состоянии как можно дольше, оттянуть момент возвращения до последней её секунды. — Здесь так круто, — Киба похлопал друга по плечу, заставив того вздрогнуть. За барной стойкой было сравнительно тише, и даже музыка, громом ударяя по всему клубу, добиралась сюда с заметной приглушённостью, словно бы бар окружал звуковой барьер. Или же этот барьер невольно создавался самим Наруто? Хотелось бы знать. Залив в себя остатки алкоголя, Узумаки, чуть поморщившись, вскоре развернулся лицом к своему приятелю. Оба они, кажется, уже давно перешагнули эту черту, отделяющую трезвый рассудок от пьяного. И хотелось большего. — Чёрт бы тебя побрал, Киба, — пьяно усмехнувшись, Наруто сполз с барного стула, опираясь рукой о плечо Кибы. Так себе поддержка, но добраться до стены было проблематичнее. Киба смеялся, и Наруто, вновь попадая под гипноз хорошего настроения, смеялся вместе с другом. — Я тут познакомился...Кое с кем. Погнали за их столик, — приторно-хитрый взгляд, подсвечиваемый клубным освещением, казался ещё более лукавым. Хороший знак. Может, в любой другой день Наруто и осудил бы Кибу за его легкомысленное поведение. Но что-то упорно твердило ему, что сейчас нужно просто расслабиться. И он поддался. Это была его собственная точка невозврата. — Девчонки, знакомьтесь, — Инузука, подтащив друга поближе к себе, старался перекричать музыку. И судя по улыбающимся лицам, его и правда услышали, — Это Наруто. Отличный парень, я вам отвечаю. Приглушённый смех стал положительным ответом, и потому Киба поспешил усадить Узумаки на диванчик. Медленно работающий мозг не сразу распознал сидящую рядом девушку. Не сразу он определил и цвет её волос, разразившийся всеми оттенками радуги. Неоновый свет не давал сфокусироваться, но в конечном итоге Наруто разглядел истинный оттенок. Нежно-розовый. Рука неосознанно потянулась к выбившейся из причёски пряди волос, но встретив на своём пути чуть недоумённый взгляд, Наруто замер. — Ха, чёрт, прости меня. Я просто...Просто художник, а у тебя такой цвет. Ты как весна, — Узумаки запинался, не сводя глаз с внезапно посветлевшего лица девушки. Она улыбалась ему. Рука легла на место, но что-то подсказывало, что никаких сопротивлений не последовало бы, будь он чуть настойчивее. — Меня зовут Сакура. А ты, значит, художник? Кивнув, Наруто улыбнулся, чувствуя, как алкоголь продолжает отдаваться теплом где-то в желудке. Музыка, люди вокруг, и даже Киба, сидящий напротив и о чём-то увлечённо рассказывая своей новой подруге. Всё это было так далеко и неважно. Только изумрудные глаза, пытливо ожидающие продолжения разговора, подталкивали его говорить. Узумаки не был так хорош в общении с девушками, обычно становясь для них просто другом, без дальнейшего развития этих самых дружеских отношений. Но теперь, прослыв кем-то вроде художника, он мог, и, наверное, даже хотел пересечь ещё одну черту. — Ничего серьёзного на самом деле. Это, скорее, хобби. Ну ты понимаешь, да? — пришлось приблизиться почти вплотную, чтобы каждое слово могло добираться до адресата без особых помех. Девушка одобрительно закивала, не убирая с лица гипнотически-завораживающую улыбку. И Наруто продолжил. — Я не пишу картин, но у меня неплохо получается создавать что-то вроде эмоций. Цвета могут сказать очень много о человеке, да вообще обо всём! — взмахнув руками, Наруто нелепо рассмеялся. — И каков же мой цвет? Узумаки задумался, отводя взгляд куда-то на танцпол. Цепляясь за каждого присутствующего, он чувствовал, будто попался под чье-то заинтересованное наблюдение. Дрожь, такая неестественная здесь, мелкими мурашками прошлась по спине, и юноша, не до конца понимающий собственных ощущений, вновь повернулся к девушке. — Чёрный. — Что?

***

Он сидел вдалеке. Танцпол, разделяющий курящий и некурящий залы, служил некой иллюзорной защитой, пройдя через которую, придётся преодолеть ещё одну: дым от кальяна, что ложился плотным маревом, закрывая от посторонних глаз присутствующих здесь людей. Но за тем столиком он сидел один. И это одиночество чувствовалось во всём: одна бутылка чего-то очень крепкого, один стакан, одна пачка сигарет и всего одно желание. Напиться. В хлам. До беспамятства. До состояния, когда завтрашний день уже не будет существовать. Телефон назойливо вибрировал в кармане джинс. Кто-то очень беспокоился. Или просто делал вид? Чёрт знает какой бокал по счёту. На неестественно бледной, словно фарфоровой, коже выступил румянец, извещающий о начале опьянения. Но он его не чувствовал. Он вообще ничего не чувствовал. Немигающий взгляд смотрел куда-то сквозь танцпол, прожигая всех и каждого рентгеновскими лучами глаз. Кучка обёрточных коробок кружились здесь повсюду. Они смеялись и пили, но видел ли кто-то из присутствующих, как весь выпитый алкоголь просачивался сквозь бумагу, выходя наружу? Видел ли хоть кто-то, насколько пустыми были все эти коробки? Он давно не называл людей как-то по-другому. Говорил только то, что видел сам. И его видение мира отличалось от всей той чепухи, которую навязывают с раннего детства. И сам он отличался. Чужая рука легко коснулась жёстких волос, слегка приглаживая их. Он не знал, сколько просидел вот так, выжигая в своей голове единственно запомнившийся образ. Не заметил, как телефон замолк, не в силах достучаться до своего владельца. — Идём домой, Саске. Ты пропустил вечерний приём таблеток.

***

Он и сам не понял, почему назвал этот цвет. — Хах. Извини, ладно? Это шутка. Всего лишь шутка, — вряд ли Сакуру могло обидеть столь идиотское сравнение. Но что-то в её лице изменилось. Она смотрела иначе. Её интерес, казалось, перерос в настоящее беспокойство. Словно Наруто неосознанно копнул слишком глубоко, обнажил что-то, о чём не хотелось бы рассказывать. — Тебе бы подошёл цвет алого заката. И вновь всё вернулось на свои места. Киба, неохотно отрываясь от своей собеседницы, разлил по бокалам что-то, отдалённо напоминавшее шампанское или вино. Наруто пил всё подряд. В плане еды и выпивки он был неприхотлив. Поэтому, когда компания взялась за свои бокалы, а Киба толкнул не совсем внятный тост, Узумаки приложился губами к своему стакану, за раз выпивая всё его содержимое. — Я тут подумал, — вновь обратился Киба к сидящим. Наруто внутренне сжался, зная, какие слова последуют дальше. — Может переберёмся в какое-нибудь более тихое место? Как вам идейка? Девушки, как-то глупо хихикнув, одновременно кивнули головой. Наруто тяжело вздохнул. Вот чёрт.

***

Конечной локацией было решено выбрать квартиру Ино. Той самой девушки, с которой Киба любезничал ещё в клубе. Она казалась милой, а её внешность, в отличии от внешности Сакуры, была более приземлённой, скорее, из-за распространённого цвета волос. Блондинки всегда ассоциировались у него с чем-то лёгким, может, даже ветреным, с едва различимой легкомысленностью. Клише. Уже заходя в подъезд и преодолевая препятствия в виде ступенек, он думал, как будет выглядеть её квартира. Наверное, на стенах висят светлые обои. Может, это будут фотообои с каким-нибудь знаменитым городом или что-то отдалённо напоминающее его. Мебель в тон стен, и безупречный порядок, каким может похвастаться почти любая девушка. А на подоконниках наверняка полно комнатных растений. Азалии или что-то вроде того. Наруто усмехнулся своим мыслям, придерживая входную дверь и пропуская девушек вперёд. — В подъездах запрещено курить, — он оглянулся на остановившегося на лестничном пролёте Кибу. Тот, опустив пакет с какими-то бутылками, градус которых наверняка превышает восемь процентов, курил, мечтательно разглядывая потолок. — Боишься, что случится пожар? — докурив ровно до половины, Киба отправил сигарету в свободный полёт, после чего поднял пакет и двинулся в сторону друга. — Тебе ведь она понравилась, да? — ехидно улыбнувшись, Инузука толкнул приятеля в плечо. — Как знать. Всё же Наруто был прав. Квартира была такой, как он и представлял. За исключением стен, какие были усыпаны полевыми цветами, заменив собой созданный в воображении мегаполис. Какая-то расслабляющая музыка играла фоном, почти не заглушая голоса присутствующих. Киба продолжал рассказывать свои истории, какие привык рассказывать каждый раз, как оказывался в кругу изрядно подвыпивших девиц. Тем временем алкоголь, положительно влияющий на каждого здесь, с каждым новым глотком паршиво сказывался на состоянии Узумаки. Не было тошноты или головокружения. Всё это заменило одно единственное дурное предчувствие. Оно заполняло всё пространство внутри себя, поглощая все мысли и чувства. Пришлось уйти в ванну. Холодная вода не помогала избавиться от повисшего в воздухе напряжения. Всё вокруг казалось враждебным. — Так вот где ты прячешься, — руки Сакуры нежно обняли со спины, заставляя Наруто развернуться к ней лицом. Опасное расстояние стремительно сокращалось, и когда Узумаки почувствовал на своих губах чужие, что-то внутри него изменилось. Ещё пару часов назад он был готов целовать эту девушку, она привлекала его, и любой сказал бы сейчас, что Наруто идиот, раз собирается упустить такой шанс. Но он не мог поступить иначе. Он больше не чувствовал интереса, а обвивающие шею руки казались жгутами, натирающими шею до кровавых ран. Нарастающая тревога вот-вот была готова вылиться во что-то большее, а подвергать этому едва знакомую девушку он не собирался. Всё-таки, испортить первое впечатление было бы очень опрометчиво с его стороны. Смешно, да? Искать оправдания для самого себя, словно всё это случайность, какая бывает с каждым. Но не много ли случайностей свалилось всего на одного человека? Осторожно взяв Сакуру за плечи, Наруто отстранил её от себя, в очередной раз попадая под её непонимающий взгляд. — Что-то не так? — Мне нужно идти.

***

Утренняя прохлада приятно холодила кожу. Она пробиралась под одежду, заставляя мышцы рефлекторно сжиматься, дабы сохранить в себе остатки тепла. Алкоголь всё ещё гулял по кровеносным сосудам, даже не думая уступать желаемой сейчас трезвости. Вагон метро встретил молча. Немногочисленные люди смотрели на Наруто с каким-то осуждением, словно им было известно обо всём, что произошло сегодняшней ночью, словно все они видели в нём неизвестное доселе помешательство. Словно они знали. Плевать. Телефон продолжал сыпать уведомлениями об смс, но читать их содержимое было бессмысленно. В такое время суток написать мог только Киба, и судя по недавно совершённому поступку, контекст сообщений слишком предсказуем: Наруто идиот, который опять упустил свой шанс? Да! Придурок, который бросил друга и просто сбежал? Конечно. Плевать. Плевать. Плевать. Обхватив голову руками, Узумаки прикрыл глаза, давая себе секундную передышку. Он всё ещё чувствовал на себе чей-то взгляд. Этот взгляд следовал за Наруто до самого дома. Он не отступил, когда ключ, несколько раз провернувшийся в замочной скважине, известил о закрытой двери, он смешивался с полумраком комнаты, когда шторы плотной тканью покрыли окна, он замер в ожидании, когда Узумаки, растерявший остатки сил, рухнул на кровать. Он наблюдал. Но почему?