Первый раз или просто глупость?

В зале воцарилась полная тишина. Кагами и Аомине казалось, как будто их разрывает на части. Голова гудит, как огромная труба, будто в ней поселился рой жужжащих пчёл. Аомине ничего не понимает, перед глазами все плывёт, тело не двигается, разум отказывается подчиняться. Кагами, в это время, прислонившись к стене спиной, зажимает пальцами рану и старается не потерять сознание. Ему кажется, что это скорее произойдёт не из-за раны, а из-за дурмана, который все ещё витает в воздухе. Все гости вечернего торжества продолжают спать, лёжа на полу в роскошных одеждах. — Дай-чан! Кагамин! Момои подскочила к друзьям. Все это время она сидела в коробке. В темной и душной коробке, но зато все прекрасно слышала: все слова, выстрел пистолета, и по отдельным отрывкам понимала, что происходит, кто где находится и что делает. Её сердце до сих пор учащённо бьется, но она сдерживала себя и не вылезала из коробки, чтобы не доставлять проблем. Ей хотелось реветь от собственной беспомощности, но Момои знала, что это лучший для неё вариант. Как только огромные двери закрылись и наступила угнетающая, пугающая тишина, Сацуки немедля выбралась и помчалась к парням в надежде, что сможет им помочь. Её глаза становились влажными от того, что она видела их такими. Ей овладели не жалость, не сострадание, а беспокойство и желание помочь. Она опускается на колени рядом с Аомине и переворачивает его на спину. В его синих глазах она впервые видит страх вперемешку с жестокостью и жаждой убивать. Она ни разу ещё не видела его таким. Словно темное прекрасное море стало смертью для тех, кто стремился причинить ему вред, и защитой для тех, кто был ему дорог. Сацуки собирается с мыслями и ударяет своими ладошками по смуглым щекам. — Очнись! — кричит она и снова ударяет по щекам. Придя в сознание, Дайки моргает пару раз и настороженно оглядывается. Его дыхание учащается, а со лба струится пот. — Кисе! — вскрикивает он и резко поднимается. Его тело вновь пронзает сильная боль, как от удара молнии. Голова кружится, и мужчину слегка подташнивает. Когда он пытается на чём-то сосредоточиться, мозг приходит в неисправность. «Что произошло? Кагами? Кисе?! Где?», — вот все, что приходит ему на ум после пробуждения. Постепенно, мир из отдельных пазлов собирается в целостную картину, но его тело будет восстанавливать дольше. Момои печально качает головой в ответ на взволнованный взгляд друга, вздыхает и подходит к Кагами. Он спокойно и даже с легкой улыбкой сидит в углу и наблюдает. Его тело стало вялым, но голова ещё нормально соображает. Всего лишь маленькая рана, чего уж. Он отказывается убрать пальцы с раны, говоря, что все хорошо, но сталкивается с серьёзным взглядом, отступает и позволяет осмотреть рану. Да, взгляду такой девушки сложно сопротивляться. Пока Аомине пытается вернуть себе контроль над разумом и телом, Кагами старается просто выжить. Момои расстёгивает рубашку на нем и впадает в шоковое состояние. Ребята ведь одевали бронежилеты. Что за оружие использовал тот парень, что смог пробить его? Хотя из-за жилета пуля не прошла насквозь, а ранение было неглубоким, Сацуки даёт чуть меньше двух сантиметров. Если бы пуля прошла насквозь, то задела бы легкое, и Кагами распрощался бы с жизнью. Сацуки снимает с него все лишнее и откладывает в сторону. Рана от огнестрельного оружия выглядит ужасно, несмотря на то, что пуля потеряла большую часть силы, столкнувшись с серьёзным препятствием. Пуля сломала пятое ребро, повреждено несколько не очень крупных кровеносных сосудов. В здании находился медик, но, так как он сейчас в банкетном зале, то, скорее всего, находится в бессознательном состоянии. На всякий случай Момои обходит весь зал и, убедившись, что помощи ей ждать неоткуда, возвращается к раненому, садится рядом. — Кагамин, слушай меня внимательно. Надо обязательно вытащить из тебя пулю. Дежурный врач без сознания, поэтому это придётся сделать мне. Хорошо было бы зафиксировать конечности. Но, так как у нас нет такой возможности, постарайся не дёргаться, ладно? — Кагами кивает и слабо улыбается. — Я постараюсь сходить за всем необходимым и вернусь. Сацуки поднимается с колен и, берет с банкетного стола щипчики для сахара, которые на счастье оказываются с довольно тонкими концами, и много салфеток, направляется на кухню. Там люди тоже лежат на полу в различных позах, и Момои приходится обходить их, чтобы отыскать необходимые вещи. Вскоре она выудила из аптечки бинт, кидает щипцы в кипящую воду, а затем, кое-как умудрившись достать, ненадолго оставляет в морозилке. Она наливает немного саке для себя и около 150 грамм для Кагами. Своё она выпивает тотчас, а предназначавшееся для друга ставит на поднос вместе с бинтами, салфетками и щипчиками. Также она прихватывает полотенце, кипяченую воду и после некоторых раздумий графин с саке. Со всем этим скарбом она возвращается к Кагами и, бережно отодвинув его руку, принимается протирать место вокруг раны смоченным полотенце. Сацуки нервничает, а руки слегка подрагивают, несмотря на наличие некоторого опыта. Её знание в медицине не так уж и глубоки, но один курс она все же прошла до конца. Она сделала это из-за Дайки. В заведении, где она училась, были сотрудники полиции, и для них организовали отдельный курс, где обучали первой медицинской помощи при различных травмах и чрезвычайных ситуациях. Так что Момои может кое-что сделать. Поэтому, ей лучше выполнить все сейчас, чем заставить друга страдать ещё больше. Сацуки закрывает глаза, стараясь сосредоточиться и внушить себе, что ей сейчас необходимо быть максимально хладнокровной и не совершать ошибок, которые обязательно повлекут за собой ужасающие последствия. Она тяжело вздыхает, открывает глаза и заставляет Кагами выпить, чтобы алкоголь хоть в какой-то мере заглушал боль. Он пригубил рюмку и позже молча вернул на поднос. Сацуки немного помедлила, а затем принялась за дело: ещё раз переложила полотенце, чтобы избавиться от стекающей в рану крови, пальцами растянула края раны и, следуя по раневому каналу, вытащила деформированную пулю вместе с клочком одежды и частичкой бронижилета, отложила все на салфетку, а окровавленные щипчики кинула на поднос. Все это время Кагами жмурился и изо всех сил сжимал кулаки. Боль очень и очень сильная, хотя он не впервые получает такие ранения. Он смотрит на измученное лицо Сацуки, на ее окровавленные руки, и сжимает зубы, тихо матерясь про себя и стараясь терпеть, пока хватает его сил. Он не двигается и старается почти не дышать. Через тридцать минут Момои смогла справиться с перевязкой, использовав для это рубашку Кагами, и наконец отложила все в сторону. Она устало вздохнула, её руки снова дрожали от напряжения, а взгляд терял четкость. — Готово. Но эту рану нужно зашивать, — устало произносит Момои и тяжело выдыхает. — Может, найти доктора и разбудить его? Кагами осторожно дышит и лежит неподвижно. Его открытая рана все ещё кровоточит, но уже не угрожает жизни.

***

В зале постепенно становится все оживленнее. Люди просыпаются от дурманящего сна и с непониманием оглядываются по сторонам. Они словно и не теряли это время — закрыли на миг глаза и все. Момои подбегает к доктору и просит помощи, тот потирает виски и достает из кармана нашатырный спирт. Вдохнув немного, он вздрагивает и кивает головой, говоря, что готов помочь. Момои улыбается, отводит его к Кагами и рассказывает все детально. Не теряя больше времени, медик приступает к своей работе. К счастью, Кагами больше не грозит обширная кровопотеря и он чувствует лишь слабость и головокружение. Сацуки берет нашатырь и направляется к Аомине, который уже поднялся и оперся плечом о стену. Его тело постепенно приходит в норму, и он даже может чувствовать пальцы ног. — Вдохни, чтобы прийти в себя. Момои открывает стеклянную баночку и подносит к его носу. — Не нужна она… — не договорив, Аомине не по своей воле вдыхает резкий запах и аж подскакивает на месте. — Лучше ведь. — Момои улыбается и закрывает её. — Что собираешься предпринять? Ясное дело, спасать Кисе. Но зачем он им понадобился? Почему Мидорима не убил его? Столько вопросов, и для Дайки есть только одно правильное решение: пойти и выяснить. Шокированные гости, сообразив, в какую ситуацию они попали, стали громко обсуждать произошедшее. Они задают вопросы, подобные: «Что вообще здесь случилось? Почему мы очнулись на полу? Неужели было совершено нападение, а охрана не справилась? Кого они искали?», и многие другие вопросы, волновавшие их. Организатор этого мероприятия просит отправить двух полицейских к медикам, которые о них позаботятся. Остальных он просит сохранять спокойствие и не покидать здание для их же безопасности.