Десять лет победы

      — У тебя всё в порядке? — спросила Гермиона, едва заглянув в двери кабинета. — Ты выглядишь...       — Паршиво, — закончил Гарри и качнул головой, приглашая войти. Гермиона скользнула внутрь и плотно прикрыла за собой дверь.       — Устало, — мягко поправила она и села напротив. — Дело не движется?       — Я не спал. Не мог уснуть, после того, что случилось с Джинни.       — С Джинни? — обеспокоенно переспросила Гермиона, пальцы её сжались на столешнице, к которой она едва успела потянуться. Гарри удивлённо взглянул на неё, чувствуя, как разливается по телу волна странного непонимания.       — Ты не в курсе?       Она медленно покачала головой.       — Вчера у «Вредилок» на неё напали. — Гермиона вскрикнула, прикрыв рот ладонью. — Она в порядке, всё хорошо, только испугалась...       Мысль о том, что было бы, не выгляни Рон на улицу, не давала ему покоя со вчерашнего вечера, и именно она мешала Гарри уснуть. Он пытался убедить себя, что всё обошлось, что нет никакого смысла переживать о том, что прошло, нужно было сосредоточиться на настоящем — на деле — но беспокойство хваткой рукой сдавливало сердце и будило, стоило ему только на секунду перестать вслушиваться в тихое дыхание жены.       — Миссис Диггори сказала, что за ребёнка можно не беспокоиться, главное, чтобы Джинни не нервничала.       — Какой ужас, — ошарашенно произнесла Гермиона. Гарри бросил на неё недоумённый взгляд.       — Тебе что, Рон ничего не сказал? Он был там, спугнул нападавших.       Взгляд Гермионы метнулся от его лица куда-то за его спину, к окну, но она быстро взяла себя в руки и улыбнулась, скованно и неловко.       — Я поздно вернулась вчера, ну, знаешь, отчётная пора, — торопливо заговорила она, быстрым движением убирая за ухо кудрявую прядку. — Они с Роуз уже спали, решила, что не буду будить. А утром ушла, они ещё не вставали.       Гарри нахмурился и хотел спросить, всё ли в порядке, но Гермиона не дала ему даже начать.       — Вы выяснили, кто это был? Почему напали?       — Нет, — выдохнул Гарри. — Два человека в пожирательских масках. Джинни в одного из них пустила сглаз, но второй успел её оглушить и сбежать. Никаких улик, мы вчера там всё облазили.       Гермиона тяжело вздохнула и потёрла лоб.       — Ты уже говорил с Гамбойлом?       — Ну а как иначе? Делают, что могут.       Он откинулся на спинку стула, поднимая взгляд к потолку. Дело принимало опасный оборот, поэтому разобраться с ним нужно было как можно скорее; он совершенно не понимал, каким образом были связаны Джинни, Сэлвин и убитый на празднике Дон Эйвери, но что-то в этом должно было быть. Иначе — почему Джинни? Она была уж точно не самым ярким борцом против Волдеморта. Да, она сражалась на стороне Гарри Поттера, избранного и прочее, однако таких волшебников было много: был Невилл, была Луна, были Рон с Гермионой, сопровождающие его в походе за хоркруксами. Почему именно Джинни?       — Ты не думаешь, что это было предупреждение для тебя лично? — осторожно спросила Гермиона, точно увидела в его глазах немой вопрос.       — Что ты имеешь в виду? — нахмурился Гарри.       — Лестрейнджи, — она многозначительно взглянула на него. — Уверена, они уже поняли, что на них открыли охоту. К тому же, навряд ли они тепло к тебе относятся после... всего.       Гарри прикрыл глаза; и правда, пока основная версия расследования замыкалась на сбежавших братьях, он не мог возразить Гермионе. Лестрейнджи столько лет терроризировали мирных жителей магической Британии, запугивали и убивали волшебников и магглов, а уж надавить на главу Аврората через членов его семьи — первое, что придёт в голову даже не самым опытным преступникам. Что говорить о тех, кто получил несколько пожизненных заключений? Он нервно сглотнул и откашлялся, прогоняя мысль о том, что могло произойти и чего никогда не произойдёт — он пообещал себе, что сосредоточится на том, как поймать преступника и наказать его, а не на том, чтобы жалеть себя.       — Возможно, ты права. Но меня смущает, как легко Джинни удалось...       Договорить он не успел: дверь в кабинет распахнулась резким рывком, и на пороге появилась встревоженная Лиза.       — Гарри... — голос её сорвался. Он сам не заметил, как оказался на ногах; Гермиона вскочила с места и вцепилась в спинку стула.       — Там ещё убийство. Только...       Его сердце готово было остановиться.       — ...ты навряд ли захочешь это видеть.       — Джинни? — прохрипел он, и Лиза суматошно замахала руками.       — Нет, семья в порядке, — быстро произнесла она. Гарри почувствовал, как по телу разливается облегчение, и с трудом запретил себе упасть обратно на стул.       — Я на место.       — Я с тобой, — Гермиона бросилась за ним, и у него совершенно не было сил, чтобы с ней спорить.       Лиза пыталась схватить Гарри за рукав мантии, но он резко отдёрнул руку, ждать он был не намерен. Оттеснив её плечом, он направился в приёмную; Лиза проглотила то, что хотела сказать, и быстрым шагом последовала за ними. Губы её были поджаты и, Гарри был уверен, в любой другой день она бы уничтожила его взглядом, но сейчас ему было всё равно. Мысль о смерти жены, царившая в его голове всего несколько секунд, сумела наделать столько путаницы, что он мало задумывался хоть о чём-то, что не касалось того, как поймать этих ублюдков и засадить в самые дальние камеры Азкабана.       Лиза начертила координаты палочкой и произнесла пароль, снимая антиаппарационный барьер. Гермиона успела аппарировать первой.       — Гарри, — просипел рядом голос подруги, едва он успел материализоваться на месте преступления. На полу под ногами горели огнём рыжие волосы...       — Тихо, шеф. — Гарри почувствовал, как сильные руки Мэд подхватывают его сзади.       — Я в порядке, — произнёс он глухо, опускаясь на заботливо подставленный Гермионой стул.       — Не в порядке, — сухо констатировала Мэд. — Говорила, тебе тут нечего делать.       — Я должен был, — произнёс он, откидываясь на спинку стула. Это была не Джинни, теперь он отчётливо видел, что и волосы у женщины на полу были другие: Джинни стригла их короче, да и цвет их был чуть ярче... Джинни была крепче сложена, ещё, кажется, выше, к тому же, погибшая явно не была беременна.       Это была не Джинни. Джинни была дома, с мальчишками, под присмотром матери, братьев и нескольких хит-визардов, ведущих скрытую слежку за домом. Любой её шаг был под контролем, любое движение, любая попытка подобраться к ней была обречена на провал. Однако сердце его продолжало бешено стучать, и чтобы заставить его вернуться в привычный ритм, Гарри пришлось очень постараться.       — Это кое-что объясняет, — задумчиво произнесла Гермиона, склоняясь к лицу женщины на полу. — Личность установили?       — Пока нет, — отозвался от двери едва вошедший Джимми. — Хозяйка дома в жизни её не видела, она тут её и нашла. Дом снимал некий господин Дон Эйвери.       — Его убили, — подключилась Мэд, — на празднике в Стаффордшире.       — Жена или любовница, — предположила Гермиона, палочкой простукивая карманы мантии погибшей. У Гарри страшно кружилась голова от всего произошедшего, но он усилием воли заставил себя встать и тоже достать палочку, чтобы проверить комнату на следы заклинаний.       — Всё сделал, — предупредил его Джимми, устало опираясь на дверной косяк. — Сложно сказать что-то определённое, но одно точно: защита на доме была, но её сняли. Снаружи.       Гермиона удивлённо приподняла брови.       — В каком смысле?       — В прямом. Были заклинания на доме, а потом — хоп! — и нету. Хозяева даже понять ничего не успевают обычно.       — Разве это возможно? — спросила она с ноткой недоверия в голосе. — То есть, каковы шансы?       — Да пусть хоть один на миллион, — пожал плечами Джимми. — Умельцем надо быть, но в войну и не такое проделывали. А тут видно, что взломщик работал опытный.       — Как у Сэлвина, — поддакнула Мэд, осторожным движением оттесняя Гермиону от лежащей на полу неизвестной. — На теле следы заклинаний. Обезоруживающее. Парализующее. Авада.       — И в комнате фонит, — подтвердил Джимми. — Видать, драка была.       — Если предположить, что все нападения совершил один и тот же человек, это не имеет никакого смысла, — задумчиво произнесла Гермиона, постукивая палочкой по письменному столу, заваленному старыми выпусками «Ежедневного Пророка».       — Она могла дать отпор, — произнесла Мэд. — Рано делать выводы.       — Но ведь Сэлвина убили одним заклинанием, верно? Его даже не пришлось оглушать, — напомнила Гермиона.       — У него не было палочки. Его убили со спины, — резонно заметила Мэд. — Здесь неясно. Могла заметить и взять палочку. Могла быть дуэлянтом.       Гарри задумчиво посмотрел на тело женщины.       — Сомневаюсь, что люди были разные, — наконец, произнёс он. — Скорее, разные обстоятельства. Думаю, Мэд права.       — Наверное, — пожала плечами Гермиона. — Над домом ведь снова Метка, верно?       Джимми кивнул.       — Что в доме? — спросил Гарри у подчинённых. Джимми мгновенно оживился.       — Я по дому пробежался, но тут одно старьё. Много газет, вещи как из музея, богатые цацки в жутком состоянии. Мужские и женские, так что, видимо, вдвоём жили. На столе на кухне нашёл одну колдографию, там она и похоже этот Эйвери.       — Не подписана? — спросила Гермиона. Джимми покачал головой.       — Мы нашли палочку, — вступила Мэд и кивнула на рыжеволосую женщину. — Быстро опознаем. Лиза накопает, что сможет.       Однозначно, нужно было найти в архивах всё, что только можно, на счёт этой неизвестной женщины. Если удастся понять что-то о ней, наверняка смогут понять, случайно ли почти пострадала Джинни. Он поймал на себе долгий и задумчивый взгляд Гермионы и понял: она сейчас задаётся ровно теми же вопросами. На душе у него было неспокойно, хотя он и видел, как сильно погибшая была похожа на его жену и подозревал, в чём причина нападения на Джинни. И всё же...       — Хозяйку допросим, — продолжил Джим. — Но она вроде не знает ничего.       Гарри кивнул. Мысли расползались в разные стороны, и он отчаянно пытался поймать их и собрать воедино. Постепенно картина дела только усложнялась, количество трупов только росло, а у них в руках были только догадки и подозрения, никаких улик. Он задумчиво осмотрел плохо обставленный дом, чувствуя на себе взгляды подчинённых и Гермионы. Они ждали его дальнейших указаний, и на мгновение Гарри показалось, что на его плечи опустился груз весом в несколько тонн, и груз этот давил его к земле силой неопределённости и ответственности за всё происходящее.       — Сворачиваемся, — наконец, выдохнул он. — Вызывайте Дэвиса.