Мемуары маленького дракона

Чувствую, как губы расплываются в нервной улыбке. Ха-ха. Вы же шутите, да? Правда же, шутите? Мы же на самом деле не в поезде отправимся в Хогвартс? Правда же? После прочтения книг и повторного посещении Косого переулка, вопросов стало больше. Но зато я смогла узнать чуть больше об этом новом мире. Когда я предположила, что маги ушли в пространственные карманы мира из-за инквизиции, то не ошиблась. Всё так. С уходом приняли и Статут о Секретности, который запрещал магам колдовать в мире простых смертных. Соблюдали его, конечно же, не все. Я бы даже сказала, что почти никто его не соблюдал. Поэтому вскоре туда были внесены несколько поправок. Колдовать уже не воспрещалось, но было несколько условий, которые сводились к тому, чтобы маги не запалили своё существование перед инквизицией. То есть поколдовать, а потом избавиться от свидетелей не запрещалось, если на это не обратят внимание инквизиторы. Вот так-то. Хотя мне и непонятно, откуда такое отношение к простым людям, если маги по сути проиграли в войне? Мстят что ли так? Уйдя, маги столкнулись с новой проблемой. Они-то привыкли быть подданными королей своих стран. А тут они остались без власти над головой. Оттого и посходили все с ума. Одни забились у себя дома, не зная, что делать. Другим поотрывало крыши, и они пошли бесчинствовать. Тогда Главами самых древних и богатых родов и было принято решение создать Министерство, которое контролировало бы волшебников. Главой общества магов стал Министр, роль парламента исполнял Совет Лордов. Судебной властью стал Визенгамот. Роль исполнительной власти взяли на себя различные отделения Министерства. Например, Отдел международного магического сотрудничества или Отдел магического правопорядка. Именно так и сформировался современный магический мир. Ну по крайней мере в Англии. Что происходило в остальных странах, не знаю, и мне это не интересно. Но наверняка примерно также. На данный момент Министром является Корнелиус Фадж, который с какого-то даэдра чуть ли не каждый день шлёт письма Дамблдору. Дамблдор – это вообще загадочный персонаж. Сильнейший волшебник своего поколения, Верховный чародей Визенгамота, Президент Международной конфедерации магов. Ну и конечно, Директор Хогвартса. И как он только всё успевает? Зато теперь понятно, почему его пустили на расследование смерти Лили и Джеймса. Такого попробуй, не пусти. Только вот почему он не остановил Волдеморта? Опасался, что не справится с ним и его Пожирателями одновременно? Или тут что-то другое? Вот и задаваясь подобными вопросами, я стала потихоньку готовиться к школе. Хотя готовиться почти и не надо было, всё и так было готово. 1 сентября я прибыла на вокзал Кингс Кросс. На машине прибыла. Как мне плохо. Оттого и не стала сопротивляться, когда тётя Петунья стиснула меня в своих объятьях. Вот же ж, а со стороны вроде выглядит хрупкой блондинкой. Попрощалась с Дадли и дядей Верноном и пошла искать платформу, со странным названием девять и три четверти. Платформу нашла быстро. Она находилась между платформой девять и десять. Нет, самой платформы там не было. Там был портал. Он находился прямо в разделительном барьере. Вот я и прошла в этот портал. И увидела поезд. Вашу же даэдра, поезд! Нет, это, конечно, следовало бы ожидать, но я надеялась, что волшебный мир не просто так зовут волшебным. Хотя, если подумать, то всё логично. Хогвартс, как я поняла, находится в кармане, в котором нет портала в мир простых людей. И чтобы попасть туда, надо пройти через несколько таких карманов, в которых не так уж и безопасно. Поэтому в таком поезде защитить детей намного легче. Огромный барьер, состоящий из множества переплетений защитных заклинаний, на весь поезд подтвердил мои догадки. Но мне от этого не легче. С тяжёлым вздохом берусь за свои чемоданы и иду к поезду. Почему чемоданы, спросите вы. Вещей у меня потому что много. Нет, можно было, конечно, купить тот огромный гроб, который советовала мне профессор МакГонагал, но я подумала, что лучше тащить два чемодана и одну сумку на плечах. Дороже конечно, но зато удобней. Ну по крайней мере на мой взгляд. Жаль, но у чар, накладываемых на пространственные сумки, тоже есть свои пределы. Хотя, я слышала, что есть такие сумки, которые не сумки, а очень сложные артефакты. В них могут быть даже целые помещения. Сижу и предвкушаю, когда этот дреморов поезд тронется. Обливион его забери. Мне уже заранее плохо. Так, спокойно, Айрис. Ты же смогла пережить два дня на машине во время эпопеи с письмами. Так что сможешь и сейчас перетерпеть поездку. Всего-то каких-то жалких восемь часов. Давай же, Айрис. Возьми себя в руки. Кстати, насчет писем. А я ведь совсем забыла о том, что в понедельник они пришли в гостиницу. Я уже знаю, что совы, каким-то образом подключаясь к информационному полю мира, могут найти любого человека. Так что за нами никто не следил, и это успокоило мою паранойю. Но кто же всё-таки отправил письма в понедельник? Всё тот же шутник, что и в субботу? Интересно, кто он? Сведёт ли нас случай? Или ему повезёт? Вот так пытаясь отвлечься подобными мыслями, я всё-таки почувствовала, как поезд тронулся. Ой-ей-ей. Вашу даэдра. Как мне плохо. Вдруг дверца в вагон раскрылась, и показался рыжий мальчишка. - Здесь свободно? - спросил он, указывая на сиденье напротив, - В других вообще сесть некуда. Я с трудом кивнула, и рыжик быстро сел на сиденье. Интерес к нему я тут же потеряла. Не до мальчишки мне сейчас. Мне так плохо. Как же плохо. Ууу. Хотя, кажется я видела его уже. Он вместе со своей семьёй остановился напротив моего окна. Они о чем-то говорили, но я не обратила на это внимание, пытаясь отвлечься от мыслей о предстоящей поездки. - Эй, Рон! - окликнули его заглянувшие в купе ребята. Хм, тоже рыжие. И к тому же близнецы, - Мы пойдем. Там Ли Джордан едет в двух вагонах от нас, он с собой гигантского тарантула везет. - Ну идите, - промямлил называемый Роном. И что это за нерешительность? Они же вроде твои братья? Или я ошиблась? А к даэдру! Мне так плохо. Тяжело дыша, откинулась на спинку сиденья. - Я Рон, Рон Уизли, - представился мальчик, - Это были мои братья. Фред и Джордж. Они большие шутники. Особенно любят пошутить надо мной. Мальчик, зачем ты мне всё это рассказываешь? Не видишь что ли, что мне сейчас всё даэдрово? - Наша семья из чистокровных, - тем временем продолжил мальчик, - Я шестой сын, и у меня пятеро братьев. И мне теперь придется сделать все, чтобы оказаться лучше, чем они. Билл был лучшим учеником школы, Чарли играл в квиддич, носил капитанскую повязку. А Перси вот стал старостой. Фред и Джордж, конечно, занимаются всякой ерундой, но у них хорошие отметки, и их все любят. Вот уж точно говорят: болтун находка для шпиона. Ну скажи мне, мальчик, зачем мне всё это знать?! - А ты знаешь, что сейчас в поезде с нами едет Айрис Поттер? Знаю. Я тебе даже больше скажу. Она сейчас перед тобой помирает. Нет, говорить я, конечно же, ничего не стала, опасаясь прервать дыхательную гимнастику. - Ой, а тебя как зовут? – хм, смотри, смутился, - Прости, я заговорился и забыл. Выжидательно уставился на меня. Прости, мальчик, но я тебе ничего не скажу. Иначе случиться конфуз. Как мне плохо. Вдруг поезд вильнул. И мне стало хуже. - Ой, что с тобой? - заметил-таки моё состояние, - Тебе плохо? Нет, мне не плохо. Мне очень плохо! - Прости, тебе плохо, а тут я надоедаю. Хм, а он не безнадёжен. Ещё полчаса мы ехали в тишине. Я буквально развалилась по сидению, продолжая тяжело дышать. Рон сидел напротив и временами робко поглядывал на меня. И тут вдруг ему надоела тишина, и он вновь заговорил. Ладно, пусть. Немного, но отвлекает. - Ее зовут Короста, - вытащил он крысу, - И она абсолютно бесполезная. Только и делает, что спит целыми днями. Отец подарил Перси сову, когда узнал, что тот будет старостой, и я тоже хотел, но у них нет де... я хотел сказать, что вместо этого получил крысу. Хм, какая-то странная крыса. Что-то в ней не то. А к даэдру всё. Потом подумаю, сейчас мне плохо. Рон, судя по всему, наговорился, поэтому и замолчал. Или он застеснялся, когда случайно проговорился о бедственном положении семьи? И опять тишина. М-да. Не хочется признаваться, но мне жаль, что Рон замолчал. Его болтовня отвлекала. А сейчас мне так плохо. Прикрыла глаза, потихоньку задремав. - Хотите чем-нибудь перекусить, ребята? Разбудил меня звук открывающей дверцы. Быстрый взгляд в окно и я поняла, что прошло порядком три часа. А Рон всё также сидел напротив меня. И почему он не пошёл гулять по поезду? С другими бы ребятами познакомился. Или он стесняется? От перекуса я отказалась. Мне и так плохо. Тётя Петунья даже не стала класть мне что-нибудь перекусить в дорогу, прекрасно зная о моей болезни. Рон пробормотал что-то о сандвичах. Скорей всего денег нет. Опять задремать мне не дал стук. На пороге появился круглолицый мальчик. Выглядел он так, словно собирался расплакаться. Кажется я проходила мимо него, когда шла к поезду. Его там ещё ругала старушка в странной шляпе. - Извините,- сказал мальчик, - Вы тут не видели жабу? Рон покачал головой. Я тоже, но не так активно, как рыжик. - Я потерял ее! Она вечно от меня убегает! Отвечать ему никто не стал, и поэтому смущенный мальчик тут же ушёл. - Не пойму, чего он так волнуется, - пожал плечами мой спутник, - Если бы я вез с собой жабу, я бы потерял ее еще на платформе. Хотя моя крыса немногим лучше жабы, так что не мне об этом говорить. Рон достал свою палочку и стал её печально разглядывать. М-да, парень. Концентратор у тебя не очень. Палочка у него выщерблена в нескольких местах, а на конце поблескивало что-то белое. Она вообще будет работать? Рон тем временем направил свою палочку на эту странную крысу. Прибить что ли захотел? - Я хочу перекрасить её, что бы она стала выглядеть лучше, - пояснил, - Фред и Джордж рассказали мне о заклинании, которое сделает её желтой, - но сделать что-то он не успел. Да вашу даэдра! Это не купе, а двор проходной! Вон опять кто-то стучит! М-да, наверное надо было наколдовать какой-нибудь барьер. Но, как говориться, умная мысль приходит опосля. Ну да к даэдру. Всё меня нет. Закрываю глаза в надежде вновь задремать. - Никто не видел жабу? Невилл ее потерял, а я помогаю ему ее отыскать. Так вы ее видели или нет? — спросил девичий голос прямо-таки начальственным тоном. Хм, мне даже интересно стало посмотреть на эту командиршу. Открываю глаза и … Вашу же даэдра! - Он здесь уже был, и мы ему сказали, что не видели, - как-то враждебно сказал Рон. Я же в это время пыталась прийти в себя. Вашу же даэдра! Я аж забыла о своей морской болезни! Вам интересно, что произошло? Ха-ха, да ничего особенного. Просто на моём пороге стоит маленькая Дельфина. Только волосы потемнее, а в остальном точь-в-точь. Хотя выражение лица подкачало. У Дельфины оно было строгим и каким-то суровым. У девочки же на лице была та же самая строгость, но вместо суровости какой-то оттенок превосходства и снисходительности. - О, ты показываешь чудеса? Давай, мы тоже посмотрим, - кажется девочка проигнорировала намек Рона о том, что ей здесь не рады. Ха-ха. Даже характер похож. Дельфина тоже плевала на мнения остальных, делая то, что считает нужным. - Э-э-э … - сразу же сдулся рыжик, - Ну ладно. Он прокашлялся и снова поднял палочку: - Жирная глупая крыса, перекрасься ты в желтый цвет и стань такой же, как масло, как яркий солнечный свет. Хм, что это за заклинание такое? Странно звучит. Скорей всего, просто основанное на воле и желании без всякого плетения заклинания. Слова наверное для собственной концентрации. - Ты уверен, что это правильное заклинание? — поинтересовалась девочка. — Что-то оно не действует, ты не заметил? Да нет, девочка, ты не права. Что-то должно было получиться, вот только концентратор помешал. Недодельфина с превосходством посмотрела на рыжика. Я же в это время решила внести свою лепту в разговор. - Попробуй получше представить результат и пожелать его. Вот же, это моя привычка. Я так привыкла всё время спорить с Дельфиной, что даже сейчас, несмотря на свою болезнь, решила спустить девочку с небес. А ведь она даже не Дельфина, а всего лишь похожа на неё. Так что ничего удивительного, что мне стало хуже, поэтому я опять откинулась на спинку и глубоко задышала. Рон же в это время последовал моему совету. Хм, наверное всё-таки не зря я это сделала. Вон как лицо рыжика просияло, когда у него всё получилось. И концентратор не помешал. Как видно, желание не выглядеть идиотом перед девочками у рыжика было велико. - Ух ты, получилось, - воскликнул Рон, - А я думал, что Фред и Джордж опять пошутили надо мной. - Хм, действительно получилось. Поздравляю, - смущенно сказала девочка, - Простите, я из семьи не волшебников. Поэтому многого не знаю, хоть и прочитала все учебники и выучила их наизусть. Надеюсь, что этого будет достаточно для того, чтобы учиться лучше всех. Однако, я до них даже не дотрагивалась. Решила продлить свое ожидание до школы. Так потом приятней будет изучать магию. А зачем ей учиться лучше всех? А к даэдру. Мой организм вдруг резко решил напомнить мне, что его вообще-то укачивает. - Да, кстати, меня зовут Гермиона Грэйнджер, а вас? - Я Рон Уизли, — пробормотал Рон. Гермиона выжидательно уставилась на меня. - Она не ответит. Видишь, её укачивает и ей плохо. - Что?! – ужаснулась девочка, - Тогда надо срочно рассказать об этом старостам! – чего? И вот сейчас я сижу возле унитаза и вслух посылаю всех в Обливион. - Девочка, с тобой всё в порядке, - послышалось из-за двери. - Нет, вашу даэдра! Я не в порядке! - Прости. Откуда мне было знать, что у тебя такая реакция на зелья? - Да иди ты в Обливион! Я же тебе говорила! Если уж заклинание лечение мне не помогает, то с чего должно помогать зелье? Что случилось? Да просто это малолетняя недодельфина, не замечая моего панического взгляда, притащила старосту Равенкло Пенелопу Кристал. Обливион её забери! И староста, не слушая моих возражений, силой влила в меня зелья. И оно подействовало. Только не так, как ожидалось. Противный вкус сделал своё дело, и я на первой космический побежала в туалет. Хорошо, что хоть предусмотрительно заняла купе возле него. Всё-таки моя болезнь, скорее всего, выверт моего сознания, которое не понимает с какого это даэдра эти железные повозки двигаются. Оттого ничего и не помогает. Нужно с помощью школы Иллюзии лечить меня. Но как я и говорила, я универсал. И копаться в своей голове не рискну, так же и не рискну пустить туда кого-то другого. Когда мне стало лучше, я поплелась обратно в свое купе. Всё, ложусь спать. Меня не трогать. Иначе я забуду, что мне нельзя пользоваться Ту’умом, и воспользуюсь криком Армагеддон. - Так, ребята, - с сомнением посмотрела на меня староста, - Проследите за ней. И если ей станет плохо, то зовите меня. Невилл, Рон и Гермиона закивали. Я же в это время стала уплывать в объятья Морфея.