74 глава, в которой я окончательно задолбалась
11 февраля 2018 г., 18:58
Нельзя сказать, что мне было плохо. Мне было «никак» и я ненавидела это чувство с очень давних пор. Слова окружающих «да что ты говоришь, какая депрессия, ты же такая весёлая» полная чушь. Эта пустота внутри никому и никогда не даст покоя, и с этим ничего не поделаешь. Чувствуешь себя какой-то вазой. Может, красивой, а может и не очень, это не обязательно. Главное, что пустой, без содержания, и поэтому бесполезной.
Слова Эли из другого мира не то чтобы ранили меня, они что-то качнули, как-то взволновали мою душу. Самопожертвование? Разве я жертвую собой? Я сняла перчатки и посмотрела на тыльную сторону ладони. Кожа покрылась сетью мелких трещин. Да, наверное, я жертвую. Наверное, я и вправду жертвую. Только зачем? Для чего? Ради чего? Ради кого? Да и что я такого делаю, чем я жертвую? Телом? Энергией? Магией? В нашем мире тела не столько полезны, сколько выступают в роли оболочки. Энергия не исчезает, а просто преображается из одной в другую. Магия… Я же не одна жертвую магией, глупо считать, что это вообще жертва.
Сигарета незаметно догорела до фильтра и обдала мне губы жаром.
Я помню, как пришла в первый мир. Я помню, как я сама смотрела на себя умоляюще, просяще, в надежде, что разум вернется ко мне и я уберу свой посох от своего же горла. Но нет. Первый, второй, пятый, сотый, трехтысячный, миллионный. Мне было чем заняться в подкорке. Зачем? В этом мире я совсем одна, меня нет в параллельных мирах. Так предрешено, что, раз я Мастер Времени, то я должна быть только одна. Вот уж действительно одна-единственная.
UNREAL — ЦЕПИ
***
Некогда существовал замок. А может и существует. А, возможно, еще только будет существовать. Сей замок построил знаменитый часодей Эфларус, чтобы проводить в его стенах свои исследования, делиться опытом и мудростью, собирать знания о Времени со всего мира. Кто такие часодеи? Читайте: маги, которые могут управлять временем. Но вот между часовщиками (часодеями) и духами, злобными существами, не умеющими чувствовать, разразилась война. Конечно, Эфларус попытался спасти свое творение и перенес замок на нейтральную территорию между двумя планетами: Осталой, на которой обитали духи и обычные люди, и Эфларой, где жили часодеи. Назвали эту территорию Временным разрывом. Но призрачная земля начала исчезать, а с замком стали твориться чудеса: он то пропадал, то появлялся — каждый раз на новом месте. Раздосадованный Эфларус попытался разрушить строение, но замок лишь раскололся на две части, и время в нём остановилось. И было в этом замке семь особенных комнат, таящих тайны Времени: Железная Золотая Серебряная Хрустальная Бронзовая Рубиновая Черная Семь ключей от этих комнат показали главным, лучшим Мастерам Времени и попросили их стать духами этих ключей, или же хранителями, называйте как хотите. Пошушукавшись, Мастера решили что Железный ключ получит Лееа Аря, прекрасная девушка с длинными волосами цвета серебра. Точнее, ну, как девушка. На самом деле она из рода гаргулий, но волосы у неё классные. Говорю как специалист по волосам, и не смотрите, что у меня они короткие. Золотой достанется Мастеру Времени Михаиинс, древнему полурослику, с которого уже невесть сколько тысячелетий сыплется прах, да все никак не высыпется. Серебряный приобретет Токиме-токутикидзу-сан, демон-ёкай. Его на дуэль лучше не звать, поверьте. Я пробовала, и меня чуть не отправили на тот свет. Хрустальный ключ отдадут Мериутар, фее с лицом, чем-то похожим на белую луну. Черный перепадет Аутэину, до ужаса вредному эльфу, на в управлении временем ему мастерства не занимать. Бронзовый ключ получит Йаеко, гиана. Наверное, о таком существе вы и не слышали, сейчас я вам приведу справочку из Гримуара одного синеволосого Чародея.***
«Гианы — в итальянском фольклоре в основном женские духи. Высокие и красивые, они обитали в лесах, занимались рукоделием. Еще они могли предсказывать будущее и знали, где спрятаны клады. Не смотря на свою красоту, гианы, среди которых большинство составляли женщины, с трудом находили себе пару. Мужчин-гианов было крайне мало; карлики в мужья не годились, а великаны были настоящими грубиянами. Поэтому гианам оставалось лишь заниматься работой или изучением магии и петь грустные песни».***
Вы не заметили, что я пропустила Рубиновый ключ? Наверняка заметили. Так вот. Духом этого самого ключа стала я. Не знаю, право, почему выбрали меня. Видите ли, выбирали по значению материала: Железо. Время — это часовая стрела, оружие и защита. Золото. Время — это вечность. Серебро. Время — это зеркало, борьба с самим собой. Хрусталь. Время — это Пустота, которая всегда рядом. Бронза. Время — это воспоминание, память поколений. Рубин. Время — это кровь, семья — самое ценное. Чёрный. Время — это тайна, ведь всегда есть место неопознанному. Причем Рубиновый выбирали самый последний, потому что обременять себя словами «кровь» и «семья» никто не хотел. А я, по своей странной натуре, еще и опоздала на это распределение и все как бы решили без меня. Так мы семеро и стали хранителями сих ключей. Но ключей во всех мирах может быть только семь. То есть, у нас не может быть никаких двойников, вот так-то. Поэтому, чтобы случайно не навлечь на Расколотый замок, которого успели на тот момент объявить чуть ли не самым важным достижением всех, кто умеет управлять временем, я и убила себя во всех мирах, кроме того, в котором я нахожусь и наложила особое заклятие. Так что не надо думать, что я самодур и тиран, я очень хороший и порядочный Мастер Времени. Честно. Наверное…***
*Междумирье, Чистка/Стерка, бар Унус, несколько дней спустя* Бар был снова переполнен. Кажется, я даже не помню того момента, когда здесь было немноголюдно. Люди и нелюди орали, стучали, чокались, дрались и даже танцевали на столах. Правда, настолько смелых было мало, всего два человека, и, похоже, они были не только вусмерть пьяны, но еще и танцевать не умели. Около самой барной стойки было довольно мало выпивак, и я подошла совершенно без проблем. — Ого! Луня, тебе чего? Виски? Мне тут новый рецептик подкинули, такая вкуснота! Или, как раньше, Британский Эль налить? Или коньячку?.. — тут же забалаболила Кедаель, здешняя бармен, убирая волосы цвета итальянской соломы, собирая их в хвостик. И даже не спрашивайте, чем обычная солома отличается от итальянской. — Душа требует джин. Plymouth. Смешать с лимоном. Ангостуру не добавлять. Классические кубики льда, две штуки, -я положила голову на стойку, ожидая своего стакана. — Как дела твои? Кедаель засмеялась и начала делать заказ: — У меня все нормально, а ты как и раньше разбираешься в алкоголе как никто другой! Знаешь, если тебе будет некуда податься, то в Стерке тебя точно примут как бармена. С твоими-то знаниями об алкоголе!***
Plymouth — один из самых старых британских джинов, рецептура которого не менялась с 18-го столетия. Это именно тот джин, который моряки Королевского ВМФ смешивали с лимоном для профилактики цинги и Ангостурой — от малярии. Плимут имеет более мягкий и деликатный можжевеловый аромат. Хорошо себя показывает в классических коктейлях, но и в чистом виде, с небольшой горсткой льда, чудо как хорош. Ангостýра — популярный венесуэльский алкогольный напиток, концентрированный биттер. В состав напитка входят экстракты кожуры померанца, кореньев горечавки, имбиря и аптечного дягиля, коры хинного дерева и галипеи лекарственной (иначе Ангостуровое дерево), мускатного ореха, гвоздики, кардамона, галганта, корицы, цветов муската и сандалового дерева. Точный способ приготовления ангостуры держится в секрете. Её крепость составляет около 45%.***
— Буду знать, если вдруг будут проблемы с занятостью, то я обязательно приду, — соврала я, наблюдая за действиями бармена. Еще чего мне не хватало: не переношу незнакомые пьяные морды рядом с собой. — А ты чего пришла-то? Обычно же просто так тебя здесь не дождешься, всегда по делу приходишь. Я горько вздохнула и приняла протянутый мне стакан с прозрачной жидкостью. — Во сколько обычно приходит Броненольд? Мне нужно с ним поговорить, — разглядывая лимон ответила я и тихонько отхлебнула джина, ощущая на языке нечто лесное, можжевеловое и терпкое. — Броненольд? Да через полчаса должен придти, а что? Небось что-то сверхсекретное, в твоем репертуаре, да? Я кивнула и увлеклась своим напитком. Мне нужно было дождаться этого ночного эльфа из мира Pu6837-has, что бы он мне отдал одну очень важную вещь, про которую я ему написала в письме. Я передала его ему не так давно, помните? — Именно, что сверхсекретное, поэтому даже не пытайся выведать у меня что это. — А ты не изменяешь своему стилю, — намекая на мою манеру речи сказала Кедаель, и распустила свою волосню, явно желая, чтобы какой-нибудь пьющий красавчик с красноватыми щеками подошел к ней и начал флиртовать, а та в ответ размахивала прекрасными вьющимися локонами и беспрерывно хохотала. Правда, как таковые волосы у неё прямые, и локоны отсутствуют по своему содержанию, но бармена это не особо волновало. — Хей, Никки! Привет! Смотри кто пришел! Я не смотря назад махнула рукой. Поднимать голову с удобной стойки не входило в мои планы, она слишком тяжелая для моих приключений. Хотелось так и продолжать сидя лежать, слушая гул других любителей выпить и изредка говоря что-то Кедаель. А мой старый друг портил всю эту гармонию! Никки подошел к нам и потрепал меня по волосам, а услышав в ответ недовольное бурчание, рассмеялся и сказал: — Да ладно тебе, можешь не вставать. Я все понимаю, ты как обычно усталая как дохлая лошадка и вообще жутко хочешь кого-нибудь убить, но кодекс Мастеров Времени тебе мешает, да-да, я все понимаю. Вот уж действительно друг, даром, что мы не виделись несколько лет. Раньше Никки учился со мной магии Времени, и даже был кандидатом на должность Мастера. Симпатичный малый, ростом чуть выше меня, обожающий свой залихватский причесон. Его волосы горчично-золотого цвета словно бы лизнула корова, сделав его таким образом похожим на вульгарного пай-мальчика в вечной белой рубашки и бордовом вязаном жилете, строящим из себя очень умного. Хотя Никки сам по себе умен, я не спорю, нет, даже очень. Но до меня все равно не дотягивает (гордость за свою «слаборазвитость»). А еще Никки любит мороженое, и раньше считал, что у нас нет никаких общих сторон. Наверное, потому что лично я мороженое не очень люблю, разве что шоколадный пломбир, это да. Но потом я показала ему прекрасные способы как сочетать вино и мороженое, и с тех пор мы не разлей вода. Алкоголь многих скрепляет. — Тебе чего, Никки? — спросила Кедаель, правда, обращаясь ко мне. Друг тоже явно ждал моего выбора. Я тяжело вздохнула и, отхлебнув еще джина, пробормотала: — Винишко Латрезотт Бернар Магре винограда позднего сбора с пломбиром. Бармен удовлетворенно кивнула головой и начала искать бутылку. — Ну что, проблематично существовать Мастером Времени? — Никки хихикнул, с удовольствием рассматривая бедра Кедаель и вспоминая, как раньше мы с ним сидели на уроках и были примерно такие:« Что? Что хочет эта женщина? Палка. Стрелочки? Что за?.. Как это? Вау, линейка. Спать. Что за круги, что за цифры? Что за буквы?! Ого, люди». Показав своему другу непристойный знак, я приподнялась. Мне показалось, что в толпе мелькнула синяя шевелюра Нефилия. — Вот почему во всех книгах главные персонажи, едва только учатся ходить, как тут же отправляются в путешествие, побеждают монстров, спасают мир, я весьма огорчена, что со мной такого не происходит. Бармен и друг недоуменнно уставились на меня. — Ну что вы так лупаете своими глазенками? Это несправедливо! Почему мне для того, чтобы спасти мир, нужно постоянно учиться? — А ты спасаешь мир? — спросила Кедаель, наливая вино в хрустальный бокал с такой ловкостью, что я даже начала завидовать. — Ну нет, но мало ли. Если бы спасала, то я бы очень огорчилась, — встав на ноги. я потянулась и заметила, что на диванчике неподалеку сидит человек в немного подпаленной мантии и надвинутым на глаза капюшоном. Он не двигался, и лицо его было направлено в мою сторону. Заметив, что я на него смотрю, неизвестный поднял с пола свою сумку, явно набитую бумагами, поднялся и, обернувшись, зашагал куда-то в толпу. Схватив свой стакан и залпов его выпив, я побежала за ним. — Эй, Чандр, ты куда?.. — послышался голос Никки, но он явно уже все понял и снова повернулся к бармену, завлекающей его своими чудными разговорами о происходящем в мирах. Шучу, на самом деле она его завлекала прекрасной незастегнутой сверху на три пуговицы рубашкой. Я протискивалась сквозь толпу и буквально перепрыгивала через стулья, лишь бы не упустить этого человека. Наконец, он остановился и уселся на пустой диван около неубранного стола, подозвав к себе официантку. Та смущенно принялась убирать пустые стаканы, и со страхом в глазах присматривалась к неизвестному, чтобы на всякий случай сообщить о нем дежурной сейчас на этаже Кедаель. — Броненольд! — воскликнула я предупреждающе, протискиваясь сквозь группу полупьяных магов, орущих какие-то матерные частушки на неизвестном языке. Тот обернулся на меня и скинул капюшон, а официантка облегченно вздохнула: не монстр и хорошо. Значит, докладывать нечего. Броненольд выглядел довольно угрожающе, но черты лица его были мягкими, что портило весь образ «грозного война». У него была темно-серая кожа, и это с его волосами лунного оттенка давало головокружительно прекрасный контраст. Хоть его и прическа чем-то похожа на петушиный гребень из-за выбритых висков. А еще его уши… Длинные, истинно «эльфийские». И шрамы на его лице… Хотя шарма придают, признаю. — Я сделал все, как ты меня попросила, — важно произнес темный эльф и достал из сумки свиток, — список сильнейших драконов. На это исследование ушло немного больше времени, чем я думал. Я кивнула головой и взглядом проследила за официанткой, надеясь, что она еще вернется. Мне хотелось еще джина. — Но зачем они тебе? — Военная тайна, покрытая мраком для всех, кроме меня, — я взяла свиток и раскрыла его, пристально вчитываясь. — Слушай, тебя нужно в школу отправить, в первый класс. — Чего?! Я тыкнула пальцем в слово: — Жи-ши пиши через и. — А блин через ять. Не нравится — отдай. Горько вздохнув, я поправила лезущие в глаза волосы и знаком подозвала к себе официантку: — Мне джин Tanqueray No. Ten, смешать с колой и один уменьшенный кубик льда. Моему приятелю виски Jameson, ничего не добавлять. Все. Девушка смущенно улыбнулась, кивнула и набравилась к барной стойке. — А ты как обычно в своем репертуаре. Я думал воды как бы выпить, но, похоже, ты настаиваешь. — Раздели со мной выпивку. Мне нужно с тобой поговорить…***
*Хогвартс, спустя пару месяцев после моего дикого алкогольного опьянения и вывода, что даже джин способен вызывать НЕЕБИЧЕСКОЕ похмелье* Элю волновало, что у неё такое будущее. Её волновало, что она одна может уничтожить весь девяносто девятый Эдем. Её волновало, что увеличение эферного хранилища может сделать что-то дурное. Её волновало, что она может увидеть мертвыми самых дорогих ей людей.У меня появилась очень интересная мысль: Припоминаю, что когда я глядела на застывшее тело моей первой жертвы, то испытывала странно умиротворяющее волнение.
Поэтому она перестала изучать и практиковать магию так рьяно и перешла на более «человечные» методы сражения. Проще говоря, Богиня Смерти по вечерам покидала Хогвартс и отправлялась в Запретный лес, где присмотрела себе маленькую опушку, и там тренировала удары. Возвращалась она поздно ночью и тут же заваливалась спать. В луночас я её не вызывала, да и не надо было. Своих дел по горло. Так летели дни, месяцы. Наступил Хеллоуин, потом Новый год, потом прошли Пасхальные каникулы, наступили экзамены. Эля их успешно сдала, так же как и экзамены по дополнительным урокам для третьего курса. Потом летние каникулы (счастье Себастьяна), несколько сражений на Призрачной пустоши. Это все пролетало так быстро и с так незаметно, что даже и описывать-то нечего. Ничего не происходило, даже волшебные дни в Хогвартсе, где, как мне казалось, должно случиться много чего интересного и захватывающего, теперь были просто серыми буднями. Нет смысла описывать это все даже по месяцам. Все было скучное и неинтересное, без загадки. А свои делать мне было как-то комильфо, я была занята: просчитывала временные ветки. Первое полугодие четвертого курса тянулось, словно жвачка, которую из баловства первокурсник надувает в шар, а второе — как лопание этого шара. Но именно на четвертом курсе Изабель наконец-таки стала охотником, единственная новость. Пятый курс пролетел как пуля, со всей этой подготовкой к СОВ, — Стандарты Обучения Волшебству, — обязательному экзамену. А если учесть, что Изабель стала старостой, то этот год для Эли был похож на долгую дорогу к эшафоту, потому что зеленоглазка хотела получить все двенадцать баллов. Её мечта исполнилась, а вот Богиня Смерти получила десять, что, согласитесь. совсем неплохой результат.***
Староста факультета (англ. Prefect) — назначаемая должность для студентов старших курсов в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс. Существуют старосты факультетов, которые в свою очередь подчиняются старостам школы. Обычно старосты факультетов назначаются на этот пост деканами, старосты школы — директором.Отличительным знаком старост является значок старосты факультета, прикрепляемый на мантию над гербом факультета. Старостами факультетов (по двое на каждый факультет, юноша и девушка) назначаются студенты пятого курса. Старосты остаются на своём посту до момента окончания Хогвартса. Либо избираются на пост старосты школы.***
На шестом курсе Эля поняла, почему Регулус был таким усталым. Потому что даже Изабель не справлялась с нагрузкой, и частенько засыпала за учебниками, а иногда даже прямо на уроках. Еще бы: и уроки, и тренировки, и обязанности старосты. Седьмой курс стал для Богини Смерти настоящим адовым котлом. Правда, вместо лавы весь седьмой курс варился в знаниях. В любом случае, обе когтевранки благодаря своему упорству все сдали. Не сказать, что идеально, но я даже лично сподвиглась посмотреть их работы, и за них в общем я бы поставила «хорошо». И в самый последний день, когда они с Изабель в последний раз вместе оказались на платформе, прощание вышло таким недолгим и таким обычным, словно бы девочки собирались встретиться завтра или послезавтра чтобы зайти в кафе и поболтать о погоде. Но на самом деле они прощались в последний раз. От Регулуса Богиня Смерти вообще не получала вестей целых три года и ничего о нем не знала. подумайте, вот это « — Пока, Эля. и — Пока, Изабель» так похоже на необычную дешевую драму. Почему необычную? Потому что в обычной подруги бы заливались слезами и клялись друг другу в вечной дружбе, и их было бы не разнять. Только разве что холодной водой. Перебор вздохов, стонов, криков, отсутствие увлечения ролью, дурацкие костюмы, скованная грация и шум поезда на заднем плане, среди обшарпанных декораций. Мы ведь встречаемся, чтобы расстаться. Красиво, со слезами и истериками, или нет, с холодным блеском в глазах и осознанием того, что вы этого человека больше не увидите. Мы встречаемся, чтобы расстаться. Мы оставляем эти письма, книги, воспоминания, обещания и недосказанные слова на месте расставания, и не важно где это: в известном городе, у озера, на водопаде, на соседнем континенте, в пустыне, в кафе или дома. И не важно как именно мы это делаем, письмом или по телефон, в двух словах, в пяти, в книге или же в молчании. Но мы встречаемся, чтобы расстаться. Но кто поддержит нас, если это расставание нас сломает? Любовь, новые друзья? Что-то еще? Чушь. У вас есть позвоночник, и он единственный, кто вас серьезно поддержит. Так что подберите свои сопли в сахаре и помогайте себе сами. Так как это делаю я.Потерять все и улыбаться.
Пожалуйста. Не сходите с ума, как поступил один персонажа этой истории, после случая, когда он действительно потерял все. Даже себя.***
В разбитых зеркалах ты видишь каждый раз Пугающий всех взгляд чужих, жестоких глаз… Не слышен тихий пульс ни жизни, ни любви Всё бесполезно, все вокруг тебя мертвы… Рушатся под кольцами невидимой цепи Хрупкие Кристальные Блестящие Мечты Узник страха, боли, лжи От цепей, как зверь, бежишь Ими скован ты, как все В сердце, мыслях и душе Жизнь твоя — стальная цепь Разорвёт её Лишь смерть!
